Арвендейлов огонь

      — Это пища богов! — Зак всё утро нахваливал блинчики, которые приготовила Астрид, — серьёзно, я не вернусь к прежней еде!       — Не влюбись, — с деланной серьёзностью произнёс Иккинг, посмотрев на друга.       — Да, брат, теперь я понимаю, о чём ты говорил, — Тони, потирая заспанные глаза, вошёл на кухню, — вроде живёшь в доме, а соседей через дорогу так слышно, как будто они у тебя над ухом выясняют отношения.       — Садись скорее за стол, а то эти двое сейчас всё съедят, — поторопила его девушка, желая поскорее перевести тему с непонятных «криков соседей».       — Это всё моё!       — Да, конечно, я всего три съел, это вообще всё мне, — Иккинг начал воровать у Зака блинчики, пользуясь тем, что друг ещё не проснулся окончательно.       — Тааак, я думаю нам пора, — Астрид решила взять всё в свои руки, потому что уже через час предстояла защита проекта, а они ещё даже не собрались, — если опоздаем, профессор Алломер нас съест, и Красной смерти ничего не останется! Все марш собираться!       — Как удачно, что я с вами не учусь, — расслабленно улыбнулся Тони, доедая второй блинчик, — пожалуй продолжу свою трапезу.       Парни ещё какое-то время пытались побить друг друга ложками, но в итоге сдались и отправились одеваться. Ровно через час все трое сидели на последней парте и ждали своей очереди для защиты.       — Итак, следующие на очереди Мистер и Мисс Хэддок, — объявил преподаватель, отчего Астрид резко замолчала, прервав свою тираду о пользе курицы.       — Хофферсон! — поправила она, мило улыбнувшись.       — Да, прошу прощения, — замешкался преподаватель, выводя их презентацию на экран. По аудитории прокатилась волна смеха.       — О, оговорочка по Фрейду, — поддел её Иккинг, хитро улыбаясь, — ну что, Мисс Хэддок, вы готовы?       — Так, послушай меня, любитель философии, — злобно начала защищаться девушка, — Фрейд говорил, что женщина — это кастрированный мужчина, так что, если не хочешь стать женщиной в его понимании, иди доставай свой парашют!       — Не парашют, а устройство для свободного планирования, — самодовольно поправил Иккинг.       — Кастрирую! — прошипела та. Парень лишь рассмеялся.       Выступление длилось всего семь минут, но список вопросов, который озвучивала комиссия, казалось, был бесконечен. Наконец их похвалили за проделанную работу, записали на межуниверситетскую конференцию и отпустили.       — Кстати, об одной фамилии, — выходя из аудитории продолжил разгонять Иккинг, — после вчерашнего, я просто обязан жениться на тебе.       Астрид не выдержала его «крайне серьёзного» взгляда, и рассмеявшись, начала атаковать его кипой бумаг, которую им вручили.       — Не в этой жизни!       — А что такого?! Тебе не нравится моя фамилия? Будешь по утрам выгуливать Беззубика… Жаль только бедную птичку. Кот просто загрызёт Сумрака… — с этими словами он приобнял девушку.       — Упаси Тор!       — Ладно, гроза Нью-Йорка, — парень развернул её лицом к себе, притягивая ближе, — кажется завтра мы едем в поход, неплохо бы съездить за продуктами и собрать всё необходимое.       — Да, — кивнула та, — тогда сначала заедем ко мне, Киара говорила, что должны посылку привезти сегодня, заодно вещи соберу.       — Отлично! Предлагаю остаться у меня сегодня, всё-таки от тебя долго ехать до места сбора.       — Я не против, — он поцеловал её в лоб и направился в сторону парковки, увлекая девушку за собой.       Кто-то однажды сказал: Эмоции — это химический мираж, который сделает вас уязвимым. И этот кто-то был чертовски прав. Девушка, которая сейчас ехала на перегонки с парнем по городу, заливаясь смехом, ещё никогда не была так уязвима. Счастье. Вот, что она сейчас испытывала. Каждой клеточкой своего тела она чувствовала свободу и лёгкость. Ещё два месяца назад, когда в аудиторию зашёл парень с невероятными зелёными глазами и с порога начал язвить, она даже представить не могла как всё обернётся. Кто-то верит в судьбу, кто-то в звёзды и кофейную гущу. Но вселенной всё равно во что вы верите — у неё на всех свои планы. Если бы Астрид знала, что уготовано ей, уже давно бы собирала вещи и бежала из города.

***

      Как только девушка поднялась на второй этаж, с мансардного окна спикировал Сумрак, радуясь её появлению. Но когда взгляд упал на дверь в её комнату улыбка тут же сошла с её лица.       — Эй, ты чего? — Иккинг заметил её реакцию.       — Здесь кто-то был.       Наученная прошлым опытом, Астрид никогда не закрывала дверь до конца: она специально проворачивала дверную защёлку только наполовину, из-за чего дверная ручка была под углом к полу, а не строго горизонтально, как сейчас. Понадеявшись, что все, кто мог здесь быть, уже ушли, она вошла в комнату. Всё было на своих местах. Даже пыль на полках не выдавала следы незваных гостей.       — Но с чего ты взяла? Сигнализация бы сразу вызвала полицию, — парень пытался успокоить больше сам себя нежели девушку. Судя по всему, Красная смерть воспользовалась его же советом и залезла в дом Астрид, пока та выигрывала Дагура.       — Она была отключена, — девушка махнула на щиток в коридоре. Там были перерезаны оба провода.       — Что-то забрали?       — Пока не знаю, — она продолжала осматривать комнату, надеясь обнаружить доказательства своих предположений. За ней много кто охотился, но так филигранно выполнить свою работу мог только один человек.       Уже не переживая, что Иккинг увидит что-то лишнее, она вышла на террасу и опустившись на колени убрала ковёр. Дощечка её тайника была сдвинута буквально миллиметр, но этого хватило, чтобы по спине пробежал холод, а пальцы начало потряхивать.       Внутри лежала записка и сюрикен. Здесь был её отец.       «Сильная девочка». Два слова. Всего лишь два чёртовых слова полностью заволокли кровью и тьмой всё её существо. Она взяла в руки оружие и немного дёрнулась от обжигающего холода металла. Каждый её шрам, казалось, начал пульсировать старой болью от нахлынувших воспоминаний.       Каждый день, пока они с матерью не сбежали из клана Охотников, отец учил Астрид всему, что знал сам: военному делу, истории, географии, физике, химии, даже игре на рояле. Самым главным было — боевые искусства. Девушка в совершенстве владела всеми видами огнестрельного и метательного оружия, обладала навыками ближнего и дальнего боя. Все тренировки проходили с профессиональными киллерами и приближёнными её отца.       Астрид часами могла находиться в зале и поражать мишени из лука или арбалета одну за другой, пока пальцы не стирались до крови, но и тогда она должна была продолжать. Но даже несмотря на юный возраст, вождь не прощал ошибок. Тренировка заканчивалась только тогда, когда Астрид падала без сил на пол. За каждый промах в неё летел тот самый сюрикен, который она держала сейчас в руках. Это была игра: кто будет быстрее? Маленькая девочка, выбившаяся из сил, или лезвие, летящее с невероятной скоростью. А после каждого выигранного боя или убитой цели, он произносил лишь два слова: сильная девочка.       — Астрид! — парень уже около минуты пытался вернуть её реальность, — Астрид, что случилось?       — Мне нужно будет уехать, — опустошённо выдавила та, — на какое-то время.       — Что?! Зачем? Это был Дагур? Это он оставил?       — Нет, — усмехнулась девушка, — поверь, тебе лучше не знать, кто здесь был.       — Так, давай мы с тобой сейчас успокоимся, — он взял её лицо в свои руки, стараясь развеять панику, — мы завтра идём в поход, там никто тебя не тронет, мы будем в окружении целой кучи людей. Потом, если ты уверена, мы придумаем, что делать дальше, договорились? Всё будет хорошо, Астрид, я буду рядом. Даю слово.       На глазах начали проступать слёзы, а в горле стоял ком. Впервые за всю жизнь она слышала эти слова. Впервые кто-то так беспрекословно обещал ей помощь. Даже когда мама была жива, она готовила дочь к худшему исходу, не давая даже надежды на спокойную жизни.       — Эй, ну ты чего? — с улыбкой спросил Иккинг, стирая слёзы с её щёк, — всё будет хорошо. Ты мне веришь?       — Да, — прошептала девушка, утопая в его объятьях.       Иккинг прекрасно понял, чья это была записка. Он знал достаточно, чтобы сопоставить все факты. Картинка сложилась полностью, за исключением одного фрагмента. Должна была быть ещё какая-то причина, почему Астрид и её мать сбежали.

3 года назад. Сиэтл.

      — Запомни, — Марк крепил микрофон к одежде девушки, прогоняя ещё раз все детали операции, — как только вся информация перепишется на чип, ты должна стереть все отпечатки, подключить маячок и идти на сцену…       — Как только закончится музыка, я должна пробежать за сценой прямо к парковке, я помню, Марк! Ты двадцать раз повторил мне одно и тоже, поверь, за три года в бегах я научилась слушать и запоминать. Бегать тоже, если ещё не понял!       — Аста, послушай…       — Я Кира, — отрезала девушка, — забудь моё настоящее имя! Мне всё равно сколько раз оно фигурирует в отчётах ФБР. После всей этой операции мне придётся опять бежать. Нет смысла привыкать к чему-то. Тем более к имени.       — Уже выбрала новое? — уже спокойнее спросил агент.       — Астрид, — на секунду девушке показалось опрометчиво ставить его в известность, но потом она поняла, что они всё равно будут за ней следить. Нет смысла скрывать, — всегда нравились имена валькирий.       — Тебе оно подойдёт.       Вдали послышалась музыка и голос ведущего.       — Шоу начинается, — с нервным предвкушением произнёс Марк.       — Мне пора.       Девушка вышла из шатра и быстрым шагом направилась в сторону сцены. Она была одета в чёрное платье из плотной ткани, которое полностью скрывало её тело и не мешало двигаться. На ногах были наколенники, в которых были вложены два чипа, чтобы записать информацию. В массивных ботинках, портупее и повязках на предплечьях было спрятано несколько ножей. Чёрная маска закрывала всё, кроме карих глаз. Она давно носила контактные линзы, чтобы не выделяться льдисто голубыми глазами.       — О, рад тебя видеть, — поприветствовал её Тони, — ради Одина, напомни, как я могу к тебе обращаться? Основной ведущий перепутал всё, что мог! Первый и последний раз я согласился организовывать всё это.       — Кира, — кивнула девушка, — я пока не выбрала псевдоним, запиши так, может потом придумаю, что-то более устрашающее.       — Как скажешь, Кира, — хитро улыбнулся тот, — ты выступаешь где-то через двадцать минут, можешь пока подготовить всё оборудование. Шатёр прямо за сценой.       Оценив обстановку, она ушла со сцены.       По планам Смутьяна, он сейчас должен находиться на противоположном конце всего трека и заключать договор с Берсерками, поэтому у девушки было около семи минут, чтобы выполнить своё задание. Учитывая её навыки, этого времени бы хватило даже на чашку кофе, но рисковать своей жизнью ради этого было бы глупо.       — Что в ФБР, что у Охотников работают одни идиоты, — усмехнулась девушка, вскрывая замок фургона, — хоть кто-то из них знает, что можно биометрию поставить?       Внутри находился всего один компьютер, пара ноутбуков, несколько жёстких дисков и шесть экранов с разными ракурсами видеокамер на территории.       Девушка подключила к компьютеру оба чипа. Один для ФБР, второй для гарантии собственной безопасности. Минута ушла на подбор пароля и ещё столько же на настройку автоудаления. Загрузка началась.       1%…       3%…       5%…       — Даже железо нормальное поставить не могут, — ворчала она, — процессор просто взорвётся сейчас.       Прикинув, сколько времени займёт копирование и удаление файлов, она принялась за видео камеры. Две минуты заняло отключение и удаление записей всех камер, кроме одной: ей было необходимо вовремя уйти, поэтому одну она поставила на таймер.       65%…       70%…       Индикатор процесса тянулся долго. Непозволительно долго. Снова сложив в голове два плюс два, она потянулась за красным ноутбуком:       — Эта тоже умом не блещет, — усмехнулась девушка, и начала искать интересующую её информацию. Она прекрасно знала ещё с детства, что правая рука её отца — Красная смерть хранит досье на всех подчинённых клана.       85%…       86%…       Она нашла нужный документ. «Хулиганы» — ещё один клан, с которым охотники никак не могли заключить сделку. Её мать часто о них говорила. Но в этом файле не было ни имён, ни дат, ничего. Абсолютно. Единственное, что могло помочь — информация о сыне вождя, который должен был стать ключом к сделке. Мальчик должен был стать охотником, и тогда бизнес, которым владел вождь Хулиганов мог спокойно существовать. «Цена вопроса: 5 000 000 $. Сделка состоялась».       97%…       98%…       — Значит смогли откупиться, — девушка задумалась. На её памяти это первый случай, когда вопрос решили относительно мирно. Обычно обязательным условием для сотрудничества были дети вождей — безоговорочная гарантия того, что обе стороны будут соблюдать условия.       99%…       100%…       — Наконец-то, — вздохнула она. Как только девушка выключила ноутбук, забрала оба чипа и убрала все следы своего присутствия здесь, ну улице в нескольких метрах послышались голоса.       — О, Тор.       Она успела сделать всё, кроме одного: удаление файлов ещё не завершилось, поэтому экран монитора ещё горел.       Девушка покинула фургон тем же путём, каким и попала в него. Закрыв замок она рванула к сцене, молясь всем богам, чтобы за оставшиеся тридцать секунд даже запах её выветрился.       Она появилась за кулисами, как только Тони объявил о её выступлении. Уже в тени занавеса он увидел её:       — Как нельзя вовремя! Желаю удачи!       Заиграла музыка. Девушка в чёрном платье начала своё выступление. Булавы с невероятной скоростью закручивали огонь в сложных комбинациях, ускоряясь с каждой минутой. Девушка крутила их так, будто в этом не было никакой опасности. Каждое её движение дополняла музыка, разливающаяся по венам будоражащей силой, придавая уверенности.       Звук выстрела. Крики. Ещё выстрел. Снова крики.       Люди начали разбегаться. Прямо к сцене шли трое. Мужчина в классическом костюме прожигал девушку ледяным огнём голубых глаз, который было видно даже со сцены. Женщина во всём красном и ещё кто-то в маске, полностью скрывающей лицо.       Танцовщица резким движением бросила булавы в их сторону и что есть силы рванула на парковку. «Всего пятьсот метров, Аста, беги! Ты и не такие дистанции проходила!» — требовала она от самой себя.       Звук выстрела. Обжигающая боль плече, заставила закричать и остановиться. «Нельзя, Аста не смей останавливаться!» Силы быстро её покидали. Горло жгло от быстрого дыхания, а кровь стремительно растекалась по платью. Она опустилась на колени, не в силах больше двигаться.       — Неужели ты решила, что сможешь убежать? — ужасно приторный голос раздался совсем рядом. Красная смерть стояла в ста метрах, направляя пистолет на девушку.       — Дьявол… — прохрипела она       — Да, милая, боги мечтают об империях, а дьяволы их строят, — Маттиас хищно улыбнулся, — не стоит нам мешать.       «Не сегодня… Нет, я столько лет мечтала убежать. Я не могу так глупо проиграть» — в голове девушки была всего одна мысль. Она достала лезвия из портупеи и поднимаясь на ноги, бросила одно точно в руку женщины. Та выронила пистолет. Второе попало в ногу вождя.       — Спасибо, папа, за уроки, — она услышала звук мотора и побежала туда из последних сил, начав терять сознание. Марк подхватил её за талию и выжал газ на полную, скрываясь с места гонок.       — Сильная девочка… — последнее, что она услышала.

***

      Когда они проехали достаточное расстояние, чтобы исключить возможность преследования, агент остановился и протянул руку.       Девушка вложила дрожащими пальцами в неё только один чип:       — Жду свои вещи, — потребовала она, — и бинты с обезболивающим.       — Хорошая работа, Астрид, — он протянул ей папку с новыми документами, и достал таблетки, — довезти до больницы?       — Сама справлюсь, — она перетянула плечо бинтами, останавливая кровь, — надеюсь, больше тебя не увижу.       — С вами приятно иметь дело, — рассмеялся тот и помог девушке слезть с байка, — мы будем присматривать за тобой. Уверена, что не нужна помощь?       — Знаешь, что лучше всего лечит от поражения? — она заглянула ему в глаза, — победа.       — Ты со всем справишься. Я уверен, — это была его последняя фраза.       — Прощай Марк.       Спустя час Астрид сидела в автобусе, на пути в спокойную жизнь. С собой у неё были все данные клана Охотников за последние пятнадцать лет, куча «экстренных контактов», почти пол миллиона долларов наличными, три в зашифрованных кодах в разных банковских ячейках по всему миру, пуля в руке и огромная дыра в душе, которая уже несколько лет не могла затянуться.