Незабываемый

— Вы где были так поздно? Мы жутко за вас переживали, — говорит с явным сарказмом Пенси, не отрывая ядовитого взгляда от наших сцепленных рук. По её голосу и выражению лица совершенно не заметны переживания и какое-либо беспокойство. Даже ни малейшего намёка. Впрочем, это же Пенси. Внутри всё напрягается от начинающегося скандала, пускай у меня всегда было предчувствие выяснения всего возможного вместе с ней. Мне всегда казалось, что это неизбежно и с этим нужно смириться и ждать сего момента. Несмотря на всё, сейчас я смотрю на Паркинсон всё же совершенно по-другому, без привычной неприязни и ненависти, в то время как она пожирает меня своим гневом. После рассказа Драко о ней и трагичной судьбе её бывшего парня я понимаю, что определённые обстоятельства и сделали её такой злой, раззадорив настолько, что из её уст буквально постоянно сочится яд. Возможно Паркинсон привязана к Малфою больше, чем я вообще предполагаю и думаю. Гораздо больше. И несмотря на моментальную появившуюся ревность в моей груди мне приходится принять этот факт как за возможный. Иначе она бы сейчас стояла и дожидалась нас? Иначе она бы сейчас не пожирала нас взглядом. Я вполне понимаю её: она по-прежнему невероятно сильно любит своего покойного Сэма, но Малфой перестал постоянно вертеться возле неё. Он в принципе не может трахаться с ней вечно, чтобы лишь только ей стало легче. Малфой тоже имеет право на личную жизнь. А не быть просто похожим, почти идентичным образом в голове этой девушки. Которая, судя по всему, сделала бы всё, чтобы вернуть Сэма. Вот только она, увы, не может пойти против Судьбы, потрепавшую ей жизнь. И осознание этого дарит темноволосой невероятную боль на сердце. Возможно, её боль сравнима с моей, которую я чувствовала после смерти своей сестры Луизы. — Мы же написали вам сообщение. Мы заблудились и ночевали в маленьком заброшенном сарае из-за бури. Всё с нами нормально, — резко огрызается Малфой, сжимая мою руку ещё сильнее, явно не дежелая продолжать дальнейшие намёки на адекватный диалог. Пускай вся эта ситуация напрягает меня и не даёт вздохнуть спокойной, в душе всё же теплится это прекрасное чувство какого-то непонятного, но удовлетворяющегося насыщения, что ли. Насыщения, что раньше я была на месте Пенси Паркинсон и лицезрела их идиллию, а сейчас она же на моём. И чувствует эту невыносимую обиду и боль на своём сердце, как и я когда-то. Всё возвращается бумерангом и меняет пешки на игровой доске по-другому. Я не могу обманывать себя, говоря, что меня всё же не радует вся эта пускай и напрягающая, но не менее приятная моей душе ситуация. Ведь после всех тех слов и задирок, которые посвящала в мой адрес Пенси, она сейчас морально мучается, как и я когда-то обижалась на её высказывания и наезды. Во мне крутится смешанный водоворот эмоций и чувств по отношению к ней, от чего чувствую лёгкую покалывающую боль в виске. Я одновременно и сочувствую ей и, даже, понимаю её, как кого-то родного. Но и одновременно не могу насладиться её отчаянием и злостью на лице. Во мне говорят злорадство наравне со страданием, неприязнь наравне с пониманием. — Понятно-понятно, — отвечает она, натягивая фальшивую улыбочку на своём бледном лице, искривлённом в хищном оскале. — Драко, оставь нас с Гермионой одних, пожалуйста. Аж по ушам немного резануло сейчас от того, что она назвала меня по имени, а не по фамилии, как делала это постоянно. И к чему я, собственно, привыкла. Судя по её оскалу, направленный в мой адрес, она явно что-то задумала и поэтому пытается в какой-то мере подлизаться к этому сероглазому, стоящему рядом со мной, парню. — Зачем она тебе? — не убавляя подозрительной интонации, спрашивает Малфой. — Если это то, о чём я думаю, то повторю ещё раз: я не твой и никогда им не был. Ты сама это прекрасно понимаешь. Не стоит ей об этом говорить в очередной раз, — продолжает хамить ей Драко, даже не думая отпускать мою руку, которая уже давно согрелась от соприкосновения с его тёплыми пальцами. Как будто перед нами стоит дикий хищник, от которого он меня так яро защищает. Перевожу на него взгляд. Сердце сразу же нежно бьётся от вида его нахмуренных бровей и того, как он пытается защитить меня. Такой грозный снаружи, но только я знаю, какой он внутри на самом деле. — Драко, всё нормально, — затем произношу я, мягко вытаскивая ладонь из его руки. В голове что-то щёлкает, и сейчас я полностью уверена в своих действиях. — Пусть скажет всё, что она хочет. А ты пока иди в Дом Сломленных душ. Я догоню тебя, как только завершу все дела здесь. Я и вправду не могу вечно прятаться за спиной то Драко, то Гарри. И эта мысль буквально вбивается в голову и не хочет оттуда уходить, разрастаясь с корнями и придавая мне всё большей уверенности. За всё это время и местонахождение здесь во мне проснулись смелость и упорство. Это место в принципе сделало меня другим человеком. И новая Гермиона уж точно не будет вечно прятаться за спиной своего защитника. Она сама выйдет на поле битвы, превозмогая всякий страх. Тем более если я не разберусь со всем этим дерьмом сейчас, то Пенси так и не успокоится. Нужно прояснить всё между нами в данный момент, пока есть такая возможность и не откладывать ещё на сотню других дней. Я уже готовлюсь к тому, что в мой адрес полетят оскорбления, возможные проклятия, обиды и вся злость, но сейчас я понимаю, что все эти обзывательсва, обидные слова — пустяки. Как и оскорбления с издевательствами в школе, которые я таким огромным трудом переваривала и переносила: рыдала по ночам одна наедине со своей душевной обидой, что терзала меня своими когтями, желала умереть, пила успокоительные. Это тоже сейчас кажется такими пустяками и мелочами, на которые даже обращать внимание не стоит. Ведь есть проблемы куда серьёзнее. Как например сейчас. Передо мной — одна из проблем. — Хорошо, — немного неуверенно отвечает светловолосый, кидая на меня ещё один взгляд. Я смотрю на него с глазами, наполненными уверенностью, тем самым уверяя и давая понять, что я больше не дам себя в обиду. — Герм, догонишь потом, — сурово произносит Малфой, окончательно произносит парень, держа курс прямо к Дому Сломленных душ. Он проходит мимо Пенси, даже не удостаивая её своим взглядом. Тем самым оставляя нас одних, один на один во всей этой лесной зимней обстановке. Сделав глубокие вдох и выдох, чтобы подуспокоить разбушевавшееся сердце, я всё же беру себя в руки. — Пенси, — вздыхаю я, не отводя от неё взгляда. Мы остались одни, вдвоём, нас отделяют какие-то несчастные два метра, но это всё равно придаёт ситуации напряжение, которым пропитался даже холодный воздух. — Я знаю про всю твою историю с Сэмом. Поверь, мне действительно очень жаль тебя и твоего парня. Я понимаю тебя как никогда. Это поистине огромная потеря. Теперь-то я понимаю, почему ты стала такой, как сейчас и почему так пеклась о Малфое. Он был для тебя спасательной ниточкой, да? Последним напоминанием, так ведь? — Мне не нужна твоя жалость, не строй из себя понимающую. И тебе Драко рассказал всё это, не так ли? Ублюдок, а я ведь доверилась ему, — шипит и выплёвывает мне эти слова Пенси, а я замечаю в её глазах проблески слёз. И вновь я вижу маску на лице человека. Маску, которой он так отчаянно пытается прикрыть все негативные эмоции внутри себя. — Именно он, — подтверждаю я, улавливая на её лице ещё большее разочарование. И сейчас я её понимаю. Ведь она доверила только ему свою тайну, а он взял и рассказал мне: человеку, которого она ненавидит. Вполне возможно, мне бы тоже стало обидно после такого поступка. — Но это только между мной, им и тобой. Я никому никогда не расскажу об этом, как и он, обещаю. Всё это время он утаивал твою тайну ото всех, доверив только мне одной. Пенси, пойми, я никакого зла на тебя не держу, как и каких-то детских обид. И ругаться с тобой мне не хочется. Она ядовито усмехается, сжимая костяшки пальцев так крепко, что сейчас расцарапает себе всю кожу на руке. Или вообще набросится на меня из-за ярости. Кажется, что меня бы не было, если взглядом можно было убивать. Настолько гневно она на меня смотрит, буквально прожигая взглядом мои внутренние ткани и органы. Прожигая меня насквозь. Такая ненависть только из-за того, что Драко выбрал меня. Только из-за того, что я его выбрала. Только из-за того, что он никогда её не любил. — Я тебя ненавижу, Грейнджер! — в конце-концов выкрикивает Пенси. По её щеке скатывается слеза и сейчас она буквально дрожит из-за переполняющей боли и злости на меня. Даже она может быть слабой, а не вечно холодной и стервозной личностью. Всё же каждый из нас что-то да скрывает. В который раз в этом убеждаюсь. — Он был единственным, кто напоминал мне Сэма! Только с ним я могла забыться! Только с ним у меня получилось почувствовать себя целой, не разбитой! И я даже со своими единственными двумя подругами рассорилась, потому что готова была отдать за каждый с ним момент. — Так вот почему Пенси перестала разговаривать с теми девушками, во главе которых она и донимала меня. Вот почему я вижу их проходящих одних, без неё. — Но ты… Ты появилась здесь, потому что решила броситься под их машину, когда тебя никто абсолютно не звал! Ты с ним небось ещё и трахалась, да? Конечно же трахалась, что за глупые вопросы. Скажи, что он хорош в постели? Уж я-то по себе знаю. К горлу сразу подступает тошнота от представления картины его и её рядом. Уж она знает, на что давить. — Впрочем, к чему я спрашиваю тебя о вашем сексе? Можешь не отвечать, уж я-то знаю ответ, — тут же продолжает выливать Пенси свой поток слов. Мне кажется на её душе сейчас такое облегчение от всего того, что она говорит мне. Как будто у неё давно это крутилось на языке, а она не могла найти подходящего момента для разговора. — А знаешь, почему ещё я тебя ненавижу? Потому что ты хотела покончить с собой, в то время как жизнь так ценна! В то время как родные скорбели бы по тебе также сильно, как я скорблю по Сэму до сих пор, не в состоянии отпустить. А ты просто тупая дура, которая не понимает всего этого! Которая даже не додумалась до этого, когда бросалась под машину! Так опрометчиво шла к смерти, в то время как некоторым не повезло и она сама настигла их! Так почему же она не забрала тебя, раз ты так этого хотела?! Кажется, она давно хотела мне высказать всё это. И в её словах действительно содержится истина. В голове вновь появляется воспоминание, когда я, словно в замедленной съёмке, бросилась под машину. Спорный вопрос, жалею я об этом или нет. Жалею, что поступила опрометчиво и действительно из-за каких-то пустяков могла оставить приёмных родителей, Гарри, школу, жизнь в городе навсегда. А не жалею, потому что всё же узнала горькую правду именно в этом месте, что и заставило меня тотально всё переосмыслить. Также я обрела здесь любовь и изменилась благодаря этому месту и всей полученной информации. Изменилась полностью, став на себя прежнюю совсем не похожей. — Ты права в этом, Пенси. Абсолютно права, — соглашаюсь с ней я, заставляя её явно удивиться от моего ответа. — Но это было в прошлом. Тогда я была совершенно другой. Я была слабой, глупой и не понимала того, что ты мне сейчас говоришь. Поняла только позже. Сейчас я изменилась и понимаю все свои ошибки, Пенси. Больше я не собираюсь их допускать. Не стоит презирать меня ещё и из-за прошлого. Важно, что происходит в настоящем. — Философом себя возомнила? — усмехается девушка на мои слова, а я не свожу с неё приклеенного взгляда, ожидая всё новые и новые порции её высказываниями. — И я всё равно презираю тебя, это ничего и никогда не изменит. Малфой был единственным, кто спасал меня из этого подёрнутого состояния, которое буквально засасывало меня в чёрную дыру. Но ты, жалкая, вечно ноющая, тупая и эгоистичная сука, смогла чем-то покорить его. Правда чем? Тем, какая ты глупенькая? А может быть он с тобой из-за жалости? Буквально только сейчас после её слов я даже зауважала её. Буквально сейчас она будто бы раскрылась мне, как личность. И я думала, что и она успокоится, завершит сей разговор, сохранив нейтралитет между нами. Но от её очередных колющих слов морщусь, чувствуя весь приближающийся гнев, который сейчас огромным потоком выльется из меня. Всё же это, чёрт возьми, сама Пенси Паркинсон. Она не успокоится, пока не придёт к выигрышу и не добьёт меня. Тут же вспоминаются все её взбучки в мой адрес, все её касания к Малфою и весь её секс с ним, что морально уничтожало меня на части. Из-за всех этих моментов во мне закипает такая лавина злости, что я даже перестаю ей сочувствовать. — Я же сказала, что изменилась. Больше я не побаиваюсь тебя, как раньше. Жалкая сука тут априори не я, и впредь я не позволю с собой так разговаривать. Мне действительно жаль тебя и твоего парня, но Драко любит меня. Он никогда тебя не любил. Возможно, именно поэтому ты и срываешься на меня и срывалась всегда, да? Потому что всегда замечала эту связь между мной и им, да? Знала, что рано или поздно ты перестанешь видеть в Малфое призрака Сэма? Знаю, что это сложно, но ты должна отпустить прошлое и принять мои слова как данное. Давай закончим на мирной ноте, разойдёмся и больше никогда не будем пересекаться и враждовать. Поверить не могу. Это я сейчас сказала ей прямо в лицо, вообще не отрывая взгляда? Совершенно также я удивилась самой себе, когда впервые всё высказала Малфою в первые дни пребывания здесь. И если бы мне в школе кто-то сказал, что в конечном итоге я смогу защитить себя, я бы рассмеялась ему в лицо. Тогда одна только мысль о моей внутренней скрытой силе и самоуверенности отчасти даже смешила. Это было будто бы так давно. Кто ж знал, что всё окажется именно так. — Я не идеальна, — продолжаю я на неё смотреть и произносить всё, что у меня накипело точно также как у неё за весь этот промежуток времени. — Я совершила много ошибок. Не отрицаю, что возможно и глупая. Не отрицаю, что жалею о многих моментах с моим участием. Но я также не заслуживаю такого отношения. Я тоже человек, который может ошибаться. Тем более учитывая то, что я ни разу не тронула и не задела тебя за всё это время, Пенси, то стоит задуматься уже тебе. Мы на несколько секунд замолкаем. Она не перестаёт пялиться на меня, переводя взгляд снизу вверх и обратно, как будто бы пытаясь вывести меня из колеи ещё больше. Я хочу окончательно покончить со всем этим и жду, пока она скажет ещё что-нибудь в ответ, но вместо этого она начинает посмеиваться. — Что ж. Говоришь не глупая? Тогда бы ты прямо сейчас проигнорировала меня и не сказала Драко идти вперёд. Пошла бы вместе с ним, — начинает смеяться она, а я хмурюсь из-за недоумения от её слов. Замечаю, как она прерывает наш зрительный контакт и как её взгляд устремляется в правую от меня сторону. — Но, увы, ты глупая. Парни, выходите. Резко в моём мозгу что-то срабатывает и нажимает на кнопку. Шестерёнка начинает крутиться, а тело реагирует моментально и будто само поворачивается назад. Сердце в буквальном смысле замирает, ноги подкашиваются и как будто прирастают к земле, а лютый страх и ужас настигают меня огромной лавиной. Это происходит как раз в тот момент, когда я, развернувшись на сто восемьдесят градусов, замечаю двух бугаев, стоящих надо мной. Первая мысль: бежать. Не зная куда и не зная от кого, но бежать, мчаться, куда глядят мои глаза. Но как только я подрываюсь с места с бешеным сердцебиением один из них останавливает меня, затем со всей дури ударяет меня по голове. От этого я падаю на землю, ощущая, как оставшиеся силы покидают меня. И последнее, что я вижу, ощущая привкус крови: уходящую Пенси. Которая даже не оглянулась в мою сторону.

***

Я медленно разлепляю глаза, и тут же смердящий запах проникает в самые лёгкие, от чего я закашливаюсь, чувствуя накатывающую тошноту. Голова всё ещё гудит и кружится от звонкого удара, готовая будто бы прямо сейчас взорваться от напряжения. Мозг соображает крайне медленно. Кажется, что меня сейчас действительно стошнит, но это не мешает мне поднять голову и осмотреться. Я медленно поднимаю взгляд. Очевидно, какой-то подвал. И это даёт понять не только запах, но и атмосфера: огромная просторная комната, в которой никого нет, кроме меня, множество труб под потолков и проходящих до самого пола, стекающие со звоном капли из них прямо на раздробленный в плитку пол, а также ржавая дверь прямо передо мной. Стоп! Подвал?! Резко, словно по сработанному будильнику в моей голове, мои глаза увеличиваются, а в мозгу вновь срабатывает кнопка. Я подрываюсь с места, но к моему ужасу не могу даже пошевелиться, ведь привязана к какому-то стулу. Чувствую моментально, как же сильно затекли мои ноги и запястья. В голове мигом стали воспроизводиться недавние события: разговор с Пенси и как после него она натравила на меня каких-то своих дружков. Я этого совершенно не ожидала, не было даже мыслей, что она способна на такую подлость. Даже для неё это слишком, чёрт её подери. Она изначально спланировала это? А эти два бугая с самого начала нашего диалога были там, подслушивали и ждали её указаний? И вновь я ничего совершенно не понимаю. Вновь будто бы паучок плетёт паутину, в которую я попала, не в состоянии выбраться. Вдруг я слышу как с отвратительными неприятным скрипом открывается входная дверь. Я тяжело сглатываю и увеличиваю глаза. Время будто бы останавливается вокруг меня, а от головы до кончиков пальцев распространяется только одно: животный страх наравне с ужасом. Как только вижу, кто зашёл в эту комнату, во мне сразу всё скрючивается. — Приходи, мы ждём тебя, адрес я тебе уже сказал. Тебя будут поджидать мои люди, — человек разговаривает по телефону, прикрывая дверь, а затем переводит взгляд на меня, от чего мурашки пробегают по самому сердцу. Дышать становится невыносимо с каждой нарастающей напряжённой секундой. — Если ты конечно не хочешь, чтобы твоя дорогая подружка сдохла прямо сейчас. Ха-ха, да шучу я, не пугайся ты так. Это слишком легко для неё, а я не хочу лишать себя веселья. Вокруг меня образуется дымка. Я ощущаю себя будто в коконе, из которого выкачали весь воздух. Сердце сейчас точно выскочит. На лбу выступает испарина, а настоящий, животный страх проникает в самые глубины души. Мне даже жарко становится из-за поднявшегося давления от волнения и шока. Ведь я вижу, кто прямо сейчас перед моими глазами удовлетворённо убирает телефон в карман и переводит на меня взгляд своих очаровательных голубых глаз. — Ну здравствуй, Грейнджер, — ухмыляется довольно парень, подходя ко мне вплотную и сразу же давая мне крепкую пощёчину по правой щеке, явно наслаждаясь всей ситуацией и моей беспомощностью, всем моим шатким положением. — Давно не виделись, так ведь? Думала я забыл о тебе? — М-маркус.? — сдавленно произношу я, ощущая как болевой шок ударяет мне в голову, а щека начинает невыносимо гореть от столь сильного удара. Словно бы в него вложили всю мощь. А парень, с которым я действительно хотела всё прояснить изначально, лишь довольно скалится, наслаждаясь всей ситуацией. Кажется это начало. Начало конца…