Midnight Demon (Полуночный Демон)

      - Можно задать вопрос?       Леон повернулся ко мне, подозревая в чём-то или откровенно недопонимая, какой вопрос я хочу задать. Скорее всего это из-за тона, в котором варьировал мой голос.       - Да, конечно. Что тебя интересует?       - Когда мы были у Гарри, ты сказал, что документы пришли в офис только вчера утром, как ты об этом узнал? Ты же увидел их впервые, когда приехали мы. - Я состроил недоумевающее выражение лица, на что Леон прыснул от смеха. Видимо, он ожидал чего-то другого.       - Дядя Саша обо всём рассказал.       - Какой дядя Саша?       - Который Шек.       - Шеф полиции? - Я прибывал в недоумении. - Он твой дядя?       - Нет, он мой отец. Не родной. Давай не будем об этом. - Лицо детектива исказилось. Мужчина выглядел грустным, с ноткой злобы. Я решил, что не стоит испытывать удачу. Леон имеет прямые связи с полицией. Знает ли об этом Грегори? Он ведь считает детектива любимчиком шефа. Получается, Леон был усыновлён? Какая у него фамилия, биологического отца или приёмного? Я немного пораскинул мозгами и сделал предположение, что Леон вернул свою старую фамилию или не менял вообще, тогда Грегори может не знать о их родстве с Шефом Александром. Тут мне стало стыдно, ведь я думал, что Шек лет на десять старше Леона, а ведь он ему в отцы годится, как мне в деды. Надо будет как-нибудь извиниться за подобные предположения... Хотя я не произносил этого в слух. За что мне извиняться?       Тем временем мы дошли до родителей второй возможной жертвы из списка. Фредерик и Анна не ожидали нашего прихода, но встретили радушно. Фредерик рассказал нам, какой умницей была его дочь. Как побеждала на всех олимпиадах в школе, занимала призовые места в конкурсах-смотрах и так далее. Процедура продолжалась почти полтора часа и сопровождалась рукоплесканиями вдоль стен, увешанных наградными листами. В основном дипломы и сертификаты за знания предметов. Сам Фредерик был высоким седовласым старичком, как какой-нибудь учитель физики в старшей школе. Карие глаза, широкие плечи, но иссохший. Мужчина хорошо держался, но в глазах всё время читалась грусть. К концу беседы Анна пригласила нас за стол. Она была низенькой, слегка полновата, но моложе супруга. Тускло зелёные глаза, под которыми зияли красные разводы от платка, который женщина доставала из кармана каждые двадцать минут. В такой атмосфере я осознал, как сильно не люблю женские слёзы. Даже не рёв, а обычный плач, который ничем особо не задевает. Я лицезрел горе матери, потерявшей ребёнка. Теперь понятно, что ощущал Леон с утра.       Из разговора с родителями Лилии мы вытянули самое важное. По словам её подруги, девушку должен был подвезти до дома друг. Зовут друга Юрий. Леон попросил Анну позвонить подруге Лилии и узнать адрес Юрия. Спустя ещё полчаса мы проходили мимо нужного нам подъезда. У парадной сидели бабушки, такие, что песок сыплется. Я уважаю пожилых людей, но не тех, которые на каждого второго, выходящего из подъезда и входящего в него, обзывают наркоманами. Собственно, эта проблема сейчас и возникла. Дверь в подъезд была открыта и поддерживалась кирпичом. Великие технологии нашего района. Хотя, наверное такое есть в каждой области нашего государства, а вот в Штатах, Мексике или Азии такого нет. Или хорошо скрывают от СМИ свои высокие технологии. Старушки посчитали нас крокодиловыми наркоманами и костылями пытались отбить проход к подъезду.       - Мы вообще-то расследуем дело Полуночного Демона! - Вскипел я.       - Вы сами как демоны. Небось к Юрочке идёте. Притон там устроили.       - Вы говорите про Юрия Киселёва?       - А про кого же ещё. Каждый день по два пакета шприцов на свалку выносит.       - А вены то какие раздутые у него. - Влезла в диалог другая бабушка.       - Спасибо. Вы очень помогли расследованию. - Воскликнул Леон, пожимая старушкам руки, вводя их в замешательство и смутив беззаботной улыбкой. Понятно было, что детектив нашёл простой способ закончить разговор, чтобы не тратить время.       Первое препятствие мы миновали без потерь, оставалось второе. Владелец квартиры мог не впустить нас, поскольку мы не из полиции, а я уж тем более просто сотрудничаю со следствием. Я сказал об этом детективу, на что он ехидно улыбнулся, достал из кармана удостоверение и протянул мне. Это было рабочее удостоверение Грегори. На фотографии он был лысым. Я заметил невообразимое сходство с собой. Вот почему Леон спросил, давно ли я брился.       - Ты украл у Грегори удостоверение?       - Не то, чтобы украл... Ну да, украл.       - Не из-за этого вы с утра ругались? - Поинтересовался я.       - Из-за этого. Я и не думал, что оно пригодится, но сейчас попробуем.       - Ведёшь себя как ребёнок.       - Возможно. - Обрезал Леон.       Мы постучали в дверь квартиры и попросили открыть, сказали, что из полиции и я показал удостоверение. Мне было не по себе, но всё прошло гладко. Дверь открыл тощий парень ростом метр семьдесят. По всей видимости это был сам Юрий. У парня были погасшие серые глаза, со слегка пробивающимися голубыми тонами. Возможно, эффект от наркотиков. Зрачки расширенные. Глазные яблоки красные и блестят.       - Проходите.       - Вы чересчур спокойны, Юрий. - Подчеркнул детектив.       - А что толку переживать, когда беда уже случилась?       - Я тоже так думаю. Уважаю ваше решение.       - Как вы могли понять, мы пришли из-за пропажи Лилии Зайцевой. - Продолжил мой напарник.       - Она здесь живёт. Со мной. Уже неделю. - Холодно ответил собеседник.       - Вы не против, если мы пройдём?       Парень небрежно махнул рукой и повёл нас на кухню, поджигая сигарету. На столах стояли горы грязной посуды. Возле мусорной урны в хаотичном порядке располагались обёртки от конфет, шоколадок и других сладостей. В самой урне лежали шприцы и те же обёртки, образовавшие большую горку. Юрий смахнул со стола две дорожки кокаина обратно в пакет. Там же лежала свёрнутая купюра не крупного номинал. Назначения всего присутствующего были мне понятны, на удивление. На полу за холодильником выглядывало прожженное горлышко от бутылки, забитое фольгой.       - Извините, у меня тут не прибрано. Много мне светит? - Сказал Киселёв, сладко потянув горькую сигарету.       - Смотря за что. - Кисло улыбнулся Леон, состроив недовольное выражение лица.       - Хранение, употребление. В особо крупных, наверное.       - Вообще... Мы не из полиции. - Этими словами детектив разрушил всё наше прикрытие и мне стало не по себе, но я не стал подавать вида.       - А как же?..       - Просто похожи. Собственно, мы здесь по другому делу. Ведём расследование по делу Полуночного Демона, а Лилия Зайцева считается пропавшей.       - Многие считают, что это сделал Полуночный в вашем лице. - Вписался я.       - Ваши контакты нам дала подруга Лилии. Сказала, что вы забирали её на машине после ночёвки у подруг. - Закончил за мной детектив.       - Да. Всё верно. Только я не байка Бабайка, которым пугают местных.       - Телосложение не то. - Пробубнил я в сторону детектива.       - Да я и сам понял. - Отозвался Леон. - Так, мы можем увидеть Лилию? Её родители очень переживают.       - Она спит. Не хочу её будить. - Хрипло отозвался Юрий, покашливая и бросил окурок в окно.       Из-за спины послышались шаги. Молодая девушка в фиолетовой ночной рубашке, потирая глаза подходила к нам, шатаясь как зомби. На венах мелькали чёрные точки от уколов. Волосы сбивались в кучу и переплетались в узлы, зелёные глаза блеснули в отражении кухонного света. На улице зима, рано темнеет, неужели наркоманы и правда боятся света? Если это химическая реакция на ультрафиолет, тогда не удивительно. Девушка была необычайно красива в свои восемнадцать, как роза, только срезанная с клумбы. Или ещё не срезанная. Только распустившая свои лепестки, но по собственным причинам вынуждена гнить во мраке. Во мраке серой квартиры на краю города. Быстро прожигая свою жизнь и не менее быстро увядая.       - Здравствуйте. Я уже не сплю.       - Добрый вечер. - Произнесли мы в один голос.       Девушка подошла к Юрию и поцеловала в щеку.       - Ты поставил чайник? - Поинтересовалась она.       - Нет. Забыл.       - Это очень не культурно. - Она нахмурила брови. Пышные, русые брови.       - Прости. - При виде девушки Юрий уже не был таким бесчувственным, а зрачки казались ещё шире.       Атмосфера непонимания происходящего накрыла меня волной. Я абсолютно не понимал, что происходит и что надо делать. Девушка смотрела в окно и молчала, а Юрий опустил взгляд в пол. Видимо, изображая вину.       - Вы любите друг друга? - Прервал молчание Леон. Удивив своим вопросом всех. - Вам хорошо вместе?       - Да. - Сказала девушка робко улыбнувшись и бросив взгляд на Юрия.       - Я ради неё даже курить бросил. Почти.       - Весомый аргумент. - Произнёс детектив.       - Что дальше? - Поинтересовался Юрий.       - Конечно, было бы правильно сдать вас в полицию. Но у меня есть компромисс.       - Компромисс? - Удивился владелец квартиры.       - Лилия. - Обратился он к девушке. - Сейчас вы позвоните своим родителям и скажете, что с вами всё хорошо и что хотите жить со своим парнем, а завтра мы с вами съездим к ним, чтобы они не беспокоились. Я захвачу с собой их заявление о пропаже, чтобы вас больше не разыскивали. И нам станет жить легче, и вам. Та и соседям не докучайте. Согласны?       - Конечно! - Девушка улыбнулась и обняла Юрия.       Парень нежно положил на неё руки свои, трясущиеся. Зрелище, конечно, милое, но и страшное. Когда мы вышли, я стал расспрашивать Леона, почему он позволяет происходить такому. Они же наркоманы. Их лечить надо. На что он ответил - "Зато они счастливы". Я обдумал увиденное и снова был в смятении.       - Как думаешь, наркоманы хотят детей? - Спросил детектив.       - Предполагаю, что нет.       - Конечно не хотят. Они с трудом находят деньги на дозу. Работать не могут, или наоборот, работают до истощения, чтобы купить ещё. Вот только наркоманы очень любят заниматься сексом. Обычно с контрацептивами. Ты видел у них такие?       - Нет. Но это не значит, что таковые отсутствуют.       - Мы как-то с Грегом влетели на ночёвку школьников. Старшая школа, последний год обучения. Ребятам было настолько весело, что все лежали в отрубе. Весь пол был в сам понимаешь чём. Эти двое не выглядят ужасными. Да, теперь их жизнь будет сложной и мне жаль. Но это только их дело. Я вижу, что они вместе счастливы. Для меня это важнее.       - Но это не правильно.       - Как знать... Не всё делится на да и нет. Иногда делиться невозможно. Иногда среди сотни "нет" проскользает единственное "да", а иногда на "да" отвечают матерным словом. Мне сложно всегда отвечать категорично. Поэтому проще поступить по совести.       - Не желай другим того, чего бы не хотел сам?       - Что-то вроде...       Я приехал домой и плотно поужинал. Родители обхаживали меня со всех сторон, что редко случалось. В последнее время они уделяют мне слишком много внимания. Конечно, это из-за произошедшего с Демоном. Я стал обдумывать, почему он меня не убил. Почему не пытается убить сейчас? Я ведь свидетель. Помню его телосложение и голос. Неужели ему плевать, что будет дальше? По статистике все маньяки боятся, что их раскроют. Демон же действует так, словно ему не придётся скрываться долго. Одно ясно, у него что-то на уме. То, что я пока не могу понять. Я слишком многое не могу понять. Бесит!       Леон бы наверное сказал: "Не стоит задумываться о причинах". Может, он прав, и некоторым вещам не нужны поводы быть. Они просто есть. Мы живём в мире, где не всему нужно объяснение. Большой простор для различных психических заболеваний.