In My Blood

Помогите Стены буквально сживают с двух сторон Иногда я чувствую, что сдаюсь Но я просто не могу Это не в моей крови Ты — Трейсер. Она потеряла все ощущения и чувствует только боль, ей становилось все труднее вспомнить, кем она была до этого. Она знала, что ей нужно помнить, не позволить им забрать её прежнюю личность. Это единственное, что у неё осталось. Её пронзил очередной всплеск проклятой боли и она издала приглушенный вопль, резко прикусывая что-то, что находилось между её зубами и заставляло молчать. Она боролась с ограничениями, чувствуя, как они впиваются в её кожу. Её держали в темноте и она понятия не имеет, кто, — если хоть кто-нибудь, — следит за ней и почему. Просто прими то, чего они хотят. Чем быстрее ты сдашься, тем скорее все закончится. Это оказалось наиболее логичной вещью. У неё не было представления о времени, поэтому она понятия не имела, как долго её так держат, хотя это казалось вечностью. Только чувствовать боль, никогда не зная, что происходит вокруг неё... это был её личный ад. Нет... не сдавайся. Оно было там; крошечная часть самой себя, которая побуждала продолжать двигаться. Несмотря на боль и непреодолимое желание сдаться, у неё осталась маленькая часть себя, которая продолжала бороться. Становилось всё труднее и труднее слышать, но оно всё ещё было там. Ты не ассасин. Ты не должна быть тем, кем они хотят. Следующая волна боли - и она издала следующий крик. Ее борьба возобновляется. Ты Лена... Лена Окстон... не забудь.

***

Амели проснулась, тяжело вздохнув в постели. Образы из её сна (больше похожий на кошмар) ещё задерживались. Тёмная комната, ощущение уколов на своих руках, силуэты, стоящие над ней… Это неправда. Теперь ты вернулась Overwatch. Это было действительно так, но лишь частично. Потому что в какой-то момент это было реально. Ночью её унесли в неизвестное место, где она была подвергнута… Амели даже не знала, как это можно было назвать. Эксперименты? Это звучало слишком ужасно, как будто она была всего лишь примером для изучения, а не испуганной женщиной. Амели остановилась на несколько секунд, пытаясь собраться, после чего встала на ноги и направилась к своему шкафу. Одевшись на весь день, Амели вернулась, чтобы встать перед зеркалом, и начала тянуть свои длинные волосы обратно в хвост. Она увидела свои сине-голубые пальцы в зеркале - тут она поняла, что это напоминания о том, что её кошмары были когда-то правдой. Амели закончила со своими волосами и посмотрела на свои руки, неестественный синий взгляд смотрел на неё. Ангела не смогла сказать ей решительно, был ли он постоянным или нет, и Амели обманывала себя, полагая, что с каждым днем он становился менее синим. Иногда это почти срабатывало. Француженка задержалась на несколько мгновений, закрыв глаза и сосредоточившись на своем дыхании. Она больше не была в плену Когтя. Overwatch спас её, и теперь она в безопасности. Безопасность. Это была концепция, которая теперь казалась весьма чуждой. Она думала, что Overwatch, во-первых, защитит ее, и это оказалось не совсем правдой. Они утверждали, что с тех пор они укрепили свою оборону, но Амели все еще колебалась. Звуки в темноте все еще заставляли ее бояться, и она всегда спала со своей снайперской винтовкой в пределах досягаемости руки. Амели открыла глаза и, прежде чем покинуть комнату, она в последний раз посмотрела в зеркало, после чего направилась по коридору и вниз по главной лестнице. Добравшись до кухни, она обнаружила, что Ангела и Фарра уже присутствовали, хотя обе выглядели так, словно только что встали с кровати. Ангела была одета в свои обычные джинсы и рубашку, которые подозрительно выглядели так, будто принадлежали некой Амари. Фарра тем временем выглядела гораздо менее собранной. Одета в боксеры, майку и два носка, которые были сгруппированы и выглядели совсем не так, как оттенок синего. Амели стало известно о том, что она внутренне судит, и она поняла, что слишком долго смотрит на них, вместо того, чтобы сказать какое-либо приветствие, вроде "Salut." Они подняли глаза, и брови Фарры слегка нахмурились. - Ты что, уже одета? Сейчас только 8 утра. Амели пожала плечами. - Я не понимала, что было определенное время для одевания. - Ты могла бы кое-что узнать из привычек Амели в одежде, - сказала Ана, выходя на кухню и глядя на свою дочь. Фарра нахмурилась в ответ. - Повторюсь: сейчас восемь утра. Большинство людей пьют кофе и завтракают перед тем, как одеться. - О, я не имела в виду время, я имела в виду не одеваться, как твой гардероб вырвал тебя, - поправила Ана, готовя свой чай. - Мама! Ана усмехнулась, прежде чем обратила свое внимание на француженку. - Как ты себя чувствуешь этим утром, Амели? Глаза Амели на мгновение вспыхнули, пока она не ответила: - Как и ожидалось. - Ангела была единственным человеком, которая в полной мере знала, как она на самом деле, и она намеревалась сохранить её такой. Не было никакой причины, по которой кому-либо еще нужно было знать ее дела. По их виду она могла сказать, что они не совсем поверили ей и, чтобы избежать дальнейшего обсуждения этого вопроса, француженка подошла к кофеварке, вытаскивая свою кружку из буфета и наливая кофе. Однако, сделав первый глоток, она вскоре осознала свою ошибку. «Кофе», если его можно так назвать, был тем видом, который Джек настоял на покупке; не тот вид, который она обычно пила. Амели сделала паузу, держа кофе во рту, не желая глотать, но зная, что выплевывать из нее будет «социально неприемлемо». Амели наконец заставила себя проглотить это, хотя выражение ее лица должно быть предало ее истинные эмоции. - Полагаю, мне следовало предупредить тебя, прежде чем ты налила, - сказала Ангела, пока Фарра скрывала свое веселье в своей кружке. Амели шепнула согласие, поставив свою кружку на стойку, поскольку она подумала, насколько бесполезно они будут думать о ней, если она бросит ее в раковину. - Ты готова вернуться к тренировкам? - спросила Ана. Это заставило Амели сделать паузу. Тренировка ученицы Аны казалась целую жизнь назад; она, конечно, показала ловкость к ремеслу, но после всего, что случилось... ее руки дрожали, просто держа винтовку. Выстрелить и поразить цель казалось невозможным. Ангела, казалось, почувствовала нерешительность Амели и сказала: - Может, мы должны обсудить это позже? - Это простой вопрос… - Позже - сказала Ангела, немного настойчивее. Ана выглядела не совсем готовой бросить подопечную, но не стала давить дальше.

***

- Он начинает задавать вопросы. Ему нужны результаты. Мойра не подняла взгляд от планшета в руках. - Ты можешь сказать ему, что очень скоро у него будут ответы. Жнец скрестил руки, глядя на объект в резервуаре. Все, что она испытывала, было явно менее чем приятно, так как она в настоящее время боролась со своими ограничениями, а ее вопли приглушались. - Антонио не терпеливый человек, и когда он узнает, что все его финансирование ушло на одну девушку… - Он не в состоянии судить, как и ты. - Мойра наконец подняла взгляд, раздраженно глядя на Жнеца. - Я не могу торопиться с естественным развитием науки. - Я просто передаю сообщение, и пока он снабжает нас средствами, он может делать все, что захочет, - сказал Жнец. Мойра не ответила на это, вместо этого переключив свое внимание на резервуар. - Ну, ему не придется ждать намного дольше. Этот этап ее перепрограммирования почти завершен. Жнец сделал паузу, и если на нем было какое-либо раздраженное или иное выражение лица, то его не было видно за маской. - Дай мне знать, когда это произойдет, - сказал он, прежде чем покинуть лабораторию. Мойра остановилась на несколько мгновений, прежде чем сказала: - Я знаю, что ты здесь, Сомбра. - Рыжая выпила свою таблетку, даже когда услышала шаги позади нее. - Ты очень подозрительна. Ты всегда думаешь, что я шпионю за тобой, - сказала Сомбра, сидя на столе рядом с Мойрой. - Ты всегда шпионишь за мной, потому что ты вредитель, который проникает во все что попало, и единственная разница в том, что мне не разрешено тебя истреблять. Теперь уходи. - Мойра отогнала Сомбру со стола, и хакерша пробормотала что-то на испанском, прежде чем повернуться лицом к резервуару. - Так сколько же для тебя «почти завершено»? - спросила Сомбра. - Потому что для меня это около пяти минут... - Есть ли у тебя что-нибудь полезное, чтобы сказать, или ты просто здесь, чтобы раздражать меня? - Мойра прервалась. Она привыкла мириться с Сомброй, но никогда не была в настроении. - Я просто хочу проверить мои инвестиции. Эту технологию, которую я украла, можно было бы найти гораздо получше. Мойра сжала челюсти. Она немного устала от того, что все ставят под сомнение ее проект. - Будь уверена, я использую это с пользой, что будет видно очень скоро. - Знаешь, ты просто используешь различные фразы, не указывая фактическую временную шкалу… - Завтра, Сомбра. Теперь ты довольна? Хакерша слегка улыбнулась. - Теперь это было так сложно? - Крайне. Теперь, если у тебя больше ничего нет, оставь меня. Я все еще занята, и каждое отвлечение откладывает мою работу. - Хорошо, получено вредное сообщение, - сказала Сомбра, поднимая руки в обороне. - Я с нетерпением жду завтрашнего открытия. - Хакерша наконец ушла, и Мойра вздохнула, переключив свое внимание на резервуар. Она подошла и посмотрела на объект изнутри, который наконец прекратил борьбу и в настоящее время был неподвижен. - Завтра мы покажем им результат моей тяжелой работы. Не разочаровывай меня.

***

В кабинете Ангелы было достаточно уютно, но, несмотря на все, что доктор сделала, чтобы сделать его гостеприимным, это все же был кабинет врача. Амели никогда не была полностью расслаблена во время ее сессий с Ангелой. С другой стороны, она предполагала, что никогда не была полностью расслаблена с момента ее спасения из Когтя. Она всегда была немного взволнована, всегда готова бежать или сражаться, если от этого зависит ее жизнь. - Амели? Голос француженки был возвращен к настоящему моменту, и она поняла, что доктор смотрит на нее с надеждой. - Хм? - Я спросила, готова ли ты начать. - О да. Ангела должна была не хмуриться извне, ибо терапия не была ее областью знаний. В первую очередь она была боевым врачом, но то, от чего страдала Амели… это было не то, что она могла просто перевязать и вылечить. Рана Амели была психической; это было равносильно попытке излечить пулевое ранение, периодически втыкая в него нож. Она все еще помнила, когда Амели вернули в штаб после похищения. Она могла вспомнить, как работала допоздна в своем кабинете, когда услышала зов "Мы нашли Амели!". Она помнила, как бежала в главную комнату с остальными и смотрела, как они привели Амели; от рук до локтей кожа Амели была неестественно синего цвета. Она сильно дрожала. Жерар побежал к своей жене, чтобы обнять ее, хотя Амели, казалось, едва заметила, что он был там. Но больше всего Ангеле запомнился тот факт, что глаза француженки выглядели призрачными, как будто она засвидетельствовала что-то слишком ужасное, чтобы описать. Это заняло у них месяц, но им удалось спасти ее из плена Когтя. Теперь Ангела боялась, что им удалось спасти ее только физически. - Как бы ты хотела начать сегодня? - спросила Ангела, снова обращая внимание на этот вопрос. Амели не ответила, а вместо этого посмотрела на свои синие пальцы. Ангела остановилась на мгновение, прежде чем снова попробовать. - У тебя все еще есть кошмары? - К несчастью. Сегодня Амели была немного более закрыта. У Ангелы было чувство, что француженка никогда не была полностью открыта с ней, но были времена, когда Амели разговаривала больше, чем другие. - Я хочу вернуться к тренировкам с Аной. Это застало Ангелу врасплох. - Тебе не нужно чувствовать принуждение, чтобы принять это только потому, что Ана спросила… - Ее просьба не влияет на мое решение; я больше не могу бездействовать. Мне нужно что-то сделать, чтобы занять свое время, и если я могу помочь Overwatch, то я хочу. Ангела беспокойно кусала нижнюю губу, тщательно подбирая следующие слова. - Амели, я понимаю, что ты хочешь сделать что-то, чтобы не чувствовать себя беспомощной, но прошло всего шесть месяцев после смерти Жерара… - Я знаю, сколько времени прошло. - Амели не хотела говорить о Жераре, поскольку она слишком много раз открывала эту рану и достаточно плакала из-за его убийства. - Я устала бояться. Я устала прыгать при каждом ночном шуме, думая, что Коготь вернулся за мной. Мне нужно это сделать. Ангела вздохнула, но что еще она могла сказать? Если это было то, что, по мнению Амели, ей нужно, чтобы она поправилась, тогда как могла Ангела возразить? - Хорошо, я полагаю, что если ты сдашь экзамен, я смогу одобрить твое возвращение на тренировку.

***

Боль. Все еще так много боли. Они тронули ее, она знала так много. Когда она впервые почувствовала на себе руки, она боролась, но это мало что могло отразить, кто бы ее не схватил. Она чувствовала, как на нее надевают что-то, почти как костюм, и внезапно темнота закончилась. Ее так долго держали в темноте, что она не была готова к внезапным переменам. Она испустила шипение и рычание, бросилась на пол и закрыла лицо руками, чтобы защитить глаза от мучительно ослепительного света. Все, что использовалось, чтобы держать ее в покое, также было удалено, но она казалось забыла как использовать свой голос. - Тише. Тебе понадобится несколько минут, чтобы приспособиться, - сказал холодный, зазубренный голос. Её глаза медленно приспособились к изменению света, и она нерешительно опустила руки, глядя вверх на высокую фигуру, нависшую над ней. - Добро пожаловать обратно в мир, Трейсер. Я подозреваю, что ты не уверена в том, что происходит, но все, что тебе нужно знать, это то, что в твоих интересах выполнять приказы. Непослушание будет встречаться с увеличением боли, ты понимаешь? Трейсер... это было ее имя? Нет, нет, у нее было другое имя... имя, которое она так старалась не забыть. Она пыталась сосредоточиться, но не смогла преодолеть боль. Каким бы ни был этот костюм, который на неё надели... казалось, что ее нервы горели. Все, что она хотела сделать, это снять его, заставить боль остановиться, что угодно, лишь бы остановить это. - Теперь нам нужно выполнить несколько тестов, чтобы оценить твои познавательные и движущиеся навыки… Трейсер бросилась на женщину, ее действия подогревались ее болью и яростью. Мойра быстро отреагировала на атаку Трейсер, ее рука вырвалась и поймала Трейсер биотической хваткой. Брюнетка упала на колени, издав крик, пытаясь пробиться сквозь нее. - Я понимаю твой инстинкт нападения. Боль тебя бесит и заставляет делать что-то, что отвлекает тебя от этого. Однако ты должна очень быстро понять, что нападение на меня только сделает твою жизнь более несчастной. - Мойра помедлила несколько секунд, прежде чем освободить хватку, и Трейсер слегка задрожала, когда уровень боли уменьшился. Таким образом женщина контролировала её боль. Послушание, и оно останется на управляемом (если никогда не удобном) уровне. Если же нет… Что ж, она уже узнала последствия этого.

***

- Это результат миллионов долларов и месяцев работы? Одна девушка? Мойра заглянула в маленькую комнату, где в углу свернулась Трейсер, которая плотно прижала руки к голове. Она уже тщетно пыталась стянуть с себя костюм, и как только она поняла, что он остается на месте, она перешла в свое нынешнее положение. - Сомбра - одна девушка, и посмотри на все неприятности, в которые она попадает. - Ты сравниваешь эту девчонку со мной? - сказала Сомбра, причем слегка обиженно. Жнец проигнорировал хакершу, когда он сказал: - Если она является оружием, которым как ты утверждаешь она и есть, то я не понимаю как ты ожидаешь, что костюм будет держать ее в правильном поведении. Она может легко наброситься на нас. Мойра закатила глаза. Недостаток воображения его коллеги иногда приводил в уныние. - Костюм контролирует её нервную систему при слабом уровне боли. Если она делает как ей говорят, то ее разум направлен на что-то еще, кроме боли, которая побуждает ее подчиняться. Если она не подчиняется, мы можем увеличить количество боли, которую она чувствует. - И это сработает? Мойра протянула руку, чтобы ущипнуть Жнеца за руку, и он зарычал. - Вот, теперь чувствуешь желание задавать дебильные вопросы? - Нет. - Моя точка зрения доказана. Боль - естественный мотиватор жизни. Люди пойдут на многое, чтобы избежать этого, и я использовала это, чтобы сломить ее волю и изменить её так, как я захочу. - Мойра оглянулась на Трейсер, и на её лице появилась легкая улыбка. - Программа «Ассасин Когтя» будет успешной.