mori, salvus erit, occiditis

что глеб чувствовал в первую неделю пребывание здесь? объяснить сложно, а пережить еще сложнее. моральная давка со стороны артема, хоть какая-то поддержка от давида, что помогала плохо, но без нее парень бы слишком быстро чокнулся. тренировки начались незамедлительно и не сказать, что они были сложными. видимо, артём решил пожалеть новенького. основы — это всегда скучно и однообразно, только вот не для глеба. тому и правда было интересно слушать рассказы шатохина о разных видах оружия, о том, как-то работает, какие увечья может нанести, а также какого калибра пули понадобятся, — хорошо, теперь скажи мне, какой калибр подойдет для диаметра ствола четырнадцать миллиметров? — в этот раз шатохин говорил спокойно, не старался повысить голос, в целом и правда пытался научить тому, что знал сам, однако ответа на свой вопрос не получил, — ты вообще меня слушаешь? я для кого тут распинаюсь? — в этот раз шатен оказался непозволительно близко, заглянул в зеленые глаза напротив и будто бы попытался прочитать все, что находилось в светлой голове, но не смог и быстро отстранился. ну и что делать с этим мальцом? тот будто бы находился не здесь, витал в облаках, а шатохина это раздражало сильнее всего. он мог бы как следует всечь тому, чтоб впредь слушал и не хлопал ушами, только останавливало всего два аспекта: мирон и камера в углу подсобного помещения. этот гад следил и если бы шатен задумал убить теперь уже своего товарища — сам бы лишился жизни. старшему не оставалось ничего, кроме как начал возмущаться, а глебу похер, ну вот просто похер, он опять не слушал, потому что внимание было сконцентрировано не столько на материале, который изначально казался интересным, а на самом артеме. глядя на этого парня интерес сам по себе зарождался внутри. хотелось знать, чем тот живет, о чем думает и что будет делать в той или иной ситуации, — долго будешь пялиться на меня? я не картина, — неловкость повисла в воздухе, под взглядом шатохина было некомфортно, тот и сам принялся высматривать что-то, при этом сложив руки на груди, — ты мне скажи, я для чего тут с тобой нянькаюсь? ты пошел сюда сам, согласился на то, что я буду учить тебя жить здесь, но что же ты делаешь теперь? испытываешь мое терпение, вот что ты делаешь, — тишину в помещении разрезал звук удара кулаком об стол, — я что, со стеной разговариваю?! — больше сдерживаться шатен не собирался стоять и ничего не делать. через секунду на щеке блондина остался крайне болезненный след от чужой ладони, — сука, не еби мне голову, иначе я откручу твою, — нестабильность шатохина сейчас как никогда сильно бросалась в глаза. с парнем явно было что-то не так. дерганые движения, искусанные в кровь губы, разбитые костяшки и глеб очень сильно сомневался, что это было сделано во время драки, когда шатен бил кого-то по лицу. дело в том, что было внутри. страшно представить, что перенес этот с виду миниатюрный парень. из рассказов джангиряна удалось узнать, что артём попал сюда еще совсем юным, значит, он тут один из первых киллеров? да, возможно. — прости, я…задумался, — голубин поджал губы, после дотрагиваясь до горящей щеки и наконец-то разогнул спину. больше было нельзя вести себя подобным образом, что-то внутри подсказывало — это будет стоить очень дорого, — просто, ты так мне и не ответил тогда, в коридоре. сколько людей ты уже успел убить? — аха-ха-ха, ты серьезно? тебя только это интересует сейчас? ты и правда блестяще тупой, — артём постепенно начинал считать этого блондина настоящим безумцем. почему его волновал сам артём, а не то, что тот вещал ему? разве это важно? он похож на биографа? да черт его знает! мальчонка странный и стоило начать выбивать из него эту дурь, — значит так, я тебе не друг, не товарищ, я твой наставник и ничего, кроме соседства и того, что происходит сейчас нас не связывает. мои дела тебя не касаются, не питай ко мне интерес, не привязывайся и не думай, что когда-нибудь сможешь подойти ближе, у тебя не получится, — снова два сложенных пальца были приставлены к чужому лбу. артём буквально простреливал чужую голову одним только взглядом, — я понятно объясняю или повторить? — блондин все-таки убедил шатена. он поднял руки в примирительном жесте и неловко улыбнулся, затем обратившись взглядом к тем материалам, которые шатохин принес для ознакомления, — продолжим. глеб и правда пытался сконцентрироваться на словах, что влетали ему в уши, но когда артём стоял рядом — сделать этого не представлялось возможным. тот забирал все внимание к себе, а глеб особо и не сопротивлялся, ведь ему нравилось то, что он видел перед собой, но в этот раз он был намного аккуратнее, потому что удары у шатена были выточены, он ими мог убить, если бы сильно захотел, — на сегодня все, можешь быть свободен, первоначальное оружие я тебе выдал, постоять за себя сможешь в случае чего, но мой тебе совет. лучше не нарывайся, здесь есть психи похуже, чем я, — теперь шатен выглядел совершенно безразлично. на его лицо не было эмоций, он явно погрузился куда-то глубоко в себя, но просто так отпустить того было бы слишком легко, так что младший решился на отчаянный шаг, — артём, дай мне еще один урок. не такой, практический. тебе не кажется, что давать человеку оружие при условии, что тот его никогда в руках не держал как-то глупо? — и правда глупо, глеб не знал даже основ того, как перезаряжать, как держать так, чтоб попасть точно в цель и именно своей глупостью в данной теме зацепил откровенно заскучавшего сейчас шатохина. подобное рвение было оценено, что стало самым удивительным за этот день. голубоглазый хоть и не сказал ни слова, но одного кивка уже было достаточно, чтоб понять — тот сделает то, о чем его попросить. дальше все происходило словно в тумане. глеб послушно шел за шатеном по длинным коридорам, спускался по лестницам и не даже не сопротивлялся. откуда-то он знал, что сейчас он в безопасности. Зеленоглазый вышел из своих мыслей, когда почувствовал, что врезался в чужую спину и чуть не отлетел из-за скорости с которой шел сам, — добро пожаловать в мою личную обитель, впечатляет, да? можешь не отвечать, я и так знаю, что ты в восторге, — и правда в восторге. комната была идентичной с той, откуда они совсем недавно вышли, но одновременно с этим совершенно отличалась. здесь было холодно, светло и пахло чем-то сладким, словно гниющим, — располагайся, в тренировочный зал нам все равно не попасть, так что начнём здесь. я удивлен, что ты сам предложил практический урок, все-таки не все еще потеряно. глебу слышать подобное от человека, который еще буквально несколько минут назад грозился его убить. что это? похвала? и даже не послышалось? окей, артём объективно странный, причём по всем фронтам, но от чего-то внутри появилось непреодолимое желание сделать все возможное и невозможное, чтоб подняться еще выше. то самое: «еще не все потеряно» должно стать лишь началом. — теперь смотри, с этой стороны одноствольные ружья, — рука шатохина указала на несущую стену, где преспокойно и в понятном только шатену порядке были развешено оружие, — с другой двуствольные с горизонтальным расположением гладких стволов одного калибра, или «горизонталки», — запомнить столько новой информации сразу было чертовски сложно, однако блондин и правда старался, даже кивал понимающе, хотя толком ничего не понимал. противоречие его второе имя. — а вот тут у нас находятся бокфлинты, — шатохин теперь словно не замечал чужой рассеянности, просто указал на деревянный ящик и достал один из них, затем показав как заряжается подобного рода оружие, — где-то были еще киплауфы, но мы здесь не для них точно. — а тут что? — младший указал пальцем на железный ящик с огромным навесным замком, что привлёк его больше всех остальных. что-то тянуло к нему, словно там был сильный магнит, а сам глеб был какой-то железной монетой. — автоматические винтовки SAR 80, калибр пять целых пятьдесят шесть сотых миллиметров, янович привез из сингапура для ознакомления, нравится чтоли? — голубоглазый задумчиво хмыкнул, когда блондин судорожно начал кивать головой, цепляясь взглядом за автомат, — ну, сегодня я добрый, да и этот хлам занимает много места. хватай и иди к мишени, кто знает, возможно у тебя получиться обуздать ее. — также обрати внимание, на столе можешь увидеть боевые ножи, иногда они нужны, чтоб пытать особо молчаливых, но это происходит редко, так что это скука смертная. я этим не занимаюсь и тебе не советую, потому что за это не доплачивают, — голубоглазый медленно подошел к столу и взяв один из ножей в руки, начал крутит тот, — клинок данного вида ножей часто обрабатывается специальным черным антибликовым покрытием, которое позволяет ему не блестеть в темноте или на солнце, красиво, но бесполезно. все было бы хорошо, если бы безумство артема снова не заиграло в сознании. парень аккуратно провел по острию ножа пальцем, после чего принялся наблюдать за тем, как на нём сразу же образовался порез, наливающийся кровью. шатохин с каким-то особым трепетом провел языком по ране, поворачиваясь к блондину, — ты опять уставился? приступай, — смена тона голоса заставила голубина сжать подаренный ствол в ладонях и нервно сглотнуть. снова этот взгляд, снова ощущение, что внутри него что-то есть.