Передоз.

Я не звонила Дипперу. И Диппер мне тоже не звонил. Прошла уже неделя, и я стала сомневаться, а действительно ли я говорила с ним? Стала накручивать себя, что вдруг это была Мэйбл или он потерял телефон или… В общем, вы поняли в каком русле находился мой разум. На город обрушился снегопад, стало холодать, но я упорно продолжала носить мамину косуху. Хотя зимней куртки у меня не было, и по магазинам одной ходить тоже не хотелось. Я рассказала Биллу о звонке, он меня проигнорировал. Я попыталась развить дальше эту тему, но он просто телепортировался и я перестала заводить разговоры на счет Диппера. Из-за плохой погоды посетителей в кафе было очень мало, лишь за одним столиком сидела вечная четверка из моей школы. Они, в отличи от многих, всегда со мной здоровались и из вежливости спрашивали как дела. Ребята были очень милые, но я часто замечала, что с ними, как и со мной… явно что-то не так. Они что-то тихо обсуждают, каждый высказывается, а когда к ним кто-то подходит внезапно замолкают… я абсолютно уверена что у них много-много скелетов в шкафу. Все заказы невероятной четверке я отнесла, поэтому тихонько сидела за баром и переписывала конспект по философии. Мой шеф сидел в метре от меня и тоже что-то хомячил. Я пыталась вникнуть в изучаемую тему, но из-за своих терзающих мыслей все никак не могла сосредоточиться. Мне приходилось перечитывать одно предложение около трех раз, для того чтобы понять содержание. Внезапно на мою тетрадь обрушилась папка с меню, я рассерженно подняла глаза на своего руководителя. — Эмма, тебя посетитель уже около пяти минут ждет! — Отчитывает меня шеф, попивая коктейль. Я насупилась, схватила меню, блокнот и направилась к столику, где появился новый посетитель. «А звоночки на всех столах для чего?» Я была взвинчена. Сама не зная почему, обычно я находилась в апатии, и мне было плевать. Я подошла к столику аккуратно положила меню перед гостем, протараторила заученную фразу о приветствии, о блюдах по акциям и о самом «вкусном» (дорогом) коктейле. Щелкнула ручкой и уткнулась в блокнот, приготовившись записывать, но при этом посылая босса за тридевять земель. — Привет. Мне, пожалуйста, шоколадный молочный коктейль, — Спустя пять секунд ответил гость. Я моргнула и резко подняла голову на сидящего напротив меня Пайнса. Он ни капли не изменился, разве что одежда была не в его стиле. Белые кроссовки, черные джинсы вместо спортивок, толстовка темно-зеленого цвета и черная джинсовая куртка с мехом внутри. Я ещё раз моргнула, а вдруг мне показалось. Диппер Пайнс поднял на меня свои глаза, и я наконец-то захлопнула свой рот. Я нервно поправила фартук. Надо что-то сказать надо что-то сказать надо что-то сказать — Это весь ваш заказ? Под глазами лежали синяки, почти как у меня. Взгляд был очень усталый. — Да. Что-то не так. Не знаю почему именно это словосочетание всплыло у меня в голове. За тот срок, что мы провели вместе. Я научилась читать Диппера. — Я могу забрать меню? — Конечно, — Диппер закрыл папку и протянул её мне, я аккуратно перехватила папку и не оглядываясь отправилась на кухню. Я на автомате стала готовить напиток, при этом нервно поглядывала на часы. До конца рабочего дня оставалось сорок минут. Господи. Он приехал. Он же ко мне приехал? Ну, конечно, что ему ещё тут делать. Я так разнервничалась. Пока несла Дипперу коктейль меня то в жар, то в холод бросало. Пришлось сделать несколько вдохов прежде, чем подойти и поставить перед ним коктейль. — Ваш заказ, — Боясь посмотреть ему в глаза, сказала я. Пайнс не собирался притрагиваться к бокалу, я чувствовала его испытующий взгляд. — Пока Эмма! — Раздалось от выхода. Ребята с нескрываемым любопытством махали мне рукой. — Пока, — Отозвалась я и проводила их взглядом. Я посмотрела на Диппера. Он сидел, скрестив руки и вальяжно облокотившись на спинку мягкого диванчика. — Посидишь со мной? Я открыла рот, чтобы сказать да, но вовремя опомнилась. — Прости, мне надо, — Я в растерянности указала на стол ребят. — Ничего я подожду, а потом пойдем домой. Вот так просто. Я отошла на пару метров, от столика, где сидел Пайнс. «А потом пойдем домой». Как будто мы вовсе… и не виделись 6 месяцев. Как будто я не обманывала его. Как будто мы не сорились в машине. Как будто по моей вине мы не попали в аварию. Как будто мы с ним просто обычная пара подростков. Несколько раз, ущипнув себя за локоть. Я резко развернулась и присела около Пайнса. — Ты простил меня? — Испытующе спросила я. — Я и не обижался, — Серьёзно отозвался Диппер. Что значит, не обижался, я так и не поняла, но когда я — убирала со стола, мыла посуду и считала кассу, полу улыбка не сходила с моего лица.

***

Мой начальник очень косо смотрел на меня, когда я вышла с Диппером из кафе и он сел в мою машину. Всю дорогу мы молчали. Моё состояние меня очень радовало. Я не нервничала, не грызла себе мозг. Я просто смотрела на дорогу, которая с каждым километром застилалась снегом и чувствовала невероятно спокойствие. Весь осадок, моей лжи… ком который не давал мне дышать. Пропал. Я разогрела вчерашние макароны и налила Дипперу стакан воды. — Прости, это все что есть. Пайнс нервно посмотрел в окно, пододвинул ближе тарелку и принялся уплетать еду. — Прекрати, — С набитым ртом проговорил парень. Я в замешательстве подняла левую бровь, — Прекрати извиняться, — пояснил мне Диппер. — Прости, — Прежде, чем осмыслить сказанное, отозвалась я. — Ты есть не будешь? Я уже домывала тарелку Диппера, когда он решил проявить вежливость. — Нет, меня кормят на работе. Диппер кивнул моим словам и ушел в коридор. Вернулся он с газетой, видимо достал из своего рюкзака. — Мы можем поговорить? — Я приехал по делу. Мы резко осеклись. Посмотрели друг на друга. Я испуганно, Диппер… Печально? Что-то не так. Пайнс прокашлялся и уселся снова за стул. — Пасифика, я не отказываюсь от сказанных тогда мною слов. Чтож это было ожидаемо. Мы должны сегодня все выяснить. Диппер не смотрел мне в глаза, а я напротив… Я пыталась уловить каждый его жест, каждое движение мимики… Пыталась поймать его глаза. — Но, я не могу на тебя обижаться. Я знаю, ты не хотела, да и моя девушка, услышав эту историю, была на твоей стороне. «моя девушка» — В общем, я хочу сказать… Моя девушка? Он только что… сказал, что у него есть девушка? — Что я понял, что нам надо загладить… Мне послышалась? Какая блять девушка? Я думала, что он ко мне приехал, что понял, что любит меня и жить без меня не может. — Всю эту ужасную, темную историю. Он прямо сейчас убил троих детей. Наших детей… — Поэтому я и позвонил тебе тогда… Девушка. Девушка. Ахуеть. Может это специально? Он так мстит. Да-а. Точно! Он приехал сюда, чтобы добить меня. — Я прощаю тебя, и надеюсь, что… Нет, он реально сказал девушка? А как же наше прекрасное будущее? Я же уже придумала, как будут звать нашу собаку, а мальчика я хочу назвать Дин. — Ты меня тоже… Так. Только не реви. Не реви. Спокойно. Девушка, у него просто есть девушка. — И если ты согласна, я хочу оставить всё это в самом темном подвале подсознания… Можно попросить Билла убить её. Интересно она красивее меня? Наверное, она ещё и умная… — Давай будем друзьями, а приехал я… Зачем? Зачем нам быть друзьями? Ты только что разрушил всю мою жизнь. Кстати снова. Ты сначала меня спас, заставил влюбиться в тебя, а потом бросил, а потом разбил сердце и продолжаешь его терроризировать. — Нортвест, ты меня слушаешь? НЕТ — Твоя девушка будет не против, что мы будем друзьями? Баум. Нет, вы слышали? Даже голос не дрогнул. Я даже не запнулась. Так не реветь. Не реветь! Глаза Диппера сверкнули, он чуть пожал плечами. — Нет, — Со своей голливудской улыбкой отозвался он, — Не представляешь, какой она прекрасный человек. Вот же тварь. — Ты пришел по делу, — Отворачиваясь от Диппера, проговорила я, — По какому же? Я резко распахнула верхнюю полку. Смотреть на счастливое лицо Пайнса не было сил. Я включила чайник и скрестила руки на груди. Во мне поднялась мгновенная ярость, которая окутала меня до кончиков ушей, а затем сразу утихла… Он ведь… счастлив? Всё это время я мечтала лишь о прощение, все это время я терзала себя, потому что знала, что если бы я была хоть чуточку похожа на Пайнса, мы могли бы быть вместе. Все это время я пыталась стать лучше. И что теперь? Да, он не со мной. Да, он меня забыл, но при этом он меня простил. И если он счастлив, то это же прекрасно. Как странно. Это так все странно… Мне хочется выколоть ему глаза, за осознание того, что мои чувства к нему не взаимны, и хочется крепко поцеловать, потому что я мечтала об этом каждую ночь… Я повернулась к Пайнсу, который все это время листал газету. — Диппер, ты счастлив? — Что? — Не понимая, о чем речь, поднял на меня глаза парень. — Ты счастлив? — Чуть наклонив голову в бок и прищурив глаза, переспрашиваю я. — Ааа, — Диппер отворачивает голову в окно. Хмурится, — Да, наверное… да. Вода в чайнике — кипит, за окном загорается фонарь, я улыбаюсь. Взъерошиваю волосы. И неуверенно обнимаю парня. — Я рада за тебя. Диппер обнимает меня в ответ. Быстро, как по рефлексу, сжимает чуть крепче нормы. Я задерживаю дыхание, чтобы случайно не сойти с ума от мятного леса. Как только ощущаю, что колени начинают дрожать… отхожу обратно к чайнику. Руки Диппера до последнего скользят по моему телу, как будто не желая отпускать. Отворачиваюсь и наливаю в кружку кипяток. Диппер громко вздыхает. — Пасифика, мне нужно задать тебе пару вопросов, — серьёзно начинает Диппер, он протягивает мне газету, — Но сначала прочитай, вот это, пожалуйста. Я с нескрываемым любопытством беру в руки газету. — Это же местная газета Гравити Фолз. Диппер утвердительно кивает и рукой демонстративно подаёт знак — читай. Огромный заголовок гласит: «КТО СГЛАЗИЛ САМУЮ БОГАТУЮ СЕМЬЮ ГРАВИТИ-ФОЛЗ? ИЛИ РАЗОРЕНИЕ НОРТВЕСТОВ». Я ухмыляюсь. Сработало. Диппер неотрывно смотрит за моей реакцией. Я бегло прохожусь по строчкам и передаю Пайнсу газету обратно. — Мой отец получил по заслугам, — Выдерживая паузу, повествую я, — И что в этом такого важного? Диппер забирает газету из моих рук. И очень сурово смотрит на меня. — Ты специально? — Что специально? — Прикидываешься дурочкой. Пайнс начинает злиться… Я понимаю, что он обо всем догадывается, но рассказывать ему об этом не собираюсь. Делаю глоток кофе и невинно моргаю, говорю: — Диппер. У меня нет таких мозгов, чтобы взломать счета моего дорого любимого папочки, — делаю еще один глоток, — И я уж точно не могла поджечь пол поместья, ведь, я все время находилась тут… Итак, может объяснишь зачем ты пришел ко мне с этой информацией? Диппер шагает чуть ближе. — С твоей семейкой что-то не так. И ты, — Пайнс максимально сокращает между нами расстояние и упирается указательным пальцем мне в грудь, — Ты в курсе, что происходит. Знаешь, я думаю, что именно ты это и устроила. — Я не понимаю о чем ты гов… — Нет. Ты прекрасно знаешь, о чем я веду речь. Все это началось, когда ты закопала ту штуку в лесу, Пасифика ты должна это остановить. В том пожаре погиб персонал, а я уверен, что все это закончится только тогда, когда вся семья Нортвест поплатится, тебя тоже это ждет. Господи отойди от меня Пайнс. Тело мелко закололо иголочками, я дышать не могу из-за того что ты так близко. Давай подойди ещё чуть ближе. Я перехватываю его руку и отодвигаю шатена от себя. Ну вот, стало полегче, мысли ходят ходуном, я бы хотела просто накинуться на него… Я бы хотела снять с него его очередную классную толстовку. И почему он в них так привлекательно выглядит? Я наблюдаю, как медленно шевелятся его губы, и чувствую… как что-то неземное толкает меня вперед. Нет. — Ты осознаешь, что из-за тебя умерли люди?! Я вздрагиваю и отвлекаюсь от этих мыслей, несколько раз моргаю. — А теперь послушай меня, — Каждая клеточка моего тела наполняется гневом, глаза пронизывает боль от накатившихся слез, но я держусь. Я не собираюсь раскисать, я собираюсь открыть ему глаза, — Оглянись вокруг Диппер! Это блять дом моей матери, этот дом принадлежал моей маме. Моя мама это единственный луч света, который держит меня сейчас на этом мире. Я развожу руками вокруг себя и осматриваю стены, потолок, мебель. Диппер выжидающе ждет что я скажу. — Он отобрал ее у меня. Он уничтожил сначала её, а затем меня. Знаешь… сколько раз меня запирали в ледяном подвале? Вижу, как Диппер смягчается. Разум кричит о том, что я должна прекратить, но я уже не могу остановиться. — ПЯТЬДЕСЯТ ТРИ РАЗА! — Срываюсь на бешеный крик, — Я пролежала на холодном, сыром бетоне пятьдесят три ночи. Знаешь… сколько раз он пытался подложить меня под любимчиков его партнеров? Смотрю на Пайнса так, как будто он должен сейчас мне ответить. — Пас, хватит, — Диппер шагает ко мне вперед. — Нет, — Толкая его в грудь, говорю я, — Ты не понимаешь, что это. Когда вместо сказки тебе говорят, что ты должна за ночь выучить наизусть книгу этикета. Когда тебе покупают дорогие вещи, тащат на мероприятия, и каждый будь то женщина или мужчина смотрят на тебя как на товар. Когда сплавляют в интернат… лишь бы не мешалась. — Прекрати, пожалуйста, — Мотая головой, шепчет Диппер. — А я все время себя спрашивала, — Саркастично нагнетаю я, — Блять, ты… черт возьми мой отец! Какого хуя ты меня так ненавидишь? Почему? Что я сделала не так? Родилась? И ты сейчас упрекаешь меня в ненависти к этому человеку. Диппер это он дал попробовать мне наркоту. МОЙ СОБСТВЕННЫЙ ОТЕЦ ПОДСАДИЛ МЕНЯ НА НАРКОТИКИ! Мои руки начинаются трястись, я сама пугаюсь от сказанных слов, отступаю назад и случайно смахиваю кружку с кипятком, я рефлекторно пытаюсь её схватить, и мне это удаётся. Но всплеск горячего кофе резко ошпаривает руку, и я выпускаю только, что пойманный предмет. Она звонко разбивается об паркет. — Чёрт! — Я прижимаю ошпаренную руку к груди. — Давай помогу, — Диппер кидается ко мне. Но я отшатываюсь от него. — На одном из светских мероприятий, — Не знаю от боли или от сказанных слов, начинают течь слёзы, — Они нюхали кокаин. Дорогое удовольствие… И он тогда сказал… Он сказал, чтобы я это сделала, — Соленные капли одна за другой стали стекать по моим щекам и падать на паркет смешиваясь с разлитым черным кофе, — Для него это был лишь авторитет, чтобы я была легкодоступна, чтобы я всем понравилась. А раз я всем нравлюсь, то и он тоже всем нравится. А теперь у меня зависимость. Я наркоманка. Я ущербная зависимая тупаяглупа… — Нет. Прекрати! — Диппер не выдерживает, я вижу, как у него тоже медленно сдают нервы, от его крика я лишь сильнее вздрагиваю, — Господи прости, нет-нет я не хотел кричать. Пас, пожалуйста, успокойся. Пайнс все же заключает меня в свои объятия. А мне становится ещё хуже от понимания, что я это признала. Что я все ему сказала. Не знаю кому нужны эти объятия, я ничего не чувствую кроме боли. Боль, которая все это время сидела во мне. Эта боль начинает выплёскиваться все сильнее. Я прижимаю ошпаренную руку к груди, а здоровой пытаюсь вырвать из хватки Пайнса. Он что-то шепчет мне. А я начинаю оседать на пол от недостатка сил. Диппер тоже садится рядом, продолжая что-то говорить. Я ничего не могу разобрать. — И ты не имеешь права винить меня за эту ненависть, — Находя глаза, Пайнса продолжаю я. Диппер смотрит на меня, не моргая. Он перехватывает меня крепче за локти. Словно хочет, чтобы я почувствовала, что он здесь, что он сейчас рядом. — Но именно я вытащил тебя из этого ада. Не знаю… сколько мы так просидели. Мы смотрели друг другу в глаза. Я никогда не узнаю, что чувствовал в этот момент Пайнс. А я ощущала целый гребанный мир. Целый маленький, но такой бесконечный мир всего-лишь в одном человеке. Человек, который сейчас тянется к моим губам. Человек ради, которого я готова отдать все, хотя… наверное без Диппера Пайнса у меня впрочем ничего и нет. Наверное… мы совсем спятили в этом чокнутом мире, я поддаюсь чуть вперёд, а Диппер наконец-то рушит эту дистанцию. Мы сливаемся в поцелуе. Я закрываю глаза и пытаюсь притянуть Пайнса ещё ближе. И рука уже совсем не болит. Диппер зарывается одной рукой в мои волосы, а второй пытается стереть слёзы с моих щек. — Никогда не позволю тебе больше плакать, — Отстраняясь от меня, говорит Пайнс. Диппер обхватывает моё лицо своими теплыми ладонями. — Ты самое прекрасное, что есть в моей жизни. Я шмыгаю носом и… кажется, краснею. Злость, которая бурлила все это время отступила. Диппер снова тянется ко мне за поцелуем, я неловко изворачиваюсь. — Спасибо. — Перехватываю руки Диппера и крепко сжимаю, — Спасибо, что вытащил из ада. Диппер улыбается… И облегченно вздыхает. Он рад, что у меня закончилась истерика. Он рад, что у меня закончилась истерика,. Он рад, что у меня закончилась истерика. Пайнс как раз снова целует меня, прижимая к кухонному шкафу. — Подожди, — Резко вскакиваю и отхожу в проем между кухней и коридором, — Ты… ты… Ты ведь это делаешь, чтобы я успокоилась. Невероятная догадка пронзает мой мозг. — Блять, Пайнс! — Я зло начинаю ходить туда-сюда. Мне хочется, схватит первый же попавшийся предмет, и запустить его в шатена. А что меня останавливает? Я хватаю первое, что попадается под руку. Газета. Прекрасно и запускаю её в Диппера. Промахиваюсь. Ещё сильнее злюсь. Диппер вскакивает на ноги. — Да нет же! — Орет он на меня, — Что с тобой такое? Я возмущенно открываю рот и не могу подобрать слова. — Что со мной такое? ТЫ! Приезжаешь… После того как бросил меня! Да я накосячила, но мог бы и смиловаться! — Начинаю орать я, — Приезжаешь, говоришь, что у тебя есть девушка! Потом целуешь меня! И вообще обвиняешь в том, что я виновата, что Билл пытается убить моего отца! Блять — Блять, — Словно читая мои мысли, говорит Диппер. Диппер подходит к ближайшему окну и раскрывает его нараспашку. У меня проносится мысли, что он сейчас просто вылезет и уйдет. Затем он закрывает окно и поворачивается на неподвижную меня. — Блять Пасифика… Я недовольно закатываю глаза и ухожу в ванную. Простотупаяглупаяидиотка Как можно было так проговориться? Я несколько раз умываюсь холодной водой и прожигаю себя в зеркале. Через секунду в ванную заходит Диппер и прикрывает за собой дверь. Мы смотрим друг на друга в зеркало. — Рассказывай, — Слишком устало говорит Диппер. Я отрицательно мотаю головой и дергаю ручку двери, чтобы выйти. Пайнс кладёт свою ладонь поверх моей руки и захлопывает дверь обратно. — Ты не выйдешь из этой комнаты пока всё мне не расскажешь. Я убираю руку и с усмешкой складываю руки на груди. Приподнимаю бровь и медленно качаю головой. — Чтож поздравляю, — Улыбаюсь я, — Мы умрем здесь. — Хватит, играть со мной. Ого, кажется Диппер снова в ярости. — А что такое, почему ты можешь это делать, а я нет? Диппер приподнимает брови, и словно копируя мой игривый тон, говорит: — Я с тобой разговариваю абсолютно серьёзно! — Ты слишком много на себя берёшь. Я сажусь на краешек ванны и устремляю гневный взгляд на парня. — Ты просто невыносима, — Тяжело вздыхает Диппер, — Я так много сделал для тебя, а ты продолжаешь мне не доверять. — Где ты был все это время? — Вскакивая перебиваю я, — Не надо пудрить мой мозг ещё больше, я… Я многое тебе доверила. И если я не говорю, то это не из-за того что я тебе не доверяю, а потому что так надо. — Пас, просто расскажи мне, что ты сделала, и я уйду. — Куда? К своей девушки? — Да нет у меня никакой девушки! — Блять Пайнс, может ты уже определишься. — Представляешь Пассифика, ты не одна умеешь врать. — Я не собираюсь тебе ничего рассказывать, — Снова хватаясь за ручку, отрезаю я, — Даже если я расскажу, ты ничего не сможешь сделать… Я безуспешно пыталась убрать руку Диппера с ручки ванны. И в итоге решила сдаться. Я повернулась к парню, глубоко вздохнула, успокаиваясь. Диппер смотрел на меня широко распахнутыми глазами, его шея и плечи были напряжены, он весь был взвинчен. — Хорошо, — Убирая ресничку с его щеки, сказала я, — Плевать. Плевать на то, что ты мне сказал. Ты не сможешь… не сможешь это остановить. Не перебивай, — Укоризненно сказала я ему, — Зачем ты приехал? Диппер медленно обвел меня взглядом. Он… он никогда на меня так не смотрел… так… голодно… — Я должен это остановить. — У тебя комплекс героя? — Ты меня поражаешь, — Усаживаясь на ванну и притягивая меня к себе, говорит Диппер, — Мне похуй на других. Главное, чтобы тебя это не затронуло. Что-то внутри меня шевелится и медленно расползается по венам. Я невольно мотаю головой. В ванне включен только светильник, и от этого комната почти в полумраке. Я скоромно опускаю взгляд и понимаю, что Пайнс просто нагло обхватывает мои ноги бедрами, не давая пошевелится. Он смотрит на меня, чуть наклонив голову. Его горячие дыхание я слышу и чувствую, каждой клеточкой своего тела. И его пальцы аккуратно поглаживают мои запястья. — Ты что меня соблазняешь, — Прищуриваясь, осторожно говорю я, — Если так, то я все равно ничего не скажу… Диппер перехватил мои руки и потянул на себя… Я потянулась назад, насколько это было возможно. Диппер усмехнулся и… Господи… Он так сладко облизнул губы. Я испугалась. Я испугалась его странного порыва, он смотрит на меня как на еду. Медленно попятилась, назад освобождаясь от его хватки и отходя назад нащупываю ручку двери. — Пас, тебе что страшно? — Смеётся Диппер, он резко отталкивается от ванны, а я распахиваю дверь и вылетаю в коридор, заворачиваю к лестнице пытаясь добиться максимального пространства между нами, — Куда делась вся твоя смелость? Пайнса явно забавляет вся эта ситуация, он чувствует, что в данный момент именно он владеет ситуацией. — Все, — Хватаясь за перила, кричу Дипперу, — Хватит. Мне не нравится, как ты себя ведёшь. Что я несу? На самом деле я просто вся горю. Я поднимаюсь по лестнице, осознавая, что очень хочу сейчас Диппера Пайнса. Мой низ живота просто сводит от возбуждения, а горло совсем пересохло. Слышу, как он поднимается за мной. — Да брось Пасифика, — Окрикивает меня шатен, — Мы не договорили. — Отстань. Завтра поговорим. Уже поздно. Я хотела бы все это сказать нормально, но выходит скомкано и через чур дёргано. Открываю дверь спальни и тут же захлопываю её перед Пайнсом. На двери нет замка, но и стоять, подпирая дверь от него, было бы странно, я прохожу вглубь комнаты. Пайнс, конечно же, заходит следом. — Диппер иди спать на диван, — Пайнс в удивление приподнимает брови, — Я не хочу с тобой разговаривать. Я отхожу к окну. И наблюдаю за отражением Диппера. «пожалуйста свали» — Не хочешь, значит разговаривать, — Грустно произносит он. Вижу, как Пайнс направляется к выходу, и облегченно вздыхаю, но шатен просто закрывает за собой дверь. В следующий миг его сильные руки обхватывают мои плечи и тянут к слишком горячему телу. — А так? — Диппер медленно целует меня в мочку уха. Я тихо втягиваю в себя воздух, рука Пайнса скользит по моему правому боку и приподнимая кофту ложится на живот. — Я так скучал, — Бормочет сквозь поцелуи Диппер. Я стою, как столб… Я… — Убери свои руки, — Я пытаюсь скинуть руки Пайнса, но тот просто шагает назад, а я безвольно плетусь за ним. — Ты мной манипулируешь, — говорю я. От губ Пайнса моё дыхание сбилось, а когда он сквозь поцелуй начал прикусывать мою шею, я совсем растаяла и уже перестала сопротивляться от его настойчивых рук. Диппер развернул меня к себе. Его глаза горели, щеки раскраснелись… Он улыбался. Странной, но такой милой улыбкой. — Я люблю тебя Пас, — Смеётся Диппер, — Это ты сейчас мной манипулируешь. Это ты уже несколько лет сводишь меня с ума. Диппер устало присаживается на кровать. И пряча глаза, пытается успокоиться. Я медленно подхожу к нему и хватая его за подбородок устремляюсь к его губам. Это так все в новинку. Он рядом и я могу это сделать. Я могу провести рукой по его плечам, груди, торса… Я могу прикусить его нижнею губу. Я могу обнять его и сесть сверху, прямо как во снах… «А может это просто очередной сон, из-за которого на утро я снова буду ненавидеть себя?» — Прекрати меня целовать, — Сквозь поцелуй говорит Диппер. — Это ты меня целуешь. — Чуть отстраняюсь… Чтобы Диппер сам потянулся к моим устам, — Что там с твоей девушкой? — Что там с Биллом? — Я ахаю, когда Диппер резко перехватывает инициативу и, за секунду, переворачивает меня на кровать. Он заводит мне руки над головой, я тянусь за поцелуем, но Пайнс отрицательно качает головой… — Ты не понимаешь? Я не собираюсь ничего тебе объяснять. — Ладно… Я первый. Я хотел, чтобы тебе было так же больно, как было мне, когда я узнал, что ты меня обманула вот и все. Поэтому я и выдумал эту глупую историю. — Я не хотела, — Тут же отзываюсь я. Мы оба пытаемся сдерживать себя. Кто-нибудь откройте окно… Диппер отпускает мои руки, но лишь для того чтобы стянуть с меня кофту. — Да я знаю, — Пайнс наклоняется к моим ключицам, — и я даже не думал, что ты купишься на эту мнимую уловочку. — Хватит меня раздевать. Как только Диппер Пайнс переворачивается на другую половину кровати, я ощущаю абсолютную пустоту. — Прости. Нет-нет, продолжай! Хочется заорать мне. Я закрываю глаза. Пытаюсь хоть как-то успокоить бушующее сердце, нащупываю руку Диппера и неуверенно сжимаю её. — Я не могу себя контролировать рядом с тобой, — Ощущаю, как Диппер поворачивается ко мне, — Ты спрашивала, зачем я приехал? Пайнс еле ощутимо, касается губами моего лба. — Я не могу без тебя жить. Он целует меня в правую, а затем в левую щеку. — Кто бы что не говорил, но я понял, что для меня важнее всего… Важнее сестры… Диппер расстёгивает мою ширинку джинс, а я в предвкушение не могу раскрыть глаза. — Я клянусь, что не оставлю тебя больше на такой длительный срок, самое время сказать мне нет Пас, потому что ещё минута и я уже точно не смогу остановиться. Я продолжаю лежать неподвижно, я не знаю, что мне делать… Мне страшно… Но я не хочу чтобы это прекращалось. Плевать… плевать… плевать… — Я тебе верю. Наверное это те самые слова, которые идеально подходили нам обоим. Я открываю глаза и натыкаюсь на шоколадные глаза Диппера. Это передоз блять, я не могу дышать… Не могу четко выразить чего я хочу. Потому что я схожу с ума. Никакие наркотики не заменят мне ощущение, когда я стягиваю толстовку Пайнса и касаюсь его разгоряченного пресса. Я сама стягиваю с себя джинсы, путаюсь в них же… Пытаюсь исправить ситуацию, Пайнс смеётся надо мной и одним махом срывает с моих ног эту преграду. Он снова целует меня… Я расстёгиваю его ремень, ширинку и тяну его джинсы вместе с трусами. Диппер отрывается от моих губ и сбрасывает с себя последнюю одежду. Я растерянно смотрю на парня, осознавая, что никогда в жизни так далеко не заходила, но парень моментально берёт инициативу на себя. Шатен расстёгивает мой лиф и принимается целовать мою грудь. Он поочередно облизывает мои соски, я запрокидываю голову назад и максимально сжимаю губы, чтобы не закричать от тягостного чувства внизу живота. Я чувствую, как об моё бедро трется уже твердый член Диппера. Он настолько возбужден… От этой мысли я смелею… Облизываю свою ладонь и тянусь к органу Пайнса. Аккуратно беру его в свою руку и начинаю медленно водить вверх… вниз… — Боже, — Диппер останавливается от своего занятия, его руки опускаются и он чуть падает на меня. Его голова опускается мне на плечо. Я улыбаюсь… и начинаю убыстрять темп. Сама же свожу ноги от желания слиться с ним в одно целое. Пайнс это замечает. Он перехватывает мою руку и чересчур больно кусает меня в шею. -Пайнс! Я опьянено пытаюсь заглянуть ему в глаза, а шатен уже стягивает с меня трусы. Я непроизвольно соединяю бедра, но Диппер лишь усмехается. Он снова целует мои губы, заставляя полностью лечь на кровать. Затем коленном раскрывает мои ноги. Словно отработанная схема, наверное, так и есть… Диппер что-то шепчет мне на ухо. Но я не могу ничего понять, мне так больно… Я освобождаюсь от губ Пайнса и утыкаюсь в его плечо. Мне нужен воздух. — Нет, — Пытаюсь сказать я. Но боль проходит, так же резко, как и пришла. Диппер начинает двигаться во мне. Он что-то шепчет мне на ухо… иногда рычит. А я вся теряюсь от окутавшего мятного дождя… мятного леса… И повторяет моё имя. Снова и снова Я привыкаю, чуть прихожу в себя и понимаю, что мне это нравится. Я хочу быстрей. Я начинаю подстраиваться под движения Диппера. — Сильнее, — Через стоны говорю я. И Диппер подчиняется, он начинает быстрее и жестче вдалбливаться в моё тело. — Ещё. Мне все ещё мало… Я обхватываю его плечи и чуть подтягиваюсь, доставая до его уха. — Быстрее Диппер. Я не хочу, чтобы это заканчивалось… Я хочу ещё и ещё. Внезапно узел, который так долго стягивал мой живот, наполнился невероятной агонией. Миг. И все моё тело овладела судорога, я почувствовала невероятный кайф. Диппер ещё несколько раз вошел в меня. Я прикрыла глаза от совершенно непохожего ни на что ощущение. Рядом опустился Пайнс. — Открой окно, — Пытаясь восстановить дыхание, говорю я. Диппер рядом недовольно легонько бьёт меня кулаком по плечу. — Ахуеть… Мы оба лежим и смотрим в потолок… Оба дышим как будто пробежали километра три от ментов. — Что? — Спрашиваю я. — Ну знаешь, — Сквозь рваные вдохи говорит Диппер, — Обычно после секса, девушка говорит что-то приятное парню, а не открой окно… Мы оба поворачиваем друг на друга голову и впиваемся взглядами. — Эмм, — Пытаясь подобрать слова я. — Эммм, — Повторяет за мной Пайнс. Я секунду обескураженно молчу, а потом заливаюсь смехом. — Хорошо, — Целую Пайнса в нос, а затем резко вскакиваю от него, — Я сама открою. *** Сейчас около четырех утра, а я не могу сомкнуть глаза. Несмотря на огромною физическую усталость, я не могу заснуть. Я просто лежу и смотрю на мирно посапывающего парня. Диппер скидывает лет пять, когда спит. Мне ещё столько всего нужно ему рассказать… Когда я уже решаю наконец-то, закрыть глаза и заснуть, внизу раздаётся шум. Я закутываюсь в теплый халат и спускаюсь вниз. На кухне, за столом сидит Билл и попивает кофе. — Что ты тут делаешь? — Включая свет, спрашиваю я. Билл водит ложкой по краям чашки, намеренно не обращая на меня внимание. — Эта планета такая большая, — Кладя ложку на стол, говорит он. Я аккуратно сажусь напротив него. — Столько много людей, разных возрастов, наций, религий. Я устало потираю глаза, демон часто нес какую-то чушь, но я не видела смысла в ней… именно сейчас. — Иии, — Я хочу, чтобы он скорее ушёл. Блондин отпивает из своей чашки и поднимает на меня свой гневный, укорительный взгляд. — И не смотря на всё это разнообразие, ты спишь именно с Диппером, мать вашу, Пайнсом! Билл громко опускает чашку на стол. — Это ревность? — Зевая, спрашиваю я. Демон улыбается… — Если бы, — Выделяя, каждую букву говорит он, — В следующий раз, когда раздвинешь перед ним ноги. Просто ради интереса. Спроси у него: «Диппер! А какого это? Работать на моего отца?» Я молчу. Фраза едкой болью проносится снова и снова. — Нет? — Вырывается у меня. Я поднимаю полные боли глаза, на Билла. — Мне незачем тебе врать, — Перед тем как покинуть мою кухню, говорит демон.