Гармония крайностей

Было утро. Гарри понял это по безумно яркому свету в комнате. Юноша тихо застонал от боли в голове, решив, что не стоило так много пить на вечеринке "восьмикурсников", как любили говорить гриффиндорцы. Праздник решили устроить Дин и Симус, в честь начала зимних каникул. Гарри убил Волдеморта восемнадцать* месяцев назад, как раз перед своим 24 днем рождения. Он вместе со многими своими однокурсниками боролся бок о бок против Пожирателей и Лорда, и после победы они решили закончить обучение в Хогвартсе. Даже слизеринцы продолжили учебу, за исключением Драко Малфоя, которого, после смерти Дамблдора девять лет назад, никто не видел, и Дафны Гринграсс с Теодором Ноттом, которые боролись на стороне Волдеморта. Оба подростка были в Азкабане на пожизненном заключении. Во время войны погибло много магов: Снейп, Захария Смит, Чо Чанг, близнецы Патил, Блейз Забини, Фред Уизли, Джастин Финч-Флечли и бесчисленное множество других волшебников. Внезапно Гарри почувствовал, как вокруг его талии обвилась рука, и теплое тело прижалось к нему со спины. Ухмыльнувшись, Поттер понял, что провел ночь куда веселее, чем думал! Джинни, как это ни странно, поддержала юношу, когда тот рассказал друзьям правду о своей ориентации. Возможно, причина была в том, что Невилл относился к ней как к принцессе и безумно романтично признался в любви. Мисс Уизли, как и любой девушке, очень понравилось быть в центре внимания. Гарри же был благодарен ей за поддержку. Поттер вжался в тело сзади и почувствовал, как возбужденный член потерся о его ягодицы. Руки на талии напряглись, и около правого уха раздалось: – Доброе утро. Не узнав голос, Гарри застыл. Голос был глубоким и чувственным, и не напоминал ни о ком, кто был на вечеринке. Если подумать, Поттер вообще не мог вспомнить большую часть прошедшей ночи. – Доброе, – ответил Гарри. Его партнер стал целовать шею и посасывать ухо. Гарри не мог не застонать и прижался попкой к члену сзади. Юноша был сонным и собирался насладиться происходящим, даже если он и не помнил, с кем делит постель. Голос спросил: – Ммм, ты думаешь, у нас есть время? – Я никуда не спешу, – хихикнул Гарри. Его собственный член быстро наливался кровью, и объятия этого незнакомца были самым приятным и уютным, что случалось с ним за последнее время. Парень, посасывающий мочку Гарриного уха, спросил: – Дети еще спят? Эта фраза очень удивила Гарри. Он с трудом представлял того, кто мог бы назвать 25-летних оболтусов «детьми». – Мне плевать, чем они занимаются. –Ты быстро изменишь свое мнение, когда они проснутся и зайдут к нам в комнату в самый неподходящий момент. Кем же был его партнер? Гарри уже собирался повернуться к нему лицом, когда тот еще сильнее прижался к нему членом, и Поттера перестало интересовать что-либо кроме тепла тела и ласк. – Ты вставал из-за ребенка этой ночью? Я не слышал плача, – спросил голос, не прекращая ласкать Гарри. Парень оказался настолько хорош в этом, что брюнет не то, что ответить на вопрос не смог. Он его даже не услышал. Парень стал гладить задницу Поттера и пробормотал: – Ох, это так хорошо. – Ммм, – согласно простонал Гарри, когда его тело стало буквально гореть от наслаждения. Гарри казалось, что он не кончал уже целую вечность, судя по тому, как быстро он шел к разрядке. Но это было странно, ведь, если они оказались в одной постели, они наверняка переспали после вечеринки. – Тише! – прошептал голос. Парень прекратил ласкать Гарри и спросил: – Хочешь перевернуться и подготовить меня, или продолжим так…? – Продолжай! – выдохнул Гарри, не уверенный, что сможет сделать что-либо в таком состоянии. Спиной юноша почувствовал приглушенный смех его партнера. – Ну, тогда тише! Я не хочу разбудить детей! Голос уже второй раз упоминал детей. Эта фраза заинтересовала Гарри, даже не смотря на то, что он задыхался от желания и страсти. Поэтому Поттер повернулся, и застыл, увидев светлые волосы и серебристые глаза, подернутые дымкой наслаждения. – Мал… Малфой? – спросил Гарри. – Поттер! – застонал блондин и закрыл глаза, перекатившись на спину. – Передумал? Тогда подготовь меня, быстрее. Не думаю, что смогу долго продержаться. Гарри шокировано уставился на парня в его постели. Что, Мерлина ради, происходило? Где они? Беглый осмотр показал, что они не в Гриффиндорской Башне, и даже не в слизеринских подземельях. Драко застонал и соблазнительно выгнулся. – Давай уже, Гарри. Возьми мою палочку, она на столике. Гарри подскочил на кровати и прижал к себе подушку, в тщетной попытке прикрыться. – Малфой! – завопил парень. – Что тут творится? Драко сел и зашипел. – Заткнись, Гарри! Ты же не хочешь, чтобы проснулся… – тут послышался громкий вопль, – …ребенок. – Ребенок? – закричал Поттер. Но Малфой не обратил на него внимания. Он оделся и подошел к какой-то связке розовых одеял. – Шшш, Цисси, шшш, – услышал Гарри. Поттер пораженно уставился на блондина. – Цисси? – в ступоре произнес Гарри. – Только не начинай сначала, Поттер, – ответил Драко. – Давай не будем опять ругаться. Ты знал, что я именно так собираюсь назвать нашу дочь. В конце концов, имена мальчикам выбирал ты! У Гарри банально отвалилась челюсть. Что тут происходило, Мерлина ради?! – Малфой, ты вообще о чем? – Ты назвал мальчиков, Гарри, – вздохнул Драко. – Я думал, мы все решили. Когда мы женились, ты сказал, что я смогу выбрать имя для того ребенка, которого рожу. Гарри ошалело покачал головой. – Стоп! Какие дети? Малфой, ты что несешь? У меня нет детей! Что вообще происходит! – Что ты имеешь в виду, спрашивая «что происходит»? Ты разбудил своими воплями Цисси, и если ты не успокоишься, то проснуться еще и Квентин с Сириусом, и наше тихое утро закончится, так и не начавшись, – сердито сказал Драко. Но все, что Гарри заметил, это имя Сириус. – Сири здесь? – В своей комнате, я надеюсь, – сказал Драко. Блондин бросил на Гарри вопросительный взгляд и попытался вручить кричащий ворох розовых одеял. – Успокойся, Гарри. Возьми Цисси, а я пока пойду сделаю чай. Вопящий сверток оказался в руках Поттера, прежде чем у него оказалась возможность сбежать. Малфой же, подхватив одежду, выскочил из комнаты. Гарри посмотрел на маленький розовый сверточек и с удивлением увидел в нем красивую, белокурую девочку с искривленным личиком. Малышка была удивительно симпатичной, и после пары минут воркования успокоилась. – Ты и в правду моя? – Конечно, глупый, – заявил Драко, входя в комнату с двумя чашками чая и бутылочкой чего-то, очень похожего на молоко. – Чья же еще? Гарри подскочил, отнес малышку в ее кроватку и вернулся к Малфою. – Что тут, дементор тебя побери, творится? Драко откинулся на кровати и снял одежду, отвлекая внимание Гарри. – Вернись в кровать, Гарри. Цисси будет спать следующие пару часов, а мальчики еще спят, – блондин похлопал по кровати рядом с собой. – Вернись в кровать и закончи то, что начал. – Малфой, что с тобой, почему я здесь, что мы творим и какие такие «наши дети»?! – истерично спросил Гарри. Он облокотился на стену напротив Драко. – Да, что с тобой, Поттер? Я здесь, потому что это моя спальня. Ты не говорил, что хочешь спать в одиночку! – прошипел Драко с сузившимися глазами. – И если ты еще помнишь, у нас три ребенка, двоих из которых родил ты, а третья спит с нами. – Нет, нет, нет, – запаниковал Гарри. – Я не понимаю, что происходит, Малфой, но это не смешно. – Что не смешно? – раздраженно спросил Малфой. Гарри практически заорал. – Это! Это глупая шутка! Я не знаю, чей это ребенок, но не мой точно, – Гарри бегло осмотрел комнату в поисках одежды. – Дай мне одеться, и я уйду. Но шутка глупая. Ха, ха. Ты меня подловил. Драко встал с кровати и подошел к Поттеру. Гарри все еще продолжал отчаянно искать одежду, поэтому вздрогнул, когда Малфой обнял его со спины. – В чем дело, Гарри? Ты меня пугаешь. – Почему ты называешь меня «Гарри»? С чего ты взял, что тебе такое позволено? – спросил Гарри. Поттер продолжил искать одежду, заглянув даже под кровать и в туалет. Драко пересек комнату и открыл потайную дверь. – Вот, Гарри. Надень брюки, и я отвечу на любой твой вопрос. Гарри быстро подобрал брюки, которые оказались абсолютно в пору, и надел рубашку, прежде чем сесть на кровати. – Где мы? – спросил Гарри. Дракон взглянул на него удивленно. – Дома. – У кого? – У нас. – У меня нет другого дома, кроме Хогвартса. Драко начал истерично смеяться, но прекратил, увидев взгляд Гарри. Малфой пополз к брюнету, но тот спрыгнул с кровати и стал мерить комнату шагами. – Это – наш дом. – Это что, какой-то идиотский розыгрыш? – Почему ты снова и снова спрашиваешь это? – расстроено спросил Драко. – Потому что я тебя уже девять лет не видел! Вчера я был на вечеринке в гостиной Гриффиндора, и хотя напился я знатно, тот факт, что я отец троих детей я как-нибудь запомнил бы. Драко пораженно сидел на кровати. – Что значит, не видел меня? Мы вместе уже 14 лет! – Мы не вместе, – истерично ответил Гарри. – Дай я разберусь. Последнее, что ты помнишь – это вечеринка в Хогвартсе? – Да. Были каникулы, и мы с Роном решили… ну, как бы отпраздновать. И… больше ничего я не помню. – То есть, если ты ничего другого не помнишь, значит, ты не помнишь, что я сделал на твой день рождения в том году? – О чем ты? – смущенно спросил Гарри. – Ни о чем, – ответил Драко. Гарри не мог не заметить, что Драко выглядел словно кот, которого не отругали за вылаканную сметану. – Так, ты помнишь Уизли, но не меня? – раздраженно заметил Малфой. – Малфой, поверь, тебя я тоже помню. – Хорошо, Гарри. Успокойся, и мы со всем справимся. Итак, ты был на вечеринке и…? Гарри растеряно взлохматил волосы. – Пил, ел, веселился… Не знаю точно, Малфой! Но проснулся я уже здесь. – Так, мне нужно очень много чая, если мы собираемся продолжить этот разговор. А еще, почему бы не позвать Уизли, раз уж он последний, кого ты помнишь? – Драко встал и направился вроде бы в ванную. Но вместо этого открыл какую-то потайную дверь. Это оказался гардероб с более чем приличной одеждой. Блондин стал раздеваться, и Поттер смущенно отвернул дверь. – Моргана тебя побери, Гарри, ты уже видел меня голым. Я ласкал твой член, ты… – разозлился Драко, но тут открылась дверь, и в комнату вошел маленький белокурый мальчик. Гарри запаниковал, когда ребенок подошел к нему со словами: – Папа, я голоден. Малфой прекратил одеваться и стал заинтересованно смотреть на Поттера. – Гм … я… гм…я не… – Все в порядке, маленький. Просто папа чувствует себя не очень хорошо, Квентин, – вмешался Драко. – Я сделаю завтрак. Спустись вниз и посмотри телевизор, а мы скоро будем. Квентин перевел взгляд с одного папы на другого и вышел из комнаты. Малфой быстро пересек комнату и приложил палец к губам Гарри. – Даже если ты и не помнишь его, я не позволю тебе расстроить его подобными высказываниями. – Я не знаю, кто он, Малфой. Я не знаю, где я. Я не знаю, что происходит, – Гарри думал, что его жизнь больше не будет такой сумасшедшей, после того как он победил Волдеморта. – Я понимаю… Правда понимаю это, – ответил Драко, отворачиваясь, чтобы закончить переодевание. – Давай все же позовем Уизли? После того, как Драко закончит одеваться, он, подхватив радио-няню, направился к выходу из комнаты. – У тебя есть радио-няня? Разве это не обязанности эльфа? Малфой яростно ответил: – Ты не позволил мне завести домового эльфа! Маги спустились по лестнице, и Гарри остановился у подножия лестницы из-за того, что маленький мальчик, предположительно его сын, сидел на расстоянии каких-то пяти футов. Квентин повернулся и улыбнулся ему, и Поттер не смог не улыбнуться в ответ. Драко схватил Гарри за руку и потянул его на кухню. – Завари еще чаю, пока я попытаюсь пригласить Уизли. Как чай делать ты хотя бы помнишь? – Гррр, Малфой! – произнес брюнет, хватая чайник. – Чай заваривать я умею. – Я – Драко, Гарри. Тебе стоит называть меня «Драко» перед детьми, иначе ты сильно смутишь их. Гарри застыл. – Хорошо… Драко, – Поттер начал заваривать чай, и совершенно не удивился, когда голос его лучшего друга оказался очень заспанным. Гарри не мог поверить тому, с какой надеждой он ждал Рона. Драко вызвал не только Рона, но Гарри не заметил появления гостей, отвлеченный появлением другого мальчика, который был немного старше, чем Квентин. – Сириус, – удивленно произнес Гарри. У ребенка были темные непослушные волосы, и Гарри не мог не заметить, что они совсем такие же, как были у него в таком возрасте. – Папа, – сказал Сириус и обнял Поттера. – Приготовишь мне завтрак из хлопьев? – Конечно, – ответил Гарри так, словно подобное утро для него – само собой разумеющаяся вещь. – Если ты… хм… знаешь, где они. Гарри был полон благоговейного страха перед своим старшим сыном, когда он услышал разговор Драко, Рона и еще кого-то. Сириус отвлекся от приготовления хлопьев: – Придет дядя Рон? А он возьмет с собой Эдварда? Гарри обернулся за помощью к Драко, когда тот встал с колен и отряхнул одежду от сажи. – Не в этот раз. Дядя Рон должен помочь мне и твоему папе. Отнеси, пожалуйста, хлопья Квентину. – Хорошо, – ответил Сириус и вышел из комнаты, странно посмотрев на Гарри. Не имея опыта в семейных делах геев, Гарри спросил: – Хм… эээ… а как они называют тебя? – Что ты имеешь в виду? – спросил Драко. Гарри сглотнул. – Они называют меня… папой… А как они называют тебя? – Тоже папа. – «Тоже папа»?** Драко рассмеялся. – Да, нет. Папа. Просто папа. – О, – смущенно сказал Гарри. Он повернулся к камину как раз в тот момент, когда из него появилась женщина, похожая на Гермиону. Она была старше, чем ее помнил Гарри, но при этом все же оставалась удивительно похожей на его лучшую подругу. Драко улыбнулся и поприветствовал гостей. – Привет, Гермиона. Надеюсь, Адам не против, что я так рано вызвал вас. – Ничего страшного! – сказал Гермиона. – Привет, Гарри! Думаю, ты меня помнишь. Так? – Я помню вас всех, – рассеянно ответил Гарри. – Я только не помню, как оказался здесь. – Или твои отношения с Драко, – добавила Гермиона, кивая на блондина. Гарри нахмурился. – Ну, и это тоже. Огонь в камине снова вспыхнул, и из него появился Рон. – Эй, друг! Каково это не знать, кто я такой, а? – Рон, – вмешалась Гермиона. – Он не помнит только, как оказался здесь. – А еще он не помнит меня. И детей, – грустно добавил Драко. – Ах, как он посмел тебя забыть, – ухмыльнулся Рон. – Уизли, тупой чурбан, заткнись! – засмеялся Драко. Гарри удивленно уставился на них. – С каких это пор они так хорошо общаются? Гермиона внимательно посмотрела на Гарри и спросила: – Что именно ты помнишь? – Мы устроили вечеринку в гостиной Гриффиндора. Дин и Симус устроили праздник по просьбе Рона. Я довольно сильно напился, пошел спать и… проснулся уже здесь. Сначала, я решил, что просто переспал с кем-то, но… – Сколько тебе лет, Гарри? – спросил Рон. – Что значит, сколько? Нам всем по 25. Драко тихо присвистнул. – Ну, это определенно объясняет, почему он не помнит детей. – Или ваших отношений, – добавил Рон. – В чем деле? Сколько вам лет, тогда? – спросил Гарри у Драко. – Истинный джентельмен никогда не назовет свой возраст, – важно ответил Драко, наливая всем чай. Рон засмеялся и сказал: – Ох, уж этот павлин. В этом году ему будет 40. – Нам всем 40 лет? – недоверчиво спросил Гарри. – Ну, мне почти 41. А в общем, - да, нам по 40, Гарри. Маги расселись вокруг стола и стали медленно пить чай. Тут Рон встрепенулся и сказал: – Слушай, я, кажется, помню, о чем ты говоришь. Это было на наш восьмой год в Хогвартсе, да? Мы тогда в хлам напились, а потом… –Рон, – вмешалась Гермиона. – Больше ни слова! Мы не знаем, как и почему Гарри оказался здесь. Но мы точно знаем, что это происшествие имеет какой-то значение. – Погоди! Что ты помнишь? – спросил Гарри. – Может, это поможет мне вернуться. – Нет, – ответила Гермиона. – Ты ничего не узнаешь, пока мы не поймем, как тебе вернуться. Пойми, это просто напросто опасно – знать будущее. Гарри прислушался к ее словам. А потом он вспомнил комментарий Драко, когда прибыла Гермиона. – А кто такой Адам? Твой сын? Все засмеялись от такого вопроса. – Нет. Он мой муж. – Ты не замужем за Роном? Кто такой Адам? Что вообще произошло? – Нет, Гарри, мы с Роном не женаты. И… Ну, если тебе все еще 25 – то мы пока не встретили Адама, – дипломатично ответила Гермиона. – Ох. Рон повернулся к Драко. – Он уже виделся с мальчиками? – Ага. И Цисси тоже. Рон рассмеялся. – Ну, и как все прошло? Он спорил с тобой по поводу ее имени? – Как ты догадался? – спросил Гарри, чувствуя себя, словно герой глупого розыгрыша. – Ты не сильно изменился, Гарри. Я знаю тебя, я знаю, как ты ответил Драко в первый раз, когда он озвучил свой выбор имени. – Обидно, – пробормотал Гарри. Гермиона нахмурилась и спросила: – Что именно? – Тот факт, что все вокруг знают обо мне больше, чем я сам, – сказал Гарри, вставая и подходя к двери. Оттуда он мог видеть мальчиков, хихикающих на чем-то смешным в телевизоре. Драко – единственный, кто последовал за ним. – Эй, – сказал блондин и обнял Гарри за талию. Поттер тут же подскочил. – Что? – обиженно спросил Драко. – Не трогай меня, – спокойно попросил Гарри. Драко удивленно посмотрел на него. – Почему? – Ты не знаешь меня, Малфой. Гермиона вмешалась в разговор: – Гарри. Я знаю, ты не понимаешь, как оказался здесь, но Драко просто пытается помочь. – Ты защищаешь его? – недоверчиво спросил Поттер. – Гарри, пойми, – вздохнул Рон. – Мы просто пытаемся тебе помочь. В том числе и Драко. Он знает тебя лучше, чем кто-либо из нас… – Он не знает меня! – зло ответил Гарри. – Ради Мерлина, Рон! Мы жили в одной комнате почти 15 лет! – Друг, я уже не жил с тобой в одном доме столько же. Пойми же. Гарри нахмурился. – То есть, я здесь одинок. Никто из вас не знает меня. Ну, или по крайней мере, не помнит каким я был. А я… Я совсем не знаю вас. – Пожалуйста, Гарри. Не говори так. У тебя есть дети, и я, и твои друзья. Мы все хотим помочь тебе. Поттер грустно покачал головой и уставился на пол. Гермиона расстроено закрыла глаза и сказала: – Ну, мне надо идти домой. Адам скоро будет уходить на работу, и его надо накормить завтраком. – Ты серьезно? Ты заставляешь его завтракать? – спросил Гарри. – Это так… – Она словно какая-то прилежная домохозяйка? – продолжил Драко, с трудом скрывая улыбку. – Я знаю. Это стало шоком для всех нас. Гермиона рассмеялась и сказала: – Ой, перестань! – Ты разве сегодня свободна? – спросил Драко. – Мне казалось, что Министерство никогда не закрывается. – Нет, – ответила Гермиона, предостерегающе смотря на Гарри. – Просто я не работаю с утра. Гарри от удивления широко открыл рот. – Ты работаешь в министерстве? Что ты там делаешь? – Она… – Молчи, Рон. Молчите, пока мы не поймем, с чем мы имеем дело, – уверенно сказал Гермиона. – На самом деле, не смейте никому ничего рассказывать. Особенно это касается детей. Повернувшись к Рону, Гарри спросил: – Это будет для меня слишком, если окажется, что ты – владелец Пушек? Рон тут же покраснел. – Ты...? Тебе принадлежат Пушки Педдл? – удивленно спросил Гарри. – Нет! – вмешался Драко. – Не совсем. Гарри почувствовал себя еще более одиноким. Он не знал, где он был, как он здесь оказался, а его друзья разговаривали о каких-то странных и невероятных вещах. – Гермиона, Гарри не надо идти на работу до следующего понедельника. Ты сможешь задержать его дома на больший срок? Может, что-то вроде каникул или отпуска? – тихо спросил Драко. Женщина кивнула. – Я надеюсь, к этому времени мы разберемся с ситуацией. Но если что, я позабочусь об этом. Гарри резко повернулся к своей подруге. – Что ты имеешь в виду, говоря: «Я позабочусь об этом». Кем я работаю? – Не переживай, – ответили все трое в один голос. Гарри нахмурился, но попытался успокоиться. Драко ушел в гостиную, чтобы Сириус и Квентин попрощались с гостями. Мальчики с удовольствием послушались отца. Когда Рон уходил, он сказал: – Расслабься, друг. Я уверен, что со временем мы со всем разберемся. А пока просто наслаждайся общением с детьми. Они такие милые. – О работе я позабочусь, – сказала Гермиона, крепко его обнимая. – Даже не вздумай переживать. Гарри нахмурился. – Если бы я еще знал, о чем именно мне не надо переживать. После этого оба его друга ушли с обещанием вернуться на следующий день, а Сириус и Квентин отправились снова смотреть телевизор. На кухне остались только Гарри и Драко, которые неуверенно уставились друг на друга. – Итак, я… – начал Драко. – Может, мы перекусим? Пожалуйста? – одновременно с Малфоем сказал Гарри. Блондин замолчал и посмотрел на Поттера. – Тебе не надо просить, Гарри. Это и твой дом тоже. Брюнет кивнул и ответил: – Да. Просто мне надо привыкнуть к этому. – Еда – в холодильнике и шкафчиках. Угощайся. А я пойду в душ, – сказал Драко и расстроено направился на второй этаж. Его совершенно не обрадовал разговор его любимого с друзьями. Гарри просмотрел все шкафчики и холодильник, но, в конце концов, остановил свой выбор на яйцах и фруктах. Когда Поттер приготовил еду, он увидел, как мальчики, его мальчики, играют во Взрывающиеся Карты. Это зрелище отозвалось теплом в груди, хотя Гарри этого решительно не понимал – он совершенно не знал этих детей. И все же, один уже факт, что у них было с кем играть, делал Гарри счастливым. Закончив еду, Поттер сложил посуду в раковину и решил пойти принять душ. Гарри ожидал увидеть Драко, сидящего с ребенком или заканчивающего одеваться. Но, когда брюнет вошел в комнату, она оказалась пустой. Проверив, что Цисси продолжает спать, Поттер направился в душ, но остановился у двери, как вкопанный, услышав стон. Очень долгое время Гарри жил в одной комнате с другими парнями, поэтому он прекрасно понял причину этого стона. Его тут же скрутило желание, и он вспомнил, как близок был к разрядке утром, когда мир еще не перевернулся с ног на голову. Гарри хотел было уже уйти, но, снова услышав стон, аккуратно подкрался к двери и приоткрыл ее. – Ради Мерлина, это же Малфой, – подумал Гарри. – Что, Салазар меня раздери, я делаю? И все же желание посмотреть на Драко пересилило все доводы разума. Вдруг всплыли воспоминания о навязчивых мыслях шестого года обучения. Гарри даже сказать не мог, сколько раз его дразнила Джинни тем, что, судя по его поведению, Драко, наверняка, безумно привлекает его. Дуэли между ними двоими стали легендарными для их одноклассников. И теперь, Гарри точно знал, что это того стоило. Заглянув в дверной проем, Гарри увидел отражение Драко в огромном зеркале. Малфой был мокрым, раскрасневшимся и в пене. Шрамы-напоминания от Сектусемпры были хорошо видны, как и несколько других, но все внимание Гарри было привлечено к размеренно двигающейся руке на возбужденном члене. Драко ритмично двигал бедрами, и его член то исчезал, то появлялся в кулаке. Блондин громко и страстно стонал. Второй рукой он гладил себя по груди и щипал соски. Звуки его стонов и хныканья заполнили комнату, и Гарри почувствовал, как затвердел его собственный член. Ласкающий себя Драко Малфой оказался самым эротичным зрелищем, которое Поттер когда-либо видел. – Проклятье, – подумал Гарри. Он расстегнул рубашку и брюки и стал гладить себя. Безумно возбуждаясь от прекрасного зрелища перед собой и отчаянно злясь на самого себя за того, что наслаждается происходящим, Гарри быстро подошел почти к краю. Он заворожено уставился на собственный член, исчезающий в кулаке, когда услышал особенно громкий стон. Гарри оглянулся и увидел, что Драко собирается кончить. – Гарри! – простонал Малфой. – Мерлин, да! Быстрее, Гарри… Пожалуйста! Громко выкрикнутое имя, теплый и мокрый душ, очень привлекательный мужчина… Все это было слишком – Гарри задыхаясь кончил себе на рубашку, смотря, как Драко справляется с последними судорогами оргазма. Швырнув рубашку на пол, брюнет выскочил из комнаты, на ходу застегивая брюки. Оказавшись на кухне, Гарри смущенно остановился. Он даже не представлял, как объяснить Драко, откуда взялась его рубашка в ванной комнате. Когда паника грозила выйти из-под контроля, в комнату зашел Квентин: – Папа, куда ты дел моего малыша***? Гарри от удивления даже прикусил язык. – Я не… мастурбировал! Но Квентин продолжил, не слушая отца: – Я хочу своего малыша! Сириус зашел на кухню, чтобы положить в грязную посуду в раковину. – Его постирали, Квентин. Оно в прачечной. Мальчик радостно подпрыгнул и пробежал через гостиную к неприметной двери в углу. Гарри последовал за ним, и увидел, как Квентин вытягивает странное одеяло из кучи полотенец, наволочек и различной одежды. Когда ребенок вышел, Гарри вытащил одну из рубашек и с радостью оделся. Вскоре на лестнице появился Драко. Поттер спокойно вышел из прачечной, но посмотреть в глаза Малфою так и не смог. А на безобидный вопрос блондина: «Почему на тебе другая рубашка?», – сбежал вверх по лестнице, чтобы принять душ.