Фаталисты

      И так лето, осень, весна и зима постоянно чередовались и менялись. То одно, то другое время года наведывались в Бирмингем. Интересно, а если бы они пришли хоть один раз все вместе? Что бы было?       Годы шли, менялся город, люди… Менялись и Томми с Эми. Единственное, что оставалось неизменным – их дружба.       Эми ходила на работу. Бабушка стирала и гладила вещи для мэра города и его супруги, а девочка относила. За это они получали всего 10 шиллингов. Но миссис Хэллен Стэтхэм оказалась добрейшей душой и, когда узнала, что у девочки нет родителей, а лишь одна бабушка, доплачивала еще пять шиллингов, а также предложила девочке приходить два раза в неделю летом и делать разные дела во дворе, саду, огороде и кругом, где ей найдут работу.       Однажды, когда Эми было 10 лет, она обрывала крыжовник в саду мэра, а миссис Стэтхэм сидела рядом и вышивала.       – А чём ты занимаешься летом, Эми?       – Гуляю со своим лучшим другом Томми. Иногда еще с его братом Артуром. Хоть моя бабушка мне не разрешает гулять ни с тем, ни с другим.       – Почему же?       – Потому что они цыгане… – про бандитизм девочка решила промолчать.       – Вот как...       – Знаете, я считаю, что это очень глупо... Ведь какая разница, кто человек по национальности: цыган, еврей, англичанин... Ведь мы все – люди, и все на этой Земле одинаковые. Людям нужно дружить и уважать друг друга... Нет лучших и худших национальностей...       – Это ты очень верно говоришь,– задумчиво сказала хозяйка. – И как же вы гуляете?       – Катаемся на лошадях... Бегаем. Я пою для Томаса... Читаем книги.       – Читаете книги? – переспросила женщина.       – Ну, как "читаем"? Скорее, перечитываем, – улыбнулась Эми. – У меня есть шесть книг, у него – девять, мы уже их прочитали, а теперь перечитываем. Больше делать нечего, раздобыть книгу не так просто.       – Пойдём, я тебе кое-что покажу...       Миссис Хеллен поднялась с кресла и направилась к дому, девочка последовала за ней, на пороге она остановилась.       – Эй, ну заходи, чего ты? – спросила женщина.       – Точно можно?       – Пойдём! – хозяйка взяла ребенка за руку и провела за собой в дом.       Она завела её в комнату с кучей стеллажей, на которых стояла ещё большая куча книг разных цветов и форм, разного авторства и содержания. Зрачки Эми максимально расширились. Они бы расширились еще больше, лишь бы поглотить всю эту чудо-картину взором. И она дотронулась пучками пальцев до корешка какой-то книги.       – Ты можешь взять её, а можешь выбрать любую другую для себя или своего друга. Как его..?       – Томми!       – Да… Томми. Лишь бы они не стояли тут так одиноко. Мой отец так хотел, чтобы их читали внуки... – при этих словах голос хозяйки задрожал. У неё из-за каких-то проблем со здоровьем не могло быть детей.       Эми взяла «Пятнадцатилетнего капитана» и «Путешествие Гулливера» для Томаса.       – Если разрешите, я возьму две эти книги...       – Конечно, бери... Только никому не говори, где взяла, Мистер Стэтхем не должен знать, что ты тут была.       – Как скажете... Спасибо Вам большое!       Так у Томми и Эми появился доступ к постоянному новому чтиву, а у девочки еще и новый друг – миссис Стэтхэм.

***

      Чём старше они становились, тем всё меньше могли видеться. Девочке было тогда 14 лет, а парню – 16. Эми постоянно делала что-то дома, работала у миссис Стэтхэм, а Томми теперь часто проводил время с Артуром и с другими парнями; общего свободного времени у них было мало. Для того, чтобы договариваться о встречах и чтобы миссис Филипс всё дальше не знала о их дружбе, они придумали передавать записки через младшего брата Томаса.       – Эй, Джонни-бой! – позвала Эми через окно пробегающего мимо мальчика Шелби с буханкой хлеба.       – Привет, Эми! Есть послание?       – Да, отойди, – Эми бросила камушек, к которому была привязана записка, Джон его поднял.       – Будет доставлено! – крикнул он и побежал домой, Эми посмеялась.       «Привет, Томас. Мы не виделись, кажется, неделю... Я свободна сегодня вечером. А ты?»       Том улыбнулся и написал ответ.       Через несколько минут Эми услышала:       – Эми, эй, Эми!       – Да, Джон?!       – Отойди! – когда она отошла от открытого окна, мальчик забросил в него камушек с запиской.       – Подожди,– крикнула девочка и развернула записку.       «В семь вечера под нашим кипарисом. Хорошо?»       – Хорошо! – ответила Эми, на что Джон махнул головой и побежал передать Томми ответ.       Томас ждал Эми возле кипариса и уже заранее знал, что она будет спрашивать, что с его лицом.       Эми подходила, и её радостное лицо становилось встревоженным.       – О, мой Бог, Томми… Что с тобой случилось? – говорила она, смотря на огромный синяк на веке и разбитую губу.       – Привет, Эми,– сказал он и обнял её. – Не обращай внимания на мое лицо, и давай мы просто поговорим, ладно?       Он сел под деревом и указал рукой на место возле него:       – Садись, – подруга послушалась его и села. – Ну, как прошла твоя неделя?       – Я не отстану, пока ты не скажешь, куда ты влип.       – Я никуда не влип.       – Ну да, конечно.       – Да блять… Чёрт, Эми. Семья у меня… Ладно... Хочешь знать, что со мной? Вспомни, давно ли ты видела Артура? Хоть даже в школе?       – Очень давно...       – А ты знаешь, что с ним? Он избит чуть ли не до полусмерти, у него сломана рука, и травма головы.       – О, Господи... Бедный Артур… Это серьёзно? Ну, с головой...       – Уже нет... Врач сказал, что травма есть, но не сильная. С моим братом всё будет хорошо.       – Кто с ним это сделал, Том?       – Наш отец,– он нервно улыбнулся. – Он, понимаешь ли, учит нас драться. Но ведь мы не можем давать ему добротный ответ – он же отец! И вот когда он «учил» Артура, тот, конечно же, не стал отвечать на удары... А отец… Ооооо. Он стал. Он бил его с такой жестокостью, будто это был не его родной сын, а самый худший враг. Мерзкий ублюдок, – Томас сплюнул. – Я его еле оттянул. Кричал: «Остановись, посмотри, что ты с ним сделал!», – а он лишь поправил свой пиджак и вышел из комнаты. И знаешь, что? Артур по-прежнему его любит и считает чем-то высшим. Представляешь, блять? Не прошло и пару дней, мой брат еще лежит, не вставая с кровати, а он уже меня собрался учить драться! Мама говорит ему: «Угомонись, Артур*, посмотри, до чего твоё учение довело нашего старшего сына, остановись, чёрт бы тебя побрал», – а он ей: «Заткнись, женщина! Вот из-за твоего воспитания они такие аморфные хлюпики. Не будь бабой, Томми, давай, я тебя научу драться». Я не мог этого стерпеть, Эми! Всего этого! То, что он сделал с Артуром, то, как он постоянно обращается с нашей матерью. Поэтому, когда он хотел нанести мне удар, я увернулся и заехал ему в подбородок. Я отбил еще пару ударов, а отец-то не привык к такому сопротивлению... Он повалил меня на землю и ударил несколько раз, – он показал на свой синяк с опухшим глазом. – Потом то ли промазал, то ли хуй его знает, ударил по губе, и мама разбила на его голове бутылку. Она бросилась на меня со слезами, говоря: «Он бы убил тебя, я не могла позволить, чтоб он тебя убил!»       – О Господи, Томми, это очень страшно... – сказала девочка со слезами на глазах. – А что мистер Шелби?       – Да жив старый хрен. Отошел ещё быстрее, чем Артур. Не говорит со мной и смотрит с ненавистью. Ублюдок.       – О,Томас, ты очень смелый, – Эми обняла своего друга. – Я горжусь тобой. Поделом ему.       – Томми улыбнулся.

***

      Родился самый младший Шелби – Финн. Его рождения принесло не только счастье, но и горечь смерти его матери.       Миссис Шелби умерла не во время родов, а спустя пару дней. Приехала тётя Полли, которая пыталась её вылечить, но женщина говорила, что всё это не имеет смысла.       – Я цыганка: я чувствую, что это мой конец. Не трать свои силы, Полли, лучше прибереги их для племянников. Оставляю их на тебя, моя дорогая. И… Эми. Береги и её тоже.       Так шесть детей лишились матери: Артур, Томас, Эйда, Джон, малыш Финн и Эми. Она лишилась матери во второй раз. Это больно ударило по всем.       Но особенно по Томми.       Когда смирились старший сын, и Джон, и даже Эйда, Том всё ещё был хмур и не говорил ни слова, лишь курил.       Эми захлопнула книгу и забрала сигарету из рук своего друга.       – Смотри! – она слегка затянулась и закашлялась.– Ну и гадость... – девочка затушила сигарету.       – Томми... слушай, всем нам тяжело. И я тоже ужасно скучаю по миссис Шелби… Она была для меня как вторая мама... И я снова её потеряла. Подумай, Том. Но ведь тебе на этом свете не хуже всех… Ты должен быть благодарен судьбе за то, что ты хотя бы видел её, за то, что имел счастье называть её мамой, за то, что кушал приготовленную ей еду, за то, что она гладила тебя по голове, ведь, как бы там ни было, ты был её любимцем... – девочка погладила друга по голове, как это делала его мать. – Подумай про бедного маленького Финна. Он никогда не увидит её улыбку, её глаза, никогда не услышит её песен и не будёт в её объятьях. А ты счастливец, Том. Ты счастливец, чёрт побери, – она толкнула его в плечо. Томми достал сигарету, спички и снова закурил.       – Ну что мне еще сделать, чтобы ты повеселел немного? – расстроено сказала Эми и опустила глаза. Томас посмотрел на неё как бы оценевающим взглядом и достал сигарету со рта.       – Поцелуй меня.       – Что? – посмотрела на него подруга.       – Поцелуй меня... пожалуйста.       – Ладно... – сказала девочка, подвинулась к нему ближе и поцеловала в щеку.       – Нет. Поцелуй меня в губы, – сказал Том.       – Ну, это уже слишком! – ответила Эми, взяла в руки книгу и поднялась. Томми снова закурил, она оглянулась.       – Ну, хорошо. Но это ничего не будет значить, я это делаю потому, что ты мой друг, – она села возле него и коснулась своими губами его губ.       Она намеревалась только коснуться и всё, но Томас не позволил ей разорвать поцелуй. Тогда девочке стало интересно, что дальше, и она ответила на его поцелуй, мальчик продолжал целовать. И теперь уже Эми его прервала.       – Фух... Ну, довольно, Томми. Это... – она покраснела.       – На, покури, – друг протянул ей сигарету, она взяла её и легенько затянулась. Теперь стало получше.       – Ты теперь перестанешь быть унылым говном? – спросила Эми, на что мальчик улыбнулся.       – Ну да, – он довольно потянулся и сложил руки на животе. – Ты меня убедила, ещё когда говорила про Финна. Очень хорошо сказано.       – Я... – она снова затянулась. – Стоять! А зачем же ты тогда попросил поцеловать тебя? – она посмотрела ему в лицо, он закрыл глаза и улыбнулся. – А?       Томми дальше просто улыбался. Эми легко ударила его в живот:       – Отвечай, Томас Шелби!       – Ай! Просто потому что мне было интересно.       – Что интересно? Не, ну ты уже стал слишком веселым! – Томми начал вставать.       – Как ты целуешься.       – Я целовалась в первый раз...       – Да, я понял, – парень поднялся и обернулся к ней. – Идём?       Девочка встала.       – А ты? Ты что, уже целовался? С кем?       – Ахах, – посмеялся Томас и начал убегать в сторону города, а Эми побежала за ним.       – Ну правда, Томми! С кем?