Глава седьмая
12 мая 2024 г., 19:58
Примечания:
Дорогие читатели! Я впихнула сюда историю Кристиана, чтобы перейти к сюжету, без него не получилась бы полноценная история. В дальнейшем редко буду перескакивать на его мысли.
Она почему-то так долго спит
Кричу, пусть хоть кто-то её разбудит
Хватит бежать от всего и прятать то, что болит
Обещала, что так больше не будет
Это всё, я тебе рисовал
И тебя тут никто не слышит, никто тебе не сказал
Что всё это страшный сон, и кровь та, что на руках
Останется на осколках, осколках, что не собрал
Три дня дождя — Аутоагрессия (feat. Тринадцать карат)
Кристиан Уокер
После того, как я душевно посидел с Грейнджер, болтая о всякой ерунде, я решил вернуться на вечеринку. И вот теперь, сидя в эпицентре хаоса и ведя разговор с Забини о наших однокурсниках, я стал замечать, что из себя представляет окружение. Крэбб зажимал какую-то шестикурсницу возле импровизированного бара в виде столика с различными увеселительными напитками, который мог в любой момент опрокинуться. Неповоротливый парень, что отчаянно пытается нравиться женскому полу и угодить нашей белобрысой принцессе под фамилией Малфой. Он неплохой, но в то же время до жути преданная собачонка Драко, отчего хочется держаться от него на расстоянии. Просто фу. Гойл поливал окружающих струёй шампанского, а девочки, смеясь, убегали. Он тоже мерзкая шестёрка, но своих никогда не сдаёт, а пытается прикрыть. Верный друг Крэбба. Бедный, добродушный парёнек, но не просто же так он попал на Слизерин?! Нотт сидел возле Малфоя и активно жестикулировал, на что его сосед изредка улыбался. Все под конец вечера разделились по кучкам или парочкам изрядно выпившими, и всё действие слегка напоминало притон. Ко мне подсела Миллисента Булстроуд, очаровательно улыбаясь, её юбка поползла вверх, оголяя ноги. Вероятно, это жесть как сексуально. Ну, по крайней мере, ей так казалось. Мне хотелось отодвинуться от неё подальше, а ещё больше — сбежать к себе в комнату и запереться, лишь бы больше не видеть этот первобытный и нелепый пикап в мою сторону. Я хотел улыбнуться в ответ, но, кажется, это было что-то кривое между: Меня выбрали жертвой! SOS!!! — Как такого симпатичного брата столько времени прятала Пэнс? — и она закинула ногу на ногу, ещё больше открывая обнажённый участок кожи, — Выпьем за начало последнего учебного года? Я повернулся к Забини в поисках помощи, но этот индюк закрывал ладонью рот в попытках сдержать смех. Мне пришлось нацепить наиболее приветливую маску, на которую я был способен в тот момент, и повернуться обратно к «богине пикапа». — Малыш, — я наклонился к ней, шепча, — ты такая прекрасная сегодня. Она просияла, и на её щеках выступили красные пятна. — Может, ты побудешь со своими подружками, а перед сном я загляну к тебе в гости, как ты на это смотришь? — для пущей убедительности я сделал виноватое выражение лица, — Я не могу сейчас оставить Забини в одиночестве и уделить тебе полноценное внимание. Миллисента, не веря своему счастью, во все глаза смотрела на меня, кивая. — Д-да, я буду ждать возле входа, когда все пойдут спать, — она встала и, на ходу поправляя свою юбку, зашагала к кучке девушек. Как только слизеринка отошла на пару шагов, Забини засмеялся во весь голос. — Хоть бы помог, — я недовольно откинулся на подушки, — Она готова была меня съесть вместо ужина. Я чуть не стал жертвой кошмарного пикапа. Блейз наконец перестал смеяться. — Ты не первый, на кого она набрасывается после пары бокалов, — он отыскал девушку глазами, — Очень приставучая Булстроуд. Как тебе удалось так быстро от неё избавиться? Я гордо на него посмотрел. — Пара ласковых слов, — я кивнул в её сторону — заметив наш взгляд, она, смущённо улыбнувшись, отвернулась, — и обещание, которое, к несчастью, я не смогу сдержать. Забини посмотрел на меня как на спятившего. — Ты что? — он схватил меня за локоть, — Ты рехнулся? Она тебя в покое не оставит до конца семестра. Я не смог сдержать смешок. — Забини, ты волшебник или кто? Обливиэйт ещё никто не заносил в список запрещённых, — и я ему подмигнул. Он лишь пожал плечами, мол, делай как считаешь нужным. На соседних диванах громко засмеялись, и я посмотрел в сторону источника звука. От угрюмого и злого Малфоя и намёка не осталось. — Почему ты не с ними? — я сам не понял, зачем задал этот вопрос. Блейз уставился на меня — наверное, и он не понял такой резкой смены темы. — А какая, к чёрту, разница? — он взял стакан и опрокинулся на подушки, — Мы все пьём в одной компании, с тобой завязался разговор, вот я и сижу. Я ещё раз обвёл взглядом, созданное от части мной, это безумие. — Расскажи мне о Золотом Трио, — и я кивнул сторону журнала, на котором красовалась Грейнджер. — Да-а, не ожидал, что ты по… — Блейз подавился напитком, — … заучкам. Я хмыкнул. — Нет, мне интересно, что они на самом деле из себя представляют, не хочу складывать образ из газетных статеек. Наверное, Забини мне совершенно не поверил, но он всё же заговорил. — Да что тут рассказывать? — парень вздохнул и потянулся к бутылке с янтарной жидкостью, — Правильная до тошноты, — он скривился, пока наливал, — везде суёт свой гриффиндорский нос, постоянно торчит в библиотеке… — Это я и без тебя знаю, — я опёрся рукой о спинку дивана. — Ну, а что конкретно ты хочешь от меня услышать? — Блейз вздохнул, — Я не её дружок, ах да… Она с Уизли в отношениях была, сейчас он по всем поскакал. Не прельщают меня такие, как Грейнджер, да и матушка не одобрит. Паркинсон улыбнулась и прошла мимо нас, пошатываясь в туфлях с высоким каблуком. Как бы свои прелестные ножки не сломала, красотка. — А такая, как Паркинсон? — я хищно улыбнулся. Забини посмотрел на меня как на идиота. — Ты совсем ёбнулся? Я её сестрой считаю, — он посмотрел на мой стакан, в котором на дне виднелся огневиски, — Тебе на сегодня хватит, раз такие разговоры завёл. Паркинсон… пиздец. Меня очень развеселила его реакция. Словно что-то ненормальное сказал, в памяти всплывали обрывками воспоминания их общения. Она с ним в детстве как с подружкой была. — Да ладно тебе, не кипятись, — я его приобнял, — Шутка. Я вижу, как ты на Дафну пялишься. Парень стал искать её глазами, и в один момент от него не осталось ничего веселого. — Это так… — Блейз оценивающе проводил взглядом силуэт Гринграсс, — ничего серьёзного. Ну, нихера себе новости. А вот это уже интересно. Их пара, что-то вроде национального достояния Слизерина, это я успел совершенно случайно услышать, проходя мимо купе в поезде, и тут мечта всех девчонок заявляет, что это не серьёзно. Будто опомнившись, что сболтнул лишнего, Блейз улыбнулся. — Нам хорошо вместе, но боюсь, что… — парень будто пытался правильно подобрать слова, чтобы не показаться ублюдком, — как только найдёт себе кавалера поперспективнее и с большим размером… хранилища, конечно, сразу даст отворот поворот. В понимании ситуации я лишь кивнул. — Я предполагал, что это в духе её сестры, — я вертел стакан в руках, размышляя о семействах чистокровных, — О Дафне я немного… Меня прервал душераздирающий крик, который донёсся сквозь музыку. Оглянувшись, я увидел Пэнси в красных пятнах и подтёках на руках. Её платье уже стало алым от количества крови, только в некоторых местах был виден изначальный цвет. В момент царившее веселье испарилось. Кто-то бежал, а кто-то пытался покинуть гостиную, некоторые орали, что Паркинсон прокляли или убили. Хотелось действительно задушить этих идиотов, кинуть в них заклинание, лишь бы они заткнулись и не несли хуйню. У меня не получилось сразу к ней прорваться. Я смог увидеть сестру только спустя время, когда она уже лежала на груди Малфоя и выла с непрекращающимися потоками слёз. — Что с ней? — я попытался подойти, но Нотт остановил меня, крепко сжимая руку. Я обернулся, проговорив сквозь зубы: — Что с ней? Какого хуя она в крови? — дёрнув рукой, я закричал: — Пусти меня, Нотт! Тео уже обхватил меня двумя руками, не давая к ней подойти. — С ней всё в порядке, — тихо проговорил парень. Я пытался вырваться из его кольца рук, но попытки были тщетны. — Если ты меня сейчас же не отпустишь, — прорычал я так, чтобы было слышно только ему, — твоя рожа будет целовать пол. И я с силой оттолкнул его от себя. — Солнце, что с тобой? — я подбежал к сестре, хватая за плечи и осматривая её взглядом, попытался понять наличие ран на ней, — Тебя кто-то обидел? Паркинсон ещё больше стала всхлипывать и выть. Она не видела меня и только рыдала, хватаясь руками за Малфоя, словно в нём она могла найти утешение, пачкая его свитер красными пятнами, а он безмолвно позволял ей. Впервые я видел в его взгляде растерянность и непонимание. Он такой же, как и мы: обычный мальчишка, с которым случилось дохуя дерьма. Малфой гладил её по голове и шептал какие-то слова утешения, а она будто боялась его потерять. Я сидел рядом на коленях и впервые не знал, что делать. За спиной шептались, и, придя в себя, Малфой увидел окружающих. — Съебали нахуй отсюда, — он смотрел куда-то мне за спину и схватился за палочку. И в этот момент я понял, что больше всего боюсь потерять сестру. Этот страх охватил меня, когда я стоял и смотрел, как она заливается слезами на руках Малфоя, а я ничем не мог ей помочь. Нотт и Забини спустились со стороны комнат девочек. По взгляду Блейза можно было понять, что мы по уши в дерьме. — Крис, отойдём, — Тео потянул меня за собой, — Я тебе всё объясню. Мы не успели сделать и шага, как дверь распахнулась, и в нашу гостиную ворвался Северус Снейп. Он окинул взглядом царивший в комнате хаос. Его появление сразу же создало ощущение, будто температура в помещении упала на несколько градусов. Он напоминал живого дементора: чёрные волосы, могильный холод в глазах, полы мантии, едва успевшие замедлиться после резкого входа. Его энергетика была подобно тому, как будто он явился из самого ада, обманув смерть. Ну да, столько лет рука об руку с Волдемортом мимо него не прошли. Прям аура с поля битвы. Его взгляд внимательно скользил по окружающему пространству. В течение нескольких секунд он оценивал ситуацию, поняв — здесь произошла вечеринка. Пустые бутылки были разбросаны по полу: запах огневиски и вина ещё не успел выветриться, а в воздухе витало серебряное конфетти. Я представлял себе знакомство с ним, но явно не при таких обстоятельствах. Однако как только он заметил нас возле входа в спальню девочек, его лицо исказилось гневом, и он направился к нам. Блейз, не раздумывая, пошёл ему навстречу. Если не знать ситуацию, то, казалось, что эти двое собирались кинуть в друг друга проклятия. Блейз держал спину ровной, напряжённой, но шаг был уверенный. Встретившись в середине гостиной, он стал тихо рассказывать происходящее Снейпу. Я приблизился к стене, опершись спиной, и не отрывал глаз от разворачивающейся картины: Блейз активно жестикулировал, вероятно, поясняя декану все детали, в то время как выражение лица Снейпа медленно менялось от гнева к нечто странному и непонятному для меня. Руки он перекрестил на груди и не отрывал взгляда от Забини, слушал его очень внимательно. Декан не задавал вопросов и не перебивал — его эмоции оставались загадкой, словно он прятал их за каменной стеной, не позволяя пробиться сквозь неё. Твою мать. Осознание происходящего накатывало леденящим страхом, что я могу потерять близких людей. Война не коснулась меня, но затронула моих родных, а теперь какая-то хуйня продолжается в этом чёртовом замке. Надо как-то обезопасить Пэнс, а ещё лучше будет отправиться ко всем ебеням подальше, чтобы не потерять её. В голове мелькали сотни вариантов, но самым подходящим был отослать её на другой конец света. Мои размышления прервали две фигуры, приближающийся ко мне. Я был так поглощён своими мыслями, что даже не сразу заметил приближение Блейза и Снейпа. Забини встал рядом со мной, храня молчание. Проходя мимо нас, декан даже не обернулся, безмолвно отправил Патронус и прошёл в спальню девочек.***
Комната мальчиков
Кристиан Уокер
— Розье умерла, — могильным тоном произнёс парень. Теодор Нотт с уставшим видом прошёл на середину комнаты и сел на пушистый серый ковёр, облокотившись о спинку кровати. — Что? — я с вопросительным взглядом посмотрел на своего однокурсника. Мысли никак не могли собраться воедино из-за того, что весь мой разум был сосредоточен на сестре, которую я оставил с Малфоем. — Ты всё правильно понял, — парень зажёг сигарету и взглянул на меня, протягивая открытую пачку. — Как? — я взял одну и поджёг её. В который раз я задавался вопросом: что творится в этой школе? — Я не знаю, — Тео дёрнул головой, как бы отмахиваясь от вопроса, — Говорят, что вены вскрыла. Блять. Я хотел рвануть к ней. Желание защитить сестру заслоняло все остальные мысли. — Не надо, — Нотт остановил меня, поднимаясь, — С ней Малфой, — и, вернувшись обратно на пол, он добавил: — Он позаботится о Пэнс. Скорее всего, Снейп сейчас отправит её к Помфри. — Она моя сестра, — я не скрывал своё состояние и орал ему в лицо. Парень подошёл и молча меня обнял. — Вся ситуация предельно хуёвая, но тебя сейчас к ней не пустят, — Тео начал говорить спустя какое-то время, выпуская меня из кольца его рук, — Через несколько часов наступит утро, и ты сходишь к ней. Думаю, её уже отпустят к нам. Я сел возле него и сделал глубокую затяжку, ощущая, как дым обжигает лёгкие. Уставившись в одну точку, я пытался переварить услышанное, но мысли совершенно не хотели проясняться — голова гудела от пережитого за сегодня. Не понятно, сколько прошло времени, я не следил, а Тео не нарушал тишину, только иногда раздавался звук зажигалки. Скрипнула дверь, и на пороге появились парни. Я поднял голову, прожигая Драко взглядом. На нём уже не было следов крови — лишь растрёпанные волосы на голове и помятый вид говорили о том, что у него была не самая лучшая ночь. Малфой прошёл мрачнее тучи, а Забини выглядел так, что увидел саму Смерть — не иначе. — Где Пэнс? — с ходу начал я. — У Помфри, — Малфой достал из ящика бутылку и налил что-то крепкое в стакан, — С ней всё будет в порядке: Помфри сказала, что это сильный стресс. Я следил за каждым его движением и словом, будто это могло помочь узнать, в каком состоянии Паркинсон. Наконец он сел и, сделав большой глоток, сказал: — К ней никого не пускают, — на выдохе выпалил Драко и, посмотрев на меня, добавил: — Можешь даже не пытаться. Единственное, что я хотел понять — это причина, которая привела сестру в такой ужас. С Розье они были подругами, но не так чтобы близкими и истерить до такой степени. Может быть, вид самой смерти? Но Паркинсон пережила и не такое. Близкие часто умирали в нашем доме. Вскрыла вены? Ну, это бред — у Розье только что была помолвка, и она не похожа на несчастную. Почему же у Пэнс такая истерика? — Хлою убили, — безэмоциональным голосом сказал Забини, словно из него вынули все эмоции, — Снейп сказал. Мы синхронно повернули головы в сторону друга. — Ей кто-то подсунул проклятый браслет, и это явно тот, кому она доверяла, — со злостью бросил Блейз, — Розье, конечно, доверчивая, но не дура. Я в жизни не поверю, что она приняла это в качестве подарка от анонима. Он начал расхаживать по комнате как разъярённый тигр в клетке. Мы с Ноттом переглянулись, а Малфой восседал с видом Как же этот день меня заебал. — Ты думаешь на кого-то из своих, — констатировал я. — Ну не на Поттера же, ебаный в рот, — рычал он, — Гриффиндорцы ток на какую-то хуйню способны, но никак не тёмной магией в своём кружке увлекаются. — Вы узнали, как её убили? — Нотт сидел с напряжённым видом, крутя зажигалку в руках, но на лице не отражалось ни одной капли скорби и боли. Я пытался разглядеть в его лице ответы на свои вопросы, но кроме пустоты там ничего не было. Нотт не был похож на человека, у которого забрали любимую невесту. И почему же ему было так плевать на смерть Хлои? — По лицу нашего зельевара и его тону — было предельно ясно, что побрякушка проклята и очень занятно. Я такого даже от отца не слышал, — подал голос Малфой, — Мы с Блейзом зашли к Снейпу после того, как отвели Пэнс в Больничное крыло. Он как раз занимался этим браслетом. Могу сказать одно — это не родовой браслет, который передавался из поколения в поколение и на котором уже есть отпечаток, — блондин в несколько глотков осушил стакан и добавил: — Выглядело всё как по последней моде, такие делают в ювелирке Костелло. Мама любила там закупаться, поэтому я обратил внимание на стиль украшения. — На этом браслете проклятие Иссушения, но какой ублюдок наложил это на браслет и что именно, Снейп понять не может. — Но… проклятие действует только на растения, — недоумённо сказал Нотт, — Снейп сам задаётся этим вопросом: суть одна, но само заклятие другое, — буркнул Малфой. — А у Розье были враги? — я решил спросить прямо. По лицу каждого можно было прочесть, что они задавались точно таким же вопросом, — Либо красотка перешла дорогу какой-то слизеринке, — добавил я, — а та решила так отомстить, либо у кого-то могли быть старые счёты. Нотт грустно усмехнулся. Он отбросил зажигалку в сторону и бросил на меня взгляд. — Если считать женский пол Слизерина, то дохуя и больше, — ответил Нотт, — Ей парни проходу не давали, так что этот вариант может только Аврорат проверить. После слов Теодора в голове Забини походу зажглась лампочка. Он подскочил на кровати так резко, что я немного дёрнулся и выдал то, что казалось самым логичным. — А эта внебрачная рыжеволосая дочка Яксли? Ты помнишь, как на неё орала Хлоя? — его лицо просияло так, насколько это было возможным в тот момент, — Тут любая проклянёт. Теодор скривился и с сомнением посмотрел на Забини. — Ты сам понимаешь, что за хуйню несёшь? Лукреция никогда бы в жизни не решилась на такое, у неё ротик создан только… — и с его видом блаженства перебил Малфой. — Хватит с меня сегодня подробностей твоей сексуальной жизни, — он поднёс два пальца, имитируя рвотный рефлекс, — Меня блевать от этого тянет. Нихуя себе. — А вы обсуждаете сексуальные похождения Теодора? Как интересно. — Если тебе интересно, — перебил Блейз занудным тоном, — напомню, что твоя сестра всё ещё лежит в Больничном крыле, а скоро утро. — А вы с Грейнджер не родственники? — в ответ съязвил я. Тут даже Малфой не смог сдержать улыбку, а мулат кинул в меня шуточное заклинание. Это смогло отвлечь меня на какое-то время. Хлою мне было жаль, и всё происходящее наводило на неприятные мысли, но сейчас моей главной задачей была забота о сестре.***
Больничное крыло, 3:40
Пэнси Паркинсон
В моей жизни было слишком много смертей. Иногда казалось, что я создана для того, чтобы провожать их в последний путь. Где-то лет в тринадцать утрата мне казалась уже обыденной, так и должно быть. Кто-то рождается, а взамен смерть приходит к другому человеку. Ну, вот возьмём всем известный пример — Поттер. Он родился, а где-то в мире никто не умер в тот день, а смерть пришла и забрала вдвойне. Должен быть баланс. Вот такими были мои рассуждения в том возрасте. Каждые похороны казались одинаковыми: одни и те же лица, те же роскошные похоронные церемонии, кто-то рыдает, а кто-то злорадствует в стороне. Я никогда не задумывалась, а как они умерли? Они погибли, защищая близкого человека или их жизнь забрали намеренно? Меня эти факторы совершенно не волновали, ведь маленькой девочке приходилось сталкиваться со смертью, когда она уже одерживала верх. Даже в Битве за Хогвартс. Я сбежала и не переживала ни за кого. И мне было плевать. Но с Хлоей всё стало иначе. В первые в жизни Пэнси Паркинсон не знала, что делать. Все умирают, Пэнси, рано или поздно. Смерть придёт за каждым — это один из фактов, который нельзя подвергнуть сомнению, — так говорил отец после церемонии похорон моей тёти. Тогда мне исполнилось только одиннадцать. Он не утешал меня, не обнимал и не гладил по голове, шепча слова успокоения. Только взгляд, дающий понять, что здесь не место для слёз аристократки. Вот что я заслужила от него в маленьком возрасте. В тот день присутствовала семья Малфоев, и Драко вопросительно на меня смотрел. Он не увидел в моих глазах ни слезинки, и я надменно отвернулась. В поместье, окружённая незнакомыми мне людьми, только с Кристианом я не чувствовала себя одиноко. Его кудрявые волосы и тёплый уверенный взгляд давали мне то, чего не хватало в детстве. Мы виделись лишь на летних каникулах и то, отец всегда почему-то держал брата на расстоянии от меня, отправляя к кому-то: то к родителям отца, то к друзьям. Мне хотелось его видеть чаще и получать уверенность и защиту от брата, и из-за этого я завидовала мелкой Уизли. У меня был брат, но я не получала то, что имела рыжая. Это было ужасно, но я никогда и ни за что бы в этом не призналась. Я открыла глаза. Темнота — только свет луны освещал белоснежную кровать госпиталя. Я попросила потушить свечи. Мне было невыносимо смотреть на свои руки. Крови уже не было, но я чувствовала каждую тёплую каплю, пропитывающую и пачкающую кожу. Красная, никакая не голубая и не чистая, она вызывала ощущение, что руки искупались в серной кислоте. Слёзы престали стекать по щекам, но мелкая дрожь, которая била тело, так и осталась. Я попыталась подняться и сесть на кровати, но ощущалось всё так, словно тело облили свинцом. Впервые моё тело не слушалось. Вдалеке госпиталя отдавались тихие голоса. Я прислушалась, но не могла полностью уловить разговор. — … она была вся в крови, я думала, что пострадала от проклятья, — голос на пару секунд замолчал, — Бедная девочка — пережить такое. Я сглотнула в попытке унять подступающую истерику. — Мы отправили сову её отцу, боюсь, Министерство ещё не раз даст о себе знать, — я услышала хлопок двери и тихое приближающееся шорканье. Из-за занавески показался свет лампы, и появилась мадам Помфри. — Ох, деточка, ты уже очнулась, — она мягко улыбнулась мне, — Как ты себя чувствуешь? Я не без труда всё же приподнялась. — Лучше, — и для подтверждения слов через силу улыбнулась, — Сколько я уже тут? Целительница левитировала поднос с зельями на столик. — Второй день, — Помфри взяла склянку с подноса и протянула мне, — Ну и напугала же ты нас. Я взяла баночку с зельем и в три глотка её осушила. Противная жижа отдавала на вкус сеном. Интересно, что там намешано? — Кто-то приходил? — спросила я, стараясь не выдать дрожь в голосе — после зелья горло уже не так саднило, и стало легче говорить. Целительница пару раз взмахнула палочкой: передо мной появились какие-то линии, которые вели к небольшому фиолетовому шару. — Да, твой брат с Малфоем пытались к тебе прорваться, — она свела брови и, похоже, что-то пыталась понять по этим линиям, — но я им сказала, что впущу их только завтра утром: ну, то есть уже сегодня. Они попросили передать это тебе. Она указала на букет белых роз и коробку с зелёным бантом. Женщина подала мне коробку с улыбкой, убрала чары и пожелала мне добрых снов. Помфри относилась ко мне как к маленькой девочке. С одной стороны приятно, а вот с другой… Я, что, похожа на умалишённую? Когда я потянула за бант, картонная коробка раскрылась и появился белый игрушечный заяц. Слёзы полились сами по себе. Когда я была маленькой и напугана, Кристиан трансфигурировал белых зайцев или отправлял их из школы, когда получал от меня грустные письма. Это означало — я рядом, не бойся. Обняв зайца, я со страхом прикрыла глаза, ощущая нарастающую панику в груди.
