Love after death

      Фреш с Ошибкой зашли в глючный портал, за ними последовал и Гено. Волна глюков прошла по его телу, затягивая в дырь меж мирами. Тут так страшно.Чёрное, как будто безграничное пространство переходит к низу в ярко-красный, что являлся единственным источником света в переходе. Синие нити, идущие со всех сторон, обвивали, стеклянный "тоннель", а в некоторых местах и полностью окутывали его, укрывая от кровавого света. По ту сторону прозрачной стенки доносились хихиканья. Боги, как только Блу здесь ходит?       Впереди показалась ещё одна кучка глюков, закрывающая выход. Младшие братья уже пропали за ней. Гено морально начал готовится к неприятному, болезненому чувству. Убрав руки в карманы своей чистой, белой толстовки, чтобы защитить их от колючих лагов, полумёртвый вздохнул. Он сделал ещё несколько шагов к выходу. Не успел даже подойти на полметра, как глюки окутали его, выплёвывая с другой стороны. Геноцидник вылетел из портала, падая на что-то мягкое. Полумёртвый встал с земли и оглядел место, куда его приволокли братюньки. Почву покрывала насыщенно-зелёная трава, что из-за вечной темноты казалась почти чёрной. Она спасла его от жёсткого падения. Высокие, мощные древесные гиганты с богатой кроной окружали трио скелетов. Через обрыв, по которому до ближайшего уступа лететь неблизко, на другую сторону проложен деревянный, досчатый мостик. Красивые цветные дома со звёздными крышами находились за ним. Прекрасное небо, покрытое туманами. В нём проходил Млечный путь, каждая звезда которого хранила мечты, желания, секреты. Это же то самое место, в которое он попал в первый раз. Вроде бы… Да, это оно! Просто, наверное, они на другом острове.       — Это — Оутертейл. Самая красивая AU-шка во всём Мультиверсе! — заявил Фреш. У него сегодня хорошее настроение. — Даже Эррор её хочет разрушить в последнюю очередь. Ведь так, брателла? — Ошибка ничего не ответил свежему, и это странно. Обычно он начинает кричать то, что он ему не брат, никогда им не был, не будет и тому подобное. — Не волнуйся Гено, с ним всё хорошо. — произнёс светофор, почувствовав волнение и непонимание от Глюка. — Просто Инк предложил временное перемирие, и наш влюблённый Эррор согласился! Теперь думает, как в своих чувствах признаться.       — За.ЗаМОлКНИ! — гавкнул Егор, выбираясь из мечтаний.       — Оши~. Ах! Любовь моя! Быстрее! ~ — издеваясь над бедной ошибочкой, сказал Фреш. Его голос стал тоньше. Похоже, он изображал Инка. Гено хихикнул, на его скулах выступил румянец.       Если бы скелеты могли покраснеть от злости, то разрушитель миров сейчас сидел бы как отборный помидор, недавно собранный с куста в огромном парнике с тысячами таких же помидоров, но он был бы самым насыщенным, красным и вкусным. Эррор рыкнул.       — Пойдёмте уже, иначе проторчим здесь и ничего не успеем. — зло проговорил Егорушка, направляясь по тропинке в противоположную сторону от деревни. Фреш здорово его так бесит. Задолбал, наверное, за всё время поисков пропавшего Геннадия. Кошмар из девяностых с полумёртвым последовали за братом. Долго они шли в тишине, но вскоре она всем наскучила. Чёрный скелет решил прервать её.       — Как там у вас с Рипером? —поинтересовался разрушитель, ехидно улыбаясь. Мертвяк тут же нахмурился, дав понять, что лучше бы Егору не продолжать. — да ладно тебе. Не злись, я же ничего такого не сказал.       — Нормально всё…       — Ничего вы там не задумали? — улыбочка на моське ошибочки растягивалась ещё шире.       — Что мы должны были задумать? — сезьёзно не понимая, к чему ведёт братец, спросил Гено. Ошибочный глянул на Фреша, Фреш глянул на Ошибочного. Что-то здесь не так. Они никогда себя так не вели. Гено подошёл к свежему и, взяв его за скулы, коснулся его лба своими «губами».       — «У этого температуры нет…» — Глюк отпустил братца и уже направился в сторону Эррора, но тот, замахав руками в знак того, что не нужно подходить, сказал:       — Гено, не надо!       Полумёртвый недовольно уставился на ошибку. Они неестественно себя ведут, и Геноцидник подумал, что они могли заболеть.       — С нами всё хорошо! — начал успокаивать того Эррор.       — Вы, что, бухие, что ли? Или беременные?..       — Нет. Мы не больные, трезвые, не беременные, умом давно тронулись. Всё в порядке. Правда. Не лжём. — сорвался Фреш. Этот разговор, заходящий потихоньку в тупик, его задолбал. Повисло молчание. — Хей, брооо. Мы тут с Эррором приготовили кое-какой подарок. — загадочно протянул светофор. Его настроение вновь поменялось. Они точно что-то задумали. Вопросы про Рипа, подарок, странное поведение…       — Почему мне кажется, что этот «подарок»…       — Всё с ним хорошо! Просто возьми. — самый младший братец всунул Гено в руки коробку, которую всё это время таскал с собой. Она завёрнута в бардовую обёрточную бумагу. На одной из шести сторон присутствовал белый бумажный бантик. Он был какой-то косой. Эти два рукожопа не способны ничего сделать аккуратно. Ну ладно. Дарёному коню в зубы не смотрят.       — Спасибо… — разрушитель миров и свежий переглянулись, какой-то странно улыбаясь. — Да что такое?! Чо вы задумали?! Признавайтесь!       — Ни-че-го. — вот же жопашники…       Эррор, Фреш и Гено гуляли по Оутертейлу, беседуя на разные темы. Егор завалил вопросами Гено: нормально ли ему там жить, как Рип к нему относится и не делал он того, чего не стоит, ну, вы, думаю, поняли. Гено, конечно, отвечал на них, но немного недосказывая. Например, тот неприятный случай, когда поцелуйчики от жнеца привели к ЭТОМУ. Гено не хочет говорить, что этот кусок идиота его изнасиловал и просто сказал: "Целоваться этот придурок лезет". Не поорать над этим было бы грехом для вампира и ошибки, а их, у этой пары скелетов, и так вагон с маленькой тележкой накопилось, ну они и поржали. Идиоты. В тот момент Геноциднику было за них стыдно. Очень стыдно. А кому не было бы? Двое взрослых монстров валяются на траве, катаясь по ней, и орут с того, что какой-то идиот лезет целовать мужика. Блять, как смешно! (автор: *умирает со смеху. Ваша мама уже поехала оформлять документы в психушку*) Бедные монстры, проходящие в пятиста метрах от них. Наверняка они получили сильнейшую психическую травму. От того, как эти придурочные ржут, закопаться под землю хочется, попросить положить сверху своей могилы стекловолокно и залить бетоном, чтобы уж наверняка не услышать их.       После пятнадцати минут смеха и пяти минут избиений. Кхым. пяти минут успокоения, они решили отправится в другую вселенную.       День проходил весело. Гено познакомился со многими Сансами, побывал во многих вселенных. Странное поведение братьев пропало, сменившись нормальным, и это успокоило Гено, позволяя вдоволь насладиться прогулкой.       Забавные, приятные и не очень моменты накапливались в черепушке полумёртвого. Их будет приятно вспомнить. Его настроение взлетело до небес. Сейчас он просто шёл в следующий мир, напевая весёлую песенку, совершенно не обращая внимания на ужасы коридора разрушителя миров.        Выпрыгнув из портала, Гено широко улыбнулся, обводя взглядом новое место. Его глаз засиял. Бедный дядя Фреш уже обожрался радостью. Коллосально большие, величественные деревья росли в этом мире. Их зелёная, негустая листва, несмотря на зиму и холод, росла, она пропускала вниз лучи солнышка, заливающие всё своим тёплым светом. Под ногами хрустел нетронутый никем снег. Он блестел, словно миллионы маленьких алмазов, переливаясь на солнце.       — От такого количества счастья я сейчас подохну, — прохрипел вампир эмоций и упал моськой в мягкий мокрый снег. — мы всего лишь водим его по вселенным, а он сияет от счастья. Бёрд будет рядом пролетать и в дерево врежется, ослеплёный лучами радости.       — Хех. Он Кроме Рипертейла и Загрузочного экрана нихера не видел. Вот и сияет.       — Интересно, — светофор поднял голову, подпирая "щёку" рукой. Он наблюдал за полумёртвым. Он что-то лепил из снега. Детство проснулось? — почему Рипер не выводит его в другие вселенные? —Этот Бог — жуткий собственник. Он сделает всё, чтобы его «развалинку» никто не видел и не трогал. — Эррор усмехнулся и сел на гамак, только что сплетённый из синих нитей.       — Откуда ты это знаешь, бро?       — Я тебе не брат! И Рипер сам об этом сказал. — произнёс раздражённо уничтожитель.       — Хей, мелкотня, чего расслабились? — хитро улыбаясь, спросил подходящий к братцам Гено.       — Хей, старик, чего напрягаешься? — передразнил его Эррор, смотря на снеговика, что слепил Геноцидник.       — Старик? Ха! Да я ещё молод!       — Праавда? Тебя случаем радикулит не замучал? — с язвой в голосе поинтересовался Ошибкин, встав с гамака.       — Началось... — выдохнул Фреш. После этого дня ему ещё месяца два питаться не придётся.       — Пока что нет.       — Пока что. — подметил Эррор. Мертвец недовольно рыкнул.       — Жопашник! — крикнул Гено и отправил в полёт снежок, тот прилетел прям в рожу чернокостному, точнее в нос. На моське Афтера расплылась широкая, довольная улыбочка. Дестрой принялся стряхивать остатки снега, которые прилипли к черепу и не желают падать на земельку.       — Так значит? Ну сейчас я те покажу, дедуля. — Егорушка зачерпнул горстку снега и скомкал её, превратив в неровный шарик.       — СНЕЖКИИИИ! — крикнул Фреш, запульнув в ошибку природы снежком. — Гено, бей его! — прокричал кошмар из девяностых. Афтер уже успел заготовить немалое количество беленьких шариков. Они такие ровные и красивые, что использовать их в качестве снарядов жалко.       Скелеты начали закидывать Эррора снежками. Тот отбивался, как мог, но постоянная бомбардировка не давала ему даже подняться, и пришлось, прикрывая череп руками, лежать личиком в снег, поджав под себя коленки.       Недалеко от трио пролетал Бёрд и, увидев знакомое лицо… Ох… Эээм… и увидев знакомую задницу, поспешил узнать, что там происходит.       — Что за расизм? — поинтересовался ворон, приземляясь около Фреша и Гено. Они остановились.       — Расизм? Мы в снежки играем. — невинно произнёс свежий. Бёрд глянул на кучу снега, которая когда-то была разрушителем миров.       — Хе-хе. В снежки….... Можно мне с вами?       — Конечно!       Теперь уже трое монстров начали снова закидывать несчастную ошибочку снежками.       Через пять минут им это надоело, и они остановились. Куча снега не шевелилась и не издавала никаких звуков, признаков жизни, но Рипера пока что видно не было.       — Он, чо, подох?       После слов ворона наступило затишье. Режущую слух тишину прерывал только ветер, шуршащий листьями и насвистывающий какую-то грустную песенку.       Внезапно, гора чуть приподнялась. И ещё чуть-чуть, и ещё.       С диким ржачем из-под снега вырвался Эррор и тут же, не без помощи магии, кинул всю эту гору в тройку. Та, под весом замороженной водички, повалилась на землю, а Егорушка заливался злорадным смехом, согнув руки в локтях и поднимая их вверх, растопыривая пальци. Как какой-то злой гениальный учёный.       Скелеты с трудом, но всё же выкарабкались из-под снега. Оттряхнув крылышки, Бёрд протянул незнакомому ему монстру руку.       — Привет! Меня зовут Бёрд, а тебя?       — Гено. — кратко ответил полумёртвый и пожал руку.       — Прости. Не думал, что встречу ещё одного Санса и подушку-пердушку с собой не прихватил. Хех. Приятно познакомится, Гено.       Бёрд оказался смешным, весёлым. Нуууу, обычный Санс, только с крыльями, как сказал ошибочка. Следующий мир! Фреш сказал, что это Андертейл. Оригинальная вселенная, от которой отталкивались Авторы, придумывая свои миры. Эррор нейтрально относился к этому миру, но, почему-то, предпочёл остаться около портала в лесу, отправляя Фреша гулять с Геночкой по AU-шке.       Мир был, как большинство других. Некоторые Создатели особо не парились, чтобы изменить ландшафт, оставив его оригинальным, просто цветовую палитру поменяли.       — Хей, приятель. Разве ты не знаешь, как встречать нового друга... — раздался зловещий голос из-за спины. Полумёртвый неуверенно повернулся и пожал протянутую руку. Звук пердежа от подушки-пердушки не заставил долго себя ждать. А вот Оригинальный Санс про неё не забыл.

~тишина~

      Скелеты засмеялись. Трюк с подушкой у Сансов никогда не устареет и не надоест. Всегда подымет настроение.       — Приветствую, я Оригинальный Санс. — представился скелетончик. Оригинал одет в синюю куртку, с белой футболкой под ней, чёрные шорты до колен с белыми полосками по бокам и симпатишные(именно симпатиШные) розовые тапочки. Когда-то и Гено так выглядел.       — САААААНС! Снова ты донимаешь монстров своими шуточками?! — прокричал подходящий к монстрам Папс. Всё внимание Гено переключилось на него. На глазницах выступили слёзы. Счастливые воспоминания о прошлом ударили в его черепушку. То, как Папс готовил спагетти, споры, кто сегодня будет кормить Просто камень, недовольные крики на счёт ужасных каламбуров, тихие, спокойные вечера, то, как он читал Папи сказку на ночь и чмокал в лобик, то, как говорил, что он самый лучший... Продолжать можно бесконечно. Рядом стоящий Фреш принялся успокаивать брата, но получалось это у него отвратительно. Оригинал вздрогнул. — Ну вот, видишь, Санс, твой ужасный поступок довёл его до слёз!       — Бро, я не уверен что это из-за...       — Папайрус?.. — Афтер вытер слёзы. Сделав несколько шагов к высокому скелету, он кривовато улыбнулся. Полумёртвый прекрасно понимал, что этот Папс — не его брат, но он не мог остановился. Подойдя к Оригинальному Папи, Геноцидник обнял его. Санс посмотрел на Фреша, требуя объяснения его поступку.       —"Его брат мёртв". — высветилось на очках. — "А его Папс — точная копия твоего"       — Ньех-хех-хех. Ты хочешь обнимашек от Великого Папайруса? Я с радостью подарю их тебе! — Оригинал жалостливо посмотрел на свою мёртвую версию. Смерть брата — самая сильная травма для каждого Санса       Уже давно стемнело. Эррор и Фреш с трудом отодрали полумёртвого от оригиналов. Тори, Папс, Санс, Андайн общались с ним до самого позднего вечера, даря заботу и ничего не прося взамен. Делая то, чего так давно не хватало Афтеру.       Доставив Геноцидника обратно в Рипертейл, братья ушли. Гено нажал на ручку, открывая дверьку, и вошёл в дом. Сбросив тапочки, он поставил коробочку на столик перед зеркалом в прихожей и открыл дверь в гостиную. Он был рад проводить время с многими версиями, но всё же ему нравилась больше всех версия, проживающая в этом мире. Она привычнее. Она ей помогла, хоть и косячила много.       Дверька в гостиную была открыта, и Гено сделал шаг в комнату. Странно, почему тут так темно? Развалинка точно помнит, что не выключал свет. Глазницы привыкли к темноте, и Геноцидник смог разглядеть какое-то нечно, сидящее на диване. Оно было пушистое. Нет, это не шерсть. Это — взъерошеные перья. Это ...       — ... Рипер? — нечто показалось из крыльев. Светло-синий, бешеный глаз засиял в темноте. Скелета окутал страх. Голубые цепи устремились к недобитышу. Не успел он и глазом моргнуть, как уже был в мёртвой хватке жнеца. Превышние Боги, что с ним?       — Где ты был?! — адски страшным голосом, от которого магия застынет в костях навсегда, прорычал Рип.       — Гулял с братьями, — осмелился ответить Гено. Дело дрянь. Если этот идиот продолжит в том же духе, то запросто сломает ему плечевые косли. Времени думать нет, так что делаем то, что первое в голову прийдёт. — Рипер, — ласково позвал его Афтер. Хватка чуть ослабла. Полумёртвый выдрал руки из ладони смерти и скользнул ей в объятия. Плохое предчувствие перед уходом Геноцидника гулять было не зря. — Всё хорошо. Тише.       Рип расслабился, обвивая свои руки вокруг талии развалинки. Та, чмокнув Бога в губы, уткнулась в его шею, шепча ласковые слова. Так они просидели минут десять. Гено не заметил, как начал оставлять нежные поцелуи на «щеках» Рипера, а когда заметил , то густо покраснел, отстранившись.       — Почему ты не предупредил меня? — хриплым голосом спросил Рип.       — Как?       — Оставил бы письмо...       — Прости. — смерть примерно минуту ничего не говорила, но потом всё же поинтересовалась:       — Где ты сегодня был?       — Много где. Помню только Андертейл, Бёрдтейл, и Андерласт.       — Ну даа, Андерласт не забыть. — усмехнулся Бог и сильней прижал к себе свою принцессу. — Обещаешь больше не уходить без предупреждения?       — Ты мне папа, что ли?.. — Гено не дали договорить.       — Мне это очень важно!       — Эх. Ладно. Обещаю. Доволен? — полумёртвый прижался к смерти, наслаждаясь обнимашками. Хоть их было сегодня и много, но они не бывают лишними. Геноцидник поступил неправильно, заставил его волноваться... Боже, теперь Гено чувствует себя поганой поганкой(автор: всё должно быть серьёзно, но я ору как преродактель! Помогите! ). Ух. Что было, то прошло. Сейчас надо просто обнимать в ответ. — Прекрати лапать мою задницу.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ