Love after death

      — Но Ри-и-и-и-ипе-е-р, — протяжным умоляющим стоном разнеслось по гостиной комнате.       Три месяца незаметно пролетело после свадьбы двух, кажется, совсем несовместимых душ, хотя бы потому что один из них - самая настоящая Смерть, а второй - лишь его жертва. Как же всё-таки хитра и ненасытна судьба! Чего только не сотворит? Столько произошло, а она продолжает жадничать и устраивать всякое-эдакое, которое может развеселить, позабавить её эго. Тут, видимо, она добралась и до Гено…       Насчёт Гено. За это время любовь двух скелетов к друг другу не угасла, а лишь сильнее разгорелась, делая их увереннее в общении друг с другом и… О боги и Богини! Да что тут говорить? Увереннее общение может и стало, но порой у жнеца не хватает ни сил, ни терпения на свою канючащую вторую половинку. За стенами старого дома братьев Смертей и нынешнего обителя полумёртвого за половину «лета», если вообще так можно сказать, зная погодные условия Сноудина, стало только опаснее. Афтеру теперь совсем запретили гулять и что ему остаётся, так это только сидеть с нешироко открытым окошком и наслаждаться чистым воздухом, а путь прогулки отныне состоял из пунктов «Спальня —ванная — гостиная — кухня — гостиная — ванная — спальня». Всё. Ему этот расклад не шибко-то и зашёл, но, видимо, всё же, он верит Риперу, что тот очень сильно ценит, и делал так, как скажет тот. Но как же пёсик?! — наверняка возникнет у вас вопросом, ведь всё-таки он живое существо, к тому же растущий организм, которому нужно бегать и куда-нибудь девать свою хлыщущую во все стороны энергию! Слава Всевидящим, с ним всё хорошо! По крайней мере, пока… Пса Смерть выгуливала сама. На это смотреть без слёз от смеха на глазницах просто невозможно! Один тащит за поводок, уклоняясь от «атак», другой визжит, агрессируя, и кусает поводок, пытаясь убежать к своему ненаглядному и любимому глюканутому хозяину. Звал его на улицу, пока тот, угорая со смеху над жнецом, старающимся случайно не задеть прыгающего на него беса, в итоге убегая. Пёс за ним. И так вокруг дома. Хотел бы Бог ругаться, да боится — где-где, а рядом с беззащитной любовью нельзя, ненадобно ему привлекать внимание разбушевавшихся Божеств, ведь с Гено справиться если не низшее, так какое-нибудь Божество повыше. Тем более эта визжащая хрень!... Тайком в душе Рипер уже планирует убийство этого маленького исчадия ада. Чтобы и развалинку, и себя не мучать, так сказать, и защитить. Полумёртвый будет, конечно, не в восторге от такого поступка, да и лгать любви не хочется, но Смерть и не из такого выходил сухим из воды. Придумает что-нибудь.       — Но Ри-и-и-и-ипе-е-р! Ну пожалуйста! — повторилась мольба, только вот в этот раз в прихожей, куда уже успели перебраться скелеты.       — Детка, мы это уже обсуждали! Как я закончу работу — сразу вернусь к тебе! Я же не могу заставить брата пахать за меня, и так пришлось график поменять, — старался говорить как можно более спокойно Рипер. Уже на протяжении десяти минут он пытается отцепить от себя полумёртвого, да не обычного, а ноющего! Ноющего!       Вцепившись своими пальцами в его мантию, недобитыш повис на жнеце, умоляюще, уже едва не со слезами на глазах прося его остаться. Рипер много раз уже задумывался не подменили ли ему муженька, ибо вёл он себя, мягко говоря, не похоже на спокойного, рассудительного и в тоже время милого и притягивающего своей долей гордости и вредности скелетика!       — Принцесса, я отработаю ещё всего часик-два и приду! С обеда я весь в твоём распоряжении! — продолжила Смерть со вздохом и улыбкой. Затем, вместо того, чтобы с лёгкостью снять с себя цепкие, но ослабевшие пальчики, приобнял, бережно прижимая к себе. — Обещаю.       — Но ещё два часа! — не заставил себя ждать ожидаемый скулёж. Измученная глазница с ярким фиолетовым синяком под ней поднялась на лицо мужа. От такого жалостливого вида у Рипера аж душа болезненно сжалась, а идея по-привычному начать шутить и подкатывать, чтобы как-нибудь вернуть на это личико хотя бы привычное недовольно выражение, улетучилась, будто-то её вовсе не было.       — Детка, ну и что ты предлагаешь? Взять тебя с собой? — вопросил Рип, закрывая глазницы, наклоняясь и утыкаясь в шарф своей развалинки, дабы не показывать выступившие слезы от больного вида того и преставления, что если он возьмёт Гено с собой, его весь день будут преследовать образы любимого в тех самых коробках. — Я не могу, понимаешь? Там… там одни гробы и единственное интересное, это смотреть, как они исчезают с полок, и то, только вечером. И как же твой этот рыжий чудик?       — Он спит и будет спать до вечера. И он не чудик! — сказал Гено, чуть хмуря надбровные дуги, но отстраняться не спешил и всё ещё стоял на своём. — Мандаринчик специально в обед просыпается, чтобы тебя подраконить.       — А если я тебе что-нибудь принесу?       — Ты меня подкупить пытаешься?       — Возможно.       Держать и себя, и Гено, пусть последний очень лёгкий, стало тяжеловато. Развалинка на нём давно-таки уже висит, потому, не отрывая лица от приятно и по-родному пахнущего шарфа, сел на ковёр, усаживаясь развалинку сверху. Затем всё же оторвался, поднимая взгляд на возлюбленного, прямо в глазницу. И снова боль. Стараясь то ли заглушить душевную физической, то ли просто стараясь сдержать накатившие и так не нравившиеся Гено слёзы, жнец прикусил нижнюю «губу». Поднёс вечно холодную с дыркой неизвестного происхождения ладонь к черепу младшего мужа. Аккуратно, будто боясь, что тот исчезнет, кладя на «щёку», большим пальцем проводя по страшному мешку от недосыпа и недостатка магии.       — Тебе нужно лучше питаться. Я приготовлю на ужин что-нибудь. И схожу к очкарику, может, что-то даст, слабенькое снотворное, например, — еле произнёс Рипер сквозь плотно стиснувшиеся зубы, чувствуя, как вина перед этим чудом нещадно разъедает его изнутри. Если бы только не его хотелка — Афтер бы не мучался, а ребёнок не забирал последние силы у родителя. —… прости меня… — тихо шепнул Рип, вновь уткнувшись в мягкий шарф.       — Не беспокойся. Всё в порядке! — постарался подбодрить Гено Смерть, чуть успокоившись и перестав мучать чёрный балахон, дергая его из всех сил, что у него только остались. Он мягко улыбнулся и обнял того за черепушку, стал нежно поглаживать, в ответ утыкаясь в плечо Бога, — Прости и ты меня! И принеси мне диски с фильмами, а то на твоём древнем телеке мало каналов.       — Неудивительно. Таким у нас больше никто не пользуется. Удивительно, как тот ещё работает, — улыбнулся слегка и Рип, радуясь, что у развалинки появились какие-то желания, — ещё что-то?       — Тортик. И медведя. А ещё ты завтра сходишь со мной к Эррору, Инку, Дриму и Блу. — утвердительно произнёс Гено, будто выдавая приказ.       Рипер прикрыл глазницы и улыбнулся шире, одобрительно кивая, и спросил:       — Тебе какого медведя?       — Плюшевого, белого, большого.       — Ладно. — согласился Рипер, даже не задумываясь, для чего развалинке этот медведь и как он его достанет, как и всё остальное. Ну ничего, выкрутится. Главное, что появилась хотелка. — Не хочешь поспать, пока я не вернусь? Ты выглядишь уставшим.       Послышался смешок.       — Я уставший? Пф! Вау, ты прям новый Нильс Бор с его квантовыми постулатами! Ещё чего нового откроешь?       — Не, я доволен тем, что проложил путь в сердечко этого сладкого скелета ~, — ухмыльнулась Смерть и, резко поднявшись на ноги, словно принцессу взял Гено и чуть покружился с ним на руках, вызывая смешок и тихое «Дурачок». Затем под негромкое хохотание такими же кружащимися движениями затанцевал в гостиную, а там и к дивану. С наполненным нежной любовью невинным поцелуем хрупкое тельце было незамедлительно и бережно уложено под тёплый цветной плед. Сам же Рип, с огромной неохотой прервав поцелуй, снова огладил жуткий след недосыпа и заманчивым голосом сказал:       — Если тебе удастся поспать, я этот вечер не буду с тобой флиртовать ~       — Как же мне повезло, — усмехнулся Афтер, зарываясь «носом» в подушку.       — Обидно. Ты жесток со мной!       — Пфф, ты сам поставил такие условия, идиот.       Спустя пару минут недобитыш был укутан в два одеяла. Подушки взбиты, а половина освещения выключено, дабы не мешало отдыхать. Рип уселся на край дивана и, положив костлявую руку на спину Гено, стал нежно, неспеша поглаживать лёгшего на животик любимого, наводя этим спокойствие, дожидаясь пока тот уснёт, чтобы не бросать того бодрствовать одного, скучая. Так хотя бы жнец будет уверен, что тот спит и не переживает.        Удивительно или нет — решать вам, Гено заснул достаточно быстро, и всего через минут пять-десять, тихо сопел, восполняя силы после бессонных ночей. Так мило и невинно он выглядел, заставляя душу Бога трепетать и рваться прилечь рядом с этой прекрасной принцессой, точно вышедшей со состаренных страниц сказки. Лечь рядом и заковать в свои холодные, но при этом любящие объятия эту прекрасную принцессу, потрёпанную тяжёлой жизнью, но не потерявшую истинную красоту.       Скула измученного скелета была одарена поцелуем. Рип как можно аккуратнее, стараясь не потревожить хрупкую границу сна, встал и тихо направился к выходу. Вышел из дома и, закрыв за собой дверь, запер ту на замок, после убирая железный старый ключ во внутренний карман балахона. Затем внимательно, не упуская ни единого миллиметра, стал проверять ловушки на Богов, что были расставлены и запрятаны на каждом метре вокруг дома, к тому же самые различные! От магических, до капканов, натёртыми специальным ядом, самых разных типов и размеров в недавно выпавшем снегу! Это может показаться слишком, но… наверное так оно и есть. Для вас же не секрет, что жнец сделает всё, чтобы защитить свою развалинку? Так вот, он сейчас делает всё, чтобы того защитить, и пусть со стороны это кажется уже сумасшествием, ситуация в их мире накаляется до ужасных последствий. Переезжать же в другую вселенную полумёртвый категорически отказывается. Упрямый. А ведь и не заставишь. Разозлится, занервничает, а это не есть хорошо. Но и дать на растерзание возлюбленного Рипер не готов. Грудью за него встанет, сам убьёт прямо на глазах своей развалинки или помрёт, а того в обиду не даст. Ни за что.       Недалеко от Бога Смерти послышалось тихое шипение. Прямо на краю «минного поля». Рипер, что уже успел закончить, так сказать, проверку, прыснул со смеху и расплылся в широкой и жуткой улыбке. Кто-то попался. Работает его система защиты.       И кто надоумил этого отчаянного гулять в такое время в таком месте, по ужасной близости к каменному забору дома Смертей? Больной на голову — это точно! Рип немедленно растворился в воздухе чёрным дымом, словно призрак.       — Так-так-так, кто это тут у нас? — так приторно-сладко пропел Рипер, безусловно вызывая тошноту и страх у попавшегося, возникая в пугающей близости к тому. Добычей оказался мелкий божок. — И что это мы тут делаем?       В ответ молчание. Бог не пойми чего(это Рипера никак не интересовало) лишь отшатнулся назад. Не заставило долго ждать и болезненное шипение и падение от, наверняка, настолько ужасной, что тот пожалел о божественно-долгой жизни боли по вине вцепившегося в конечность капкана, так ещё и пылающей голубым цепи, сковавшей всю верхнюю часть тела.       — Знаешь ли, — в раздражённом тоне начал Рипер, окинув брезгливый и даже какими-то надменным взглядом монстра, — я не люблю работать сверхурочно. Это напрягает и расстраивает…       — Ты не такой, как о тебе говорят… Санс… только лентяйство оказалось правдой… — выдавил медведеподобный, проигнорировал сказанное скелетом, сквозь боль и сдавленное рёбра, что будто уже сломало стягивающими цепями… правосудия? Кто знает… Монстру явно хотелось кричать, и звать на помощь. По его лицу Смерти было прекрасно видно, что тот еле сдерживается, чтобы не сделать этого, иначе на его ужасные вопли сбегутся мелкие боги, убьют и немного повысят свою роль в этом мире. — Не любишь ложь, а сам лжёшь всем подряд…       — Я не лгу. Просто сейчас не такой момент, чтобы шутки шутить или прилечь отдохнуть, — с серьёзным лицом и с застывшей на костях гримасой злосчастной радости произнёс Рип. — Боги и Богини! Зачем я вообще перед тобой оправдываюсь? Ты же понимаешь, что я сейчас сделаю, да?       Молчание в ответ на озлобленный и пугающий взгляд. Тянет время. Рипер вздохнул и, не говоря ничего более, резким и решительным движением снёс божественному существу голову. Тот даже не сопротивлялся этому. Видимо быстро понял, что в этом нет ни малейшего смысла.       Тело прахом рухнуло на снег, что по приходу осени начало подмораживать. Летом было без сомнений приятно: потеплее, в снегу можно спрятать всё те же ловушки, а вот ещё пару недель до конца этой безумного сезонного «заболевания» надо будет придумать, как протянуть. Риперу хоть бы хны, а Гено придётся прятать.       И опять глубокий вдох и выдох. Развернувшись, жнец пропал в чёрном дыме. День уже с самого начала обещал быть трудным, принципе как и предыдущие… Ничего нового.

***

      Война, война… война… Всего лишь развлечение? Удовлетворение нужды в чём-либо, самоутверждение, захват новой территории? Как бы это ни было, даже в самое на вид спокойное время идёт ожесточённая война, битва в которой порой доходит до крови ну или, как в нашем случае, магии и в конечном итоге пыли. Войну сложно приостановить, прекратить почти невозможно, тем более навсегда. Люди — ненасытные от всего этого властные особи, настолько жестокие и не берущие во внимание ничего, помимо их личных интересов. Богиню войны пусть и была та горда, честна и воистину велика это не особо волновало, пусть порой и подбешивало, порой даже вызывая отвращение. Невозможно долго наблюдать за их грязными ударами в спину. Это… надоедает и вызывает ужасное отвращённое самочувствие и к себе, к ним, так и к своей должности. Хорошо, что порой ей удаётся оторваться от дел и прогулять, чем, собственно, сейчас и занималась Андайн.       Холод Сноудина неприятно пощипывал и бегал мурашками под величественной бронёй, что была совершенно не приспособленна к низкой температуре. Рыбку это же практически никак не волновало — закалена она хорошо, это точно, и ничего более вышеперечисленного не ощущала. Ноги проваливались в снег, чья тонкая, недавно подмёрзшая корочка льда ломалась под весом металла и самой, достаточно мускулистой, барышни. И только это доставляло ей невыносимым дискомфорт. Глупо шагать высоко поднимая ноги с самого Вотерфола уже порядком надоело. Но тем ни менее она продолжала идти… наверное к… Папайрусу? Да, всё же к нему. Ни от кого почти в мире Богов не секрет, что этот скелет готов помогать и точно не оставит в беде свою подругу.       Откуда-то снизу донёсся протяжный скрип пружины, а за ним и старого металла лязг. Богиня резко, будто запнувшись, остановилась и медленно опустила взгляд вниз. Мощные металлические челюсти, неожиданно вылетевшие из под снега, впились в ногу воительницы, промяв броню. На радость рыбке, металл, оковывавший её конечность, оказался достаточно прочным, чтобы выдержать точно не малую силу удара, что дала о себе представления, волной терпимо боли, разнесённой по ноге. Андайн, с небольшой злостью на неизвестную личность, оставившую этот сюрприз да ещё и хорошенько запрятанный, присмотрелась к оружию, явно пытаясь понять или вспомнить что это такое. На ум навязывалась лишь одна, правильная мысль — это было очень похоже на… капкан? И первым вопросом было: «Что оно вообще тут делает и зачем?». Война, конечно, войной. Более сильные охотятся на слабых Богов, в конечном итоге убивая и забирая их силу, когда те в свою очередь возвращаются на небо к звёздам. Но это уже точно перебор! К тому же эти людские игрушки не смогут убить здесь кого-либо. Лишь приостановит на некоторое время, за которое тот освободиться, а потом сбегут залечивать раны.       Наклонившись, без труда Андайн развела челюсти в стороны, убирая ногу и небрежно кидая его вперёд. Тонкая корка льда противно хрустнула и оружие прямиком с небольшой лавиной, пропало в засыпанной яме всё той же лавиной из снега по краям. И вот тут-то идея пойти разузнать для чего здесь эти людские штучки подставились под вопрос. Война огляделась. Вокруг одни деревья и…. Дом? Дом. Как она его раньше не заметила? Этот дом, ах! Сколько воспоминаний! Когда-то давно Андайн ходила сюда к братьям-скелетам, а в частности - к Папайрусу. Хорошие были времена. Жаль, что они достаточно скоро, по меркам их мира, прошли, заваливая старых друзей тонной новой работы, сильно повлиявшей на добрых братьев…       С виду дом выглядел не жилым, но и не разваливался от ветхости и старости. Даже каменный забор, до которого местами были видны острые зубья, крепко и непоколебимо стоял на месте, не давая чужакам надежд на свой скорый конец службы. Но время взяло своё и его, как и облитых тёмным деревом дом, окутал колючий куст, выставляя свои большие острые шипы на врагов даже на железной ручке калитки. Андайн слегка насторожилась. Санс и Папс, после неизвестного никому «переполоха», постоянно в работе. Они дома редко бывают, а на свой старый времени вообще не должно хватать, а он выглядит не прекрасно, но довольно таки прилично. Даже в местах лозы обстрижены, чтобы окна и дверь не закрывали, и снег с тропинки убран! Только следов нигде не было.       Вздох. Как бы это ни было, это не дело Андайн. Развернувшись, воительница зашагала в противоположную сторону от дома, навеявшего столько хороших и не очень воспоминаний… и небольшую тревожность. Всё-таки, наверное, стоит спросить об доме у Папса.       — Надеюсь, он дома, — прошептала Богиня, вдыхая облако пара через рот. Надела на голову шлем, достав копьё на всякий случай. Стоит быть готовым, если не хочешь вознестись на небо и снова стать жалкой звёздной пылью.

***

      Негромко завывая, по улицам гулял слабый ветерок, приятно обдувая лица прохожих. Уже давно был вечер, и тот как раз таки клонился в ночь, потому этих самых «прохожих» было совсем-совсем немного. Расслабляюще. Жаль, что Бог здесь совсем не для того, чтобы передохнуть. В его длинных тонких пальцах были зажаты золотые старинные часики на цепочке — замена песчочным часам, которых осталось не так уж и много. С новым поколением появились и новые часики. Можно признать, что они даже удобнее и приятнее на ГЛАЗ, хе-хе-хе.       По дороге шла большая группа подростков. Они были достаточно шумными и точно не радовали пришедших домой после рабочего дня жителей домов, мимо которых они проходили громко и бурно о чём-то разговаривая, напевая песни под шумную музыку, если этот неразборчивый крик можно назвать музыкой. Одним из таких «певцов» был один паренёк. Высокий, стройный, с зализанными в одну сторону русыми волосами. Рядом же шла девушка. Его девушка. Лицом она была не очень, да и одевалась скромно, не то что другие подростки в компании, которых Рипер мог смело обозвать шлюхами. По их тонне косметики и достаточно смелого прикида складывалось ощущение, что эти дети уже давно взрослые тётеньки, а студенты взяли их только для виду. Покрасоваться, с кем они тут ходят. Жнец, неспеша плывя за ними, с нетерпением ожидая конца последнего часа, насмешливо фыркнул, покачав головой. Он никогда не привыкнет к новым странным выкидам смертных, что бы Тори там не говорила и не пыталась доказать Богу, что они не так уж и без надёжны и странны… хотя бы не мнение остальных Богов.       Вот невдалеке показалось большое старое здание. Старый торговый центр. Давно начали строить и меньше чем на половине пути бросили — финансов не хватило, а сносить так же денег нема. Так и стоит оно уже год, излюбленным для тусовок подростками. За все время жизни, неудачно застывший бетон просырел и где-то раскрошился, являя наружу заржавевшую и плохо держащуюся арматуру. Опасное место. Зазевайся и вот, у тебя из головы торчит кусок бетона, череп в ничто, а сам, уже валяешься мешком с костями с камнем на башке в своей крови. Естественно это место огородили сплошным забором, но подростков, тем более сильных студентов это не остановило, ведь если дырки нет, то можно проделать её самим!       Протиснувшись за оторванный кусок железного листа, компания один за другим пробралась на закрытую территорию, после сбавляя свои обороты в создаваемой шуме. Если кто-то услышит их здесь — незамедлительно вызовет полицию. Потом они уже в практически полной тишине в здание. Внутри было жутко: старая арматура скрипела, по пустым помещениям гулял ветер, завывая, да и вовсе вокруг было темно и дальше носа ничего не видать. Люди ступили в здание. Повключали фонарики, направляясь в его вглубь.       Тик-так, тик-так, тик-так.       Усевшись на край пола второго этажа, свесив ноги вниз, Рипер продолжил наблюдать за последней на сегодня душой. Можно было бы уйти, вернуться позже, но тогда жнецу придётся гоняться за напуганной душой по всему торговому центру, а это займёт ещё больше времени чем само ожидание и быстрое изъятие души. Лучше подождать. К тому же немного осталось. Стрелки уже еле двигаются.       Компания, разложив свои вещи, уселась в круг и развела небольшой костёрчик. В этот момент, тот самый русый паренёк поднялся и куда-то направился, кинув тихой скромной девчонке и остальной компании что-то на подобие «У меня есть здесь заначка с бухлом, сейчас вернусь». Рипер особо не вслушивался.       Вновь включив свой фонарик, парень вышел из небольшой комнаты и зашагал по коридору. Несколько раз завернув по пути, он очутился в просторном зале. Кое-где стояли в рядок поодаль друг от друга столбы, держащие хлипкий потолок. Подойдя как раз к одному из них, парень встал на колени и, всунув руку в не малых размеров щель в столбе, активно стал стараться нащупать продолговатые стеклянные бутылки. Всем весом он упёрся на единственный не разрушенный столб, запуская руку глубже в растрескавшуюся и одну единственную на метров тридцать в квадрате опору….       Всё произошло быстро для жнеца. Он даже насладиться моментом не успел как подпорка заскрипела, зародилась и под весом даже такого лёгкого, как этот парнишка, человеком, начала падать. Крошкой разлетаясь в стороны, колонна надломилась в самом тонком, а значит и слабом месте. Человек, зацепившись рукой внутри за что-то острое, падал за колонной вслед, напарываясь глазом на выпершую арматуру. Затем послышался грохот. Рипер был уверен: подростки точно слышали его. Потолок упал…       Тик-так, тик-так, тик-так, тик…       Часы, до этого тикающие из последних своих сил, но беспрерывно, замолкли. Стрелки встали. Остановились, переставая издавать до этого единственный успокаивающий тихий звук, хоть как-то сдерживающий садистические наклонности Рипа взаперти в нём. Ну что ж, время этой души истекло. Надоедливую морду Рипера разразила широкая сумасшедшая лыба. Его сейчас никто не видит, кроме мертвеца. Не надо прятаться за серьёзным выражением лица и, пусть спокойным, но таким холодным равнодушие, с которым он сегодня выполнял свою работу. Его никто не видит. А это значит, что можно дать себе малую вольную и насладиться дозой чужого страха, боли, страдания… опять… Боги и Богини, да он чёртов наркоман! Но что поделаешь? Именно это помогает Рипу держаться на плаву хоть как-то, не сойти совсем с ума.       Неспеша поднявшись с пола, Бог призвал косу и подлетел к человеку. А точнее к его руке — единственной части тела, торчащей из под завала, где только и было видно, не спешное отделение духа. Бог брезгливо взглянул на конечность, после доставая свою косу.       — Предстань перед судом, — приговором прозвучало в тишине, отразясь от стен и обратно возвращаясь в голову только-только отделившемуся спрайту (Бета: ВИЗЖУ, ЭТО МОЯ ЛЮБИМАЯ ФРАЗА, АА). Поздно. Даже если он поймёт, что происходит, то всё равно уже слишком поздно. Роковые слова произнесены, душа в руках самой настоящей смерти. Рипер тихо засмеялся, увидев затерянный взгляд призрака. Ав, как же это мило!       Пустые глаза широко открылись, засверкав до ужаса пугающим в данной ситуации глазом. А улыбка, так же быстро сползла с лица Бога, являя ту пугающую серьёзность. Парень остолбенел, боясь лишний раз вздрогнуть, чувствуя на своей персоне тяжёлый и пугающий взгляд глаз. Он словно прожигал студента насквозь, табуном мурашек пробегаясь по спине. Рип, неожиданно сделав лицо проще, снова тихо посмеялся над реакцией жертвы, чувствуя себя ребёнком, нашедшем что-то и вправду удивительное и интересное.       — Твоё времечко истекло, приятель, — с некой язвой произнесла Смерть, сжимая в своей руке душу. Хрусть. Жёлтое сердечко, что постепенно пожирала тьма, распалось на осколки. Призрак ослаб и исчез. Им уже занялся Фосфор…       С этого момента настала тишина. Кажется что даже ветер прекратил свои грустные завывания. И эта МЁРТВАЯ атмосфера продлится ещё долго. Примерно полчасика, до того времени, пока людишки не поймут, что их друг куда-то запропастился. Начнут его искать, найдут и… Рипер бы с радостью остался и понаблюдал бы за этой компанией, даже может натолкнул на более скорые действия, но пора передавать эстафету Папайрусу и поскорее возвращаться к любимому.       Вздохнув печально, немного жалея о таком скором своём уходе, Рипер взмахом косы открыл портал и вошёл в него.       — Папс, я дома, — сообщил Рипер, появившись на кухне и ожидая увидеть здесь своего брата. Его здесь не было. Странно. Он говорил, что хочет приготовить какой-то новый людской суп.       — Санс, я в гостиной! — тут же успокоил начавшиеся переживания знакомый голос. Рип пошёл на звук.       На диване сидел Папс, какой-то немного нервный, что он старательно пытался скрыть, и… Андайн? Что она здесь забыла? Хотя не важно. Главное, чтобы не создавала проблемы.       — Привет, Пап, я уже закончил, — сказал Рип, отводя взгляд пустых глазниц от Богини Войны, сидящей с ногой на ногу и неспешно попивающую, видимо, чай. Та глаза на себе не увидела, но, кажется, почувствовала, негромко произнеся:       — И тебе привет… Санс.       — Мьех, когда вы двое в одной комнате, атмосфера становиться напряжённой, — подметил Папс и, скрестив руки на груди, перевёл глаза на старшего скелета. Похоже он не был доволен этой самой накалившейся атмосферой, и вообще выглядел не так, как обычно, что озадачил Рипа. Между этими двумя что-то произошло,я — Я очень рад, брат, что ты так быстро выполнил свою работу. Не хочу от тебя отставать, потому, пожалуй, пойду. А вам с Андайн нужно немного пообщаться и узнать друг друга лучше! А то у меня такое ощущение, будто я сижу между двумя заклятыми врагами! — пробурчал тот, следом вставая. Затем попрощался и ушёл.       Рипер и воительница молча проводили его взглядом. Оставаться надолго наедине с личностью, которой он не доверял от слова совсем, Смерть не жаждал, поэтому в быстром темпе направился к выходу из дома.       — Ну и куда ты? — последовало тут же на его внезапное решение слинять.       — По делам, — кратко и как-то холодно ответил Рипер. Он даже не обернулся на новоиспечённую собеседницу. Не видит просто в этом смысла. Он не хочет с ней разговаривать, она, наверное, тоже, так что нет смысла зря чесать языком. Гено наверняка ещё спит, но всё равно нужно как можно быстрее вернуться. Мало ли что могло за время его отсутствия произойти…       — Неужели? — последовало ему в ответ.       Жнец ничего не сказал. Не было ни желания, ни времени. Он чувствовал нарастающее напряжение, и пристальный взгляд уже в свою сторону. Тот прожигал его затылок, норовясь оставить в нём дырку. Тем не мнение Рип ускорив шаг, тем самым не нарочно подав знак Войне, что ему неуютно в этой компании, подошёл к двери и, взявшись за ручку, дёрнул ту вниз, открывая дверь, после закрывая ту за собой. Как только Рип вышел на улицу, весь дискомфорт от присутствия Богини войны исчез. Играть свою роль у него не было сил. Сегодняшний забег его и физически, и морально измотал, и если бы жнец сейчас открыто не сбежал от Андайн — показал своего злого и уставшего Рипера. Не лучшее, что могло произойти за сегодняшний день, согласитесь?       Потянув замлевшие крылья, Рипер зевнул. Совершил неохотный шаг вперёд, после этого растворяясь густым чёрным дымом. Думаю не стоит говорить, что его никто не должен видеть, как и то, куда он ходит. По крайней мере сейчас, когда каждый третий в порыве желания подставить более сильного Бога, готов наябедничать о постороннем Высшим, что, спасибо им, не касаются других Богов в остальное время. Некогда им. А с разразившейся в обители «небольшой» войной, они обязаны следить за равновесием, дабы один несчастный не взял на себя больше одного звания Бога чего-либо.       Добрался до старого во всех смыслах дома Рип достаточно быстро, несмотря на немалое расстояние от снежного городка, где он с братом поселился сейчас. Хотя, наверное, таким быстрым этот пусть казался только потому, что жнец уже привык к нему и не берёт во внимание каждую веточку, внимательно разглядывая — дорога была знакомой и ничем не привлекла.       Проникнув сквозь стену, Рип встал на пол и вернулся в видимую свою форму. На случай, чтобы не пугать Гено своим резким появлением, если тот не спит, уже шагом хоть и лениво пошёл в гостиную. Развалинка тихо и спокойно лежала на диване, глядя куда-то в никуда. Наверное, задумался.       — Чего не спишь? — негромко вопросил Рипер, нежно улыбнувшись. Подошёл, сел на край жестковатого дивана, кладя руку на плечо возлюбленного. Начал аккуратно поглаживать бочок.       — Выспался, — последовало от Гено минуту погодя. — Ты быстро. Я уж думал, что успею заснуть опять, — слабовато усмехнулся Афтер, видимо, признавал свой проигрыш.       — Ну, развалинка, терпи. Я постараюсь особо тебя своими шутками не доставать, ~ — промурлыкал Рип, легонько толкнув любимого в бок. Тот похоже понял, чего от него хотят и подвинулся, уступая место жнецу, что, как только местечко для него освободилось, пристроился у бока полумёртвого. Ледяные костлявых руки мигом скользнули по рёбрам за спину недобитыша, заключая в смертельные объятия, в то время, когда их хозяин, прикрыв глазницы, уткнулся в плечо раненого скелета, удовлетворённо прикрыв глазницы. — Тебе хорошо спалось? — поинтересовался он следом, открывая одну глазницу. Не знай Гено своего мужа, то точно бы не понял, куда тот именно смотрит, но по короткому движению вверх, было ясно что на него. Афтер успокаивающе улыбнулся и в ответ приобнял Рипера, зарываясь пальцами в приятные на ощупь перья. Ему нравится это делать. Успокаивает, да и вроде бы носитель этой пары чёрных крылышек не против.       — Вполне. Даже кошмары не мучали, — с ноткой радости ответил Гено. Улыбка на его лице дрогнула, но он удержал её на черепушке, не желая лишний раз волновать возлюбленного. Рипер и не заметил этого, вовремя отведя взгляд вниз.       — Я рад, — шепнул Бог, закрыв снова глаза — А можно теперь я посплю немного? Было столько смертных за сегодня. Рука устала души бить.       И правда. Сегодня мертвецов было НАМНОГО больше обычного. Будто все разом решили повымирать. Такое не раз случалось в периоды обострения каких-то заболеваний, которые после себя оставляли осложнения, если конечно самого носителя в живых оставляли. И ходит Смерть, забирает души этих несчастных, отправляя их души к Фосфор, целиком и полностью отдавшему себя залу с гроба и размещению в этих коробках спрайтов. Меньше работы братьям, и занимательно, по мнению эволюционировавшего в нечто более сильное, для «мутанта».       Из коротких раздумий на счёт недавно произошедших перемен Рипера вывела подозрительно тишина со стороны возлюбленного. А затем волнение подпитали постепенно становящееся громче тяжёлое дыхание. Рипер незамедлительно поднялся, бросая взгляд на Гено, и увиденное заставило Смерть заволноваться по полной. Сжав зубы, Гено аккуратно перебирал пальчиками сквозь майку пару рёбер на месте души, тихо шепча что-то невнятно под нос. Через каждые три секунды с новым вздохом из уст младшего мужа вырвалось кряхтение, а порой и недо-стон боли.       — Гено? — в обеспокоенный и напуганном тоне позвал Рип возлюбленного. Ответа он не дождался. Потому бережно и в тоже время быстро переложил любовь к себе на колени, давая ему свою вечно холодную ладонь, надеясь этим хоть как-то помочь. Надо было бы бежать к учёному, но Афтер просил попросту к нему не бегать, и если уж произойдут схватки, то тогда уж попытаться наладить всё самим, а не гонять попросту бедного скелета. Остаётся только надеяться, что всё не так серьёзно. — Малыш, тебе плохо? Может к очкарику?       Афтер отрицательно помотал головой, продолжая морщиться от нарастающего неприятного чувства. Область в его несчастном осколке ощутимо заболела, в этот момент будто прекращай все действия. Не то что выдохнуть в эти двенадцать мучительных минут, было сложно элементарно сделать вдох. Вцепившись одной рукой в балахон Бога, беспощадно теребя его, второй Гено держал ладонь жнеца на своей «щеке», утихомиривая и разболевшийся череп. А Рипер всё это время только мог сидеть и, помогать тому держать свою руку и шептать, что всё сейчас пройдёт, ведь это не в первой и Гено справится. И когда он успел начать уступать Афтеру, а не до конца стоять на своём? Наверное тогда, когда состояние полумёртвого из отметки «критично» начало медленно, но верно повышаться до «нормально, но всё ещё слабовато». Тогда на радостях Рип стал чуть мягче.       Боль так же резко пропала, как неожиданно появилась. Мертвец, наконец-то, смог вздохнуть и расслабиться, как и Рипер в принципе. Но стоило Афтеру прийти в себя, как он сразу же почувствовал какую-то лёгкость на душе, что не чувствовал уже семь месяцев. И это его напугало. Он, отпустив Бога и схватившись пальцами за край своей майки, рывком поднял её с беспокойством оглядывая свой осколок на наличие маленькой душонки… но её та не было… вместо этого она спокойно летала рядом, освободившись от души отца, тихо светясь. Сказать, что оба скелета были удивлены — ничего не сказать. Никто из них ни разу в жизни не видел, как протекает беременность скелетов, потому это открытие их, даже можно сказать, поразило. У обоих не было слов, так же как и не было желания говорить, тем самым прерывая удивительное счастье.       Больше половины пути пройдено. Осталось совсем чуть-чуть.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ