Paper Tiger (Бумажный тигр)

      НЬЮ-ЙОРК       Июнь 2007 года       Звонок сотового телефона Гриффина Портера вывел Макленда из мрачных раздумий. Вечность воспоминаний пролетела за считанные секунды. Он моргнул, когда Гриффин прервал зрительный контакт, чтобы ответить на звонок. Разговор между Портером и невидимым собеседником был коротким и отрывистым, но это дало Макленду время собраться с мыслями. Ему не нравилось быть застигнутым врасплох, особенно в собственном доме.       — Мне очень жаль. Некоторые звонки слишком важны, чтобы их не принимать.       — Один из твоих темных заговорщиков?       Гриффин рассмеялся.       — Макленд, я никогда не считал тебя драматичным типом. Ученые должны быть хладнокровны, с аналитичным складом ума. — Он загадочно улыбнулся. — Я как-то сказал Джулиану, что в будущем, возможно, робот или суперкомпьютер сможет занять это место.       Эймс скрестил руки на груди.       — А я-то думал, что ты стремишься занять эту должность.       — Наивность юности. — Портер раздраженно вздрогнул. — Хотя, некоторые могут сказать, что у меня есть несколько общих черт с компьютером.       — Например, твое отсутствие человечности?       Улыбка Гриффина стала волчьей.       — Я думал о своем интеллекте.       — Компьютеры так же умны, как и люди, которые их создают, Гриффин.       — И ты считаешь, что у меня неисправна проводка?       — Можно сказать и так.       Гриффин сел на кожаный диван, делая вид, что устраивается поудобнее.       — Я удивлен, что у тебя еще осталось время для доброты, учитывая все, с чем ты сейчас имеешь дело.       Макленд подошел к одному из мягких кресел напротив дивана, но не решился сесть. Присутствие Портера тревожило.       — Ты, наконец-то, объяснишь настоящую причину своего появления?       — Думаю, ты знаешь, почему я здесь.       — У меня есть теория. Но поскольку ты гость в моем доме, пожалуйста, иди первым.       Гриффин наклонился вперед и жестом пригласил Макленда сесть.       — Я хочу поговорить о дневнике Сэмюэля Кольта.       Эймс сжал кулаки, изо всех сил стараясь держать под контролем логическую сторону Ученого. Он отошел на пару шагов.       — Я так понимаю, ты как-то связан с тем, что случилось с Райли вчера?       — Райли? — Гриффин задумчиво потер подбородок. — Разве это не имя сына Буна?       Макленд повернулся к Портеру, не в силах сдержать гнев. Он чувствовал ответственность за мальчика... Чувствовал ответственность за слишком многих людей в эти дни.       — Не притворяйся идиотом, Портер. Ты прекрасно знаешь, кто он. Ты, очевидно, следил за ним в течение некоторого времени.       — Да, конечно. Будущий студент-археолог. Он кажется достаточно умным, хотя и слишком возбужденным, на мой вкус. Вроде как кокер-спаниель.       — Вчера вечером на него напали в Университете Тафтса.       — Очень жаль. — Гриффин задумчиво наклонил голову. — Но мы оба знаем, что война — опасная игра для мальчика.       — Ради бога, Гриффин. Райли не участвует в Братстве. Он ребенок. Бун отошел от охоты, чтобы не подпускать сына к опасности. Он хочет, чтобы его семья осталась в стороне.       — И все же он и его очаровательная наложница ежедневно принимают у себя охотников в «Бундоках», угощая их дешевым пойлом.       Макленд вздохнул и вернулся к креслу.       — И ты тоже часто бывал в этом заведении. — Гриффин был не единственным, кто следил за противником. «Команда гиков» Макленда, как любил называть их Калеб, превосходно справлялась с обновлениями о местонахождении и деятельности тех, кто участвовал в перевороте.       Гриффин фыркнул.       — На мой вкус, у них чересчур домашняя атмосфера, но Кэтлин хорошая кухарка и увлекательный собеседник.       Макленд покачал головой и сел в кожаное кресло.       — В одну секунду ты говоришь о них как о друзьях, а в другую - оправдываешь причинение вреда их ребенку.       — Я эксперт по разделению.       — Ты специалист по обману.       Гриффин вздохнул.       — Это была всего лишь шишка на голове. Если мальчик собирается идти по стопам отца и деда, ему нужно закаляться.       — Райли не охотник. — Из-за этой шишки на голове, ребенка отвезли в больницу.       Несмотря на то, что Райли считал что «круто», Макленд предпочел бы чтобы это не повторилось.       — И ты знаешь, что если Братство у тебя в крови, то от него нельзя отказаться. Джим должен был объяснить это Буну, прежде чем позволить ему уйти в отставку.       — Это не та армия, в которую можно призвать солдата. — Макленд вспомнил свои многочисленные разговоры с Джоном о военных. — Бун отбыл срок. Он все еще помогает, но у него есть право на свой образ жизни. Как и у его семьи.       — Как только ты войдешь в охоту, тебя ждет жизнь охотника.       — Это не мафия. — Мак вспомнил Джима и разговор пастора с мальчиками. Крестный отец был слишком влиятельным фильмом.       — Нет. Мы нечто большее. Но построены на одних и тех же принципах.       Эймс снова почувствовал раздражение.       — Такие принципы, как похищение, нападение и воровство?       Гриффин закатил глаза.       — Это послужит мальчику уроком, что не стоит ввязывать в дела, которые его не касаются. Хотя, надо сказать, он гораздо умнее своего отца. Я совершенно уверен, что он был благословлен интеллектом Кэтлин.       Мак вздохнул.       — Райли нашел важную археологическую находку, и ты забрал ее. Я никогда не принимал тебя за антиквара.       Гриффин улыбнулся.       — Я признаю, что это была область знаний Джеймса. Но меня всегда интересовали тайны. Ты не хуже меня знаешь, что дневник Сэмюэля Кольта полон не совсем типичной исторической информации, как надеялись скучные ученые. Он читается, как и любое хорошее полевое руководство охотника, включая отрывки о кончине его коллег -членов Триады.       Макленд поморщился. Значит, он был прав: Гриффин и его фракция в Братстве забрали дневник, они знали, что это такое. Гриффин пришел к тем же выводам, что и Макленд: Сэмюэль Кольт был не только членом Братства, но и бывшим Ученым.       — Разве ты не писал в своем дневнике о том, как погибли твой Рыцарь и Страж?       Вопрос вырвал Макленда из мрачных раздумий, но он не ответил. Гриффин продолжал смотреть на него.       — Забавно, что в истории часто именно Ученый переживает беспокойные времена злых восстаний. Только посмотри на своего предшественника, он удалился в рай, в то время как его Хранитель и Рыцарь погибли раньше времени. Возможно, это потому, что Ученые часто отстраняются от битвы из-за своего эго. Ты объяснил это Сэмюэлю Винчестеру? Готов ли он взять на себя ответственность, если члены его Триады падут? Говорят, тем, кто остается жить дальше, всегда тяжелее. — Глаза Гриффина потемнели. — Даже в детстве они были близки. Я думаю, что связь укрепилась со временем.       — Как и положено любой традиционной Триаде. — Макленд наклонился вперед. — И Сэмюэль прекрасно понимает свое положение. — По крайней мере, Макленд надеялся что Сэм поймет, после того как он поговорит с мальчиком. Это произойдет раньше, чем планировал Эймс, но опять же, судьба не давала доброму доктору и дюйма для маневра.       — Он мне нравится. — Гриффин кивнул. — Он очень могущественный. Если Сэмюэль Кольт смог сделать оружие, способное убить кого угодно, я думаю, его тезка сделает еще более удивительные вещи.       Макленд фыркнул.       — Значит, Сэма ты одобряешь? Потому что он могущественный?       — У меня нет с ним проблем. Он будет достойным дополнением для Гидеона и Итана. Джим должен был подумать об этом. — Гриффин сделал глоток бренди. — Ученый должен обладать полезными способностями. — Он посмотрел на Макленда. — Даже твои способности, в какой-то, степени впечатляют.       — Почему я не польщен? — Эймс нахмурился. — И Гидеон и Итан, хотя и выдающиеся члены Братства, несмотря на твое влияние, не участвуют в выборах Триады.       — Некоторые считают, что так и должно быть.       — Такие, как ты и Харланд Сойер?       — Есть и другие. — Гриффин поставил стакан на кофейный столик. — Даже ты должен признать, что Джим думал о них. Джулиан и Джим были близки. Гидеон внук Джулиана, истинный наследник.       Макленд посмотрел на свое кольцо.       — Да. Я знаю, что он их рассматривал. — Джим никогда не держал зла на детей Джаррета Мэтьюза, близнецов Итана и Элайджу. После инцидента в Северной Каролине Джим, казалось, сделал все, что в его силах, чтобы компенсировать их потерю. Это включало в себя разрешение Гриффину общаться с Братством.       — Он зашел так далеко, что заставил тебя и Джона Винчестера работать с ними, тренировать их.       — Джим был справедлив. — Эймс снова посмотрел на Гриффина. — Но, в конце концов, он сделал свой выбор, и я прослежу, чтобы ему следовали. Итан, Гидеон и Элай там, где должны быть.       — Ты имеешь в виду дублеров? — Портер зарычал. — Вторая струна для твоих ребят? Гидеон, Итан и Элай «настоящие» охотники. Поколения их рода доказали это.       — Родословные не всегда вступают в игру. Ты это знаешь.       Гриффин нахмурился.       — Но Дин Винчестер? Неужели?       — Ты ничего не знаешь о Дине.       — Я знаю, что он отличный охотник. Но чтобы быть Стражем, нужно нечто большее.       Макленд кивнул.       — И это объясняет, почему Джима выбрали вместо тебя.       — Джулиан ошибался. — Гриффин хорошо скрыл свой гнев. Он говорил спокойным, терпеливым тоном. — Он совершил ошибку, когда назначил Хранителем Джима Мерфи. И это снежный ком продолжает расти.       Несмотря на их цивилизованный разговор, Макленд почувствовал заряд в воздухе. Их словесный залп был рассчитан, как шахматы.       — Возможно, в твоем извращенном уме. На самом деле у Джима Мерфи были все качества Хранителя и даже больше.       — Я пришел сюда не для того, чтобы спорить о прошлых Триадах.       Эймс устал от этой игры.       — Тогда скажи мне, какого черта ты здесь делаешь, Гриффин? Сомневаюсь, что ты пришел признаться в преступном деянии против Райли. Поэтому, пожалуйста, покончи с этим, чтобы я мог испытать явное удовольствие выбросив тебя из моего дома.       — Мы оба знаем, что в этом дневнике. Я подозреваю, что Райли, будучи умным мальчиком, сделал копии некоторых из более уместных сведений и отправил их Ученому, как только понял, что нашел.       Макленд лишь приподнял бровь, не желая сообщать Портеру хоть какую-то информацию. Райли действительно понял, чем завладел один из его профессоров благодаря пожертвованию. Доктор Карлсон, профессор Райли, получил возможность каталогизировать подарок от богатого благотворителя. Благодетель был человеком, который очень интересовался реликвиями Старого Запада. Каким-то образом личные сочинения Сэмюэля Кольта оказались в его коллекции. Карлсон отмахивался от него, как от пустякового сувенира старого болвана. Но Райли знал лучше. Он отсканировал дневник и отправил его по электронной почте, и для Мака хватило одного имени, чтобы понять важность находки: Ной Сивер, дедушка Калеба.       — Похоже, что Сэмюэль Кольт был членом Триады, которая также пережила знаменательное время перемен и восстания, — продолжал Портер. — В их эпоху проснулось великое зло, вызванное зловещим человеком. Великое зло, которое с тех пор причинило вред бесчисленным поколениям.       Эймс знал, что Гриффин с удовольствием втирает соль в открытые раны. Он понимал, что Портер не может его прочесть. Барьеры Макленда были слишком сильны, но он был уверен, что ублюдок может чувствовать его дискомфорт. В дневнике Сэмюэля Кольта рассказывалось об инциденте с Ноем Сивером. Мак и Джим рассказали Калебу, что история Ноя Сивера — это слухи и догадки, но теперь ему придется сказать сыну, что все это правда.       — Честолюбивый проповедник использовал талисман великой силы, чтобы вызвать больше, чем он мог выдержать. В процессе открылся портал в ад. — Гриффин поднял бровь. — Тебе не кажется, что это дежавю?       — Мое терпение истощается. — В голосе Макленда слышалась скука. — Я устал и не ел и не смотрел «Янки».       Гриффин оживился, взволнованный этой темой.       — Насколько я могу судить, Ной Сивер получил этот талисман от охотника за приличную цену. Братство было брошено в, своего рода, водоворот после убийств всех этих добрых богобоязненных людей. Слухи о предательстве в собственной среде, от члена Триады, не меньше.       Эймс тяжело вздохнул.       — Сэмюэль Кольт отрицал, что его Рыцарь имеет какое-либо отношение к продаже амулета Сиверу. Ничего не было доказано. — Но ущерб был нанесен. Точно так же, как слухи о происхождении Калеба и причастности Сэма к желтоглазому демону в наши дни запятнали будущую Триаду.       — Но даже шепот вызывал разговоры и беспокойство. Погибло бесчисленное множество невинных. Те женщины и дети в церкви Сивера были только началом. Брат повернулся против брата. Триада оказалась замешана в революции.       — Члены Братства воспользовались хаосом, чтобы сделать ставку на власть, которая им не принадлежала. — Макленд провел пальцем по брови. — Теперь это вызывает чувство дежавю.       Гриффин поджал губы.       — Триада Сэмюэля Кольта цепко цеплялась за их контроль, пряча все оружие силы, включая амулет, который использовал Сивер. Они поместили их в место, о котором знали только они. — Гриффин погладил седеющую бороду. Он все понял и был полон решимости довести свою мысль до конца. — Потом, после того как Рыцарь и Страж исчезли, Сэмюэль спрятал дневники охотников того времени, чтобы освободить себя и своих друзей от любых проступков.       — В дневнике такое не пишут, Гриффин! Джим был прав, когда сказал, что ты очень разборчив в истории. — Гриффин рассказал Калебу историю о начале Братства много лет назад, заставив его сына усомниться в себе. Происхождение их организации было далеко не так ясно, как это звучало в устах Гриффина. То же самое относится и к инциденту между Триадой Сэмюэля Кольта. Это не могла быть черно-белая история, которую рисовал Гриффин. Прошлое было таким податливым, и склоняло людей к мнению, что их желания справедливы. Массовый геноцид можно легко скрутить, чтобы он выглядел как героический прогресс.— Рыцарь и Страж не просто исчезли… Они были убиты одним из своих. — Макленд был столь же решителен в своих доводах. — Сэмюэль Кольт сделал то, что должен был сделать, чтобы восстановить равновесие, защитить невинных от зла.       — Да, — согласился Гриффин. — Кольт проявил инициативу. Отдаю ему должное. Охота на сбежавших демонов воссоединила Братство, дала им цель. Они верили, что это апокалипсис. В своем пылу им удалось отправить большинство сбежавших демонов обратно в ад, исключая нашего желтоглазого монстра. Затем Сэмюэль доказав, что он гениальный Ученый, нашел способ гарантировать, что демоны никогда больше не будут освобождены с этим примечательным железнодорожным строительством. Затем он создал печально известный кольт, чтобы убить желтоглазого ублюдка, который сбежал. — Гриффин прислонился к спинке дивана. — Он был занят в промежутках между получением патентов на свои изобретения и работой на правительство во всех видах войны.       Макленд кивнул. В этом они могли согласиться.       — Но он умер прежде, чем смог выполнить задание. — Он пристально посмотрел на Гриффина. — Дело, в котором преуспел Дин Винчестер.       — Я слышал. — Гриффин наклонил голову. — Но среди нас также около двухсот новых угроз.       — Мы работаем над этим.       — Возможно, это не самая худшая из наших проблем.       Эймс рассмеялся.       — Есть что-то похуже, чем армия тьмы, настолько великая, что может уничтожить мир?       — Они небольшая часть армии без лидера. Просто рассеянный хаос.       — Мы уже выяснили, что их лидер мертв. — Макленд молился, чтобы Гриффин не имел в виду планы желтоглазого демона, чтобы один из «детей» возглавил его приспешников. Им не нужно было, чтобы кто-нибудь узнал о теоретической роли Сэма. Голос Эймса стал жестче. — Дин закончил то, что начал Сэмюэль Кольт. Не будет никакого лидера, пока они не назначат своего нового генерала.       — Да, но дедушка Калеба мог предоставить лазейку, о которой никто не подумал.       Макленд нахмурился. Смена темы была неожиданной.       — Что ты несешь?       — Амулет, Макленд. Однажды благодаря ему уже вызвали желтоглазого демона из тех глубин, в которых он существовал до того, как был привязан к земле. Кто сказал, что амулет не может вернуть его еще раз.       — Это нелепая теория, и даже если это не так, амулет спрятан.       — Возможно, ненадолго.       Эймс начинал понимать, зачем пришел Гриффин.       — Только не говори мне, что ты снова пытаешься найти склад оружия.       — Я никогда не переставал искать его. Крестовый поход длился почти два десятилетия. Тот, который не пришел без своих побед. — Темные глаза Гриффина блеснули. — У меня есть еще два уникальных журнала. Дневники Дэниела Таннера и Коула Уилмингтона.       — Страж и Рыцарь Триады Сэмюэля Кольта. — Макленд покачал головой. В этом весь Портер. Прочитав дневник Сэмюэля Кольта, Эймс тоже задумался о других членах Триады. Это была удивительная находка. — Я уверен, что не хочу даже знать, как ты их достал.       — Это было нелегко. Ты не единственный, кто любит общаться с очень могущественными ведьмами, Макленд. Некоторые обладают удивительным зрением.       Эймс поерзал в кресле.       — Ковены не клянутся в верности.       Губы Гриффина дрогнули.       — Но это не помешает нескольким свободным агентам запрыгнуть в ту или иную кровать, не так ли?       Серые глаза Макленда потемнели, пальцы впились в мягкую кожу кресла.       — Итак, теперь у тебя есть полный комплект? Ты все еще не раскрыл свою истинную цель пребывания здесь.       — Как я уже сказал, оружие может быть найдено.       — Кем-то, кроме тебя?       — Теперь у меня есть важная информация. Я нашел части из всех трех журналов и собрал их вместе. Эта Триада была довольно умна. Но, конечно, я все понял. К сожалению, так же поступил и кто-то другой.       — Кто, например?       — Йен. — Гриффин пожал плечами. — Похоже, он не совсем тот безмозглый идиот, которому я верил.       — Он отвернулся от тебя? — Это была плохая новость. Йен никогда не был звездным охотником и далеко не был одним из любимых членов Братства Макленда, но иметь его в качестве свободного агента было еще хуже. Во-первых, у Йена были другие внутренние источники, кроме тех, что предоставил Гриффин. Он встречался с Кэролин, которая была умна, но временами очень наивна. — Ты уверен?       — Или его скомпрометировали. — Гриффин поднял бровь. — Соблазнен темной стороной.       — В смысле?       — Я верю, что он работает с демоническими силами. Один демон в частности.       Ситуация становилась все мрачнее.       — Какой демон?       — Полагаю, вы знали ее как Мег.       Именно этого и боялся Макленд.       — Демон, который овладел Сэмом?       — Одно и то же.       — Йен работал на тебя, когда придумал этот план? Кто-то нанял этих охотников-ренегатов, чтобы они избили моего сына, пока Сэма забирали.       — Нет. — Гриффин был непреклонен. — Я никогда не работал с демонами. Когда я узнал об этом и о том, что случилось со Стивом Ванделлом, мое терпение к своеволию Йена закончилось.       — Но ты уже дал ему то, в чем он нуждался?       — Все чтобы прикончить нас, — сказал Гриффин. — Мы в этом деле должны быть заодно. На складе не только великий амулет Ноя Сивера, предположительно, с запасом оружия, но и объект, способный положить конец Братству.       — И ты думаешь, демон знает об этом оружии?       — Я думаю, что она хочет вернуть своего отца. Но я больше беспокоюсь о том, кто или что может получить в свои руки объект нашей гибели.       — Ну, и кто же теперь мелодраматичен?       — Я не преувеличиваю. Если эти истории правдивы, то источник серебра и содержащаяся в нем магия могут быть уничтожены.       — Ты даже не знаешь, откуда это серебро. Никто из нас не знает.       — Это не совсем так. — Гриффин указал на фотографию на каминной полке.       — Дин? — Макленд напрягся. — Ты веришь, что Дин знает.       — Я не совсем уверен в этом. Но, похоже, у меня нет другого выбора, кроме как согласиться с решением Джеймса. Даже после смерти старый ублюдок смеется последним.       — Какого черта ты предлагаешь, Гриффин?       — Совместное предприятие. То, которое принесет пользу Братству и невинным дуракам, которые ходят по этой земле без понятия о том, что происходит вокруг них.       — Почему именно мы? — Потребовал Эймс. — Если у тебя есть все три дневника, информация, необходимая для того, чтобы найти местонахождение оружия, и человек, способный его забрать, то зачем рисковать, приводя нас туда?       Гриффин наклонился вперед и выдержал требовательный взгляд Макленда.       — Потому что только Страж может открыть эту чертову дверь.