Вор поневоле

      На Рифтен медленно опустилась ночь. Солнце закатилось за горизонт, уступая Массеру и Секунде власть над небесами. Горожане потихоньку расходились по своим домам, только стражники бродили по каменным дорогам и деревянным мостикам, следя за порядком в столице Холда. Стараясь издавать как можно меньше шума, маленькая тень скользнула по улицам, аккуратно перевалилась через заборчик в сад местного приюта и медленно проникла внутрь небольшого домика.       Рыжий каджит тихонько крался между кроватями со спящими в них детьми. «Ничего, детки, скоро я избавлю вас от этой мерзкой, злой тётки. Грелод больше не поднимет руку ни на одного ребёнка», — думал про себя Ваар, добравшись до нуной комнаты. Краем глаза он заметил что из-под соседней двери выбивается колыхающаяся тень. «Констанция не спит. Это плохо. Надеюсь не попадусь». Кот натянул капюшон поглубже, чтобы не было видно моську, и аккуратно коснулся ручки двери. С тихим скрипом, максимально медленно он открыл дверь и проник в комнату, подкрался к спящей старухе и обнажил кинжал.       Каджит замешкался. Он представлял себе это убийство, как в игре: подошёл, чикнул ножичком и пошёл. Но нет. Сейчас Кирилл стоял над живым человеком. Пусть она злая, мерзкая, орёт на воспитанников приюта и бьёт их, но всё же она живой человек, и в её груди бьётся сердце. Он стоял, держа занесённый над головой кинжал в дрожащем кулаке. Вспомнил школьную литературу и вспомнил, как в похожей ситуации находился Раскольников. «Тварь я дрожащая, или право имею?» — думал про себя Ваар, усмехнувшись своим же мыслям.       — Грелод, Вы не спите? — прозвучал голос Констанции после скрипа двери. «Времени нет.», — подумал Кирилл. По его щеке побежала слеза, он резким ударом вонзил клинок точно в солнечное сплетение попечительницы приюта. Старуха издала тихий предсмертный хрип. — Что тут происх… — помощница обомлела. Грелод лежала на спине в своей кровати с торчащим кинжалом, а вокруг не было никого. — У-би-ли! — прокричала она, чеканя слоги и заливаясь слезами.

***

      Макс лежал в своей комнате на втором этаже «Пчелы и Жала», когда услышал гром латных доспехов за окном. Открыв ставни он выглянул, холодный ветер ударил в лицо, но не помешал увидеть, как куча стражников сбегаются к приюту. «Кажется, компания Темного Братства уже началась», — подумал парень, как вдруг увидел, что у входа в таверну из неоткуда появился каджит, после чего открыл дверь. «Мы знаем», — подумал парень, усмехнувшись, после чего закрыл ставни, оделся и спустился в зал. Каджит сидел в дальнем углу, капюшон был натянут так, что не было видно лица, и только шерсть на ладонях и торчащий из-под брони хвост выдавал его принадлежность к расе.       — Кирава, бутылку черноверескового за вон тот столик, пожалуйста, — обратился к хозяйке таверны Свен, положив пару звонких монет на прилавок, после чего направился напрямик к столу предполагаемого убийцы. — Я знаю кто ты и чего хочешь — прошептал парень, подсев за столик к гуманоидному коту. — Я никому не скажу, что видел.       — Что и кому ты можешь сказать, парень? — Ваар поднял голову и недоумевающе посмотрел на собеседника. Глаза до сих пор были мокрыми от слез, но он держал лицо, будто ничего и не произошло. Было что-то в этом человеке знакомое. Словно он не один раз уже видел это лицо. Только где? — Как тебя зовут, норд?       — Свен. А как твое имя? — парень будто бы пропустил мимо ушей первый вопрос Каджита, тоже недоумевающе вглядываясь в почему-то очень знакомую рыжую морду.       — Ваар, — в эту секунду обоих словно пронзила молния, они смотрели друг другу в глаза не отрываясь, не веря своим мыслям. Они бы просидели в шоке ещё долго, если бы не бутылка, поставленная на стол зеленой чешуйчатой рукой Тален-Джея. Аргонианин не глубоко поклонился, после чего быстро зашагал к прилавку.       Не сговариваясь, парни встали и схватились за бутылку, отводя шокированный взгляд друг от друга. Покорно отдав в руки человека бутылку, каджит развернулся и пошел к лестнице. «Ты ведь по-любому уже снял здесь комнату, Свен?» — сказал каджит, направившись к лестнице.       В комнате с закрытыми ставнями единственным источником света были три свечи на серебряном подсвечнике. Танец пламени на фитилях играл тенями на лицах сидящих за столом и мерно потягивающих мёд прямо из бутылки гуманоидов. Они молчали уже минут десять, как вдруг человек решил прервать молчание.       — В далеком МаркАрте, на западе карты…       — В таверне сидел злобный орк… — парни переглянулись и у них уже не было сомнений в том, что они не ошиблись друг в друге. Лучшие друзья одновременно попали в самую холодную провинцию Тамриэля по желанию своих самых привычных демонических друзей. Ваар заговорил очень и очень тихо: — Макс… То есть Свен. Я так понимаю, ты тоже попал сюда после кошмара? Полагаю дело во Владычице Сумерек?       — И я думаю, что не просто так мы оказались здесь одновременно. Сам Отец Ужаса снизошел до простых смертных… Удивительно. Но я не думал, что ты сможешь убить, — Макс произнёс последнее слово настолько тихо, что даже самые ушастые люди не смогли его услышать, а потом вгляделся в свечи, наблюдая за хаотичным танцем языков пламени.       — Я тоже не думал… Вернее, шёл я уверенно, думая, что всё будет так же просто как в игре. Я тут уже два месяца, тренировался в скрытности и так далее, — в этот момент человек повернулся и посмотрел прямо в глаза каджита недоумевая. — Да, мы попали в разное время. Настолько в разное, что Соня живет здесь уже больше трёх лет и даже основала свою стаю. Я встречался с ней где-то месяц назад в лесах, недалеко от Чёрного брода. Самое странное, что из нашего мира исчезли мы в одно время, иначе бы заподозрили что неладное. Кажется, каждый из Даэдра решил закинуть нас в то время, в которое ему удобно. Непонятно, зачем Хирсину нужна была помощь, но, видимо, он просто решил распространить своё влияние на провинцию.       Они разговаривали ещё очень долго обо всём и ни о чем одновременно: Кирилл вспоминал, как долго готовился к своему первому заданию и как замешкался в последний момент, чуть не попавшись, благо купил до этого малое зелье невидимости; как ему удалось прожить два месяца, ни разу не нарвавшись на ситуацию, при которой пришлось бы убить хотя бы комара; как прошла встреча с Соней. Кстати, именно Этилдель его волновала больше всего, ибо не узнать друг друга было трудно, но они как-то справились с задачей. «Ночью в рыбном порту через 3 дня», — пронеслось в голове Макса, но мысль так же быстро вылетела из головы, как там зародилась. Через полтора часа Ваар уснул, положив лапы на стол, сверху примостив рыжую морду, а Свен завалился в законно арендованную и к сожалению единственную в команте кровать.