Арвендейлов огонь

      Когда Дагур достиг финиша, Астрид приземлилась на переднее колесо байка, вылетев с него вперёд. Байк с оглушительным грохотом приземлился возле толпы, а девушка ещё на пару метров отлетела дальше финиша. Оставшись на боку, она больше не двигалась.       Всё вокруг погрузилось в тихий ужас. Иккинг подбежал к девушке, расталкивая всех на своём пути. Перевернув её на спину, он снял шлем. Трясущимися руками, парень пытался нащупать пульс. Как только Иккинг удостоверился, что Астрид просто без сознания, он взял её на руки и без лишних слов пошёл в сторону шатров.       К этому времени все участники уже финишировали. Пока все пытались осознать, что только что произошло, Тони и Зак уже были готовы проломить череп Дагуру вместе со шлемом.       — Ты себе последние мозги вышеб?! — свирепствовал Тони, наступая на него.       — Она сама виновата, — усмехнулся Дагур, — прекрасно знала, куда шла! Не хотела поцарапаться, сидела бы дома и делала уроки!       — Разумеется всё это мероприятие абсолютно незаконно и безумно опасно, — Тони старался изо всех сил сдерживать желание прописать раздражителю хук правой, — но всем гонщикам хватает ума не подрезать других! Это и есть негласный закон.       — Вы, что, серьёзно вините меня? — истерически рассмеялся Дагур, обращаясь к остальным участникам, которые уже успели приехать к финишу и к толпе.       Никто из гонщиков не сказал ни слова в его поддержку.       — Участник под номером двенадцать дисквалифицирован из турнира! — провозгласил Тони в микрофон, чтобы все это услышали.       Толпа гулом поддержала решение организатора.       — Выметайся отсюда, — буквально прорычал Тони, — только попробуй заявиться сюда ещё раз.       — Ещё свидимся, — с той же ненавистью сказал Дагур, переполняясь злостью. Он уже стал отъезжать от финиша, но развернувшись, добавил, — передавай привет моему братцу. Встретимся в школе.       Тони с Заком просто потеряли дар речи.       Уже в шатре Иккинг уложил девушку на диван и снял с Астрид кожаную куртку, которая закрывала раны и места ушибов. Он снял шлем, оставшись в чёрной маске. Пытаясь наконец заставить себя трезво мыслить, он на секунду остановился и зажмурился. Вспомнив, что как раз на такие случаи Тони всегда таскал с собой аптечку. Осмотрев шатёр, он увидел маленький чемоданчик около стола.       Он начал изучать его содержимое. Найдя нашатырный спирт, парень дрожащими руками вылил немного на ватку и поднёс к носу Астрид. Понабилось всего пара секунд, чтобы она начала приходить в сознание. Хмурясь, она отодвинула его руку от своего лица и попыталась принять сидячее положение.       — Далеко собралась? — он намекнул на то, чтобы она легла обратно.       — Я третья? — с абсолютно беззаботным выражением лица спросила она.       — Ты серьёзно? — Иккинг издал немного истерический смешок, — ты только что пролетела несколько метров, не удержавшись на байке, ободрала всё что можно и вероятнее всего головой ударилась! И ты спрашиваешь какой пришла к финишу?       Она очень устало улыбнулась и ничего не ответила. Иккинг взял в руки бинты и смочив их перекисью водорода, стал стирать кровь с её лица, шеи и рук.       — Это был Дагур, верно? — спустя некоторое время всё-таки спросила она.       — Да, — сухо ответил тот, — больше он здесь не появится.       — Надеюсь, — вздохнула она, — ты его давно знаешь?       Иккинг не хотел отвечать:       — Надо отвезти тебя в больницу.       — Какая больница? — опешила она, — ты с ума сошёл? Забыл, где мы? Они будут обязаны сразу сообщить копам. Прикроют нашу лавочку, даже сцену разобрать не успеем.       Парень какое-то время колебался, но всё же не стал настаивать, осознавая масштаб возможных проблем.       — Правильно, что ты не в хим.био пошёл, — зашипела она, — от такого врача все бы разбежались.       Иккинг рассмеялся и убрав окровавленный бинт, всё-таки ответил:       — Дагур мой двоюродный брат.       — Оказывается мир тесен, — отстранено сказала она.       Ещё через пару минут парень закончил клеить лейкопластыри на царапины пострадавшей.       Ему пришло сообщение от Тони: «Я надеюсь, все живы. Ваши байки у входа. Народ потихоньку расходится. Минут через пятнадцать уже никого не останется. Понимаю, что это не важно в данный момент, но вы первыми пришли к финишу. Уверен, это будет скорее всего первый вопрос, который она задаст».       — Принимайте лавры, миледи, — усмехнувшись сказал Иккинг, — ваше — почётное второе место.       Она в ответ попыталась посмеяться, но закашлялась и схватилась за бок.       — Что случилось? — он резко потянулся за аптечкой.       — Спокойно, — она улыбнулась, — просто ушиб.       — Тебя подвезти? — спросил он.       — Да, — Астрид попыталась встать, но у нее не получилось, — сама я точно не доеду.       — Давай помогу, — он подхватил её за талию и захватив шлемы, повёл к своему байку.       — Второй раз я уезжаю с Ночной фурией, — усмехнулась она, — что люди подумают.       — Боишься, что слухи пойдут? — в той же манере спросил он.       — Ай! — она чуть не упала и снова схватилась за бок.       — Ты уверена, что это просто ушиб? — вздохнув, спросил он.       — Да, — на выдохе отрезала она, — поехали. Дорогу ты уже знаешь.       Пока Иккинг что-то перебирал из своих вещей, Астрид медленно, чтобы лишний раз не травмироваться, залезла на байк. Через пару минут они уже ехали по ночному городу. На дорогах было абсолютно пусто. Раньше бы парень ехать со скоростью под 200 километров в час, но не в этот раз. До её дома они добрались где-то через пол часа.       — Может в этот раз не полезешь через окно? — с иронией спросил Иккинг, останавливаясь около дома.       — Да, — усмехнулась та, — сегодня я зайду как нормальный человек. Мама всё ещё не вернулась. Да и появится скорее всего только к концу месяца.       «Знакомая ситуация» — с некой грустью подумал парень.       Он помог ей слезть с байка и подняться по ступенькам.       — Точно дальше справишься сама? — с явным нежеланием уходить спросил он.       — Да, — закатив глаза ответила она, — не впервой. Если будет совсем плохо, схожу в больницу.       — Ну смотри. Если что пиши.       — Спасибо большое, неизвестный человек в чёрном шлеме, который второй раз спасает мою шкуру, — иронизируя сказала она, — пока.       — Пока, — усмехнулся он.       Постояв пару минут у её дома и дождавшись, когда на террасе включится свет, чтобы убедиться, что она доползла хотя бы до второго этажа. На часах было уже начало третьего ночи. Иккинг всё-таки поехал домой.

Дома у Астрид

      Как только дверь захлопнулась, девушка, закрывая рот рукой сползла вниз по двери. Боль с левом боку, с каждой секундой становилась только сильнее, пронизывая всё тело. Она изо всех сил старалась сдерживать слёзы. Закусив губу, чтобы отвлечься от боли, которая усиливалась с каждым движением, и не закричать, она почувствовала во рту привкус крови.       Сделав резкий вдох, она собрала последние силы в кулак и отправилась на второй этаж. Астрид понимала, что фурия не уедет, пока не удостоверится, что она не упала в обморок прямо за входной дверью. Опираясь на стены, девушка поднялась, казалось, по бесконечной лестнице. Включив свет в своей комнате, она остановилась, чтобы отдышаться.       Услышав звуки удаляющегося байка, она наконец перестала сдерживать крики. Зайдя в ванну, она достала аптечку из шкафчика и села на пол, облокотившись на ванну.       Дрожащими руками стала расстёгивать пуговицы на комбинезоне. А увидев, что ниже рёбер вся ткань влажая, по спине пробежал холодный пот.       Добравшись наконец-то до места, которое будто огнём горело, случайно задев бок тканью она вскрикнула от боли. Но, полностью сняв верхнюю часть одежды, увидела, что чуть ниже седьмого ребра, под углом торчал довольно большой осколок. «Либо это болевой шок так действует, либо я умерла» — понеслось у неё в голове. Других вариантов того, как она могла так долго терпеть такую боль, она не видела. Хотя, вспоминая сколько шрамов она скрывала под одеждой, вопрос о высоте её болевого порога отпал сам собой.       Она далеко не в первый раз проводила подобные манипуляции, за последние восемь лет девушка даже пулевые ранения научилась оперировать без помощи врачей. Астрид кое-как налила в стакан воды из-под крана, высыпала себе в руку горсть обезболивающего и проглотила, запив водой. Подождав немного, пока таблетки начнут действовать, она залезла в ванну, чтобы смыть засохшую кровь. Полностью сняв себя окровавленные вещи она взяла в руки баночку с перекисью водорода и бинты. Пары секунд хватило девушке, чтобы решиться.       Резким движением, она выдернула осколок, закричав так сильно, что голос сорвался на хрип. Отбросив стекло, она оперативно обработала рану перекисью и дождавшись, когда кровь остановится, нанесла мазь, чтобы в рану не попала инфекция и обмотала себя бинтами.       Почувствовав, что в ушах начинает звенеть, в глазах темнеет, и разум затуманивается, она поспешила умыться ледяной водой, чтобы прийти в себя.       К горлу начала поступать тошнота. «Значит сотрясение…» — обречённо поняла девушка. Постояв пару минут над раковиной, стараясь при этом глубоко дышать и успокоить пульс, она немного пришла в себя. Отклеив пластыри с брови, она нанесла на порезы и царапины мазь, ускоряющую заживление, понадеявшись, что не останется шрамов.       Из зеркала на неё смотрела молодая, красивая девушка. Только всё внимание приковывала не её красота, а огромное количество шрамов, которые покрывали почти всё тело ниже шеи, переходя на спину, и вниз на бёдра и ноги. Какие-то — старые стали совсем светлыми, новые — всё ещё оставались розоватыми. Большая часть напоминала об огромном количестве ножевых ранений, но был один и от пули. Очередной порез расположился на сантиметр ниже трёх старых. Теперь это выглядело, как будто её пыталась порвать на части росомаха.       Астрид провела пальцами по самому большому шраму в центре грудной клетки:       — Спасибо, папа, за воспоминания, — прошептала она, еле сдерживая паническую атаку.       Окинув взглядом ванную комнату, Астрид пришла в ужас. Кровавые разводы на полу, разбросанные медикаменты, рассыпанные таблетки, рядом осколок, который оказался ещё больше, когда девушка его достала из себя. В ванне красная вода, на краю висит такой же кровавый комбинезон.       — Мда, Астрид, — сама себе обратилась она, — не хватает только кровавых букв не стене… Идеальное место преступления… Как в лучших фильмах…       Не найдя в себе сил отмывать всё это, она натянула на себя огромную футболку, лежавшую в шкафчике и отправилась вниз на кухню. Ей было необходимо хотя бы что-то съесть.       Когда Астрид спустилась, она поняла, что явно переоценила свои силы. На столе стояла кружка с уже давно остывшим чаем. Последние силы девушка потратила на то, чтобы положить туда 2 ложки сахара и засунуть в микроволновку. «Может хотя бы обезвоживание не накроет» — понадеялась она.       Опустошив кружку чая, она немного согрелась и успокоилась. Боль, которая всё это время пульсировала в боку, постепенно охватила всё тело и стала со страшной силой бить в голову.       Увидев на столе телефон, она из последних сил написала сообщение Иккингу: «Я себя неважно чувствую. Начнём проект завтра.».       — Завтра? — она спросила сама себя вслух, чтобы удостовериться, что находится ещё в сознании, — четыре часа утра. Ну да, завтра.       Отправив сообщение, Астрид поняла ещё одну вещь. До своей кровати она не доползёт. Поэтому взяв первую попавшуюся подушку, она легла на диван, который стоял в гостиной. Укрывшись почти с головой каким-то пледом, она провалилась в сон.

2 часа назад по ту сторону входной двери

      Постояв пару минут у её дома и дождавшись, когда на террасе включится свет, чтобы убедиться, что она доползла хотя бы до второго этажа. На часах было уже начало третьего ночи. Иккинг всё-таки поехал домой.       По дороге, он вспоминал всё, что ему сказал Тони, и почему-то в его голове не складывалась полная картина. Когда он первые увидел содержимое «тринадцатого» конверта, он думал, что там вся информация о девушке, которая испортила репутацию Красной смерти, но по всей видимости там была только та информация, которую женщина в красном посчитала допустимым выдать Иккингу.       Желание прямо сейчас заявится в обитель беззакония росло с каждой минутой. Но усталость тоже давала о себе знать. Решив, что сейчас не время, Иккинг всё-таки поехал домой.       Часы уже показывали четыре часа утра, когда парню пришло сообщение от Астрид: «Я себя неважно чувствую. Начнём проект завтра.». Прочитав его, Иккинг еле удержал себя, чтобы высказать всё своё возмущение. «Её три часа назад сбили на байке, она была не в состоянии даже доехать сама, и завтра собирается делать проект? Неважно она себя чувствует… С ума сойти» — негодовал он. Но, всё-таки убрав телефон, он поставил байк в гараж и отправился в свою комнату.       Слова Тони о том, что Астрид не просто подслушала разговор двух преступных авторитетов, но и украла флешку, стоимость которой, оценивается в вероятно в миллионы долларов, судя по тому, как Красная смерть хочет её найти, не давали Иккингу покоя. Уже сидя в своей комнате на кровати, он решил, что должен разобраться во всём сам.       Он достал из тумбочки красный конверт и стал всё структурированно развешивать на пробковой доске. В интернете о всей этой ситуации была лишь одна статья, которая говорила о неудачной сделке двух криминальных авторитетов три года назад в Сиэтле. Если верить словам очевидцев, то была девушка, замеченная на тех гонках, которая действительно уезжала оттуда с агентами ФРБ. Больше парень ничего не нашёл об этом. Ещё где-то час Иккинг копался в интернете в поисках хоть какой-то зацепки, но, когда чуть не упал со стула, из-за того, что начал засыпать, решил, что на сегодня хватит. Он выключил ноутбук, настольную лампу и перекочевал на кровать.

Через 7 часов

      Телефонный звонок. «Какого чёрта?» — где-то между сном и реальностью задалась вопросом Астрид. Не имея ни сил, ни желания, окончательно просыпаться, она лишь сильнее натянула на голову плед и продолжила спать. Источник раздражающего звука затих. Но, к несчастью спящей продолжил звонить во второй раз, ещё более настойчиво. Грозно рыча, девушка всё-таки выбралась из своего укрытия и, проклиная весь мир, потянулась за телефоном. Даже не пытаясь прочитать, кто звонил, она взяла трубку:       — Да?       — Астрид, ты что, всё ещё спишь? — голос в трубке оказался настолько громкий, что девушка отодвинула телефон от уха, — ты на часы смотрела? Уже полдень, а ты всё ещё валяешься?       — Ааааа, — закатывая глаза, протянула та, — сегодня суббота! Чего ты от меня хочешь?       — Какая разница какой сегодня день? — на другом конце провода продолжали возмущаться, — я же не сплю до обеда даже в свой выходной!       — Ну, а я хочу поспать в свой выходной! — ответила девушка. «Если учитывать, что я спала от силы часов восемь, то не так уж это и много» — подумала она.       — Астрид! — в это слово было вложено всё непонимание и возмущение от происходящего, — у тебя наверняка много домашнего задания и дел по дому! А проект? Ты начала его делать? Нечего спать!       — Ладно! — в ответ девушка недовольно заворчала, — встаю уже. Довольна?       — Чем раньше начнёшь что-то делать, тем раньше закончишь, — продолжала нравоучать её Киара, — не затягивай с проектом. Ты же понимаешь, как это важно.       — Завтра начну, — сдалась та, — ты чего звонила-то?       — Я хотела предупредить, что через три часа приедет курьер, привезёт твой новый стеллаж, — уже спокойно сказала Киара, — надо его встретить.       — Хорошо, ещё что-то? — Астрид хотела поскорее закончить разговор, чтобы дальше лечь спать.       — Да, разбери вещи у себя в комнате и спусти свой старый шкаф в кладовку. Насколько я помню, ты сама хотела собрать стеллаж, чтобы «никто не топтался у нас дома» — цитируя слова девушки, продолжила она, — поэтому, когда соберёшь, сразу переложи туда свои вещи. А то у тебя в комнате ступить негде.       «Великий Один… каким образом я буду это делать, если мне банально ходить трудно?» — обречённо подумала Астрид.       — Конечно, — с каким-то истерическим смешком ответила девушка, — без проблем. Ты скоро приезжаешь?       — Я думаю к следующим выходным, — ответила ей мама, — так, у меня совещание, я побежала. Пока!       — Пока, — уже в пустоту сказала она.       Отбросив телефон на подушки, Астрид стала обдумывать дальнейшие действия. Но все варианты резко отплыли на второй план, после того, как девушка попыталась встать, и ощутив боль в боку, осела обратно.       — Ага, — тяжело дыша, сама себе сказала она, — пошла я прибираться, как же.       Во второй раз уже более аккуратно, девушка, опираясь на стол около дивана, смогла выпрямиться. Медленно она пошла на кухню, чтобы поставить чайник.       Увидев своё отражение в кухонном зеркале, Астрид пришла в тихий ужас. Глаза всё ещё красные, под ними небольшие, но тёмные круги. Почти вся левая сторона лица в мелких порезах. Запёкшаяся кровь на брови и на губе говорила о том, что скорее всего там останутся шрамы.       Чуть ниже левой ключицы было огромное тёмно-фиолетовое, чуть ли не чёрное пятно.       — О Тор, — прошептала девушка, оттягивая футболку, — лишь бы не перелом.       Но, попытавшись поднять левую руку, она ощутила сильнейшую боль. Аккуратно вернув её в исходное положение, Астрид обратила внимание на руки. Все костяшки были порезах и синяках. Помимо всего прочего у неё были сбиты колени, локти и бёдра. Налив в кружку с тремя ложками растворимого кофе кипяток, девушка направилась к холодильнику. Долив в кофе молока и отыскав там какой-то сырок, она села за стол. Абсолютная тишина, царившая на кухне, прерывалась лишь резкими порывами ветра, который пытался попасть внутрь дома. Начинало холодать.       До прихода курьера оставалось полтора часа. За это время Астрид решила привести ванную комнату в более-менее нормальное состояние, ибо по её немного затуманенным воспоминаниям, можно было фильмы ужасов снимать, и себя заодно в человека превратить.       Преодолев такое сложное препятствия, как лестница, девушка оказалась в ванной. Сначала она сложила все таблетки, бинты и прочее обратно в чемоданчик, потом взяв из тумбочки какой-то пакет, собрала туда все использованные ватки и осколок. Всё это было невероятно трудно делать одной рукой. Дальше влажная уборка. Избавившись от кровавых разводов на раковине, зеркале, белой плитке на стене и полу, что было самым трудным, она решила принять душ и сменить повязку.       Огромных усилий ей стоило смыть оставшуюся кровь на теле. Забросив в стиральную машинку комбинезон, футболку и ещё несколько вещей из корзины, она принялась за перевязку. Убрав бинты с места травмы, у Астрид глаза на лоб полезли. Там был порез около шести сантиметров. О том, насколько глубоко вошёл осколок, даже думать не хотелось. Закончив лечить все свои болячки, девушка решила последовать совету мамы и всё-таки начать делать уроки. Из всех предметов больше всего задавали по литературе. Поскольку этот предмет на ровне с историей у Астрид был нелюбимый, с них она и начала.       Через час, когда было прочитано несколько параграфов о великой депрессии и несколько глав Собора Парижской Богоматери, в дверь кто-то позвонил. За всеми делами, Астрид совсем забыла о его визите. Натянув огромный свитер, она спустилась вниз.       — Здравствуйте, — немного испуганно поздоровался курьер, явно удивлённый её потрёпанным внешним видом, — Астрид Хофферсон?       — Да, здравствуйте.       — Ваша подпись, — он протянул ей ручку и планшет, — вам помочь поднять стеллаж наверх? — вероятнее всего именно из-за болезненного вида девушки, он предложил помощь.       — Да, — выпалила та, — я буду вам очень благодарна!       Через десять минут стеллаж, разобранный правда, стоял у двери в её комнату. Такое великое дело как разбор старых вещей и шкафов, Астрид решила отложить на другой день, когда боль в ключице и под рёбрами станет чуть слабее. Сейчас она решила унести вещи, которые валялись в комнате в стирку, разложить некоторые блокноты по полкам и найти онлайн версию серии книг.       На часах было только около шести вечера, но девушка уже начала засыпать прямо за рабочим столом. За весь день она так больше ничего и не съела. То ли отсутствие аппетита было обусловлено огромным количеством обезболивающего, которое Астрид выпила ранее, то ли иммунитет стал ослабевать из-за нехватки витаминов.       Но, как и вчера у девушки не было ни сил, ни желания спускаться вниз и что-то готовить. Выключив все источники света, уже лёжа под тремя одеялами, она вспомнила, что завтра они с Иккингом планировали начать работу над проектом. Несколько секунд в ней боролись ответственность и желание провести все выходные, не вылезая из кровати. Ответственность победила. Включив телефон, она написала: «Что ж, проект сам себя не сделает, есть планы на завтра?»       — Мда, Астрид, — сказала она вслух, — в переписке скрывать эмоции у тебя получается куда лучше…       Ответ не заставил себя долго ждать: «Как самочувствие? Уверена, что завтра сможешь приехать?»       «Конечно, если буду знать куда)»       Получив адрес, и договорившись о времени, она поставила будильник на 8 утра, чтобы, не торопясь собраться и к десяти спокойно доехать. Как только Астрид закрыла глаза, так и провалилась в сон.