Fatum duo.

      Чуя был вне себя от ярости: тупой Дазай решил отдаться в плен Шибусаве. И ради чего? Ради Накахары?! Сейчас парень сидел один в каком-то большом кабине, в который его привели, чтобы он смог успокоился. Когда Чуя только приземлился на дорогу, выпрыгнув из портала, то был готов в туже секунду рвануть обратно к Осаму, но его смогли успокоить, хотя это было весьма проблематично. Чуя светился красным, вокруг него сжался весь воздух, а земля подрагивали, будто начиналось землетрясение. Сейчас против всех вокруг действовала гравитация, так что некоторые не могли стоять. Посторонние, увидев это, весьма испугались, некоторые даже достали палочки. И это было весьма оправданное действие, ведь Накахара выглядел, как настоящий монстр, сошедший из какого-то ужастика. Лишь благодаря Гин, которая во время метнулась к Чуе, все смогли избежать худшего. Девушка началаьчто-то говорить ему на ухо, так, что слышать это мог лишь рыжеволосый. Постепенно красное свечение исчезло, но к этому моменту уже появились высокопоставленные маги, которые были невероятно удивлены тому, что есть человек, о котором они не знали, который обладал такими невероятными способностями. После этого Гин отвела Накахару в кабинет и оставила, сказав, что нужно разобраться с ситуацией. Больше она толком ничего не объяснила и исчезла. И сейчас, сидя в одиночестве, Чуя мог спокойно подумать над тем, что ему нужно было делать дальше. С одной стороны: нужно было сиюминутно отправляться за Дазаем, но с другой: это будет очень рискованно, из-за чего поступок Осаму может утратить свою ценность. Размышления Чуи прервал звук открывающейся двери, в комнате появился Огай: — Успокоился? — Мягко спросил волшебник, а Чуя лишь кивнул. — Хорошо, — Он присел в кресло напротив дивана, на котором сидел рыжеволосый: — В данной ситуации надо оставаться спокойным, — говорил Мори, хотя выглядел не очень: по нему было видно, что тот был взвинченный, весь нервный, а руки слегка подрагивали. Но Огая можно понять: все-таки Дазай был его сыном и совершенно неуместно было вспоминать про кровное родство, ведь в первую очередь шло душевное. — А где остальные? — Чуе сейчас нужен был отец, как никогда раньше. — Их ещё допрашивают. — Впокойно ответил мужчина, а вот парень вскочил. — Допрашивают? – Он поднял голос и с непониманием уставился на Огая, – Но почему? — На это есть много причин. Например, тот факт, что твои способности скрывали. Или то, что на нас напал Шибусава, а может из-за того, что все боятся возможности прихода Шибусавы сюда. Сейчас его боятся многие. — Но что будет с Дазаем? Он же сейчас как раз Шибусавой! Нужно спасать его! — Пойми, Чуя, — обреченно протянул маг, — Сейчас про Осаму беспокоимся только мы, а вот остальным на него, мягко говоря, плевать. Министерство в первую очередь беспокоиться о безопасности большинства магов, особенно влиятельных, поэтому они не рискнут отправиться спасать никому неизвестного молодого волшебника. — Если они не хотят, то пусть я сам пойду! — Упёрто заявил Накахара, но его прервали. – Уже не получится... Они узнали, что ты потомок рода Озаки и обладаешь врожденной магией гравитации. Тебя не выпустят отсюда по-хорошему. — Мне всё равно! Главное для меня сейчас — это спасти Дазая. И пусть даже передо мной встанет весь мир, я спасу его. — Хорошо сказано, — улыбнулся Мори: — Поэтому нужно придумать, как нам всем отсюда выбраться.

***

      А в то же время посреди темницы одиноко стоял стул, на котором сидел прикованный Осаму. После того, как Чуя скрылся в зеркале, парень разбил его, проход был закрыт, а Дазая схватили, вырубили и притащили сюда. — Ты очнулся, — В дверях появился альбинос с недо-вопросом недо-утверждением: — Рад, что ты отдохнул. — Шибусава, — гневно прошипел Дазай. — Да, это я, — улыбнулся маг: — Но это не главное. — Правда? — Скептически поднял бровь парень и усмехнулся: — И что же тебе нужно от меня? — Вижу, у тебя хорошее настроение. Я рад, но, боюсь, оно скоро испортиться. — Маг подошёл к одному из ящиков, которые стояли в углу: — Понимаешь, я хотел схватить Чую, но ты мне помешал. А я так давно его не видел, — Наигранно вздохнул Шибусава, а вот Осаму дернулся. — В смысле давно не видел? – В голосе то ли настороженность, то ли шок. — А-а-а, ты об этом. — заулыбался маг: — Раскрою один небольшой секрет: я был одним из ученых, которые ставили опыты на Чуе. Дазай замер, а вместо усмешки появился оскал. — Не делай такое выражение лица, об этом можно было догадаться, если бы ты вспомнил прошлое рыжика. Он ведь рассказывал тебе, что происходило в лаборатории, кроме пыток и опытов, — заулыбался Шибусава: — Правильно, бои на смерть, а участвовали в них только дети. — Ты...! — рявкнул Осаму, но сдержался. — Больной? — задумался мужчина: — Возможно, но это не суть. Видишь ли, во время боёв погибло очень много детишек, а брать новых было весьма затруднительную, поэтому я нашёл человека, который мог управлять мертвыми телами и позаимствовал его способность. А с помощью некоторых экспериментов, вернул детишкам прежние способности и мощь. Теперь у меня есть своя собственная армия, — ликовал маг: — Они не едят, не спят, не чувствуют боли, они неуязвимые солдаты, которые будут сражаться пока с них не сойдёт кожа, хотя полагаю, что даже если это случиться, им будет все равно. С каждым словом Шибусавы взгляд Дазая темнеет: перед парнем был монстр... Сумасшедший псих. — А знаешь, что самое прикольное? — посмотрел мужчина на волшебника: — Практически всех этих детишек убил Чуя, а теперь представь, какое у него будет выражение лица, когда он увидет их. — Убдюдок, — зарычал Дазай, понимая, что тогда Чуя окажется в невероятной опасности: — Я убью тебя! Убью! — Голос парня стал стальной и от него стала исходить пугающая аура: — Только посмей тронуть его и умрёшь самой страшной смертью, а перед этим ты испытаешь на себе все пытки, которые когда-либо существовали. — Ах, твои глаза! — Заулыбался маг: — Это взгляд убийцы. Ты убил много очень много людей. — А потом Шибусава подошёл ближе и посмотрел прямо в глаза Осаму: — Ты точно убийца и необычный, как же так случилось, что ты играешь за хороших? — явно растопился маг: — Может присоединишься ко мне? — Нет, лучше сдохнуть. — Скривился Дазай. — Ну, ты не умрешь, зато боль ущутишь невероятную, — Шибусава вернулся к ящикам и достал оттуда коробку: — Эти ножи я собирал по всему миру. Они безумно острые и доставляют боль в несколько сотен раз сильнее, чем должна быть. Он подошёл к Дазаю, нагнулся и хищно улыбнулся: — Что ж, опробуем их.