Между нами

      Вэй Ин резко выпрямился и зашипел, когда расческа больно дернула за спутанные пряди. Он обиженно выпятил нижнюю губу, захныкал и стал раскачиваться из стороны в сторону. — Вэй Ин. — Раздался тихий голос за его спиной. — Не вертись. — Гэгэ, ну хватит уже. — Заканючил он, пытаясь извернуться так, чтобы посмотреть себе за спину. — Пощади-и-и-и… — Сядь ровно. — Безжалостно отрезал Лань Ван Цзи с расческой на весу. — Не-е-е-ет!..       Тетя Сю Ин хихикнула, глядя на них, и отвернулась, чтобы заварить свежий чай. Женщина мельком глянула в открытое окно. Смеркалось. Духота, стоящая весь день, потихоньку начинала спадать, уступая место вечерней прохладе. В доме тоже было прохладно, и дети предпочли целый день провести с ней. Даже обычно неугомонный Вэй Ин пришел из музыкальной школы и, изнывая от августовской жары, плюхнулся на пол и никак не желал вставать, пока Лань Чжань не поднял его за шкирку. — Ай! Лань Чжань, больно! — Терпи. — Ну, почему ты так жесток со мной, Лань-гэгэ? Тебе так нравится издеваться над младшими? — Ты сам сказал, что тебе жарко. — Ты мог просто заплести меня! — Ты слишком долго не расчесывался. — Клянусь, я отрежу эти чудовищные волосы! — Нельзя. — Кто там сказал, что нельзя?! Лань Чжань, ты вечно мучаешь меня, если берешься их заплетать… — Тебе всего лишь нужно расчесываться каждый день. — Тетушка-а-а-а-а!!! Ну, разве Вы не видите, как Ваш сын издевается надо мной, тетя?.. Он такой жестокий! Мое бедное сердце так болит из-за этого!       Лань Сю Ин покачала головой и улыбнулась. А-Сянь все продолжал стенать, и ее сын не ленился отвечать ему, мстительно дергая за длинные волосы. Женщина заметила, что Лань Чжань улыбался уголком губ, и на ее сердце потеплело, когда она увидела мягкое выражение его лица. Ван Цзи был расслаблен, его глаза загорались, когда он смотрел на балующегося А-Сяня, и Лань Сю Ин не могла желать большего. Ее сын был счастлив. Как счастлив был и А-Сянь, ластящийся к рукам Ван Цзи, словно котенок. — Ну, все, хватит с меня! — Сказал Вэй Ин и попытался подняться, но вскрикнул, когда Лань Ван Цзи, не давая ему улизнуть, дернул за длинную косу, которую только что закончил плести. — Да что такое?! — Еще не все. — Коротко ответил он и аккуратно закрепил на его волосах небольшую заколку в форме кольца. — Дай мне резинку. — Проворчал Вэй Ин, разглядывая красивую золотую заколку с цветными камешками. — Я как девчонка. — Глупости. — Невозмутимо сказал Лань Ван Цзи.       Вэй Ин что-то пробормотал себе под нос, после чего хитро улыбнулся и перевел взгляд на Лань Ван Цзи. — Лань-гэгэ, — произнес он сладким голосом, и Лань Чжань нахмурился, уже знакомый с этой интонацией, которая не предвещала ничего хорошего; по крайне мере, для самого Лань Ван Цзи, — тебе ведь, наверное, тоже жарко? — Нет.       Вэй Ин ухмыльнулся и в следующую секунду накинулся на Лань Ван Цзи, повалил его на пол, усаживаясь сверху, и поймал за руку, в которой тот держал расческу. — Моя очередь! — Он победно улыбнулся, размахивая расческой, словно долгожданным трофеем.       Лань Ван Цзи, прижатый к полу, тяжело вздохнул и прикрыл глаза рукой.

***

— Готово! — Радостно воскликнул У Сянь и отступил назад, чтобы полюбоваться своей работой.       Зачесанные на одну сторону волосы, собранные в длинную косу с замысловато вытянутыми сплетениями и вплетенная в косу красная лента смотрелись непривычно и лишь больше подчеркивали необычайно утонченную, изящную красоту юноши. Лань Ван Цзи взял в руки мамино зеркальце, лежавшее на столике, и стал разглядывать себя. Его брови нахмурились, и он повернулся к хихикающему позади него Вэй Ину. — Это женская прическа. — Спокойно произнес юноша. — Сказал парень с длинными волосами, вплетающий в волосы другого парня заколки! — Вэй Ин разразился громким смехом и, откинув в сторону расческу, приблизился к Лань Ван Цзи и обнял его со спины. Чужие руки обхватили Лань Ван Цзи за шею, и длинные пальцы огладили подбородок. — Ладно тебе, гэгэ! Какое кому дело? Сегодня походим так.       Лань Ван Цзи на мгновение прикрыл глаза, на автомате подняв руку и сжав в ладони запястье Вэй Ина. Послышался щелчок откуда-то со стороны, и он распахнул глаза, встречаясь с озорным взглядом матери. — Мама. — Укоризненно сказал он. — Прости-прости. — Мама неловко улыбнулась, положив руку на щеку. — Просто вы двое такие милые! — Не стесняйтесь, тетушка, фотографируйте на здоровье! — Звонко сказал Вэй Ин и покрепче прижался к Лань Чжаню. — Лань Чжань, улыбайся, нас снимают!

***

— Только недолго, договорились? А-Сянь, позвони маме и предупреди ее, что гуляешь вместе с А-Чжанем! И не забудь сказать, что остаешься на ночь у нас. — Лань Сю Ин стояла в дверях прихожей и наблюдала за тем, как дети обуваются. — Конечно. — Вэй Ин разогнулся, завязав шнурки на кедах, и посмотрел на уже собранного Лань Чжаня. — Идем? — Мгм. — Ну, все, тетушка, мы ушли! — Он помахал ей рукой и, подпрыгнув, побежал вслед за Лань Чжанем. — Будьте осторожны!       Они вышли из дома Лань Сю Ин и, закрыв за собой калитку, не сговариваясь, повернули направо, пройдя мимо дома Вэй Ина. Они шли в абсолютной тишине по безлюдной широкой улице, освещенной желтыми фонарями. Вэй Ин, понурив голову, разглядывал их тени, то исчезающие, то вновь появляющиеся перед ними. Он смотрел, как они, почти сливаясь друг с другом, двигались вместе с ним и Лань Чжанем. Лань Чжань был таким высоким, что тень Вэй Ина рядом с его казалась совсем крошкой. Он смотрел на нее, такую хрупкую, узкую, и ему нравилось, как она выглядела рядом с большой тенью Ван Цзи. Вэй Ин, завороженный этим зрелищем, не отрывая взгляда от земли, взял Лань Ван Цзи за руку, и теперь между их тенями не осталось свободного места. Лань Ван Цзи замедлил шаг. — Что такое? — Спросил он. — Ах, — Вэй Ин дернулся, будто очнувшись, и поднял голову, чтобы посмотреть на Ван Цзи, — ничего.       Он улыбнулся и, не отпуская его руки, продолжил идти. Вэй Ин повернул голову в сторону, чтобы Ван Цзи не смог разглядеть его покрасневшее лицо. Ему было немного стыдно держать его за руку. Не потому что кто-то увидит. Вэй Ин был смущен, потому что Лань Ван Цзи обратил на это внимание. В последнее время он долго смотрел на него своим пронзительным взглядом светлых глаз или спрашивал, не случилось ли что-нибудь, когда Вэй Ин брал его за руку или обнимал. От этого Вэй Ину было неуютно. Он чувствовал себя так, словно больше не имеет права прикасаться к Ван Цзи или делает что-то неправильное.       Иногда ему казалось, будто Лань Чжань пытается дать ему понять, что им надо меньше времени проводить вместе. В конце концов, он уже был взрослым девятнадцатилетним парнем, студентом университета, а Вэй Ину было лишь пятнадцать. Он не хотел этого признавать, но ему было страшно, когда он думал, что у Ван Цзи могут появиться другие интересы, новые друзья и… девушка.       Было мучительно больно понимать, что тогда Ван Цзи перестанет проводить время с ним. Они все-таки с детства были вместе, и Вэй Ин даже гордился тем фактом, что был единственным другом Лань Чжаня, который ни в какую не желал подпускать к себе людей, отпугивая тех своим равнодушным выражением лица и отсутствием эмоций. Только Вэй Ин знал, каким он бывает, и сейчас он не хотел делить это знание с кем-то другим… чужим.       Вэй У Сянь помотал головой, отгоняя невеселые мысли, и спросил: — Как дела у твоего брата?       Он снова повернулся к Лань Ван Цзи и заметил, как тот поджал губы.       Значит, не очень. — Что, совсем плохо? — Прошептал Вэй Ин, нахмурившись. Это тема была больным местом Лань Чжаня и тети Сю Ин, поэтому Вэй Ин не мог не переживать. — Отец вызвал его из Канады. — Ответил Лань Ван Цзи. — Зачем? — Удивленно вопросил Вэй Ин.       Все дело было в том, что старший брат Лань Чжаня заканчивал университет в Канаде. И одновременно с этим занимался филиалом компании Лань, недавно открывшимся в Монреале. Лань Си Чэню было всего двадцать четыре года, однако семья требовала от него быть идеальным наследником семейного дела. К слову, компания семьи Лань Ван Цзи и Лань Си Чэня занималась проектированием и строительством частных и коммерческих объектов по всему миру. И Лань Си Чэнь, и Лань Ван Цзи, оба учились на архитектурном, параллельно изучая менеджмент и экономику. Лань Си Чэнь вот-вот должен был сдать территориальные экзамены и получить лицензию на право ведения архитектурной деятельности. До этого ему пришлось два года стажироваться в Италии, куда его отправила семья.       Лань Чжань только закончил первый курс, и, честно говоря, в прошлом году Вэй Ин изрядно перенервничал, думая, что семья отошлет Лань Ван Цзи к брату или, что еще хуже, отправит совсем одного в совершенно незнакомую страну. Но, слава богам, Лань Чжань, будучи младшим сыном, имел больше свободы, чем его брат, и мог выбрать университет в родном городе. Вэй У Сянь действительно сочувствовал Лань Си Чэню в этом плане. Даже находясь за тысячи километров от дома, он не мог избавиться от тотального контроля, и вот теперь от него требуют вернуться на родину. — Семья устраивает смотрины. — Глухо отозвался Лань Ван Цзи через какое-то время, и Вэй У Сянь едва не споткнулся, от изумления забыв вовремя переставлять ноги. — Они хотят так рано женить его?! — Воскликнул он. — Мгм. — Но ему ведь всего двадцать четыре! — Никого не волнуют их возраст и чувства. Это будет брак по расчету. — Лань Ван Цзи сдвинул брови, и Вэй Ин ощутил, как он крепче обхватил его ладонь.       Юноша, прикусив губу, огладил его руку большим пальцем, будто пытался молча поддержать. Вэй Ин знал, как Лань Ван Цзи переживал за своего старшего брата, которому буквально не давали свободно вздохнуть. Лань Си Чэнь вечно находился под контролем отца, дяди и всех родственников, которые имели долю в компании. Единственной его отдушиной могли быть лишь обещанные акции компании и устойчивое положение после передачи всех дел ему — тогда Лань Хуань, по крайней мере, смог бы избавиться от постоянного давления. Однако семья не спешила передавать дело в руки детей, и Лань Си Чэню (в большей степени), и Лань Чжаню приходилось мириться с кучей ограничений. — Я думаю, тебе очень повезло родиться вторым в семье, гэгэ. — Вздохнул Вэй Ин.       В этот момент они проходили мимо какого-то круглосуточного магазина, и юноша, задумавшись, повернул в его сторону. — Наверное… — Хмыкнул Лань Ван Цзи, аккуратно придерживая для Вэй Ина дверь.       Они, не разрывая рук, вошли в помещение, и Вэй Ин, вынырнув из своих мыслей, слегка сощурился от белого света и потащил Лань Ван Цзи через ряды с полками холодных напитков. — Тебе ведь не предлагали помолвку, верно? Ха-ха… — Вэй Ин улыбнулся и тотчас же попытался спрятать лицо, понимая, что его дрогнувший голос выдал своего нервничающего хозяина с головой. — Мгм. — По крайней мере, тебя не могут заставить жениться… — Пробормотал Вэй У Сянь, невидящим взглядом разглядывая полки с продуктами и кое-как обходя людей и не сталкиваясь с ними только благодаря тому, что Лань Чжань вовремя тянул его на себя. Вэй Ин от этого нервничал, нервничал так сильно, что хотелось сбежать, оставив Лань Чжаня одного, но юноша лишь вздохнул и начал говорить все, что приходило в его голову, только бы не молчать: — Ты все-таки по закону еще маленький*… Хотя, могу поспорить, что ни одну девушку это не остановило бы. В тебя невозможно не влюбиться! Ты слишком красивый, Лань-гэгэ. Это даже несправедливо. Должно быть, парни в университете тебя ненавидят… Нет… Нет-нет-нет! Я думаю, даже парни не могут тебя ненавидеть. Даже если ты заберешь чью-то девушку, тебя не станут ненавидеть. Гэгэ, ну, только взгляни на себя! Мне кажется, на всей планете не найдется человека, который невзлюбил бы тебя!       Вэй Ин хихикнул. Но ему пришлось унять свое призрачное веселье и в беспокойстве уставиться на Лань Ван Цзи, который внезапно остановился. — Гэгэ?       Лань Ван Цзи стоял, опустив голову, о чем-то задумавшись. Вэй Ин какое-то время разглядывал его: высокий, стройный, в непривычно свободной одежде, так отличной от его повседневных строгих костюмов (Вэй У Сянь на пару с тетей запихнули его в джинсы, футболку без рукавов и кроссовки). Вэй Ин чуть наклонил голову набок и заглянул в его лицо. — Лань Чжань, что с тобой?       Вэй У Сяню показалось, что его легкие перестали нормально функционировать, когда Лань Чжань задумчиво повторил за ним: — В меня невозможно не влюбиться?       Лань Ван Цзи внимательно посмотрел на него, и Вэй Ин нервно улыбнулся, сходя с ума от того, как бешено забилось его сердце. Он остановился напротив Лань Чжаня и все еще держал его за руку. Ему пришлось задрать голову, чтобы смотреть Лань Ван Цзи в глаза, и юноша не знал, куда себя деть от нарастающей паники. Близко. Так близко! Вэй У Сяню казалось, что он расплачется от того, как прекрасен Лань Ван Цзи, расплачется, если сейчас же не перестанет смотреть в его ясные глаза, — он не мог объяснить, почему глаза Лань Ван Цзи нравились ему так сильно. Хотя почему только глаза? Весь Лань Ван Цзи… ему нравился он весь! — За что меня можно любить? — Лань Ван Цзи задал следующий вопрос, не дожидаясь, когда Вэй Ин ответит на предыдущий, и тот в недоумении распахнул глаза. — Лань Чжань… — тихо произнес Вэй Ин. На секунду ему показалось, что Лань Ван Цзи решил подшутить над ним, но — это же был Лань Ван Цзи! разве он шутил когда-нибудь? — по все тем же ясным глазам Вэй У Сянь понял, что парень напротив него действительно озадачен и не понимает, а потому и задает такие вопросы. — Ты, правда, не понимаешь? Не понимаешь, за что люди любят тебя?       Лань Ван Цзи вздохнул, прикрыл глаза, и Вэй Ину показалось, что он крепче сжал его руку в своей. — Я спрашиваю про… романтические отношения. — Романтические отношения… — протянул следом Вэй У Сянь и спустя мгновение вскрикнул: — Гэгэ, ты в кого-то влюблен?!       Он поспешил закрыть рот, когда какая-то пожилая дама неподалеку странно покосилась на них. Лань Ван Цзи тут же отвернулся от него, однако Вэй Ин успел заметить, как расширились его глаза. Он перевел взгляд на мочки его ушей, и почувствовал, что в горле встал ком. — Лань Чжань… У тебя мочки ушей покраснели. — Он старался, чтобы его голос звучал поддразнивающе, хотя внутренне, кажется, уже взвыл от досады. — Ты же знаешь, что они тебя всегда выдают?       Лань Чжань молчал. Он закрыл глаза, и Вэй Ин подумал, что сейчас Лань Ван Цзи, вероятно, жалеет о том, что не распустил прическу, которую соорудил ему Вэй У Сянь, перед выходом из дома.       Все внутри него сжалось, а затем ухнуло куда-то вниз, и Вэй У Сянь отчетливо ощутил, что дрожит. При всем желании он не мог списать это на какой-то мифический холод — его коробило от мысли, что все его опасения претворятся в реальность, стоит Лань Ван Цзи промычать в ответ на его вопрос свое лаконичное «мгм».       Вэй Ин понял, что не хочет слышать его. И, если Лань Ван Цзи все-таки попытается что-то сказать, он закроет ему рот или зажмет себе уши. Он быстро задышал, почувствовав, что глаза увлажнились и голова взорвалась от внезапного чувства обиды. Стало только хуже от осознания того, что он не имел права на это чувство. В конце концов, он не мог держать Лань Чжаня на привязи всю жизнь.       Чтобы не наделать глупостей, Вэй Ин резко развернулся, подавив желание разреветься, схватил с магазинной полки первый попавшийся напиток и быстрым шагом направился в сторону касс. — Вэй Ин? — Лань Ван Цзи, проводив его недоуменным взглядом, пошел следом.       Он молча наблюдал за тем, как Вэй Ин рваными движениями вытащил из карманов джинсов смятые купюры и выложил их все, как есть, с громким стуком ладони, ударившей по прилавку. Кассир, молодой парень возрастом чуть старше Лань Ван Цзи, удивленно посмотрел на него, пробивая покупку, и взял необходимую сумму. — Спасибо за покупку. Приходите еще… — Было сказано в никуда. Вэй Ин как ошпаренный выскочил из магазина и едва не сорвался на бег в сторону своего дома. — Вэй Ин! — Лань Ван Цзи быстро догнал его, придержав за локоть. — Что случилось? — Н-ничего… — Выдавил он из себя, криво улыбнувшись. — Все замечательно.       Если бы он мог набраться смелости, чтобы посмотреть на Лань Чжаня, то удивился бы тому, насколько живо его лицо изобразило недоверие. — Ты же не пьешь мятный чай. Тебя тошнит от него. — А?.. — Вэй Ин захлопал ресницами и, наконец, догадался опустить взгляд на пластмассовую бутылку, которую яростно сжимал в руках. Мятный чай. Ему захотелось побиться головой о ближайшую стену. — Что случилось? Почему ты вдруг…       Лань Ван Цзи резко замолк, нахмурился и в один большой шаг сократил расстояние между ними, встав вплотную. Вэй Ин уже было отшатнулся, но молодой человек крепко схватил его пальцами за подбородок, заставляя смотреть на себя. — Ты плачешь. — Прошептал Лань Ван Цзи. — …плачу. — Всхлипнул в ответ Вэй У Сянь и послушно замер на месте. — Я не понимаю… — Он всегда говорил это только Вэй Ину, когда ему было сложно понять что-то, касающиеся людей, окружающих его. Как бы смешно это не звучало, но Лань Ван Цзи, будучи старше, полностью доверялся Вэй Ину в том, что люди называют чувствами.       И сейчас Вэй У Сянь был совсем не рад этому. Потому что ему было бы очень сложно объяснить Лань Ван Цзи, почему он так расстроен. Что он сказал бы ему? Я ревную тебя к каждому, кто заговаривает с тобой? Мне больно, когда я думаю, что какая-то девушка может забрать тебя у меня? Я злюсь, когда к тебе прикасается кто-то, кроме меня? Я хочу, чтобы ты смотрел только на меня и не видел никого, кроме меня? Я не хочу слышать, что ты влюблен в кого-то, если этот «кто-то» — не я?       Лань Ван Цзи не поймет. Не примет. Для Лань Ван Цзи он друг, ребенок, маленький мальчик, с которым он нянчится по привычке. Лань Ван Цзи испытает отвращение, если Вэй Ин скажет, что тот нравится ему. Как парень. Вэй Ин не считал, что влюбленность в парня — что-то плохое, но все дело было в том, в кого он посмел влюбиться. Прекрасный, воспитанный в самых лучших традициях наследник известной семьи, который постоянно у всех на виду, — ну, что он, Вэй У Сянь, за болван? Им никогда не быть вместе. Даже если Лань Ван Цзи, являясь обладателем исключительных манер, не отвернется от него сразу, как прозвучат слова признания, терзающего душу Вэй Ина вот уже сколько времени, то их непременно разлучат обстоятельства. — Не понимаешь — вот и отлично… — Прошептал, наконец, У Сянь. — Объясни мне. — Тихо попросил Лань Ван Цзи, и Вэй Ин горько улыбнулся: он был таким милым, растерянным и наивным, даже не подозревая, что разбивает сердце У Сяня на мелкие кусочки. — Не буду. — Не упрямься. — Лань Ван Цзи нахмурился и крепче, почти до боли, сжал в пальцах подбородок Вэй Ина. — Чем я расстроил тебя? — Почему ты думаешь, что это из-за тебя? — То, о чем мы говорили… — Я просто внезапно подумал о дурной концовке фильма, который мы с тобой смотрели на выходных. — Выпалил Вэй У Сянь, даже не пытаясь отыскать в своих словах логику. — Мне стало так грустно, Лань Чжань. Разве тебе не было грустно, когда Цзы Мянь умерла? — Не устраивай цирк! — Лань Ван Цзи повысил голос. — Ты несешь вздор, разве сам этого не понимаешь? — И что с того, что я несу вздор? — Вэй Ин, внезапно разозлившись, схватил Лань Ван Цзи за запястье и дернулся в сторону, попытавшись убрать его пальцы с подбородка. — Говорю, что хочу! — Вэй Ин! — Что «Вэй Ин»?! — Ты… — Лань Ван Цзи, задыхаясь от распиравших его чувств, которые он не был в состоянии выразить словами, схватил Вэй У Сяня за плечи, притянул ближе и, склонившись, прислонился своим лбом ко лбу Вэй Ина. — Ты знаешь, что я не могу тебе солгать… — Да. — Просипел Вэй Ин, не в силах нормально вздохнуть от его близости. — Если бы ты только спросил напрямую… — О чем ты говоришь? — Я…       Вэй Ин хорошо умел читать эмоции Лань Ван Цзи, но сейчас его будто замкнуло. Он в упор не видел, что творилось с Лань Чжанем, и тот мучительно долго не мог ничего произнести. Он метался от одной мысли к другой, отчаянно не понимая, что должен сделать. Оставить все, как есть? Но им обоим больно — теперь Лань Чжань это увидел. Снова нарушить все правила? О, Вэй Ин научил его этому, но сейчас дело было не в невинных детских шалостях. Одно дело — когда ты игнорируешь комендантский час и сбегаешь из дома в час ночи, чтобы пойти с Вэй Ином гулять, прекрасно зная, что утром у тебя экзамен и ты не сможешь нормально соображать, и совсем другое — когда признаешься пятнадцатилетке в чувствах.       Прямо сейчас они оба могли разрушить все, и именно этого Лань Чжань так боялся. Он с ужасом думал об этом вот уже несколько лет, с тех пор, как понял, что влюбился в Вэй Ина. Он и мечтать не смел об ответных чувствах, но вот он, Вэй Ин, который расплакался, подумав, что у Лань Чжаня уже есть любимый человек. Лань Чжань дураком не был: пораскинул мозгами, сложил два плюс два, и все понял. И как бы счастлив он не был, его сердце кровью обливалось от мысли, что он может испортить Вэй Ину жизнь. — Она, должно быть, очень красивая…       Лань Ван Цзи широко распахнул глаза, услышав надломленный голос. Вэй Ин все же посмотрел на него и уже не пытался скрыть слезы, которые дорожками стекали по его разрумянившимся щекам. — Из какой она семьи? Наверняка очень уважаемая. — Вэй Ин, прекрати. — Твой отец точно будет счастлив отличной партии. — Вэй Ин!.. — Тебе нужно скорее предложить помолвку, Лань Чжань. — Да прекрати же ты! — Он сам не заметил, что начал кричать, и Вэй Ин, испуганный яростью в его голосе, наконец, замолчал. — Ты… Ты меня столько знаешь и еще ни разу не заметил? — Что ты…       Однако доведенный до ручки Лань Чжань не дал ему договорить. Сходя с ума от мыслей, не дававших ему покоя каждый раз, когда он видел Вэй Ина, Лань Чжань все-таки понял, что не может больше этого выносить. Он, тяжело дыша, подался вперед и поцеловал Вэй Ина. Яростно. С силой. Будто пытался высосать из него все те ужасные слова, которые тот говорил. Вэй Ин замер, успев только вдохнуть. Лань Ван Цзи остервенело прикусил его нижнюю губу, и Вэй У Сянь вскрикнул. Его руки судорожно схватили Лань Ван Цзи за ворот майки, и он жалобно простонал, когда парень крепко обнял его за талию, вжимая в себя. Они целовались неумело, но оба не могли оторваться друг от друга, потому что мысль, что они могут, наконец, дотронуться до желанного человека, кружила голову. Сама близость того, о ком днями и ночами грезили, возбуждала их, и они продолжали тесно прижиматься друг к другу, сдавленно постанывая в губы напротив.       Наконец, запал начал утихать, и Лань Чжань отстранился, поняв, что Вэй Ин не может вдохнуть. Он с замирающим сердцем смотрел на него, раскрасневшегося, с искусанными, пухлыми губами, и жадно сглатывал. Вэй Ин едва держался на ногах от нахлынувшего возбуждения. Он глубоко дышал, и с его губ срывалось лишь какое-то жалкое поскуливание. — Так понятней? — Вдруг произнес Лань Ван Цзи хриплым голосом, и Вэй Ин почувствовал, что готов упасть в обморок. — Ка…кажется, да… — Отлично. — Да… — …больше не плачешь? — Нет… — Хорошо.       Они все еще не могли успокоиться, и этот разговор показался обоим самой глупой вещью, которую они могли сделать в такой ситуации. Поэтому, когда Вэй Ин прыснул со смеху, а секундой позже расхохотался в голос, утыкаясь носом в ключицу Лань Чжаня, тот также — тихо и сдержанно, насколько это представлялось возможным, — рассмеялся.