Твое лицо в осколках иллюзий

— Завтра на площади в то же время? — с легкой улыбкой спросил Квентин, закрывая за собой обшарпанную дверь мрачноватого бара и глядя в бездонные, завораживающие карие глаза Питера. — Хорошо, мистер Бэк, — Паркер улыбнулся своей лучистой, почти детской улыбкой и слегка покраснел, сделавшись вдруг похожим на растрепанного котенка. Впрочем, через пару минут он уже исчез из виду, оказавшись на крыше одного из маленьких домиков. Квентин еще несколько мгновений стоял возле бара, глядя ему вслед, а потом направился к гостинице, в которой остановился на время своего пребывания в Праге. Бэк шел по темной, тихой, тускло освещенной улице, сжимая в ладони футляр с заветными очками, наследием самого Тони Старка и подарком Паучка, знаком его безграничного доверия. Питер явно не был готов к огромной ответственности, которая упала бы на плечи нового Железного Человека, и Квентин был счастлив избавить паренька от этой ноши, оградить от увечий и потерь, от разочарований и принятий судьбоносных решений. Бэк вдруг понял, что готов прижать к груди небольшую, аккуратную коробочку, которую еще только несколько минут назад держал на ладони Питер — вопреки здравому смыслу, он был влюблен, как пятнадцатилетний подросток. Бордовый бархатный плащ Квентина с едва заметным шелестом касался каменистой дороги, негромко звенел при ходьбе зеленый с золотом доспех, созданный на его планете. Жертва крушения собственного мира, едва выживший и нашедший приют на Земле, Квентин решил незамедлительно стать одним из защитников своего нового дома. «Элементалы», атаковавшие планету, были чем-то чужеродным для этой части Галактики, их присутствие порождало некое излучение, которое новоявленный Мистерио мог различить — таким образом ему удавалось постоянно отслеживать передвижение этих существ и предсказывать точки их нападений. Но последний из элементалов был повержен несколько часов назад, эта битва окончилась, Питер был в безопасности, а значит, у Квентина было время передохнуть и подготовиться к завтрашнему свиданию. Мистерио вышел на безлюдную улицу — он, конечно, мог летать, но этим вечером ему почему-то захотелось пройтись пешком, насладиться ночной тишиной и безмолвием окраин города. Впереди показалась опустевшая дорога — машин не было, лишь единственный светофор у обочины ритмично мигал ярким желтым светом. Квентин вышел на проезжую часть, сделал несколько шагов и вдруг что-то массивное врезалось в него с левой стороны, острая, ломающая кости боль пронзила все его существо, Мистерио отшвырнуло прочь силой невидимого удара и в следующую секунду он провалился в небытие. -…делать? — Держи прицел, — Квентин едва мог различить смысл слов, не понимал, звучат ли они взаправду, или отдаются только в его собственной голове, тяжелой и гудящей. От левого плеча растекалась яркая, нестерпимая боль, захлестывавшая сознание, собственное тело казалось окаменевшим и каким-то чужеродным. Открыв глаза, Мистерио не смог разглядеть ничего, кроме неясных очертаний стен помещения и человеческих фигур, но через несколько секунд зрение прояснилось, и он сумел наконец увидеть пол темной комнатушки, в которой он сидел, и понять, что он… Привязан к стулу. — Ни с места! — раздался вскрик, Квентин поднял взгляд и вдруг увидел напротив себя Питера, также обездвиженного, бледного и взъерошенного, со свежим, кровоточащим порезом на щеке. Незнакомый мужчина приставил к его виску пистолет — Квентин почувствовал, как его сердце сковывает страх, и невольно задержал дыхание, опасаясь любым движением спровоцировать выстрел. — Мистер Бэк… — прошептал Человек-Паук, не решаясь пошевелиться, он дрожал, в прекрасных темных глазах стояли слезы. Квентину до боли хотелось его приободрить, сказать, что они сумеют выбраться, что все будет хорошо, он попытался что-то прохрипеть… — Передай мне управление ЭДИТ, — раздался голос, негромкий и обманчиво-мягкий, — Или я прикажу стрелять. Квентин встретился взглядом с высоким мужчиной, чуть схожим с ним самим по телосложению — тот с легкой, хищной улыбкой надел на него темные очки. Питер всхлипнул, чуть заметно вздрогнул, и Квентину на мгновение показалось, что он уже слышит грохот рокового выстрела. — Кто ты такой? — прохрипел Мистерио, не решаясь использовать свою силу и освободиться, он не мог даже задействовать протоколы ЭДИТ, чтобы спасти их обоих. — Мы вас ждать не станем, мистер Бэк, — отвечал незнакомец. На стеклах очков одна за другой побежали строчки, информация — перед Квентином стоял бывший сотрудник Старк Индастриз, Альфред Браун, в его личном деле был описан некий проект, МОРГ, но прочитать разъяснения Мистерио не успел. — У вас десять секунд, — произнес мужчина. — ЭДИТ, — торопливо начал Бэк, глядя прямо в глаза застывшему напротив него отчаявшемуся подростку. — Да, Квентин, — отозвалась ИИ своим мягким, мелодичным голосом. — Передаю управление тобой Альфреду Брауну, — произнес Мистерио, глядя на похитителя исподлобья. Он расквитается с ним при первой же возможности, освободит Питера и вернет ЭДИТ, но сейчас… Он вынужден был выполнить условие, предать доверие мальчика, чтобы сохранить ему жизнь. — Необходимо подтверждение. — Подтверждаю. В комнате воцарилось напряженное молчание после того, как Альфред сорвал с носа Бэка очки. — Освободи парня немедленно, — прохрипел Квентин, вдруг с новой силой ощутив боль в плече и согнувшись под ее тяжестью. — О, мистер Бэк, — снисходительно улыбнулся ему похититель, — Боюсь, все не то, чем кажется. И в ту самую секунду, когда он это сказал, стены вдруг начали таять, растворяться, оставляя после себя лишь призрачное голубое сияние, которое исчезало еще быстрее… Через несколько мгновений Паучка в комнате больше не было. — Стреляй! — крикнул Альфред, Квентин наконец позволил себе выпустить из ладоней столпы зеленого пламени, когда прогремел выстрел. Видимо, Мистерио сумел задеть противника, так как рука стрелка дрогнула, и пуля угодила Бэку в бедро — боль ослепила и оглушила его, и он снова потерял сознание. На следующий день Альфред Браун, идеальная копия Квентина Бэка, встретился на площади с Человеком-Пауком в то время, пока изможденный оригинал медленно истекал кровью в лаборатории секретной базы бывших сотрудников Старк Индастриз. Питер сидел на краю крыши, провожая взглядом Мистерио, устроившего для него идеальное свидание — на душе было легко и радостно, и Паучок не боялся признаться самому себе в том, что влюбился в Квентина, в его глаза, улыбку, в его голос и теплые сильные руки… Рядом с этим мужчиной Паркер чувствовал себя в безопасности, рядом с ним парнишке было хорошо. Размышляя о Бэке и своих чувствах к нему, Питер неожиданно вспомнил историю о том, как его отец, Стив, рассказал о своих чувствах папе Тони. — Это было на горящем корабле, Стив признался мне после боя с Мандарином. Я был заражен Экстремисом, вирус сжигал реактор в моей груди, твой отец подумал, что нам не жить и решился все мне рассказать. — Жизнь коротка, Пит, не упусти своего человека, а то времени на признание тебе может уже не хватить, — сказал ему тогда Стив. Папы уже не было с ними, но Паркер почему-то верил, что Тони одобрил бы его выбор. Паучок чувствовал, что Квентин был тем самым человеком, и упускать своего шанса не хотел — завтра наутро Квентин уже должен был прибыть в Берлин по поручению директора Фьюри. — Я признаюсь ему, — прошептал Питер и сорвался с крыши, догоняя удаляющегося Мистерио и ощущая, как чувства переполняют его грудь. Ему удалось заметить, как Квентин пересек улицу, озираясь по сторонам, и зашел в какое-то заведение, напомнившее Паркеру вчерашний бар. Питер спустился с крыши, вошел в здание следом за Мистерио и сразу увидел его в дальнем углу в компании двоих незнакомцев — эти трое рассматривали некие устройства, передавая их друг другу и что-то горячо обсуждая. Кроме них посетителей в баре практически не было. Человек-Паук не решался приблизиться к Бэку и прервать разговор, но и уходить ему не хотелось — он осторожно, не привлекая к себе внимания, любовался Квентином, пытаясь запечатлеть в памяти его образ. Наконец Мистерио и его собеседники, все так же тихо переговариваясь, покинули бар, а Питер вдруг заметил оставленное на столике устройство, одно из тех, что обсуждал с кем-то Квентин. Он подобрал механизм, выбежал на улицу и уже собирался было снова догонять ушедшего Бэка, когда вдруг… Прямо над его головой из ниоткуда возникло нечто пепельно-серое, огромное существо, схожее с Элементалами, оно простирало огромные, бесплотные руки и заходилось беззвучным воем… Вдруг оно растворилось в воздухе, замерцало с короткой вибрацией и появилось вновь. И вдруг Питер понял — голограмма. Всего лишь проекция. Неужели Мистерио.? Квентин ведь был таким надежным, добрым, отзывчивым, всегда пытался понять… Неужели все было лишь игрой? Или… Просто прикрытием, чтобы втереться в доверие? Чтобы заполучить ЭДИТ? Питер закрыл глаза, пытаясь сдержать слезы. Он верил Бэку, надеялся, что тот сумеет приглушить его боль от потери папы, заполнить образовавшуюся в его мире пустоту… Паркер мечтал о настоящей любви, о которой так часто рассказывали ему родители. Но Квентин обманул его. Дышать получалось с трудом, горечь сдавливала грудь, хотелось упасть ничком на серые камни мостовой и тихонько плакать. Но Человек-Паук понимал, что не имеет на это права. Он был обязан вернуть ЭДИТ, остановить предателя, не допустить дальнейших преступлений… Никто не видел, как Питер задумчиво посмотрел в темную воду бегущей под мостом реки, прежде чем выпустить из запястья серебристую нить паутины и взлететь на крышу очередного здания.