Арвендейлов огонь

      Вокруг было темно. Единственными источниками света были факелы, которые вереницей тянулись от озера до самой деревни. Люди в чёрных одеяниях несли их, исполняя какую-то ритуальную песню. Ритмичные удары барабанов и затяжной вой горнов угнетали. Астрид одета в белый саван. Она шла по тропе, которая вела к горе, возвышающейся над озером. Внизу были скалы. Волны разбивались о камни из-за усиливающейся бури. К берегу прибивало чьи-то кости и черепа. От холода девушка вся дрожала. Тонкая ткань её платья ничуть не спала ни от ветра, ни от обжигающе холодных хлопьев снега, которые касались её бледной кожи. Светлые пепельные волосы подчинялись беспорядочным порывам ветра.       Вдруг музыка и пение прекратилось. Люди лишь продолжали ритмично стучать шестами о землю. Мужчина с голубыми, почти белыми, злыми глазами подошёл к Астрид и произнеся какую-то фразу на древнем языке, столкнул её со скалы. Она в ужасе начала кричать, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь.       Резко поднявшись с подушки, девушка продолжала кричать и тяжело дышать, держась за травмированный бок. Несколько секунд ей понадобилось, чтобы понять, что это был лишь сон. Заправив выбившиеся пряди волос за ухо, она старалась успокоить бешеный пульс.       Чтобы как-то отвлечься от того ужаса, который он только что испытала, девушка окинула взглядом комнату. На глаза попались часы, стоявшие на столе. 6:30 утра.       — Почему в воскресенье я встаю так рано? — задала вопрос самой себе Астрид, — чуть ли не единственный день, когда я могу поспать.       Подождав пару минут, когда утихнет боль под рёбрами, девушка осторожно потянулась к стулу, который временно выполнял функцию шкафа, и взяв первую попавшуюся вещь, натянула на себя. Это оказалось худи Ночной фурии, о существовании которого Астрид совсем забыла. Поднявшись с кровати, и опираясь на стену, она двинулась в ванну. До встречи оставалось ещё куча времени, поэтому девушка успевала даже вновь поменять повязку.

2 часа спустя

      Иккинг проснулся от чьего-то мягкого падения на живот. Резко поднявшись, он закашлялся.       — Ну, Беззубик, спасибо, — недовольно проворчал парень, — и тебе доброе утро.       Кот довольно взмахнул хвостом и прыгнул на стол, где лежал телефон. Иккинг взял его, чтобы посмотреть время:       — Половина десятого? — изумился он, — что ж ты раньше меня не разбудил?       Кот недовольно фыркнул ему в ответ и закрывшись хвостом, продолжил недовольно бурчать.       Взглянув на кипу бумаг и фотографий, которые остались с вечера на его рабочем столе, кучу вещей, убирать которые вчера не было сил, парень принял решение убрать весь бардак перед приходом Астрид и спустить вниз свой ноутбук, чтобы лишний раз не маячить в своей комнате. Понимая, кем является эта девушка, ей не нужно знать о том, в какие дебри он попал. Оперативно заправив кровать, отнеся вещи в стирку и убрав бумаги в тумбочку, он спустился вниз       По пути Иккинг натянул домашнюю толстовку и поставил чайник, ибо дома было уже достаточно прохладно. Потом заторопился в гараж, чтобы найти все нужные чертежи и спрятать куда-нибудь свой гоночный байк.       С первого взгляда гараж ничем не отличался от самого обычного, но на деле это небольшое помещение скрывало очень много секретов. Одним из них была небольшая ниша, которая скрывалась за одним из стеллажей. Именно туда Иккинг и решил спрятать байк, который идеально вписывался по размерам. После этой непростой миссии парню предстояло перерыть большую часть ящиков, потому что все неудавшиеся разработки он убирал далеко и надолго. Спустя где-то десять минут поисков, нужные бумаги всё-таки увидели белый свет.       Кое-как Иккинг дотащил все бумажки, выкройки и каркасы до дома. Пока парень всё раскладывал на барной стойке, он вспомнил, что когда-то ставил чайник. Чайник действительно был поставлен. Но не на свою «станцию», а просто на столешницу. Усмехнувшись собственной рассеянности, он всё-таки вернул чайник на место. Потом из-за двери величаво вышел Беззубик и одним прыжком оказался на подоконнике.       Парень принялся за приготовление утренней трапезы для кота. Несмотря на то, что отодвинуть стеллаж было достаточно энергозатратно, Иккингу всё равно было холодно, поэтому заварив себе чёрный чай, он обхватил кружку руками. В силу того, что в его районе летом у кого-то из соседей в процессе ремонта была снесена батарея, отопления не было теперь у всех домов в округе.

По ту сторону улицы

      Перед выходом Астрид выпила целую горсть таблеток, чтобы поддерживать в себе жизненные силы. Она вышла примерно за час до назначенного времени, чтобы как можно аккуратнее дойти до дома друга. Ей хотелось как можно быстрее оказаться в помещении. Во-первых, на улице было уже достаточно холодно, а ветер уже успел повалить некоторые деревья, а во-вторых она немного волновалась на рану, которая могла начать кровоточить из-за такой резкой нагрузки.       Увидев нужный дом, который был всего через дорогу, Астрид ускорила шаг. Уже позже она очень пожалеет об этом.       Дом, на первый взгляд, ничем не отличался от других, но было в нём что-то, что внушало какой-то трепет. Может быть из-за чёрных наличников, или необычного свода крыши вместе с её расцветкой.       Перед тем, как постучатся, Астрид посмотрела на время. Ровно в 8:59 она позвонила. Иккинг открыл дверь. Сначала он просто улыбнулся, но потом на его лице появилось какое-то удивление и замешательство. Взгляд упал на худи, в котором была девушка. Прекрасно зная всё, что произошло с ней накануне, он просто поражался стойкости её характера и силе её воли. На лице не было ни следа усталости или шока от аварии. Почти все порезы были уже еле заметны. Остался один на брови. Самый глубокий. Иккинг принял решение не досаждать вопросами об этом, потому что не знай он о произошедшем, он бы ни за что не догадался, что случилось чуть больше суток назад. Это просто обычная бытовая царапина.       — Добро пожаловать, миледи, — он изобразил швейцара.       — Моё почтение, — она хотела сделать реверанс, но почувствовала боль и решила обойтись без этого.       — Проходи, пока тебя ветром не унесло, — смеясь сказал он.       — И ты говорил, что остались только выкройки? — изумилась Астрид, взяв в руки верхнюю часть летательного комбинезона, — да тут почти всё готово! Осталось только обработать края, вшить сами крылья и собрать нижнюю часть!       — И правда, — усмехнулся Иккинг, — делов-то!       Пока парень раскладывал все чертежи по стопкам, попутно рассказывая, что к чему, Астрид села за барную стойку и вынув из рюкзака ноутбук и лист с урока, на котором были расписаны этапы работы.       — У вас тоже отопление не работает? — поёжилась девушка.       — Угу, — пробурчал тот, — большое спасибо соседям! Чайник только что вскипел, будешь чай?       — Да! -выпалила она, — я у себя дома тоже под тремя одеялами сплю.       — Я надеюсь скоро всё починят, потому что моя комната угловая, если в тишине сидеть, можно услышать, как ветер завывает, — с этими словами он поставил перед ней огромную кружку с чаем, — с мятой и мелиссой.       — Спасибо большое, — она поспешила обхватить кружку руками, — обожаю запах мяты.       — Нашла что-нибудь? — спросил Иккинг, вспомнив цель её визита.       — Да, — отпив немного чая, она развернула ноутбук и показала всё по полётам, что было на просторах интернета. Пока он что-то читал, Астрид стала рассматривать выкройки, пытаясь понять, что к чему, — ты сам делал все чертежи?       — Да, — не отрываясь от экрана ответил парень, — я одно время работал у друга отца в кузне, там он научил меня создавать эскизы и чертежи.       — А где он сейчас? — спросила девушка.       — Если ты про друга семьи, то он, на сколько я знаю, год назад уезжал в Норвегию, но буквально неделю назад я видел его в офисе, а если ты про отца, то он в командировке где-то в Лондоне, — по-прежнему отстраненно пробормотал Иккинг. Но взглянув на неё, продолжил, — поэтому я живу один.       Астрид ничего не ответила. Она взяла самый большой чертёж и попыталась его развернуть, но не смогла поднять руку: боль в ключице отозвалась во всей руке.       — Помочь? — продолжая что-то искать, спросил Иккинг, — можем разложить всё на полу в гостиной, там больше места.       — Давай, — согласилась она, и взяв часть бумаг отнесла их в соседнюю комнату.       В течение следующих двух часов Иккинг объяснял Астрид всё, что когда-то делал, она же в свою очередь исправляла некоторые неровные линии на чертежах, и нарисовала новый внешний вид их итоговой работы.       Когда в очередной раз девушка встала и потянулась за грифелями для карандаша, она почувствовала обжигающую боль под рёбрами. Голова начала кружиться, а в глазах немного потемнело. Пару секунд она стояла неподвижно, чтобы не упасть в обморок. Когда голова перестала кружиться как волчок, Астрид увидела, что тёмно-синие джинсы начали превращаться в чёрные. Дотронувшись рукой, она поняла, что это была кровь, которая с каждым мгновением растекалась по ноге.       — А где ванна? — не своим голосом спросила она Иккинга.       — Вторая дверь слева на втором этаже, — ответил он, — что-то случилось?       — Нет, просто руки все в карандаше, я быстро — Астрид придумала не самую удачную отговорку, показывая, что на пальцах и кистях были тёмно-серые следы от простого карандаша, — такова участь художника, — ей даже пошутить удалось.       После чего она двинулась в сторону лестницы, захватив по пути свой рюкзак, мысленно осознавая, каких усилий ей будет стоить этот подъём.       Задержав дыхание, и стараясь не зацикливаться на боли, поднялась на второй этаж. Найдя нужную дверь, она зашла в ванную комнату. Закрыв дверь, она как можно аккуратнее сняла толстовку и закрыла рот рукой, чтобы сдержать истерику. Вся майка была в крови.       Из рюкзака Астрид достала салфетки, перекись и бинты. Открыв место травмы, она аккуратно отлепила пластырь. Багровая кровь полилась ещё интенсивнее. Руки и ноги стали ватными. Рюкзак упал на кафель. Рассыпалась баночка с таблетками. Веки стали тяжёлыми, а перед глазами всё поплыло. Она упала на белый пол, полностью потеряв способность ясно мыслить. Через пару мгновений она отключилась.       Сидя внизу и продолжая искать информацию, Иккинг услышал какой-то звук сверху. Списав это на неаккуратность своего кота, парень продолжил работать над проектом. Но чувство того, что что-то не так не покидало его. За то время, что Астрид отсутствовала он уже успел расписать введение. Всё-таки восьмое чувство пересилило, и он отправился вслед за ней.       Стоя у двери, он не услышал ожидаемого звука воды.       — Астрид, всё хорошо? — спросил он, постучавшись. Ответа не последовало.       — Астрид, я вхожу, — предупредил он, и поколебавшись пару секунд аккуратно открыл дверь. Как только он увидел лежащую в луже крови, девушку, Иккинг бросился к ней, чтобы нащупать пульс, попутно пытаясь понять, что стало источником кровотечения. Но помимо открытой раны, он увидел и огромное количество шрамов, которые исполосовали почти всё тело девушки:       — Господи, Астрид… — произнёс он шокированный увиденным. Почувствовав слабое биение сердца девушки, он достал телефон из кармана штанов и начал судорожно искать чей-то номер телефона.       — Питер! — его голос почти сорвался на крик, — это Иккинг. Ты можешь сейчас приехать? Это очень срочно!       Человек на другом конце провода задал какие-то вопросы.       — Да, очень большая кровопотеря, — парень на секунду замолчал, пытаясь собраться с мыслями. Он вышел из ванной и пулей понёсся вниз. Как только он открыл входную дверь, сразу вернулся с Астрид, — есть довольно большая рана под рёбрами. Пожалуйста приезжайте скорее, пульс совсем слабый, она упала на кафель, бровь сильно разбита.       Иккинг не знал, что ему делать до приезда его знакомого, у него со страшной силой билось сердце. Не зная, за что взяться, он взял все чистые бинты и опустившись рядом с девушкой, стёр кровь с её лица. Оставалось только ждать.       — Сколько же ты скрываешь… — качнул он головой. Иккинг даже представить не мог откуда могли появиться все эти шрамы.       Заставив себя, парень наконец собрался с мыслями и взял кофту, которая уже была покрыта пятнами крови. Вспоминая всё, что он когда-либо слышал об оказании первой помощи, сообразил, что рану надо чем-то прижать, чтобы кровь остановилась хотя бы немного. Одной рукой он старался остановить кровотечение, а другой проверял пульс на шее девушки.       Монотонное и еле ощутимое биение сердца немного успокаивало ту бурю мыслей, которая бушевала в голове Иккинга. С каждой секундой, казалось, интервал между ударами становится длиннее. Сидя там, в ванной, в окружении полного хаоса и крови, парень не мог осознать сколько боли скрывает Астрид за стеной, которую выстраивает с таким упорством.       Ещё никогда он не встречал в своей жизни человека, сильнее девушки, которая сейчас лежит перед ним, истекая кровью. Понимание того, что он ничем не может ей сейчас помочь, сводило с ума. Паника начинала накрывать с такой силой, что сердце стучало в ушах.       Стук снизу. Иккинг вернулся в реальность. За доли секунды сообразив, что произошло, он крикнул:       — На втором этаже!       Кто-то торопливо поднимался по лестнице.       В следующее мгновение мужчина, ворвавшийся в дом, начал снимать верхнюю одежду, попутно объясняя парню, что делать.       Все следующие действия Иккинг выполнял, на абсолютном автопилоте.       Одним махом он сгрёб в сторону все вещи, которые лежали на полу, потом побежал вниз, чтобы освободить кухонный стол, рядом с которым уже стояли боксы Питера с медикаментами. По его словам, нужно было место, чтобы разместить оборудование и зашить рану.       Абсолютно не соображая, он вернулся в ванну. Меньше минуты им понабилось, чтобы аккуратно поднять девушку и перенести её вниз.       — Достань из синего бокса перчатки, маски, очки и дай мне антисептик, — начал мужчина, стоя около раковины. Иккинг поставил на край стола довольно большой флакон с антисептической жидкостью. Питер интенсивно обработал руки, — помоги мне надеть перчатки и маску, сам сделай тоже, понял? — получив в ответ кивок, продолжил, — открой белый бокс и расставь подносы около раковины.       Парень незамедлительно начал выполнять поручение. Вскоре на стало было два металлических подноса с разными хирургическими инструментами. Потом Иккинг также помыл и продезинферировал руки, надел перчатки и маску и стал ждать следующий указаний.       — Боже, Иккинг, — обратился мужчина к парню, указывая на шрамы.       — Я не знаю, Питер… — он обречённо взмахнул руками, — я понятия не имею откуда они, сам увидел минут пять назад.       — Как давно была получен рана? — спросил Питер, быстро откинув ненужные мысли, попутно разрезая майку на месте раны.       — Я. я не знаю, — рассеянно ответил парень, — скорее всего ещё вчера… я думаю.       — Вчера?! — изумился тот, — сколько же крови она потеряла… Так, подойди сюда, будешь ассистировать, подай мне вот тот зажим с марлей, — продолжил Питер.       — На сколько всё плохо? — охрипшим голосом спросил парень.       — Сложно сказать, Иккинг, — организм молодой, красный костный мозг достаточно хорошо работает, но… — он сделал паузу, и отдав парню кучу окровавленных салфеток, продолжил, параллельно вводя какое-то лекарство в место пореза, Иккинг предположил, что это местная анестезия, — учитывая, как долго она была в таком состоянии, и о чём мы ещё не знаем… я боюсь давать какие-либо прогнозы. Теперь подай мне вон тот пинцет и щипцы с иглой, — Иккинг оперативно выполнил просьбу, — ты правильно поступил, что позвонил мне, а не в больницу, — Питер многозначительно посмотрел на парня, — вопросов было бы слишком много.       — Я понятия не имею откуда у неё такая рана, — из-за того, что Иккинг сам не понимал, что происходит в его голове, ложь прозвучала довольно убедительно.       — Так, теперь давай вон те ножницы, — Питер продолжал работать с главной проблемой, — пока я тут заканчиваю, ты иди обработай раны на лице. Просто делай всё, что делал я, потом возьмёшь из белого бокса медицинские пластыри, заклеишь ими все порезы, чтобы не осталось шрамов.       В течении следующего часа, работа проходила в полной тишине, нарушаемой лишь периодическим стуканьем металлический приборов и подносы.       Иккинг, впервые проводивший подобные манипуляции, боялся даже прикасаться к порезам Астрид. Поборов внутреннюю панику, он довольно быстро закончил свою работу, и пока Питер ещё что-то делал, парень решил смыть кровь к открытых участков кожи. Но добравшись до области шеи, он запрокинул голову.       — Что-то случилось? — эта реакция не укрылась от глаз Питера.       — Да, вам стоит посмотреть, — Иккинг сделал шаг в сторону.       — Боже, — ужаснулся Питер, подходя ближе. Левая ключица и плечо были покрыты огромными, почти чёрными гематомами, — так, наложи повязку на швы, а я пока проверю целостность костей.       Взяв в руки ещё несколько ваток, и начав смывать кровь с области, которую планировал зафиксировать повязкой, Иккинг заметил ещё три больших шрама примерно в той же области, что и новый порез. На секунду у него опустились руки. Сам не понимая почему, ему вдруг стало не по себе от осознания того, что он видел. «Вот зачем она ищет тату-мастера. Она тоже хочет перекрыть шрамы, как и я» — сообразил Иккинг, — «сколько ещё она скрывает…». Ещё через пару мгновений он пошёл за эластичными бинтами. Несмотря на то, что Питер очень внимательно изучал суставы и кости, параллельно с этим он изучал и то, как Иккинг действует в критической ситуации.       — Как же так получилось, что ты не доглядел за своей девушкой? Как она умудрялась всё это скрывать? — скрывая улыбку под медицинской маской, спросил он, показывая на Астрид.       — Мы не… чёрт, — парень явно не ожидал услышать такой вопрос. Пока он разматывал бинт, чуть не выронил его, — мы просто друзья. В одном классе учимся, сегодня начали делать совместным проект.       — Иккинг, я работаю в медицине уже более тридцати лет, — всё также добродушно говорил Питер, — за это время я, не побоюсь этого слова, стал профессионалом не только в области болячек, но и в психологии. Сколько молодых людей я видел за свою жизнь, ожидавших в коридорах больницы. По пальцам можно пересчитать тех, кто с таким же трепетом смотрит на близкого человека, — пока Иккинг стоял, глядя в пол, обдумывая всё сказанное, Питер уже закончил осмотр, — что я могу сказать, — продолжил он, — ей невероятно повезло.       — Ничего серьёзного? — с надеждой спросил Иккинг.       — Ну, как сказать, — поправляя очки сказал Питер, — есть пара трещин в ключице, сильный ушиб плечевого сустава и трещина в самой плечевой кости. Скорее всего ушиб двух верхних рёбер, — он сделал небольшую паузу, — но, опять же, если судить по тому, на сколько обширна, образовавшаяся гематома, она отделалась лёгким испугом. Сколько она обезболивающего выпила, что несколько часов ходила, как ни в чём ни бывало, даже представить сложно… Настолько стойких людей я не встречал на своей памяти, — Питер снова исподлобья посмотрел на Иккинга, — чего такой поникший? Спасли мы твою подругу.       — Если честно, я не могу отделаться от мысли, что это всё из-за меня, — закончив перевязку, и сняв маску с перчатками, на выдохе произнёс парень, облокачиваясь на кухонную панель, находившуюся за ним, — теперь мне кажется, я поступил неправильно, взявшись за одно дело. От этого слишком много страдают близкие мне люди.       — Запомни, — начал Питер, подходя к боксам, и параллельно снимая окровавленные перчатки, — нет безвыходных ситуаций. Иногда люди совершают ошибки, но без этого жить не получится. Что тебя не убивает, то делает тебя сильнее. Чем больше шишек набьёшь, тем лучше ты будешь подготовлен в будущем, — он достал фиксатор для плеча, и снял маску, — на самом деле, когда приходит осознание того, что ты совершил ошибку, ты уже знаешь, как надо действовать, чтобы всё исправить. Главное начать что-то делать, пока не стало слишком поздно.       Иккинг не нашёлся, что ответить.       — У тебя есть какая-то свободная одежда? — вновь обратился Питер, — нужно её переодеть.       — Да, конечно, — засуетился парень, — я принесу, ещё что-то нужно?       — Нужно переложить её, — продолжил он, собирая всё инструменты обратно в боксы, — не будет же она на столе лежать.       — Да, в зале есть диван, — я сейчас принесу одежду, и уберу всё лишнее.       С этими словами парень буквально убежал наверх. Меньше чем через десять минут он уже помогал Питеру перенести Астрид на диван.       Как только они закончили, Иккинг накрыл девушку пледом, и получив все необходимые инструкции от Питера, помог ему донести боксы до его машины.       — Питер, я конечно, понимаю, что ей нужно обеспечить полный покой, но, я уверен, что первый её вопрос будет о том, как скоро она сможет вернутся в школу, — уже на улице спросил Иккинг.       — Я думаю, что как минимум недели полторы ей придётся находится дома, пока не растворится большая часть швов, — ответил тот, — переломы будут заживать в среднем три недели, но в любом случае ближайшее время лучше не прыгать выше головы. Один Тор знает, чем это может кончится.       — Хорошо, — устало сказал парень, — спасибо тебе большое Питер… не знаю, что бы я без тебя делал.       — Это моя работа, — улыбнулся он, — мне стоило бы сообщить твоему отцу о случившемся, но увидев, как ты волнуешься за неё, думаю проблем больше не возникнет.       — Конечно, — устало подтвердил Иккинг, — скоро она придёт в сознание?       — Я думаю где-то через час, это всё очень индивидуально, — так же устало улыбнулся он, — но, если вдруг что-то пойдёт не так, сразу звони мне, — уже строже предупредил Питер, — с такими ранами шутить нельзя. Боюсь и предположить кто её так… Что ж, мне пора, будь осторожен Иккинг, ещё увидимся, — он вновь улыбнулся и сел в машину.       — Увидимся, — сказал парень вслед уезжающей машине.       Постояв пару минут на дороге, Иккинг начал замерзать, поэтому он поспешил вернуться в дом.       Как только он открыл дверь, в нос ему ударил запах больницы. В детстве он много и долго болел, и часто ходил по врачам.       Первым делом парень заглянул в гостиную. Астрид спала и еле слышно посапывала. Потрогав её лоб, он принял решение накрыть девушку ещё одним пледом. Ветер пробирался даже в зал.       Посмотрев на часы, которые стояли на столике, Иккинг решил, что сегодняшний поход в магазин подождёт лучших времён, и отправился на кухню.       Место где буквально десять минут проводилась операция было похоже не на полевую операционную, а на стол мясника.       На столе кровавые разводы, куча кровавых ваток, бинтов, перчатки, маски и такая же одежда рядом на стуле. Глубоко вздохнув парень начал приводить всё в порядок. Первым делом скинул весь мусор в мешок, потом отмыл все поверхности от крови хлоркой и взяв грязную одежду и полотенца, отправился в ванную.       Там его ждало ещё больше работы. Примерно через час всё было прибрано, вещи отправлены в стирку, а по дому витал запах хлорки.