Shall we dance?

      Он сам удивился, как неудача на уроках танцев его взволновала. С чего бы? Оплакивает пострадавшее самолюбие? Неудобно, что выставил себя дураком в глазах коллеги? Впрочем, вряд ли ей есть до него дело.       С тех пор прошло почти две недели, но Минерва никак более не проявляла какого-либо интереса к нему. Ее хандра, продлившаяся несколько дней, прошла, и она снова была самой собой: строгой, требовательной, деловитой, вызывавшей какой-то внутренний трепет одним лишь взглядом синим глаз.       Пару раз они сталкивались в учительской, где она желала ему доброго дня или без особого интереса справлялась о его делах, как преподавателя. Так, дежурные фразы, ничего более. И постепенно Северус уверился, что для нее он пустое место, просто некто, с кем ей приходится работать бок обок. Казалось бы, его это должно успокоить и помочь забыть о терзавших его мыслях. Но к собственному удивлению он чувствовал злость. И злился он на женщину в изумрудной мантии.       А тем временем до симпозиума оставалось чуть больше месяца, из-за чего работы у Северуса прибавилось: нужно было, помимо подготовки к экзаменам, согласовать свое выступление на конференции, получить отзывы как минимум двух специалистов в данной области и отправить для публикации статью, в которую редакторы Комиссии по подготовке материалов симпозиума постоянно пытались внести совершенно безумные правки.       В конце концов, терпение Северуса лопнуло, и, зашвырнув очередной пергамент с комментариями в мусорное ведро, он решил проветриться. Благо была суббота, а на дворе стоял погожий солнечный денек начала мая. Немного поразмыслив, Северус решил совместить приятное с полезным и прогуляться до Хогсмида, чтобы восполнить собственные запасы кое-каких ингредиентов для зелий.       Дорога до деревни петляла среди холмов и дубовых рощ, где так приятно было прогуливаться в одиночестве под птичьи трели и шелест листвы. Но когда Снейп достиг Хогсмида, то понял, что угодил в настоящее растревоженное улье. В этот день здесь, наверное, собралась вся школа, не считая местных жителей. Похоже, из-за хорошей погоды все решили устроить себе прогулку, и центральная улица деревеньки буквально кишела людьми. Недолго думая, Северус свернул в первый попавшийся проулок. До лавки зельевара пришлось пробираться окольными путями, зато по пути ему почти никто не встретился, кроме пары местных жителей, которые, впрочем, были ему не знакомы и не обратили на Снейпа никакого внимания.       Зато хозяин лавки тут же узнал его, хотя особой радости и не продемонстрировал. Даже здесь, в Хогсмиде, всем было прекрасно известно прошлое профессора Хогвартса. Черная метка Темного лорда поставила клеймо не только на его руке, но и на его жизни.       Процесс подбора ингредиентов занял много времени, и вскоре владелец лавки, до того следующий за Снейпом попятам в попытке дать совет, потерял к нему интерес, переключившись на нового посетителя (бродя меж стеллажей, Северус слышал, как звякнул входной колокольчик).       — Доброго дня, мэм, — послышался услужливый голос из-за стойки. — Чем могу помочь?       — Здравствуйте, мистер Уиллис. Мне нужна настойка растопырника. Полагаю, у вас она есть?       Северус невольно замер. Он не мог не узнать этот голос. Осторожно выглянув из-за стеллажа, он тут же убедился в правильности своих мыслей. У прилавка стояла профессор МакГонагалл. Как всегда в строгом платье, маленький клатч на правом плече, рядом на прилавке стоит увесистая стопка книг, очевидно, только что купленная в соседнем книжном магазине.       — Конечно, — широко улыбнулся хозяин лавки, уже предвкушая неплохую прибыль. Настойка растопырника всегда была недешевой, так как состояла из редких ингредиентов и была сложна в приготовлении. Северус невольно нахмурился. Настойку применяли для лечения магических травм. Зачем это зелье понадобилось МакГонагалл? — Я как раз сварил вчера несколько порций.       С этими словами он полез под прилавок и выудил оттуда небольшой флакон прозрачного стекла, закупоренный изящной металлической крышкой. Минерва уже было протянула к нему руку, намереваясь забрать, когда Снейп решительно шагнул из своего укрытия.       — Я бы не советовал, — спокойно произнес он.       Брови Минервы удивленно приподнялись. Впрочем, как и у мистера Уиллиса. Похоже, он успел позабыть о присутствии в лавке еще одного покупателя.       — Профессор Снейп, — только и вымолвила МакГонагалл, наблюдая, как Северус решительным жестом забрал у хозяина лавки флакон и поднес к глазам против света.       — Зелье низкого качества, — всё также равнодушно, словно проверял работы студентов, вынес свой вердикт Снейп. — Слишком мутное. Его действие снижено как минимум вдвое, и нужного вам эффекта вы не получите. Так что, если хотите зря выбросить круглую сумму денег, я не стану вам мешать, — с этими словами он вернул флакон кипящему от возмущения Уиллису и посмотрел на Минерву. — Но если результат вам важен, я мог бы сварить это зелье для вас. Уверяю, его качество будет гораздо выше.       — Да как вы… — начал было Уиллис, но МакГонагалл взмахом руки заставила его умолкнуть.       Мгновение она всматривалась в непроницаемое лицо Снейпа, так что даже он почувствовал себя неуютно. Ему вдруг показалось, будто она видит его насквозь.       — Хорошо, — последовал лаконичный ответ, и, подхватив связку книг, Минерва направилась к выходу, не преминув попрощаться со все еще возмущенно глядящим на них хозяином лавки. У самых дверей она обернулась, устремив на молодого коллегу выжидательный взгляд. — Вы идете, Северус?       Ему потребовалась всего пара минут, чтобы расплатиться за покупки, и вскоре они уже вместе шли по одной из улочек Хогсмида. Северус забрал у нее ее книжную ношу, хотя Минерва и пыталась протестовать, но скорее для проформы. Пару раз он заметил, как она бросала на него любопытные взгляды, но решил, что это вновь его воображение разыгралось.       — Не хочу лезть не в свое дело, но зачем вам настойка растопырника? — все же решился задать интересовавший его вопрос Снейп.       К его удивлению Минерва не стала делать из этого тайну, а просто расстегнула манжет рукава, показывая Северусу рану, протянувшуюся от запястья почти до локтя; в нескольких местах кожа потемнела, приобретя почти черный оттенок. Северус невольно остановился, не в силах скрыть своего удивления.       — Вы были у мадам Помфри?       — Это не смертельно, — рассмеялась Минерва, — хоть и весьма болезненно, — она сноровисто застегнула манжет и первой возобновила их прогулку. Снейпу ничего не оставалось, как последовать за ней. — А Поппи как всегда поднимет панику и станет обвинять меня в неосторожности и наплевательском отношении к собственному здоровью.       — И будет права, — хмыкнул Северус. — Судя по почерневшим краям…       — Неудачный трансфигурационный эксперимент, — перебила его Минерва. — Для моей статьи к симпозиуму. Заклинание срикошетило неожиданным образом, — в ее голосе отчетливо проскользнули недовольные нотки. — И всё ради того, чтобы доказать свою правоту человеку, который, по всей видимости, ничего не понимает в высшей трансфигурации. Мой редактор, кажется, совсем сошел с ума.       — Значит, ваш тоже? — вздохнул Снейп, вспоминая, что его ждет по возвращении в Хогвартс. — Никогда больше не пойду на поводу у директора.       — Вам нужно думать о карьере, — наставительно проговорила МакГонагалл, и голос ее прозвучал не так сухо, как обычно. — На конференции вы сможете зарекомендовать себя и обзавестись полезными связями.       — Мне и в Хогвартсе хорошо, — буркнул Снейп.       — Расскажите о вашей статье, — вдруг попросила Минерва. — Быть может, я смогу дать вам парочку советов, как иметь дело с корректорами и оппонентами на выступлении. Вы ведь прежде не принимали участие в столь крупных мероприятиях?       Учитывая ее научный опыт, советы могли действительно оказаться полезными, и Северус принялся излагать основные постулаты своей работы, стараясь не нагружать коллегу сложными терминами, но вскоре понял, что Минерва весьма неплохо разбирается в этом вопросе. Так, за разговорами они миновали центральную улицу Хогсмида (Северус даже не обратил внимания на толчею, царящую там) и направились в сторону замка.       Постепенно их беседа перешла в другое русло, и когда они подходили к Хогвартсу, то болтали уже о квиддиче, успев до этого обсудить новый образовательный декрет министерства, способы приготовления нескольких шотландских десертов и варианты происхождения фамилии действующего министра магии. Минерва оказалась интересным собеседником, умной и проницательной. Совсем такой, как он себе и представлял. С ней было так легко, что когда перед ними возникли ворота замка, Снейп был несказанно удивлен — он настолько увлекся беседой, что совершенно не обращал внимание на окружающий пейзаж. Пожалуй, он бы мог до ночи ходить кругами, беседую с МакГонагалл на любые темы.       — Спасибо, что составили компанию, Северус, — Минерва осторожно забрала у него стопку книг, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Она подняла на коллегу взгляд и едва заметно улыбнулась, после чего направилась вверх по главной лестнице, оставив Снейпа так и стоять у ее подножия. — Буду ждать свое зелье, — донесся до него ее голос, прежде чем изящная фигура, облаченная в темно-синее платье, скрылась в дверях школы.       Остаток дня он посвятил приготовлению того самого зелья. Процесс этот был длительным и сложным, заняв у Северуса всё то время, что он собирался посвятить работе над статьей к симпозиуму. Но он едва ли о ней помнил.       В результате, когда зелье оказалось перелито во флакон, часы как раз пробили девять вечера. Еще минут пятнадцать он потратил на то, чтобы решить идти к МакГонагалл сейчас или дождаться утра. Заявиться к ней в столь поздний час будет не учтиво. С другой стороны, чем быстрее она обработает свою рану зельем, тем будет лучше. В конце концов, он решил, что неучтивость не так страшна, как угроза здоровью, и решительным шагом направился к кабинету трансфигурации.       Подойдя к заветной двери, Северус с удивлением услышал тихие звуки музыки, льющиеся из-за приоткрытой двери. Сперва он хотел постучать, чтобы возвестить о своем визите, но в последний момент передумал и осторожно заглянул внутрь. На небольшой этажерке в углу класса тихо потрескивал старенький патефон. А сама хозяйка кабинета, двигаясь в такт нежной мелодии, грациозно скользила по комнате, попутно наводя в ней порядок после факультатива с седьмым курсом. Ее движения были столь легки и изящны, что Северус невольно залюбовался ею, потеряв бдительность, и на очередном па МакГонагалл, естественно, его заметила. Ее щеки моментально покрыл румянец, но она быстро справилась с эмоциями, скрыв смущение за строгим взглядом.       — Северус, вас что, не учили стучаться? — она поправила маленькие квадратные очки, съехавшие ей на самый кончик носа, а затем, немного помедлив, и вовсе их сняла. — Это как минимум не учтиво.       — Дверь была приоткрыта.       Это было слабое оправдание, и если бы Минерва захотела, то дискуссию можно было бы продолжить, но видимо она была не в настроении учить Снейпа хорошим манерам.       — Чем я могу вам помочь? — коротко осведомилась она, возвращаясь за свой стол и взирая на незваного гостя с противоположной его стороны.       — Я принес ваше зелье.       Северус поставил перед ней флакон, и Минерва невольно опустила глаза.       — Я очень вам обязана, Северус, — проговорила она. — Сколько я вам…       — Не стоит, — оборвал ее Снейп. — Считайте это компенсацией за потраченное на меня время, — заметив недоуменный взгляд, он пояснил. — За наши неудавшиеся уроки танцев.       Отлично выкрутился. Молодец! Не хватало еще, чтобы она попыталась заплатить ему за приготовление настойки. А так вроде бы они квиты.       — Вы все еще не передумали насчет наших уроков? — вдруг мягко спросила она, и Северус невольно взглянул ей в лицо — так неестественно прозвучал ее голос.       Она смотрела на него с легкой доброй усмешкой, чуть склонив голову набок, и Снейп невольно вспомнил Дамблдора. Во взгляде его заместительницы сейчас плясали те же задорные искорки, словно она уже знает, что произойдет дальше и ее это забавляет. Совсем как Дамблдор. Вот только взгляд директора в такие моменты раздражал, а ее — скорее смущает.       — Я по-прежнему считаю себя безнадежным, — Северус постарался придать своему голосу как можно больше уверенности, игнорируя хитрый прищур коллеги, но в груди уже зрело чувство, что так просто он не отделается.       И он оказался прав. Минерва коротко вздохнула и неожиданно, обогнув стол, остановилась почти вплотную перед Снейпом. От аромата ее духов у него моментально закружилась голова. Или всему виной ее близость?       — Что ж, позвольте с вами не согласиться, — озорной огонек в глазах никак не вязался с серьезным тоном. — Предлагаю сделку, коллега. Мы проведем еще одно занятие, и если у вас снова не получится, я больше никогда не заговорю об этом. Но если урок окажется успешным, вы дадите мне еще одну попытку научить вас танцам, — с этими словами она протянула совершенно опешившему Снейпу руку. — Ну как, согласны?       — Что, сейчас? — наверное, его голос прозвучал растерянно, но Северус едва ли обратил на это внимание. Вряд ли он предполагал такой поворот событий, когда шел сюда с флаконом зелья.       — Вас что-то смущает? — как ни в чем не бывало, осведомилась МакГонагалл.       — Нет. Просто я…       — Вот и отлично!       Она быстро взмахнула волшебной палочкой, и парты сами собой раздвинулись, освобождая в центре класса пространство. Северус взирал на это с немым удивлением, как вдруг женские руки сноровисто стянули с него мантию. Точным движением Минерва отправила ее на спинку ближайшего стула. Следом последовала и ее собственная.       — Я должна перед вами извиниться, Северус, — проговорила МакГонагалл, ненавязчиво увлекая Снейпа в медленное вращение по комнате, — за свое поведение на нашем последнем уроке. Вы были правы, я действительно была расстроена и не проявила к вам должного внимания.       — Вам не за что просить прощения. Это мне следовало проявить больше такта. Надеюсь, возникшие трудности разрешились?       — В некотором роде, — уклончиво ответила МакГонагалл.       И это была правда. Ее отношения с Элфинстоуном вновь вернулись в привычное дружеское русло, но Минерва все равно чувствовала свою вину перед этим во всех смыслах замечательным человеком. Ей нравился Урхарт, рядом с ним она чувствовала себя так спокойно. Но всякий раз, когда он делал ей предложение, она не решалась сказать «да».       Чувство вины за прежние ошибки давило на нее непосильным грузом. А может это был страх. Боязнь разочаровать близкого человека. Элфинстоун заслуживает лучшего. Не ее, полную сожалений, застрявшую в собственном прошлом.       Этот юноша, что сейчас столь уверенно кружит ее по комнате, тоже живет прошлым. Дамблдор рассказал ей. Впрочем, она и так знала. Отношения Северуса Снейпа и Лили Эванс развивались на ее глазах. Она видела, как они разрушились. Помнила тот вечер, когда юный мистер Снейп стоял у портрета Полной Дамы, моля о прощении. Он так и не смог вырваться из плена прошлых ошибок. Они оба заложники собственных воспоминаний. На себя она давно махнула рукой. Но быть может его еще можно спасти?       — После нашей сегодняшней беседы я много думала, и, пожалуй, я бы с удовольствием прочитала ту книгу, о которой вы рассказывали — «Искусство лечебных снадобий».       — Думаете, после ваших опытов понадобится больше врачебных зелий? — усмехнулся Снейп, уверенно ведя Минерву в танце. — Быть может всё же стоит предупредить мадам Помфри?       — О, так у вас есть чувство юмора, Северус, — сделала удивленное лицо МакГонагалл. — Вы полны сюрпризов.       — Едва ли.       — И всё же один вы сегодня открыли.       — Да? И какой же?       — Вы способны научиться танцевать, — мягко улыбнулась Минерва.       Северус открыл было рот, собираясь возразить, как вдруг с удивлением осознал, что она права. Всё это время он кружил МакГонагалл по классу, сам того не замечая. Природная сдержанность подвела его на этот раз — одолевавшие его эмоции, очевидно, были написаны на его лице, вызвав смех коллеги.       — Я победила, Северус, — она грациозно крутанулась на мысках, завершая танцевальное па с последними аккордами мелодии, и склонилась в легком реверансе. — А это значит, что завтра я жду вас на новый урок. У нас остается мало времени, чтобы отточить ваши умения.       Снейп решительно не знал, что на это ответить. Лишь гораздо позже, сидя перед камином в своих комнатах и прокручивая в голове недавние события, он пришел к заключению, что профессор МакГонагалл обвела его вокруг пальца. Она знала, что после сегодняшней прогулки он будет чувствовать себя в ее присутствии не так сконфуженно, как прежде, и воспользовалась этим, усыпив его внимание разговорами о совершенно посторонних вещах. Что ж, браво, профессор! Ход, достойный Слизерина, хоть вы и гриффиндорка до мозга костей.       От мыслей о танцах и декане Гриффиндора его отвлек камин. Пламя вдруг вспыхнуло зеленым, и на ковер выпал чуть обгоревший с краев конверт. Северус невольно нахмурился. Единственная переписка, которую он вел, была с корректорами и организаторами симпозиума, но почта от них обычно доставлялась по утрам совами. А больше нет никого, кто мог бы ему написать.       Разорвав сургучную печать, явно наклеенную второпях, Северус развернул письмо. Пробежав глазами наскоро написанные неровные строчки, он невольно побледнел.