Лунный клинок Конохи

Первым влетел Шисуи, атаковав мечом. Отбив его атаку, я ударил на большой скорости рукояткой меньшего меча, но Учиха смог уклониться и уйти с позиции, за ним появился Джирайя в режиме сеннина. Времени он зря не терял и накопил природную энергию. — Мега-расенган! — огромный шар-ураган в его руке возник передо мной. — Гетсуга теншо! Голубой серп разрезал технику пополам, на моих ногах появились многочисленные взрывные печати. Уйдя из зоны поражения, я попал под атаку Кагами и Яхико. Шиноби Дождя использовал элемент воды, передав предварительно свой меч Учихе, который мастерски фехтовал, но не быстрее, чем я. — Суйтон: водяная струя! — от атаки я уклонился и атаковал, но его спас бумажный клон Конан, который сразу сдетонировал. — Катон: огненный дракон!  — создал технику Шисуи. — Катон: огненный цветок феникса — пара фаерболов Кагами слилась с драконом. —  Серо! — малиновый сгусток свел технику на нет, заодно спалив деревья. — Немного сложнее, чем рассчитывал, - озвучил свои я мысли вслух. По звукам за стеной можно было предполагать, что дивизия медиков уже ушла. Теперь их надо только запечатать, но они могут реагировать на меня даже в сюмпо. До чего же неприятный противник. — Ты невероятен! Сражаешься против пятерых сильных шиноби на равных! — воскликнул Шисуи. — Ты же друг Итачи, верно? — Да, друг и семпай! А что с ним случилось? Я его видел. — Шисуи, понимаешь, Итачи — нукенин. Был нукенином. — Как? За что? — Шисуи был в полном шоке. — Он вырезал клан по приказу деревни. Инициатором был Данзо. — Данзо… Падаль мерзотная. А что с Данзо случилось? — Я его испепелил. После моих слов оба Учихи оскалились. Данзо явно испортил им жизнь. — Надеюсь, его черти хорошенько прожарят. А что с Итачи? — Казнили, — ответил я через силу. — А дать амнистию? Оправдать его? — речь у Учихи была сбивчивая, неуверенная. Шисуи для Итачи был, кажется, как старший брат. — Я говорил ему, но он сказал, что он сам это сделал и ему нести наказание. — Все взял на себя. Ну и Итачи, — Шисуи нервно усмехнулся. — Ичиго, как ты уже заметил, мы можем поспевать за твоими движениями. Мы раскроем тебе наши слабости, — предложил Джирайя. — Не стоит. — Это почему же? Бой затянется, а хуже будет только тебе. — Какой я боец, если не смогу мертвых победить, верно? — сказал я. — Твоя правда. — А ты крутой! Что и ожидалось от рыжего брата!!! — крикнул Яхико. — Рыжего? — Яхико, успокойся, — сказала Конан спокойным голосом. — Но у него рыжие волосы! Мы братья по волосам!!! — настаивал на своем Яхико. Неужели его так взбудоражили мои волосы? — Яхико. Хватит, — Конан сказала более грозно, и Яхико замолчал. - Итак, готов? — спросил меня Джирайя после этой сценки. — Всегда готов! — я встал в стойку, и воскрешенные шиноби снова ринулись в бой. Бой, и правда, затянулся. Самым слабым в этой пятерке был Яхико — его техники не могли нанести должного урона. Я его подловил на складывании печати: перерубил руки и ударил рукояткой меньшего меча по лбу. Осталось четверо. С Конан было сложнее: постоянные бумажные клоны, которые детонируют каждый раз, когда разрезаешь их. В какой-то момент, когда еще один клон взорвался, я краем глаза заметил силуэт настоящей Конан и кинул меньший меч наудачу. И Удача улыбнулась мне: меч пригвоздил девушку к земле и в сюмпо я приблизился к ней и запечатал. Осталось только трое. — Семпо: жабий плач! Мощная звуковая волна оглушила меня, в ушах стоял звон я не мог ничего понять. Кагами ударил по диагонали мечом, но иерро сдержало удар, ударил ногой Джирайя, впечатав в стену, построенную мною же, и ударил мечом Шисуи. Продолжалось мое избиение, так как я не понимал, откуда будет следующий удар. Боль я чувствовал приглушенно. Когда я открыл глаза, в полуметре от лица появился расенган. — Подъем, Куросаки! Инстинктивно я уклонился от атаки, сам не понял, как я смог. Крик Зангетсу помог — звон в ушах прошел. Я притянул меньший клинок, торчавший в земле. Он пробил воскрешенного Джирайю насквозь, и в момент, когда он открылся, я взял его обратным хватом и нанес удар, но Сеннин крепко ухватил мою руку. За спиной Джирайи появился Шисуи и метнул в мою голову мечом. Когда я уклонился, Сеннин отпрыгнул, сложил печати и стукнул по земле ладонью. — Техника призыва: крушитель башен! Из дыма появилась большая голубая жаба в доспехах и с двумя дубинами за спиной. Хорошо, что он не призвал Гамабунту, иначе пришлось бы туго. Амфибия прыгнула высоко и в воздухе выхватила дубинки, а потом с грохотом ударила ими по земле. Для такой туши двигалась она шустро, а с ее спины спрыгнул Джирайя. — Техника земли: адское болото! Под ногами появилось болото темно-бордового цвета, оно стремительно стало затягивать меня в свои пучины. Кагами и Шисуи с помощью катона подожгли трясину. Ситуация не самая приятная, из-за чего я применил серо себе под ноги. Из-за взрыва я подлетел на пять метров, обожгло немного ноги. Жаба выстрелила своим языком, за который я ухватился и притянул ее к себе. Пока она летела, я ее разрубил и устремился к Джирайе. Когда я занес меч для удара, он окружил себя щитом из игл, как еж, только иглами стали его волосы. Клинок застрял. Резким движением вниз я сорвал покров, а меньшим мечом наконец поставил печать на лоб. Щит пропал, а Сеннин начал рассыпаться. — Ичиго, с Наруто все хорошо? — неожиданно спросил Сеннин. — Он стал мудрее, Джирайя. И твои уроки не прошли даром. — Наруто перенял мои идеалы? — Именно. — Это очень хорошо. Позаботься о Наруто. И передай ему, что я горжусь им. — Хорошо, Джирайя, передам. Сеннин упокоился. Теперь остались только Учихи. Их глаза, когда они смотрели на меня, были живыми, как бы парадоксально это ни звучало, но вдруг Учих будто переклинило, и их взгляд стал как у зомби. Шисуи и Кагами сложили печать тигра. — Сусаноо. Сусаноо Шисуи был зеленого цвета и очень похожий на демона из сказок, в руке был меч, похожий на бур. Сусаноо Кагами был ярко-желтым, голову призрака украшал шлем с полумесяцем, оружием же было копье. Это уже не смешно. Однако меч зеленого пропал, и появилось подобие бус над его головой, которые Шисуи метнул в меня с помощью рук Сусаноо, в ответ я кинул Гетсугу большим мечом. Техника Учихи, столкнувшись с черно-красным серпом, вызвала мощный взрыв. В дыму появилось летящее острие желтого копья. Удар я остановил мечом только спустя три метра после столкновения, при учете, что я со всей силы упирался ногами. Двумя мечами будет неудобно, подумал я, поэтому сложил меньший в ножны. Отбив копье в сторону, я занес меч для удара, но заметил, что на подходе был уже Шисуи с активированным мечом-буром. Уклонившись от выпада, я ударил по Сусаноо, но он оказался невероятно крепким, осталась небольшая трещина. Раньше идея проверить прочность этой техники на примере Саске мне в голову не приходило. Найдем другие способы. Еще один удар последовал со стороны Шисуи, который я заблокировал одной рукой, хоть и с трудом, а в левой собирал реацу. — Гетсуга расенган! Бордовый шар, ударившийся по Сусаноо, расколол его как стекло, и в этот момент мечом я поставил печать на лоб Учихи. Кагами бросил копье. Воткнув меч в землю, я перехватил копье, при этом сам чуть не улетел вместе с ним, перекрутил как посох и метнул в Кагами. — Лови! Копье пробило насквозь Сусаноо Кагами, и в момент, когда оно рассыпалось, я в сюмпо ударил его рукояткой по лбу. Пока Учиха рассыпался, я рассмотрел его мангекью — это был узор в виде песочных часов. Вот и победа! А поле было все превращено в пустошь от техник, деревья сожжены, трава испепелена, была только одна голая земля, на которой были небольшие всполохи огня. Я облокотился на еще уцелевший кусок возведенной мной стены, прикрыл глаза, чтобы отдохнуть. И оказался во внутреннем мире. Обычно я тут оказываюсь, если что-то очень срочное. — Здраствуй, временный шинигами. Над окном в позе лотоса передо мной парил Хагоромо, положив свой посох на колени, а за спиной парили несколько угольно-черных шаров идеальной формы. — Что-то не так, Хагоромо? — Я отвечу на волнующий тебя вопрос. — Вы про то, почему в мире, где чакра, есть реацу? — Именно. Но для ответа стоит вернуться в далекое прошлое, когда даже шиноби не было. Он стукнул посохом по стеклу, и возникло изображение женщины с белоснежной кожей, светлыми волосами и глазами, у нее были и костяные рога, а лоб украшал третий глаз, очень схожий на шаринган и риннеган одновременно. Ее взгляд был спокойным и излучал уверенность. И она… была довольно красивая. — Это моя мать — Ооцуцуки Кагуя. Она известна тем, что даровала чакру людям, съев плод со священного древа. Хотя я склоняюсь к мысли, что она отдала часть своей реацу, которую древо превратило в схожую энергию, но которой может владеть и человек. Ее почитали как богиню. — Ее глаза… Это бьякуган! — Великолепная наблюдательность. Да, клан Ооцуцуки владеет бьякуганом, а клан Хьюго получил это додзюцу от них. — Как это «получил»? — В этом мире Ооцуцуки — единственные, кто владеет реацу. Ее можно назвать «божественной чакрой». Простой человек не сможет владеть такой энергией, он просто не приспособлен. Мама смогла даровать клану Хьюго, точнее - одному племени, из которого образовался клан, свой бьякуган, но он был создан на основе чакры, поэтому люди могли пользоваться этим додзюцу, однако некоторые способности были им недоступны. Я, как и мой брат Хомура, тоже владели реацу, но наше количество реацу было мало по сравнению с материнским. Потом родились мои сыновья — Индра и Ашура. В них, закономерно, тоже реацу стало меньше — чакра стала доминирующей энергией. Они стали основателями двух сильнейших кланов — Учиха и Сенджу. Каждое новое поколение лишалось части реацу, пока ее полностью не вытеснила чакра. — Тогда почему я чувствовал реацу у Саске? — Тут есть небольшая загвоздка — я, впоследствии и Индра, овладели шаринганом. Он не был как бьякуган дарован людям — его развили мы посредством сильных эмоций. Реацу не пропадала полностью — она скрывалась за духовной частью чакры. Испытав сильные эмоции, реацу просачивалась и даровала обладателю уникальные способности. — А мангекью расширяет это? — Не совсем: мангекью полностью высвобождает реацу. Именно поэтому ты чувствовал реацу у Шисуи, Кагами — они владельцы мангекью. И Аматерасу с Сусаноо состоит из реацу. — Но почему у Саске реацу сильнее, чем у тех двух? — Саске — реинкарнация Индры. Он унаследовал его дух, значит и унаследовал и реацу Индры. Ты, наверное, почувствовал реацу у Наруто, верно? — Да, немного, когда он учился форме Биджу. А этот белый, который был в лагере, — он как получил реацу? — Он создан из клеток Первого хокаге — Хаширамы Сенджу. Он же прошлая реинкарнация Ашуры. — Но как в клетках хранится чакра? Я не понимаю. Если он прошлая реинкарнация Ашуры, то кто же тогда прошлая реинкарнация Индры? — Мадара Учиха. Это меня повергло в шок. И появились еще вопросы: — Но тот, на собрании, не владел таким количеством реацу, как у Саске, хотя у него были шаринган и явно мангекью. Даже если это самозванец, то откуда у него шаринган? Всех же Учиха, кроме Саске, вырезал Итачи. Как много вопросов. Вспомнил я и пророчества той жабы-пророка: «И ту, что есть прародительница нашего мира. Ты сразишь их своим мечом в честном бою». Я должен буду ее убить?! — Хагоромо, а что стало с Кагуей? — Мама, получив власть над землями, стала другой — бескомпромиссной, жестокой и равнодушной. В конце концов ее желанием стало создать Муген Цукуеми и превратить людей с помощью него в Зецу — того «белого», как ты выразился. Мы с братом запечатали ее. Но я не уверен, что она будет запечатана навечно. — Тогда у меня вопрос: можно ли ее убить? — глаза Мудреца распахнулись, словно эта мысль казалась ему бредовой. — Убить Бога. Это невозможно. Для человека, во всяком случае. — То есть? — Ооцуцуки имеют смертное тело, но они способны к перерождению — рождению в новом теле, которое получает все их силы и воспоминания. В этом заключается их бессмертие. Убить их можно, если обрезать нить души. — Зампакто… — Верно. Только шинигами может их убить. Никто больше. Но я не желал бы, чтобы подобное случилось. — Тогда почему ты не переродился, раз ты тоже Ооцуцуки? — Я не решил перерождаться и остался в форме духа, наблюдая этот изменчивый мир. — Почему Индра и Ашура перерождались? — Они перерождались не так, как Ооцуцуки: реинкарнация только получала их мысли и идеи, но в то же время они были полноценными личностями со своими переживаниями и стремлениями. — Можно обобщить: реацу есть божественная энергия, которой владеют Ооцуцуки и духи. Чакра появилась, когда твоя мать съела плод священного древа. При этом постепенно реацу исчезала, однако она была в «спящем» состоянии у клана Учиха, верно? — Абсолютно. — Тогда как появились Хвостатые? — Ты ведь слышал про Десятихвостого? — Да. — Священное древо, желая вернуть плод, обратилось в это чудовище. А мать, сражаясь со мной и Хомурой, обратилась в этого зверя. После я стал джинчуурики Джуби, а в конце своей жизни разделил его на девять хвостатых, чтобы он не уничтожил этот мир. — Понятно. Пока вопросов нет. Поклонившись ему, я ушел из внутреннего мира. Тем временем уже рассвело. Ушибы и небольшие порезы зажили. Странно что меня никто не пытался убить. — Не благодари. Я поставил барьер на время вашего с Рикудо разговора. Когда ты закончил я, его снял. — Моим телом воспользовался, Зан. — Ну твоя смерть во сне была не самой лучшей кончиной. — Да ладно, спасибо тебе. — Зангетсу усмехнулся: кажется, смутился от похвалы. Только немного размявшись, с помощью сенсорики я определил, где находятся армии, и неожиданно со мной связались с помощью техники Яманака. — Ичиго, это Шикаку. Ты в порядке? — его голос был немного взволнованный, хотя ранее такого у него не было. — Да, а что случилось? — В командном центре все перепугались, когда твоя чакра исчезла. — Я поставил барьер. Как там Пятая? — Она… уже в порядке, но небольшое потрясение еще есть. После Шикаку рассказал, как Ао сообщил о воскрешенном Джирайи, из-за чего Цунаде пришла в ярость, выкрикивая оскорбления и ругательства в адрес Кабуто. Райкаге ее немного успокоил в своей грубой манере. Сам же Ао был поражен, что Кабуто смог воскресить Шисуи, так как он владел самым сильным гендзюцу — «Котоамацуками». Эта техника позволяет контролировать человека, при этом он сам не будет ничего подозревать. Похоже, такой техникой владел и Данзо, ибо, как я помню, узор его правого глаза был в точности такой же, как и Шисуи. — С меддивизией все в порядке? — Да, они в безопасном месте благодаря тебе. Не будь тебя там, мы бы лишились большинства медиков. — Саске! Саске в какой армии? — Этого я не могу сказать. Ао засек его в диверсионном отряде, но после связь с ним прекратилась. А вот это уже плохо. Очень плохо. — А Наруто? Он где? — Направляется к Мадаре вместе с Килле… Что случилось, Ао?! Я увидел на горизонте было два метеорита, которые упали вдалеке. Звуковая волна достигла и меня. Надо спешить. По пути через лес встретился отряд из Зецу. — Ты от нас не уйде… Не успел договорить один из Зецу, как я его разрубил меньшим мечом. — Нет у меня времени на вас! Убрав меч, я активировал лук и расстрелял весь отряд с помощью «Лихт регена».Я подходил все ближе к месту падения метеоритов. Реацу Мудреца становилось все сильнее. Эта война преподносит одни, сука, сюрпризы. Метеориты упали в районе страны Молнии, далековато, ничего не скажешь. В сюмпо все равно быстро доберусь. Вокруг были следы прошедших сражений, мертвых шиноби, похоже, забирали для захоронения. Уже ближе к месту падения в воздухе вилась пыль, песок скрипел на зубах и стоял запах гари. В пустыне со скалами был виден метеорит, пробитый другим. Множество убитых и раненых. А на горизонте настоящий лес. Лес, мать вашу, в пустыне! Около возвышенности стояли все Каге. — Цунаде-сама! — Пятая обернулась, как и остальные. Цучикаге был уже в броне и с раной на лбу. А Мизукаге мягко улыбнулась. — Ичиго! Что ты так долго? И что за вид такой? — С одного края материка на этот бежал. Извините за опоздание. А вид — форма такая, боевая. — Я смотрю, у вас пополнение в рядах. - раздался чей-то надменный голос. На возвышенности стоял человек, воскрешенный, с длинными черными волосами и одетый в подобие самурайского доспеха. Он сложил руки крест-накрест и смотрел пренебрежительно на всех нижестоящих. В глазах у него был риннеган. — А это кто? — Мадара Учиха. Настоящий Мадара Учиха, — ответил Цучикаге, акцентировав внимание на слове «настоящий». — Его нужно запечатать? Пятерых я смог, и этого смогу, — я достал мечи и ринулся на него. — КУРОСАКИ, СТОЙ! ОН СОВСЕМ ДРУГОЙ УРОВЕНЬ!!! — кричала Цунаде. — Самонадеянно, - сказал Мадара ровным голосом. Он создал Сусаноо, который был на порядок крепче, чем у Шисуи с Кагами. Было оно синего цвета, а лицо, точнее морда, была с шипами на подбородке. На меня был направлен меч, от которого я уклонился, но тут же ударила другая рука с мечом, пришлось уйти. — Неплохо. Для сопляка. Я подбросил меньший клинок и ударил плашмя по нему большим. — ПОДАЧА! Меч на огромной скорости полетел в Сусаноо, Мадара прикрыл его рукой, и клинок наполовину вошел в ладонь. На мече была метка ЛБГ, я переместился к мечу, пригнулся и левой рукой собрал реацу. — Гетсуга расенган! Но Сусаноо Учихи не выдержало и раскололось. Правой рукой я занес рукоятку для удара. Глаза Мадара на секунду выразили страх, настоящий страх. Но он тут же исчез, и шиноби сложил печать. — Древесный стиль: древесные колья! Из скалы появились колья, которые пробили мне плечо, другие попали в грудь и живот, но из-за иерро они раскололись. Ушел к Каге, предварительно вытащив кол из плеча, которое тут же зажило. — Недурно, - словно учитель по физкультуре оценивает мои навыки игры в футбол. — На секунду ты испугался. Не думал, что мертвый может испугаться. — Ты из-за той печати на мече? Эти слова были сказаны немного брезгливо, будто они ни на что не влияют. — Ты видел печать? — Риннеган — глаза Бога. Они видят все. Мне не хотелось бы отправиться в загробный мир спустя столь короткое время. — Вот гад! — Что ж, раз ты такой серьезный противник, то и расправиться с тобой надо по-серьезному. Он сложил печать тигра, а его Сусаноо, у которого было четыре руки, тоже сложил печати. — Нет, опять! — крикнул Райкаге. — Это он призвал метеорит? — риторически спросил я. — Верно подмечено. Небо стало темным, и появился метеорит. Одной Гетсугой тут не разберешься. Придется использовать шрифт. Рванув ввысь, я сложил мечи. — Шрифт А: ангел спасения! Форма первая — заступник! Меня окутал желтый свет, и появилась пара крыльев. Посмотрим, какова эта форма в действии. Подготовка к удару… — ДЮРАНДАЛЬ! УДАР!!! Метеорит и летящий за ним другой раскололись в щебенку после удара, который вызвал еще и яркую вспышку. После я отключил шрифт и снова приземлился рядом с Каге. — Это невероятно! — воскликнула Мей. — Принцесса Цунаде, вы не говорили, что у вас есть такой шиноби, — мягко упрекнул Цучикаге Пятую. — Я и сама такого не видела. — Ну что, Мадара? Второй раунд?! — крикнул я Учихе. — Не зарывайся, сопляк.