Мурашки по коже

      Сказать, что голова раскалывалась на кусочки, — значит, ничего не сказать. Едва проснувшись и продрав глаза, я начал сомневаться в том, что вообще смогу пережить это хмурое утро. Какое-то время я привыкал к невероятно ужасным ощущениям отходняка: прием наркотиков и немереного количества алкоголя дал о себе знать в виде сушняка и мигрени. Я осторожно повернул голову набок, чтобы не дай бог не потревожить болезненные иголки в мозгах, и с радостью обнаружил рядом новехонькую бутылку минералки. Не обращая внимания на боль и обезумев от счастья, я резко присел на постели и схватил спасительную бутылочку. Жадно поглощая живительную влагу, я постепенно стал приходить в себя. Еще немного, еще чуть-чуть. Самое ужасное уже позади. Оплата внесена, осталось получить долгожданный приз. Воспоминания о вчерашнем вечере меня не беспокоили: я помнил только начало «веселья», остальное было, словно в тумане, словно не со мной. Такой исход события меня несказанно радовал. Я не хотел помнить то, что со мной творили на протяжении продолжительного времени четверо похотливых незнакомцев. Я даже не хотел знать, как долго длился мой непередаваемый словами ужас. К черту! Это уже не имеет значения. Мне нужно забыть. Забудь, Стас, все закончилось. Все уже позади.       Я обнаружил свою одежду, аккуратно сложенной и перекинутой через японскую ширму: Максим даже к чужой одежде относился бережно и заботливо. Я невольно улыбнулся: мой любимый педант, что еще сказать? Неторопливо одевшись, ибо меня все еще штормило, я выскользнул из спальни и прошел в зал: здесь было пусто. Максим уничтожил все признаки вчерашней попойки: ни пустых бутылок, ни переполненных окурками пепельниц. Я грустно усмехнулся, выглянул на балкон — тоже пусто. Я свел брови: где же он? Прошлепав до кабинета, я толкнул неплотно прикрытую дверь: Максим сидел за столом, в своем привычном синем костюме и с сигаретой между пальцев, и смотрел в экран ноутбука. Быстро подняв на меня свои серьезные глаза, он снова переключил внимание на экран.       -Привет, — шепнул я. Голос был хриплым. Видимо, я вчера еще и сигаретами баловался: во рту ощущался омерзительный привкус табака.       -Привет, — ответил он.       Я медленно прошел внутрь, мягко прикрыв за собой дверь, приблизился к столу. Максим перевел на меня абсолютно равнодушный взгляд, а потом вдруг резко толкнул ко мне по столу ноутбук. Не знаю, как я успел среагировать, поймав его почти на краю. Я в шоке уставился на безмятежного Максима:       -Ты что делаешь? А если бы я не поймал его?       -Оно и к лучшему, — ответил он и затушил недокуренную сигарету в пепельнице. — Полюбуйся, — он кивнул на ноутбук. Я свел брови, поправил слегка упавшую крышку, присмотрелся и чуть не потерял сознание от приступа стыда и тошноты.       -О боже!       Все происходящее вчера в зале было снято на камеру: качество видео оставляло желать лучшего, но… Я захлопнул крышку, не в силах смотреть на экран, и уперся дрожащими ладонями в стол, опустив голову и пытаясь восстановить свое тяжелое дыхание. Я не хочу это видеть!!! Я не хочу это знать!!!       -Зачем?! — сипло пробормотал я, жмурясь и едва не плача от ужаса. — Зачем ты это смотришь?! Зачем это снимали?!       Максим встал из-за стола, выключил ноутбук и вздохнул:       -Я не знал, что это снимают. Случайно увидел видеокамеру у одного из парней и тут же отобрал.       -Зачем же ты оставил видео себе? Это же… просто ужас… Удали все! Или ты… собрался меня шантажировать? — я нервно посмеялся и поднял на него свои влажные глаза. — Ты ведь прекрасно знаешь, что у меня ничего нет.       Максим усмехнулся и снова закурил:       -Не переживай. Мне это не нужно. А вот они бы попытались. Я уверен.       Я облегченно вздохнул, прикрыв глаза, а потом медленно открыл их и осторожно взглянул на Максима: он стоял у окна, не смотря в мою сторону. Задумчивый. Уставший. Безразличный.       -Максим!       -Да?       -Что случилось? Ты какой-то отчужденный.       Он повернулся ко мне, выдохнул дым.       -Ты доволен собой?       Я свел брови, не понимая суть вопроса:       -О чем ты?       -О том, что ты вчера сделал.       Я помолчал какое-то время, не зная, чем ответить, прислушался к внутренним ощущениям изможденной последними событиями души. Я не был собой доволен: я все еще чувствовал себя разбитым и не понимал, правильно ли поступил.       -Максим, я не знаю. Я сделал это, потому что хотел быть с тобой, — я с улыбкой подошел к нему, но он резко шарахнулся от меня в сторону:       -Не подходи!       Я в шоке уставился на него. Кровь ударила в голову. Звонкий стук в груди.       -Максим, что не так? Мы ведь теперь будем вместе, так?       -Нет, не так!       Еще удар. Удивление. Волнение. Страх.       -Но… как же… ты же обещал…       -Мало ли, что я мог обещать! — скривился он в презрительной усмешке. — Господи! Неужели после всего, что я увидел на видео, я соглашусь быть с тобой?! Стас, ты вел себя вчера, как последняя шлюха!!!       Гром среди ясного неба. Мне казалось, я сейчас грохнусь в обморок. Я не верил своим ушам: его беспощадные слова выворачивали меня наизнанку, с каждой новой секундой сдавливая горло все сильнее и сильнее.       -Максим! Я это сделал для тебя…       -Для меня?! Ты переспал с другими ДЛЯ МЕНЯ?! Что за бред?!       -Но ведь ты хотел этого!!! — выкрикнул я в отчаянии. — Не я!!! Ты заставил меня это сделать, чтобы мы наконец были вместе!!!       -Нет, — он медленно покачал головой, смотря в мои безумные глаза. — Я дал тебе выбор: спать с ними или нет. И ты выбрал неверный вариант. Я остался бы с тобой, если бы ты отказался от моего предложения. Я не смогу к тебе даже прикоснуться после них. Мне даже смотреть на тебя противно теперь!!!       Мне казалось, что сердце мое просто-напросто остановится от ужаса происходящего. С каждым новым оскорблением со стороны Максима мне становилось все паршивее, слезы покатились из глаз. Как же так? В данные минуты я не был готов играть в его жестокие игры. Не сейчас. Я и так сломлен дальше некуда.       -Максим… Не поступай так со мной… Прошу тебя… — пробормотал я, все еще надеясь на то, что он всего лишь в состоянии аффекта. Расстроен. Так же, как я. Все будет хорошо, все наладится, мы забудем об этом досадном инциденте. Мы забудем обо всем, что произошло плохого между нами. Ведь так?..       -Уходи. Немедленно.       -Максим… — выдохнул я от бессилия: я безнадежно не хотел верить, что все вокруг рушится.       -Убирайся!!! — выкрикнул он, смотря на меня бешеными глазами.       Что же ты творишь?.. Я медленно добрался до коридора и вышел за дверь. В груди стоял ком боли, я едва держался на ногах, останавливаясь по пути домой каждые пять минут, чтобы отдышаться, на время избавиться от всхлипов и прийти в себя хотя бы на минуту. Я не чувствовал на своем теле капли дождя, который лил, как из ведра в то утро, я не чувствовал промокших ног. Мне казалось, я промок от слез, а не от ливня, и лишь дома обнаружил, что всю дорогу домой я шел без ботинок, забыв их надеть, когда выходил из квартиры Максима. Я сполз по входной двери на пол и уткнулся в колени мокрым лицом, разрыдавшись навзрыд и не пытаясь остановить этот бесконечный поток горечи. Я чувствовал себя разбитым. Я чувствовал себя растерзанным. Я чувствовал себя по-настоящему мертвым. Мою измученную доверчивую душу варварски стерли в мелкий порошок и развеяли по осеннему ветру. Я медленно превращался в живую мумию. После такого издевательства меня ни в коем случае нельзя было оставлять в живых, надо было просто пристрелить на месте, чтобы я даже не начинал изводить себя и разъедать изнутри болезненными размышлениями о своем бесполезном никому не нужном существовании. Я не боялся мучительного ада после смерти, ибо я уже пережил его в течение последних суток — вдоволь искупался в пламени отчаяния, заполучив бессменное клеймо на сердце. Поделом тебе, доверчивый, наивный Стас. В этом виноват лишь ты один!