Мой Командир

      Я помню, как ты предала меня. Я помню, как непоколебимы были твои глаза, когда ты бросила нас у горы Везер, оставив на прощание это отвратительное: «Может, мы встретимся снова». Да, для того, чтобы я тебя, наконец, убила. К черту твой народ, к черту твою мудрость и их уважение — ты не стоишь ничего из того, за что тебя так сильно любят. Ты — пуста, мертва и жестока; в тебе нет места для понимания и верности. Я думала, что есть, но ошибалась. Больше никогда...       Помню, как я хотела прикончить Тебя, как во всех смертных и жестоких грехах я винила Тебя. Только легче не становилось. И когда лезвие моего ножа почти вошло в твою мягкую плоть — такую беззащитную, на удивление, — я думала, что мои страдания закончатся. Но я ощутила запах крови, этот стальной привкус тут же появился у меня на языке, когда лишь немного надавила, и меня бросило в дрожь. Легче не станет.       Я взревела, отбросив кинжал в сторону, и упала на колени, не в силах больше держаться.       Я винила во всех смертных грехах тебя, но виновата была сама.

***

      Теперь ты моя Командующая. Мой Командир. Моя Хеда.       Я не знаю, в какой момент свернула не туда (а, может, и наоборот ступила на верный путь). Я лишь знаю точно, что не позволю тебе умереть. Я видела, как ты дралась, как стальное и безжалостное орудие сверкало рядом с твоим изумительно-прекрасным лицом, и была не в силах держать злость в узде. Мне приходилось впиваться грязными ногтями в подушечки ладоней, чтобы умерить свой гнев, почувствовать боль, отвлечься.       Ты выиграла тот бой, а Ледяная Королева пала. На секунду повисло молчание, моя рука дрогнула и автоматически схватилась за рукоятку спрятанного пистолета. Я буду драться за тебя, если ледяной народ, застывший в толпе, развяжет войну за своего правителя.       Но вместо этого раздался победный клич. Кто-то с задних рядов низким, но отчетливым голосом крикнул: «Хеда». Кто-то повторил, кто-то продолжил. Место битвы заполнилось вдохновленным кличем. — Хеда. Хеда. Хеда.       Ты стояла, приоткрыв рот, с уголка которого текла кровь. Я увидела кончик языка, которым ты слизнула каплю. Под тобой лежал сосланный за проступки мужчина; теперь — Король Ледяного Народа. — Да здравствует Король!       Твой мощный голос раздался поверх остальных, и люди загудели сильнее. Ты протянула окровавленную руку новому другу, чтобы помочь подняться.       Ты милосердна. Великодушна. Чертовски красива.       Почему я хотела убить тебя?

***

— Моя Командующая, — я обратилась к Ней, аккуратно стуча в дверь. — Входи, Кларк.       Только она может произнести мое имя так. — Лекса, я... — я прошла внутрь и обнаружила Командующую, стоящей на балконе. Ее тяжелый плащ немного колебался от сильного ветра, а волосы разлетались по спине, украшая и без того могучую спину великого Командира.       Она повернулась ко мне, прервав свое единение с вечерним Полисом. Я потерялась в ее глазах тут же. Как можно обладать глазами зелеными, но такими холодными и беспристрастными?       Что же ты делаешь с людьми. Что же ты делаешь со мной... — Да, Кларк, что тебя беспокоит? — она вошла внутрь, и волосы, ранее податливые ветру, тут же легли смиренно на плечи.       Пожалуйста, не так близко. Я ведь не смогу...       Но она, как назло, приблизилась, сократив расстояние между нами до метра. Этого мало, чтобы быть в порядке. Боже, нет, я не в порядке. — Мне нужно уехать. — Езжай.       Я ощутила укол разочарования, но покорно кивнула. По идее, диалог окончен, и я нехотя развернулась, чтобы покинуть покои, как мягкая рука ухватилась за мое плечо и остановила меня. — Да? — шепотом спросила я, силясь не отводить взгляда от ее пристального надзора. — Ты, надеюсь, понимаешь, что обратно дороги не будет, — Лекса отпустила меня и снова отошла, создавая дистанцию. Зачем ты так... — Я... предполагала, — я сжала губы, кивая несколько раз. — Хорошо. Значит, твое решение обдуманное, — что? Мне показалось, или под конец ее голос дрогнул? — Да, Лекса. Это так. — Я хотела сделать тебя своим личным помощником. Хранителем, которому дозволено больше, чем остальным.       Мое сердце сжалось. Она даже не подозревала, как мне хотелось этого «дозволенного»...       Я молчала. Она продолжила. — Но раз ты приняла решение, то пусть так и будет.       Я снова сжала губы, глаза предательски наполнялись слезами. — Надеюсь, мы встретимся снова, — ее голос снова дрогнул, и я развернулась, чтобы не видеть больше. Не чувствовать. Не думать.       Моя Командующая, как же ты мне дорога.       Дверь закрылась — я услышала щелчок после себя. Командующая не впустит к себе больше никого, хотя время еще не за ночь. Мое сердце снова сжалось.       Я вернулась в покои — меня ждала бессонная ночь.

***

      Рассветные лучи ударили в мои покрасневшие глаза. Я не видела, но ощущала их боль. Боль невыпакланных слез и разбитого вдребезги сердце. Я ощущала себя так, словно с потолка, вместо оседающей пыли, в меня впиваются скопления льдинок. Они проникали под кожу, раздирая ее, и таяли где-то внутри, с каждым разом все сильнее бросая меня в дрожь.       Нужно собираться. Я должна быть в Аркадии. Со своими людьми.       Я встала — голова кружилась, тело ломило, а ноги не слушались. Скорее, от бессонной ночи, нежели от боли в сердце; все же, я привыкла терять людей. Лекса хотя бы жива.       Вспомнился Финн. Наверное, после него я так ненавижу запах крови. Я помню, как легко шло лезвие, как тихо шептала я «Все хорошо, все хорошо... все хорошо». Он лишь один раз повторил «все хорошо», а затем замолк навсегда.       Спустя пару минут я уже проходила мимо тронного зала, но Лексы не было. Место пустовало, охраны не было. Неужели даже не выходила?       Меня одолели желание и прилив неслыханной смелости. Я решила подойти попрощаться. Когда оказалась рядом с массивными дверями в ее комнату, то охрана скрестила мечи, молча преграждая мне путь. За масками не видно было лиц, но я точно знала — там святая верность Командующей. — Прошу... — Командующая никого не принимает. — Я лишь хочу попрощаться, — в мольбе всхлипнула я, смотря в эти немигающие, темные, скрытые в тени глаза охраны. Да уж, Лексу иные и не будут защищать.       Я услышала голос. Мой любимый — строгий, холодный, как и кровь, с привкусом железа и разбитых в жестоких битвах мечей. — Впустите ее.       Охрана тут же расступилась. Я вошла внутрь.       Лекса лежала на кровати, смотря в потолок. Ее плащ расстилался, подобно покрывалу, защищая Командующую от... чего? Да не важно, просто защищая. Ее все в этом мире берегло — она особенная.       Я огляделась. В помещении стоял неприятный запах алкоголя. Я забеспокоилась. — Моя Командующая, — машинально поздоровалась я, но она даже не взглянула на меня, лишь легким взмахом руки позволила подойти ближе. Я не осмелилась сразу, медлила с секунду, но затем сделала несколько неуверенных шагов, — что с тобой? — Командующие не пьют что ли? — агрессивно встретила мой обеспокоенный вопрос Лекса, прикрыв глаза. Мне было нужно — как воздух, необходимо, — увидеть эти зеленые глаза в последний раз. Пускай я умирала под этим взглядом, пускай была готова убивать за этот взгляд, пускай. Но она по-прежнему лежала почти без движения. — Явно не так, мне кажется, — как можно мягче обратилась я. — Я Командующая, я в состоянии решить, как мне пить и чьи советы слушать, девчонка, — строго отозвалась Лекса без капли сочувствия и понимания.       Она снова стала жестокой. Беспощадной. Снова готова была бросить меня умирать под завалами горы Везер. По крайней мере, мне так казалось. — Лекса, позволь... — Хватит. Я в порядке. Ясно тебе? О великая Бекка, зачем я перед тобой оправдываюсь, — Лекса наконец поднялась и села — слишком резко, чтобы сразу удержать равновесие. Но она смогла. Она ведь Командующая.       Я осмотрела ее озабоченным взглядом, надеясь не найти признаков отравления или каких-то других травм.       Командир встала, но я успела заметить, как ее слегка шатнуло обратно. Еле сдержала порыв поймать, но Лекса так быстро справилась, что этого не потребовалось. — Что ты хочешь... Кларк, — теперь она произнесла мое имя иначе. Без чувств. Без эмоций. Точнее, их и раньше особо не было, но сейчас... это выглядело так, словно мы и действительно все это затеяли ради своих людей. Может, я все придумала, как обычно, и для Командующей ничего не значу? — Ты слышала, Лекса, — пытаясь сохранить свою былую интонацию нежности и спокойствия, ответила я, — я уезжаю прямо сейчас. Хотела попрощаться. — Я уже вчера с тобой попрощалась. — М... Ладно, — покорно ответила я, не в силах перечить Командующей. Несмотря на то, что ее глаза были открыты, они не смотрели на меня. Больше не смотрели, — позволь хоть мне сказать тебе что-нибудь. — Я не уверена, что это имеет смысл. Что ты хочешь сказать мне? — она наконец взглянула на меня, и я заметила застывшие на на кончиках ресниц слезы. Они блестели в свете бегающих по комнате огоньков. — Ты была добра ко мне все это время. И я безмерно благодарна за кров над головой, за то, что слушала меня, и за то, что готова была сохранить моему народу жизнь. То, когда мы остались одни, ты подошла и опустилась...       Она все еще смотрела на меня, и мой голос дрогнул. — ... на колени. Я не забуду ничего. — Кларк, — она убрала руки за спину и выпрямилась. Я ощутила ее величие. Ее силу. Она подошла ко мне, — знаешь, что ты должна запомнить после меня? — Что? — Любовь — это слабость, Кларк.       Ее взгляд был невыносимо суров. Изо рта потянуло спиртом. А еще... кровью?       Я снова опустила взгляд на ее тело и отметила перемотанную руку. Кажется, со времен битвы прошло достаточно времени, чтобы рана зажила. Да и ткань лежала выше... — Лекса... — она заметила взгляд и одернула руку, как от ненавистного огня, — Лекса, молю тебя, не закрывайся.       Она отошла и повернулась спиной ко мне, намекая, что разговор окончен. Она убрала руку к себе, чтобы я не видела. Но я не отступлю — больше нет.       Я подошла ближе и упала на колени, подняв глаза к шее Лексы. Было бы неуважительно пропускать такой жест — Командующая это знала, потому нехотя развернулась. Наши взгляды встретились. Если раньше я отводила взор, не в силах сдерживать ее зеленые огоньки в глазах, то сейчас смотрела в упор, не мигая. — Я прошу тебя, я умоляю тебя не закрываться.       Лекса молчала, но я заметила, как напряглись ее скулы. Она сдерживала слезы, которые я уже была не в силах таить в себе. Но она сильная. Она — Командующая. — Какой смысл в том, чтобы рассказать тебе все, если ты все равно уедешь, Кларк? — шепотом спросила Хеда. — В том, чтобы остаться честной с собой. Со мной. — Я во всем отдаю себе отчет, Кларк, — она была непреклонна, — мне не свойственно бежать от того, что есть во мне. Что сделала я. Что почувствовала я. — Так будь честна со мной. Я разве не заслужила? Позволь хотя бы руку осмотреть... — я потянулась дрожащими ладонями к Лексе, но та отступила, резко отрицательно обрывая любой физический контакт. — Езжай, Кларк. Ты нужна своему народу.       Она не могла уступить.       Я не могла остаться.

***

      Я сидела на крыше одной из башен, сооруженной из хлама бывших станций Ковчега. Меня прикрывала огромная металлическая пластина, поэтому мало кто интересовался причиной моего нахождения здесь. Холод заставлял мышцы напрягаться, снег оседал на плечи и ворошил воспоминания о тех маленьких льдинках под кожей.       Может, в душе у Лексы тоже зима.       Прошло полгода. Земляне жили по своим законам — в мире, спокойствии и справедливости. Лекса позаботилась о всех них. О великая, мудрая и сильная Командующая, как же мне тебя не хватает.       Периодически, выезжая к границе клана, я встречала патрули; они уже привыкли к моему присутствию и не обращали внимания. Лишь некоторые — по старой привычке — приветственно кивали головой.       Однажды, снова оказавшись на границе на лошади, одолженной у Октавии, я особенно долго задержалась здесь.       Может, мы нечто большее, чем забота о своем народе? Может, наша жизнь это нечто большее, чем просто выживание?       Когда мимо прошел один из отрядов, я намеренно пересекла границу. Они обратили внимание и остановили лошадей. Двое воинов направились в мою сторону, прикладывая руку к оружию. Я тут же подняла ладони, показывая свою безопасность. Воины успокоились и остановились в ожидании, когда я подойду. — Отведите меня к Командующей. — Вам нет пути в Полис, Кларк. Только если ради сотрудничества или всеобщего собрания. Мы вынуждены будем остановить, если предпримите попытки проникнуть без согласия Командующей.       Я сжала губы — почему так больно? Чего я вообще ожидала, выбирая между своими людьми и Лексой.       Я погубила то, что было единственно важно. И не представляла, как вернуть все обратно.       Среди своих людей я перестала ощущать себя своей. Не потому, что так отчаянно была влюблена в великую Командующую; и не потому, что имела страсть к драматизации. А потому, что душа рвалась к другой жизни. Я привыкла к Ковчегу, к его порядкам, привыкла к Беллами, маме и милейшему Кейну; и мне это так наскучило... — Тогда я буду находиться здесь, пока не умру или не попаду к Командующей. Я допустила ошибку. Я должна ее исправить.       Я уверенно сползла с лошади и ударила ее со всей дури в бок, чтобы та рванула обратно домой. Если и погибать, то только мне. Я не заберу больше ни одной жизни.       Воины неуверенно переглянулись. Затем раздался смешок, и они, махнув на меня рукой, уехали. Спустя секунд 30 скрылись их силуэты, потом их перестало быть слышно. Действительно уехали.       Я огляделась. Идти против воли целого народа и командира было рискованно — я больше чем уверена, что она приказала убить меня, если я окажусь слишком близко к Полису. Ты, Лекса, могла так поступить. Но я заслужила.       Уже к ночи стало ощутимо холодно. Еще через пару часов я перестала ощущать ноги, хотя старалась постоянно двигать ими, чтобы не заледенеть насмерть. Ближе к полуночи мимо проехал еще один патруль — надеюсь, они обо всем увиденном докладывают Лексе.       Уже к утру я отрубилась, хотя понимала, что нельзя. Если усну, то умру прямо здесь; но еще слишком рано. Я должна продержаться больше. Мое тело сможет.       По полудню я сидела у дерева, прижавшись к нему спиной. В глазах все двоилось — нет, троилось, — поэтому я не смогла сосчитать, сколько патрулирующих было на этот раз. Я ощущала голод и сводящий с ума холод.       Патрульные уехали. Надеюсь, расскажут...       Мои глаза закрывались, я не была в силах держаться. Ладно, посплю пять минуточек... стоило мне прикрыть веки, как я больно врезалась головой об камень на земле. Пробудило. Уже была ночь второго дня. Я выдержу.       Ночью я, как могла, грелась об одежду, но она практически не спасала. Я дула горячим воздухом на руки, но от этого становилось лишь хуже, поэтому прекратила. Ладони все были красными, местами трескалась кожа и просачивались капли крови.       Спустя несколько минут я снова рухнула на землю, но уже без сознания. Может, оно и к лучшему...       Я услышала грохот подбегающих лошадей. Разговор на непонятном мне языке. Хруст снега под ногами. Кто-то приближался... или уходил? Я ощутила, как меня толкнули; под головой тут же очутилось что-то мягкое — отдавало кожей и жженой шерстью... потом меня будто подняли. Может, чудится?

***

      Я снова потеряла сознание. Проснулась лишь от сильного толчка, когда ехала на лошади. Лежала на коленях у кого-то, руки были перевязаны и перекинуты через шею сидящего на лошади человека. Я пыталась открыть глаза, чтобы разглядеть лицо. Ощутила прикосновение длинных волос на лице, а затем тихое «спи, Кларк».       Это была Лекса. — Моя Командующая... — еле слышимом шепотом произнесла я и снова провалилась куда-то. Было так тепло и мягко.       Я снова проснулась, но уже была в окружении стен. Не думала, что буду так рада побыть взаперти. Я попыталась подвигаться, но тут же обнаружила, что мои руки привязаны к краям кровати. Зачем?       Перед глазами все вело из стороны из стороны, пространство вокруг казалось мутным и неразборчивым. Я силилась сконцентрироваться, но все так болело, жгло и сжималось, что я вновь закрыла глаза.       Услышала, как открылись двери. Еле уловимый стук каблуков. Кто-то сел на кровать рядом, и я снова попыталась посмотреть. Темное неразборчивое пятно очутилось рядом со мной — я разобрала, что точно человек. — Кларк... — выдохнул гость, и уже по голосу я узнала все, что мне было нужно. — Моя Командующая... — прохрипела я, не особо понимая, мой ли это голос.       Ее руки коснулись моего лица, но ощутила я это как жжение от огня. Инстинктивно сморщилась от боли, но Лекса не дрогнула. — Ты потеряла рассудок. Я разочарована. — Сейчас мне только этого не хватало... — ища последние силы в себе, ответила я. — Зачем ты поступила так? Ты могла убить себя. Хотя, на самом деле, прошло всего два дня; я надеялась, ты сильнее, девчонка.       Мне не показалось? Она смеется надо мной? — Мне нужно было встретиться с тобой. — Хуже способа не придумаешь, — обреченно сказала Лекса и встала, направляясь к выходу. — Зато я добилась цели. А цель всегда оправдывает средство, Лекса, — из последних сил сказала я прежде, чем снова уснуть.

***

      Уже ничего не болело. Но я по-прежнему была привязана. Лекса снова пришла. — Почему я связана? — Потому что ты моя пленница. Твоему народу придется заплатить за твое нарушение правил. — И что ты сделаешь... — Не твоего ума дело, — усмехнулась Командующая. В ее глазах играли странные огни. Я не узнавала Лексу. — Я рада тебя видеть, Командующая, — и все-таки, она прекрасна. Без вариантов.       Кажется, ее рука сжалась, она впилась взглядом в мои глаза и смотрела так секунд 15, не мигая. — Правда рада, — продолжила я, — прости меня за то, что нарушила правило. Я потревожила тебя и твой покой, и это крайне эгоистично с моей стороны. Я просто знаю, что не должна была уходить. Лекса, я... — Тихо... — она приложила палец к моим губам и, кажется, слегка улыбнулась. Ее взгляд смягчился, — в одном ты права точно. Уходить не стоило, Кларк. — Не стоило... — я снова повторила это, мотая головой из стороны в сторону, — позволь задать вопрос? — Разве что один. — Должность Хранителя еще свободна?       Кажется, Лекса опешила от такого заявления. Она резко отодвинулась и отвела взгляд. Что, я опять все испортила, да? Пожалуйста, только не это... я так не хочу, чтобы она снова ушла. — Тебе нужно будет серьезно постараться, чтобы заслужить ее. Мои люди знают о том, что ты нарушила указ, и они не будут довольны моим решением. — Я не подведу, Командующая. Не подведу.       Лекса коротко кивнула и развязала руки. Я почувствовала облегчение. Кровь снова начала нормально поступать в затекшие конечности. — Завтра утром тренировка. Приведи себя в порядок. Ночью я приду к тебе. — Ночью? Зачем? — Узнаешь, — Командующая строго и холодно смотрела на меня еще несколько секунд, а затем молча вышла, оставив меня в тишине.       Что ждет меня ночью?

***

      Я надела легкое бежевое платье в пол, лежавшее на соседнем диване; наверное, Лекса поэтому его оставила, иначе зачем? Волнение одолевало меня — я не могла представить, что именно она от меня ждала сейчас. Чего хотела... что я должна была ей...       Время шло к ночи: и чем темнее становилось небо, чем ярче горели звезды, тем сильнее стучало мое сердце. Я была рада оказаться рядом с ней — снова, даже несмотря на все, что мне грозит.       Лекса зашла, предварительно постучавшись, но все же не дожидаясь ответа. Ее приход — это не вопрос, а приказ, это решение, которое ты не имеешь права оспорить. Она была одета также в легкое платье, только черного цвета. У ключиц ткань просвечивала, я тут же обратила внимание на этот участок, не в силах отвести взгляда.       Сейчас Лекса была похожа на обычную девушку — просто из элитных слоев общества. Но все же, стоило ей взглянуть в мои глаза, как я ощутила все те чувства, что испытывала ранее... страх, любовь, неловкость и смущение. Гордость. Уважение. Почет.       Командующая была великой, это не оспорить. Никому. А если кто и захочет, то я оспорю его право на жизнь. Уверяю. — Кларк, — Лекса коротко кивнула, приблизившись ко мне. Ее волосы, как обычно, послушно лежали на левом плече. — Моя Командующая, — я слегка поклонилась, отрывая взгляд лишь на секунду. Мне не хватало ее.       Стоило мне подняться, как Командующая оказалась совсем близко. Ее правая рука лежала на моей щеке и гладила пальцами кожу. Она бегала глазами по моему лицу, словно что-то искала. — Лекса?       Она резко посмотрела мне в глаза, заставляя молчать. Я повиновалась. Как иначе? — Ты очень своенравная, Кларк. Знаешь, что придется служить мне всегда, безоговорочно, бескомпромиссно? Только мне. Всегда, — она особенно выделила последнее словно, будто бы намекая на то, что я снова решу уйти. — Я и так служу тебе... — шепотом ответила я. — Что? — кажется, Командующая была удивлена. — Ты разве не заметила? Я вернулась, рискуя собственными людьми, рискуя собой, чтобы увидеть тебя. И я не хочу вешать ярлыки доблести и отваги на свою голову — мне нужно было не это. Ты нужна была, — я замолкла, — моя Командующая. Мой Командир. Моя Хеда.       Лекса подняла голову, смотря на меня свысока не мигающим взглядом. — Ты разве не видишь, как я млею от одного твоего взгляда? Мне кажется, люди готовы служить тебе исключительно из-за него. Ты особенная. — А говорят, что я тебя превозношу слишком высоко. — Что? — Ничего, глупышка, — было странно слышать подобное от Лексы.       Еще страннее было ощутить ее поцелуй на губах. Сладкий, теплый и властный. Она захватила меня полностью — и начала прямо с сердца. Она была везде. В моей прогнившей от грехов душе, в моей забытой о чести голове, в моих избитых руках и фибрах кожи. Везде.       Я растворялась в ней, а она этого и хотела. Когда Командующая отстранилась, мне невольно захотелось потянуться обратно, чтобы не терять эту связующую нить, но она положила руку мне на сердце, тем самым останавливая. Ее взгляд сохранял тот же холод, на губах завис легкий намек на усмешку. — Вот ты во всем и созналась, Ванхеда. — Моя Командующая... — не веря себе, своим ушам и любым другим органам чувств, отреагировала я. — Только ты произносишь это обращение по-особенному. Именно поэтому ты нужна мне в качестве Хранителя. Мне нужен рядом человек, который будет видеть меня на престоле даже если меня с него свергнут. Ты будешь служить не власти, Кларк; ты будешь служить мне. — А поцелуй... это все игра? — Любовь — это слабость, — прошептала Лекса и снова ушла, оставив меня ни с чем. Вот я была счастлива, а вот снова разбита.       Что ждет меня впереди? Неизвестно.       Но я хоть на край света пойду за моей Командующей.