Серебро цвета крови

      Остаток лета перед поступлением в Хогвартс я потратил на развитие магических способностей. Несколько недель после того случая не могу найти себе места. Мистер Мяу оправился, даже слегка поправился на молоке и маленьких кусочках мяса. Когда наутро Петунья увидела пятна грязи на ковре, а впоследствии меня в грязной, покрытой кровью майке, она потребовала вышвырнуть этого котенка. Мне было плевать.       В данный момент я лежал на своей кровати и смотрел на свое тело в состоянии магического взгляда. Не знаю, как это правильно называется, но я решил использовать определение, которое используется в большинстве литературы, посвященной фэнтези. На удивление, в течение всего лишь недели я научился его включать, видимо на меня так повлияла история с кошкой. Осознание вины из-за неспособности помочь подтолкнуло меня морально. Сама магия воспринималась для моего разума достаточно просто, ведь я считал, что магическая сила - это всего лишь энергия, такая же, как электричество: солнечная или атомная. Если они существуют, то почему и ей не иметь место быть?       Грубо говоря, в солнечном сплетении у меня был мощный источник энергии, похожий на шар жидкого огня; от него отходили нити, питающие все тело. Через несколько дней просто рассматривать себя мне надоело, поэтому я предпринял попытки что-то сделать. Начать я решил с простого - отключить поступление энергии в ноготь на руке. Для этого достаточно было представить, будто около ногтя возникла небольшая дамба, перекрывающая канал, соединяющий одну из магистралей и ноготь. Мой эксперимент вполне ожидаемо привел к плохим последствиям. Ноготь стал расслаиваться, а потом вовсе отвалился. — При полной блокировке поступающей энергии структура тела начинает ухудшаться, — пробормотал я, записывая результат в кожаный блокнот.       Его я стащил у Вернона в кабинете. Они были предназначены для деловых партнеров, но их был целый ящик, поэтому изъять один для важных исследований, хмм... можно позволить себе такую дерзость.       Пробуем по-другому: представим, что вместо дамбы мы имеем сетку, пропускающую только двадцать пять процентов силы.       Включив зрение, я наблюдал, как небольшая дамба перетекает в конструкцию по типу сетки-рабицы. Значит менять закупорки я умею, но перед продолжением нужно усилить регенерацию, чтобы восстановить ноготь.       Так, мысленно увеличив напор силы, канал засиял сильнее, а ноготь медленно начал расти. Причем довольно забавным путем. Сначала площадь ногтя заполнила кожа, которая медленно начала принимать хитинообразное состояние. Да-да мы в курсе, что ногти это сочетание белка кератина и серы, но так звучит круче. Через пять минут ноготь восстановился. Перекрыв поток энергии, я установил решетку, как и хотел.       Спустя неделю пометил в дневнике то, что все, кроме одного ногтя, растут. Поэтому я подключил решетку на оставшиеся каналы. Ведь, согласитесь, неразумно тратить энергию на ногти и волосы, которые мы состригаем. Этой модификации подвергся весь волосяной покров на будущее. Конечно, если захочу бороду или стильную щетину, то это легко исправить, а сейчас пусть будет так.       В свете открывшихся способностей я хотел начать изменять структуру тела, но потом вспомнил о том, что тело человека довольно запутанная структура и даже недостаток одного простого элемента может с легкостью убить. Так что отложил это до лучших времен.       Под конец второго месяца лета решился на создание огненного шара. Попытка не пытка. Для этого я отправился на пустырь, взяв с собой провиант и бутылку воды. Также на всякий случай стащил из тетиной аптечки обезболивающее, витамины, жаропонижающее и еще по мелочи.       На пустыре оказался очень удобный пятачок между кустов засохшего кустарника и стеной подземного перехода. Включив магическое зрение, я начал представлять структуру огненного шара.       В моем понимании это была сфера, именно сфера, а не шар, ведь есть прекрасная загадка: "Что есть у шара, но нет у сферы?"       Правильный ответ: объема.       Создавая сферу, я получал возможность заполнить ее огнем, а оболочка, она и есть сфера, будет ограничивать распространение огня. Но, как говорится, в теории все легче, чем на практике. Если создать сферу из собственных нитей у меня получилось спустя полчаса, то наполнить огнем было проблематично. Спустя час в голову пришла «гениальная» идея наполнить ее энергией. Сказано - сделано.       Я представил то же самое, что делал с ногтем. А именно направил энергию через площадь сферы внутрь. Постепенно сфера из энергетических линий начала наливаться светом. Вначале все было хорошо, а потом стало больно. Боль прошла волной от солнечного сплетения. Взглянув туда, я увидел, что шарик огня, что был у меня в груди, стал еле светиться, и чем дольше я держал сферу, тем слабее он сиял, начиная затрагивать отходящие каналы.       В этот момент меня пробил холодный пот. Я почти выкачал всю энергию во внешнее вместилище, тем самым отключая поддержку органов. Попытавшись остановить подачу, я потерпел неудачу. Шар начал вытягивать мою энергию, сознание постепенно меркнуло и меня начало клонить в сон. Страх сковал мое тело, холод, начиная от конечностей и продвигаясь с каждой секундой дальше, опутывал меня своей паутиной.       В последние секунды, когда казалось что всё, пожил я в мире, вот и конец, я заставил себя думать об одной мысли. В книгах упоминалось, что маги могут откачивать энергию из своих плетений. Поэтому я пытался сделать то же самое. Глядя на расплывающийся шар, я шептал: — Давай, вытягиваем энергию. Нити не передают энергию, а всасывают. Давай, гребаный Поттер, ты же чертов МАГ!       Уже теряя сознание, я увидел, как нити сферы выпустили что-то похожее на тонкие волоски, как у пауков на лапах, и начали высасывать энергию. От руки в тело медленно, набирая скорость, потекла энергия. Конец процесса посмотреть мне не удалось, просто потому что я отрубился.       Когда пришел в себя, на улице во всю сверкала луна. Словно заботливая мать она окутывала землю, баюкая в своих объятьях. — Фууух, чуть не погиб, — с истеричным смешком выдал я неосознанно.       Кряхтя, словно старая развалина, открыл рюкзак в поисках пищи. Голод заставлял желудок петь песни кита. Утолив первую волну голода, я включил магическое зрение и начал осмотр тела.       Источник горел не так ярко, но хотя бы не казался таким безжизненным, как перед отключкой. Некоторые мелкие каналы были повреждены, но этого стоило ожидать. Тут ситуация похожа с мозгом. При недостатке кислорода ткани мозга начинают отмирать. Логично, что при отсутствии энергии маленькие ниточки тоже оказались под пагубным воздействием. Значит впредь не стоит так рисковать и опустошать резерв полностью. В нем должна быть энергия для обеспечения каналов.       Сделав эти выводы и съев оставшийся паек, я отправился домой. Думаю, стоит освятить вопрос: почему, увидев свет луны, я не помчался домой.

Интерлюдия

      На дворе уже стемнело, а Дадли и ее племянник еще не вернулись. Но Дадличка часто гулял допоздна. Да и что могло случиться в самом обычном городке. Здесь даже кражи считались чем-то выходящим за грань разумного и еще долго перемывались на лавочках участливыми соседями. Именно поэтому Петуния Дурсль сидела в гостиной, обдувая себя маленьким вентилятором на батарейках. В коридоре хлопнула дверь. — Дадличка, дорогой, это ты? — спросила Петунья. Не получив ответа, она с трудом поднялась с дивана, поправила свое простое вельветовое платье, расшитое цветами, и направилась встречать совего сына. То, что она увидела, заставило схватиться за сердце, на минуту застывая в проходе. Ее милый маленький Дадличка тяжело дышал, трясся и смотрел вокруг безумными глазами. — Дадличка?! Вернон, быстрее сюда! — закричала тетка.       С быстротой подстреленной лани, она метнулась к своему сыну. Через десять минут на уши был поднят весь дом. Вернон метался по гостиной, а она сама обтирала своего сына холодным компрессом. — Дадличка, сыночек, что случилось? — в голосе сочился страх, — Вернон, сделай что-нибудь, твою же мать! Последняя фраза была далека от лексикона Петуньи, она, как истинная леди, не позволяла себе даже в мыслях ругаться. Но нервы и страх за сына опустили градус приличия в доме. Спустя полчаса среди несвязного бормотания младшего Дурсля они смогли различить фамилию племянника. — Я так и знал, что этот выродок когда-нибудь доведёт его! — в ярости кричал Вернон, — Пусть только явится, я удавлю его собственными руками. Но угрозе по крайней мере этой ночью не суждено было сбыться. Племянник явился, когда сыночек был уложен, а старшие Дурсли под действием кто алкоголя, а кто настойки валерианы уснули беспокойным сном. Наутро, проснувшись и обнаружив на ковре пятна грязи, Петуния издала вопль раненого носорога. Подняла вой, не хуже военной сирены. На этот вой спустились все. — Ах ты мелкий уродец… — начала было Петунья, но осеклась. Из коридора смотрел пронзительными зелеными глазами не ее племянник. В коридоре стоял маленький мальчик со следами запекшейся крови на одежде и руках. Он посмотрел на всех и остался стоять в проходе. Молчание нарушил Вернон. — Ты мелкий засранец! Что ты сделал с Дадли? Явился среди ночи, весь в грязи и какой-то краске и думаешь, что тебе все сойдет с рук? — начал распаляться Дурсль. — Это кровь, — послышалось из прохода. — Что? — осекся Вернон. — Ваш сын вчера убил беззащитное животное. Эта кровь принадлежит ему, — холодным голосом произнес племянник. — Что ты такое говоришь, мой Дадличка никогда бы не сделал такого! — от возмущения Петунью трясло. - Дадли! Это же неправда? — повернулся к своему сыну Вернон. Сын молчал, он смотрел на кровь, что уродливым пятном растеклась на некогда белой рубашке двоюродного брата. По лицу прокатилась неуверенная слеза. — Дадли! — с угрозой прорычал Вернон. — Я…я не хотел. Мы…мы хотели лишь поразвлечься, — слова с трудом вырывались из горла Дадли. — Дадличка, этого не может быть, что ты такое говоришь? — произнесла Петунья, оседая на ближайший стул. Ее рука медленно поднялась ко рту, будто надеясь сдержать крик ужаса, если он попытается вырваться. — Вчера Ваш сын убил живое существо. Он оставил без матери ее дитя, — на этих словах из-под майки у самого горла на свет высунулась заспанная мордочка, беззвучно мяукая. На кухне воцарилась тишина, прерываемая лишь звуками недовольного котенка и холодильника марки «Шандлайн». — Дадли, запомни, теперь на твоих руках кровь и она останется там навсегда, — совершенно мертвым голосом произнес маленький мальчик, но в голосе была не по-детски страшная горечь, — и эта же кровь на Ваших руках, дядя и тетя, ведь вы воспитали чудовище! — после этих слов мальчик ушел, оставляя после себя тишину, которую можно было резать.

Конец интерлюдии

Именно после этого разговора все семейство Дурсль обходило его стороной. Одному было страшно, другим было неловко. Всем троим снились кошмары, и частенько я слышал скулеж из комнаты Дадли. Он этого заслужил. В данный момент я лежал на своей раскладушке и пытался понять, как правильно выполнить огненный шар. Мысли были и стоило провести опыт, но, честно признаться, боялся. Мало ли. Также на следующий день я заметил, что восстановленные каналы слегка утолщились и стали пропускать больше энергии. Видимо нагрузка нужна, она помогает развиваться, но нужен и контроль. Еще через пару дней началась эпопея с письмами, но Дурсли, находясь в шоке от поступка сына, сразу отдали письмо.