Крик души

— Америка, каким боком тебя это касается? — пока что миролюбиво спросил Россия, однако в душе его поднималась буря негодования. Какого черта он вечно ебет ему мозги, придумывая повод на пустом месте?! Какими бы ни были чувства русского к зазнавшемуся Америке, но личная симпатия не должна влиять на отношение к несправедливым нападкам. — А таким, что тот, у кого в стране беспорядки, не должен зваться сверхдержавой! — зло выкрикнул США и напряженно вытянулся на трибуне, стараясь казаться выше. Его громкий голос эхом прокатился по залу, на секунду оглушив опешившие страны. Они начали переглядываться, сначала между собой, не понимая, зачем Америке нужно это шоу, затем стали следить за зрительным сражением сверхдержав. Отметили как напряжена статная фигура России, вскочившего со своего места. И останавливают его только ряды зрителей перед ним, иначе бы он тут же кинулся на американца и прикончил, не моргнув и глазом. Силы всегда были неравны. Какой бы ни была экономическая и военная мощь обоих, безоговорочную победу один на один сто процентов одержал бы Россия. Он выше, крепче и закален в боях. Настоящий сын Союза. Америка же совсем другой. Его навыки заканчиваются на умении скакать на лошади и стрелять из винтовки и, пожалуй, если Англия в свое время обучил неуправляемого наследника, то фехтовании. — Есть проблемы и посерьезнее алкоголизма и если уж на то пошло, то не мой народ считается самым пьющим! — угрожающе выпрямился Россия, игнорируя столь же напряженную позу Америки. Беларусь испуганно схватила руку брата, пытаясь успокоить, показать что на его стороне, но он резко оттолкнул ее, не желая случайно причинить ей боль. — Но ты сверхдержава, да еще и владеешь до неприличия огромными территориями, и не то что не пытаешься искоренить проблемы своего народа, так еще и сам алкаш. Такие выродки общества нам не нужны! — США оглядел зал, ища одобрения и поддержки, но все молчали, боясь за свои шкуры. Никто не желал идти против ни Америки, ни России. Это их политика, их конфликт, их война, если на то пошло. Но они были готовы попытаться их остановить, до того, как извечное противостояние достигнет точки невозврата. Ядерная война никому не нужна. И все уверены, что враги и сами это понимают. Так почему же вечно лезут на рожон, пытаясь что-то доказать и угрожают-угрожают-угрожают? Ведь победа одной страны станет ее поражением в тот же миг, как первая бомба коснется поверхности земли, разрушая ее до основания. Больно. Очень…больно. Россия встал и медленно пошел по направлению к США. Не замечая перед собой вскакивающих и расступающихся без слов стран. Беларусь не отрывая глаз смотрела на брата, не понимая, к чему приведут эти разборки. Сердце девушки зашлось в немом крике. Она ничего не мгла сделать, она слаба. Великобритания и Канада смотрели на Америку точно так же. Остальные же страны были в полнейшем шоке. Китай, сам не замечая, что делает, пересел на место РФ и обнял Белоруссию. Она благодарно уткнулась в его грудь, но краем глаза искала в толпе темную фигуру брата, которая источала убийственную ауру в радиусе ста метров, не иначе.  — Пендос!.. — недобро начал Россия. Чувство тревоги уступило место ярости. Да как он смеет говорить ему такое? Жить надоело? Сердце отбивало бешеный ритм, в два раза быстрее гоня кровь по всему телу и от этого, русский чувствовал неимоверный приток сил. Которые давала ему ярость, ярость до слез клокочущая в нем. И он был уверен, что это даст ему совершить непоправимое. Своими руками убить человека, который только что растоптал его любовь на глазах у всех. — А что?! Россия, как ты еще не умер от передозировки алкоголя? Ты ведь просто пьяница! От тебя никто не ждет ничего хорошего… Ты злой и агрессивный! Ты просто ничтожен. У тебя полный беспорядок, повсюду одна разруха! Тебя ненавидит большая часть планеты и я тебя тоже НЕ-НА-ВИ-ЖУ! Поскорей бы ты уже развалился как твой отец! — заорал США, гневно глядя на притихшего Россию и на таких же притихших стран у него за спиной. Ослепительно вспыхнула молния, найдя отражение в солнцезащитных очках Америки, и присутствующие вздрогнули. Но похоже, он сам уже понял, что последнее было лишним. Понял, но поздно. Время не вернешь, слов не воротишь. И нет прощения тому, что он сказал. — Я… Как вы могли понять, я имел в виду конечно же не это, — залепетал он, уже готовый принять на себя тяжелый удар и даже закрыл глаза, но… Боли не было. Россия не схватил его за грудки, не сбросил с кафедры, не бросился отчаянно бить его по лицу, как это не раз бывало раньше. «Ненавижу-ненавижу-ненавижу» — твердило эхо, обжигая слух России. Решительный настрой моментально угас, оставив полное бессилие, горькую обиду и глубокую рану прямо в сердце. Русский никогда не чувствовал себя таким уязвленным. Чувства, светлые чувства не исчезли, но трансформировались в ненависть. Ненависть к самому себе. За то, что он такой, черт побери, просто потому что он такой! И никому он не нравится. Многим стало жаль русского. Но это, как ни крути, разборка сверхдержав. И страны не лезли. Только Украина неожиданно с интересом посмотрела на брата, гадая, что он ответит. — Чего ты ко мне прикопался?! Что я вам плохого сделал? Я не развязал ни одной мировой войны. У меня не было ни одной колонии, даже Аляску я отдал ТЕБЕ! Я не порабощал другие страны, я никому не отказывал в помощи. И я НИКУДА не сбрасывал атомные бомбы, не уничтожал другие страны! Я всегда с пониманием относился к чужим культурам и религиям… Я люблю свою семью несмотря ни на что! Я стараюсь как могу, в то время как ТЫ создаешь мне еще БОЛЬШЕ проблем! Я живу, как умею… Это что, так плохо?!!! — отчаянно закричал Россия. Потому что было больно. И еще больнее, потому что ранил его душу именно Америка. Также отчаянно громыхнули небеса и по стеклам забарабанил дождь. Ветер за окном рвал листья с деревьев. Гроза бушевала вовсю. Росс обессиленно опустился на колени, изо всех сил сдерживая рыдания и прижимая руку к нестерпимо бьющему сердцу. Страны серьезно задумались. Собственно, а почему они слепо верили США, говорившему, что Россия — мировое зло? — Раша, я… — Россия поднял на обеспокоенного американца затуманенный взгляд и оттолкнув протянутую руку ушел, хлопнув дверью. Гроза усилилась. — Да как ты посмел! — закричал на сына Великобритания. И Америка выбежал из зала следом за Россией. Выйдя на улицу, русский посмотрел в плачущее небо глазами, полными слез. — Нееееееееет!!!!!! — отчаянный крик пронзил небеса и буря достигла своего пика. Ледяной дождь обрушился на рыдающего русского, молния осветила улицу, подобно солнцу. Гром загремел выстрелами из пушек, а ураганный ветер перевернул чью-то припаркованную машину. Такого, Америка, стоящий позади, не видел в самых страшных американских фильмах ужасов.