Лунный клинок Конохи

Труп нукенина сняли с эшафота, Шизуне вместе с несколькими ниндзя-медиками отнесли тело в операционную для изъятия глаз. Как показали анализы, никаких заболеваний, передающихся через кровь, у Итачи не было. А помощница Хокаге невольно сморщилась. «Глаза у трупа вынуть? Если это важно, то надо» Труп отнесли в операционную, которую предварительно огородили от остальной больницы. Положив тело на стол, Шизуне поставила на маленький уже стол контейнер с какой-то голубоватой жидкостью. Достав инструменты и надев перчатки, маску, помощница Цунаде начала вынимать глаза. Первый пошел с мерзким хлюпаньем, таким, что Шизуне чуть не стошнило. «Соберись, тряпка! Ты медик, тебя обучили этому. Но не выниманию глаз из трупа!» Первый глаз пошел в жидкость. Второй также вышел с хлюпом и пошел в контейнер. После Шизуне наложила повязку на глаза — чтобы не видеть пустые глазницы, из которых еще текла бордовая кровь. — Тело на кремацию, похороните на кладбище Учиха рядом с Фугаку и Микото, — отдала приказ Шизуне, а сама положила контейнер в особый холодильник. Пять градусов по Цельсию, полностью герметичный и контейнер, и сам холодильник. При такой температуре им ничего не будет. Как только придет время, тогда и пересадят глаза. — Опасная штука эта — шаринган. — Шизуне, — к ней подошел Какаши. — А, Хатаке, что-то хотел? — Небольшую услугу можешь оказать? — Какую? — Можно… Я похороню Итачи. Точнее его пепел. — Да. Разрешаю. — Хорошо, — джоунин вышел из операционной. «Зачем тебе это, Какаши? Хоронить его? Зачем ты сознательно идешь на это?» В кабинете же Хокаге сидела Цунаде и молча перебирала карандаши. Просто так, это ей помогало снять стресс. «Прощай» Первый карандаш пошел в утиль от небольшого нажима. Это решение далось ей нелегко. Она прочла документы от этом. Вся политика Сарутоби была неверна! Обычный компромисс, переговоры и уступки все бы изменили. Но нет, нам надо стоять до конца и уничтожить сильный клан. — Черт! — с этими словами Цунаде сломала все карандаши сразу и кинула в дверь. В это мгновение входил Джирайя, который уклонился от смертоносных кусков дерева. — Ну, Цунаде, надо быть… — Джирайя, не стоит. — Но. — ДЖИРАЙЯ!!! — крик был яростным. Второй сеннин быстро сообразил и поспешил замолчать. — Извини. Мне сложно понять, что ты чувствуешь. — Я отправила человека на плаху. Хотя виноват урод Данзо с нашим недальновидным сенсеем, но все свалилось на него. Это несправедливо! — Но по закону он виноват. — Это противоречие выводит меня из себя. А вдруг я поступила неправильно? — Это мы и узнаем. Нельзя все знать наперёд. — Хокаге-сама, — в комнату влетел Ирука. — Что не так? — Дом Учиха. Он горит черным пламенем!!! Окраины. Дом Учиха являлся типичным зданием главы клана: высокий, из дорогого дерева с зеленой черепицей, внутренним двором, специально сделанным для тренировок, миниатюрным садом. И теперь это произведение архитектурного искусства горело черным пламенем. Первыми подошли именно гражданские и начали тушить ведрами, но вода просто сгорала. Именно сгорала, а не испарялась. После пришли и сами шиноби, использующие суйтон, но и он был бесполезен. Кто-то даже пытался залезть туда, но огонь быстро нагонял вторженца и был готов спалить его дотла. Подошла и сама Хокаге. — Какого? Что это? — Мы не знаем. Оно вдруг взяло и появилось. — Кто внутри? — Саске — сказал Ичиго. — Что там делает генин? — Он и был причиной пожара. — Так, нужно организо… Ичиго слушать дальше не стал и рванул прямо в пламя. Хокаге и другие шиноби орали, чтобы он вернулся, хотя Цунаде орала матом, но Куросаки не слушал, а думал над тем, где сидит Учиха. «Он пробудет его» Мангекью шаринган. Внутри здание уже полностью было охвачено этим огнем, балки начались трескаться и падать. — САСКЕ!!! Дыма, к счастью, не было. Но стоило остерегаться пламени, что и понимал Куросаки. Чтобы пробить путь, он кинул малую гетсугу, однако пламя буквально съело ее. — Придется на ногах. САСКЕ! Послышался всхлип, приблизительно на втором этаже. Ичиго быстро разбивал двери мечом, чтобы не зацепить пламя. Перепрыгнув горящую лестницу, он очутился в спальне, на которой и сидел Саске в обнимку с фотографией. — Почему… почему так все случилось? — Саске! — Ичиго потряс его за плечи. Глаза парня были заплаканными. И в них горел новый узор шарингана. — И-чиго… — Давай выбираться. Подхватив генина, Куросаки вовремя отпрыгнул, ибо сверху уже падала горящая балка. — Окно! Когда рыжий подбегал к нему, пол обвалился, но Ичиго ухватился за выступ. — Так просто не помрем! Подтянувшись на одной руке вместе с Саске, Ичиго выпрыгнул из окна и, перегруппировавшись, приземлился на ноги, все также держа Саске. Тем временем дом полностью развалился, превратившись в догорающие обломки. — Мда, новую квартиру искать надо. Вот черт! , — Ичиго заметил горящий жилет, быстро снял его и бросил на землю. — КУРОСАКИ!!! — голос было ни с кем не спутать. Это была Цунаде в ярости, — ТЫ НЕ ОБОРЗЕЛ ЛИ НЕ ВЫПОЛНЯТЬ УКАЗЫ ХОКАГЕ!!! — Я СПАС ЕГО МЕЖДУ ПРОЧИМ! ЕСЛИ ДЛЯ ВАС ПРИКАЗЫ ВАЖНЕЕ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА, ТО ВАЛЯЙТЕ. — Я И О ДРУГИХ ДУМАЮ! А ЕСЛИ БЫ И ТЫ СГОРЕЛ ТАМ?! МЫ ПОТЕРЯЛИ БЫ ПОСЛЕДНЕГО ИЗ УЧИХ И СИЛЬНОГО ШИНОБИ!!! НЕДОПУСТИМАЯ РОСКОШЬ!!! — НЕ СГОРЕЛ Я БЫ! ДЛЯ МЕНЯ ЦЕЛЬ БЫЛА СПАСТИ ЕГО, А УЖЕ ПОЗЖЕ А ШКУРЕ СВОЕЙ ЗАБОТИТСЯ!!! — ТЫЫЫЫ. НЕКОНТРОЛИРУЕМЫЙ, СЧИТАЕШЬ ЧТО ВСЕ МОЖЕШЬ, НЕТ СУБОРДИНАЦИИ. ДА ГДЕ ТЕБЯ САРУТОБИ ОТКОПАЛ?! Перепалка так и продолжалось бы, если не подошедший Асума. — Извините его, Хокаге-сама. Горячая голова, хехе. Но с Саске все нормально, как видите. Только Учиха сидел на земле, уткнувшись в ноги. — Саске… — Не трогайте меня! Я сам! — и ушел куда глаза глядят. — Пусть идет, одному побыть иногда полезно, — сказал Какаши. По главной улице прохаживалась команда 10. Шикамару, которого сделали чунином, Чоджи, Ино и Сакура. Комендантский час закончился, и жизнь на улице снова забурлила, хоть и витала какая-то гнетущая атмосфера. — Кстати, никто не говорил, почему объявили комендантский час? Даже генинам сказали не выходить из зданий. — спросил Чоджи. — Я своего старика пытался расспросить, но он только отнекивался тем, что это учения и так далее, — ответил Шикамару. — Тоже самое, — сказала Ино. Навстречу им шел Саске, понурив голову. — Саске-кун! — радостно завопила Ино. — Привет, Саске, — он даже не обратил на них внимание, — ответить в лом? Шикамару дернул за плечо и офигел, как и его спутники. Глаза Саске были красными, сам он походил на живого трупа, что бродит по улице, как в страшилках для детей. — Саске. — Прошу, не трогайте, — и побрел дальше. — Что это с ним? — Не знаю, но, думаю, стоит послушаться. Саске забрался на скалу Хокаге, точнее на голову Четвертого, и просто смотрел на лежащую внизу деревню. — Можно сесть? — спросил Куросаки, у него в руках было два стакана чая. Один он протянул Саске, — будешь? — тот молча взял. — Зачем вы меня спасли? — Чтобы ты жил, разве не очевидно? — Если бы я умер, никто бы не грустил. — Много бы кто загрустил. Тот случай в доме — это из-за Итачи? — Я услышал его последние слова. И мне стало больно. Я уговаривал себя, что это игра, что он издевается, но я вспомнил его до этого. И когда он уходил… Он плакал, по-настоящему плакал. — Я, к сожалению, тебя понять не могу. Я хочу спросить: что будешь делать дальше? — Я… не знаю. Я готовил себя к мести, что убью своими руками, а тут… — Ты уважал своего брата? — До этого? — До этого. — Да. Я считал его идеальным во всем. Чуть ли не боготворил. — Слушай, Саске, твой брат как и ты потерял все. Все ради блага деревни. Может, он бы и поступил бы по-другому, мы этого не узнаем. Но точно одно: то, что сейчас деревня жива — заслуга твоего брата. Была бы гражданская: разруха, нападение соседа и все — нет Конохи. Так что, на твоем месте я бы попытался сохранить это наследие. А если ты считаешь, что твой брат помер почем зря: можешь уйти из деревни. Вот только что тебе делать дальше — решать тебе и только тебе, — на этой ноте Ичиго покинул Учиху, тот сидел еще пару минут, а после спрыгнул. Пошел он в магазин цветов Яманака. Там как раз властвовала Ино, следя за цветами. Перед открытием двери послышался стандартный колокольчик над ней. Ино обернулась и увидела Саске. — О, Саске-кун. Как твое самочувствие? Если что-то болит, то можно… — Ино, шесть гвоздик. Пожалуйста, — добавил он, погодя. — А, хорошо, — срезав шесть цветков она протянула генину. — Сколько с меня? — Бесплатно, — протараторила Яманака, — за счет заведения. — Спасибо, — и он ушел. По дороге он наткнулся на кондитерскую, где как раз продавали данго. Немного постояв, Саске взял пару с собой. Кладбище было все тем же — ровные и правильные ряды чистых и ухоженных могил. Перед остальными выделялись две:

Фугаку Учиха

Микото Учиха

Рядом была и новая, третья могила, только что выкопанная:

Итачи Учиха

Саске положил на их могилы по две гвоздики, а Итачи данго, ведь его брат любил их. Погода начала портиться — облака закутали небо, так что стало мрачно на улице. — Привет, мама. Привет, папа. К вам присоединился и брат. Надеюсь, он также будет в покое как и вы. Папа, так это правда? Я был маленьким и не понял бы этого. Но зачем? Гордость? Самолюбие? У меня тоже иногда это проявляется, ничто не могу с собой поделать. Я не знаю что мне делать? Как теперь жить? У меня была цель — месть за весь клан, а теперь нет ничего — только пустота. Как мне быть? Может быть, отец, ты тоже желал процветания деревне и не только заботился о клане. А Итачи принес все в жертву ради нее. Даже вас. Может, есть то, чего я не понимаю. «У тебя есть друзья, я узнал. Так вот — береги их.» Друзья. Ты, брат, говорил про свет в душе. Может, они и есть свет? Каждый человек в конце концов падает во тьму: кто-то медленней, кто-то быстрее. Но они помогают вырваться из нее. Вселяют свет в душу. Как там говорил Третий: «Вся деревня есть моя семья!» А что для меня деревня? Может, и они мои друзья? Те, кто беспокоятся за меня? Наруто. Почему я звал его идиотом? За его поведение? Он собирает вокруг себя людей, дарует им свет, а я… стою один во тьме, не желая принять свет. Возможно, это я придурок, который ничего не понимает, который верит в ошибочные идеалы. «ЭТО МОЙ ПУТЬ НИНДЗЯ!!!» Путь Наруто — добиться уважения, став Хокаге. А мой? «Свет в душе». Решено. Моим путем будет защита. Я буду защищать деревню и всех ее жителей. Я не хочу, чтобы еще кто-то страдал. Чтобы кто-то погрузился во тьму. Вот мой путь Ниндзя. — Саске-кун! — к Учихе бежала Харуно с зонтом. На улице уже лил дождь как из ведра, но Саске, размышляя не заметил этого. — Сакура… — Ино сказала куда ты пошел, вот я и проверить решила тебя. Ты в порядке? За тебя беспокоятся и я, и Какаши-сен… Саске ее только обнял. — Сакура, за что ты меня полюбила? — Э? Ну, за то что ты такой крутой, так выглядишь и… — Это влюбленность, а не любовь. А за что полюбила? — Ты… вселяешь тоже уверенность. Даешь надежду, что все будет хорошо. Как и Наруто. Только он подбадривает громкими речами, а ты показываешь всем своим видом. Да, за это, — Учиха обнял крепче. — Сакура, Будешь моим светом? Харуно не понимала, что происходит. Любимый ей человек неожиданно обнял, спросил за что она его полюбила и попросил «стать его светом». Это сон? — И да, прости за то, что было в больнице. Пойдем к Наруто: я и перед ним извинюсь. — Хорошо, Саске-кун. — Просто Саске. Можешь общаться со мной как с Наруто. У меня тоже есть недостатки, а ты хорошо умеешь исправлять. — Хорошо, Саске, — хихикнула Сакура, они пошли с кладбища. Пройдя практически всю улицу, они встретились с Наруто. — Сакура, Саске! Привет! Слушай, а что за беготня была? — Наруто, извини за то, что было в больнице, — Саске протянул ему руку, — давай забудем о соперничестве. — Что? А как же разговоры о поединке и так далее… — К черту их. Я избрал свой путь ниндзя. — Не уж то Хокаге стать хочешь? — Не, это твоя мечта. А моя — сделать так, чтобы людей не постигало несчастье. Ты, как будущий Хокаге, тоже этого не хочешь, верно? — Ты прав. — Ну что, мир? — МИР, — и два шиноби пожали друг другу руки. Сакура мягко улыбнулась. А стоящий на крыше Какаши и Ичиго тоже улыбнулись. — Вот и командный дух вернулся. Неплохо, Ичиго. — Психология ребенка — дело тонкое. Главное — показать ему дороги, а по какой он пойдет — его воля. — Ты прямо призрак бледный, Теме. Рамен — вот что тебе надо! Он и настроение подарит, и самочувствие улучшит. — Ну хорошо. Веди, Наруто. И команда 7 направилась в Ичираку. Каждый заказал по рамену, они разговорились, смеялись и просто были рады тому, что сидят друг с другом. Дождь закончился, темные и мрачные грозовые тучи исчезли, а за место них появилось ослепительное, теплое, согревающее солнце, что освещало всю деревню. А на скале Хокаге сидел невидимый для всех старик с серой кожей, маленькими рожками на лбу и с сиреневыми глазами, в которых были круги. Сидел в позе лотоса и, наблюдая за блондином и брюнетом, улыбался. — Ашура, Индра. Наконец вы поладили. Хоть это и ваши реинкарнации.