Убьешь меня, Чон Чонгук?

Грусть накрывает с головой. Ощущение какой-то пустоты внутри съедает. Он один, в палате никого, ни души. Старательно скрывает все свои чувства от приходящих друзей, пытается делать вид, что всё в порядке. Недавно к нему приходил Югём, а недельку так назад, заглядывал и Джисон с Минхо. Обычные знакомые и то приходили. Где же Лиса, которую он так сильно ждёт? Она вот, не приходила вообще. С того самого момента, как он очнулся. Пак навещает через раз… Да что с ними такое? Сердце бешено бьётся в конвульсиях, оно хочет её — Манобан. Чон хочет просто уяснить, что на самом деле ей нужен. Что она искренне плакала, когда он проснулся. Чонгук ведь чувствовал, что ещё нужен, что ещё многого не сделал, из-за неё у него хватило сил. Но как ему может быть хорошо? Он даже не знает причину, почему самые близкие ему люди — просто забыли. Не уж то он допустил какую-то ошибку? Впрочем, как он мог допустить ошибку, просто лёжа на месте и плача по ночам? Может, они обижены за что-то, произошедшее ранее? Звук открывающейся двери заставил нехотя приоткрыть глаза и выйти из своих раздумий. Человек мнётся, пытается подойти ближе, боится. — Ну и чего ты там стоишь? Раз уж пришёл, то давай садись, — хрипло произнёс Гук, пальцем указывая на стоящий рядом с койкой стул. — Чон, я хотел извиниться… — Хах, — усмехнулся и вновь прикрыл глаза, погружаюсь в свой мир. — За то, что произошло тогда? — Да… — Ну, значит, извинения принимаются, можешь идти. — Чонгук, она тебя любит, но боится. Боится сделать шаг… — последнее, что кидает перед уходом юноша, затем уже скрывается за дверью, напрочь игнорируя Чонгуковскую просьбу остановиться. — Юнги!.. Айщ… Чтоб тебя! — проговорил про себя, после чего на протяжении часа просто лежал и пытался понять сказанную Мином фразу.

***

— Чонгук? — тихий и нежный женский голос, что доносится прямо позади, приятно ласкает уши, призывая обернуться. — Лиса? — с совсем не заметной дрожью шепчет, боясь повысить тон. Поварачивается медленно, осторожно, ожидая увидеть девушку. Но лишь пустота предстаёт перед ним, когда он достигает цели. — Лиса? — повторил увереннее, громче, но никто не откликнулся. Он вновь разворачивается, но уже резче, быстрее. Испуганными и потерявшимися глазами оглядывает все вокруг, рассматривая страшную и черную ночную поляну, в которой, на удивление, находится один. Совершенно тихо падает коленями на землю, до боли царапая их. Зарывается в волосы, безумно оттягивая и сдавливая те, затем кричит куда-то вдаль, срывая голос так, что горло начинает ужасно гореть. Из глаз мигом начинают капать первые слезы, с огромной скоростью падая на ту же холодную землю. Чонгук уже не сдерживается, начинает в голос рыдать от своей же слабости, безысходности, захлебываясь в соплях и слезах. — Чонгук~а, не плач, — родной голос вновь окликивает его, и Чону кажется, будто кто-то или что-то аккуратно кладёт свою руку ему на плечо, нежно массируя. — Я рядом… я здесь, милый, — парень поднимает голову, повторно осматривая поле. Ничего не изменилось. Никого рядом нет, да что рядом, вообще в округе! Чонгук совершенно один, и ему кажется, что он свихнулся окончательно. Но как только он обратно опускает голову, то видит пугающие лицо, что постепенно начинает приближаться. Со страха юноша поднимается на ноги и пытается побежать, но ему будто мешает что-то сверхъестественное. На самом деле не только. Сильная боль в коленях, головокружение, да и простая усталость мешают это сделать. Но он старается. Изо всех старается. И вроде даже что-то выходит, однако за секунду до его безумной улыбки глаза просто закрываются, а тело обречённо падает, создавая громкий звук от падения. — Всё в порядке? — сквозь сон слышится хриплый, чуть грубоватый мужской голос. Медленно веки Чонгука поднимаются вверх, показывая красные от слез глаза. Он нехотя приподнимается на локти и оглядывает палату. Тут же замечает источник звука. — Всё прекрасно, — опустившись обратно на койку и прикрыв глаза, еле слышно, но с сарказмом ответил Чон, немного усмехнувшись. — Я же вижу, что нет. Тебе что-то приснилось? — Я же сказал, все в порядке. — Чонгук, поверь, это не смешно. Если тебе что-то приснилось, то просто скажи мне. — Да что вы? Ко мне изволил прийти сам Пак Чимин, после хуй знает скольки дней, и теперь просит рассказать ему все на свете! Уходи, — последнее слово юноша выделил, сделав тон ещё грубее. Хотя его осипший голос и без того казался устрашающим. — Что ты сказал?.. — переспросил Пак и устремил свой взгляд прямо Чонгуку в глаза. — Уходи. Что-то не ясно? — не открывая глаз, без каких-либо усилий Чон поинтересовался, изогнув бровь, при этом немного напевая свою любимую песню. Чимин просто грустно выдохнул, ещё раз взглянул на друга и без слов ушёл. Чонгук даже не подозревает, насколько сильный удар нанёс точно в сердце друга. Может, даже если бы знал, все равно бы сочел данный поступок правильным. Через буквально 10 минут, в палату заходит его лечащий врач, со словами: — Она вас любит. Просто вам нужно в это поверить, — юноша вновь изогнул бровь и посмотрел на мужчину. — Просили передать. Надеюсь, то, что я немного перефразировал данное «послание», не помешает вам понять его смысл, — он пожал плечами и скрылся за дверью. — Так, — обречённо вздохнул. — Он вот так просто зашёл, сказав бессмысленную фразу, и ушёл?.. Хах. Теперь сиди, Чонгук, и гадай, кто это, зачем это, от кого это…