Неизбежность

    Они сидели на скамейке в небольшом парке и смеялись. Если сказать, что вся жизнь пронеслась у них перед глазами, это не будет преувеличением: в тот момент, когда Адам предстал перед своим истинным отцом, единственным, на что полагались Азирафаэль и Кроули, было чудо. И оно свершилось, свершилось в лице рассыпавшегося в пепел Дьявола и одного уверенного в себе мальчика.      Потом наступило затишье, которое ясно дало понять, что их обоих ждёт ещё одно испытание, и на этот раз так просто с ним не справиться. Подумать только, ангел случайным образом поймал предсказание, которое и решило их дальнейшую судьбу. Тогда Кроули предложил ему остаться у него на ночь, так как книжный магазин беспощадно сгорел, а ночевать на улице не представлялось отличным решением.      И Азирафаэль согласился. Они лежали на одной кровати, слишком уставшие, чтобы разговаривать и вообще что-либо делать. Они смирились и просто ждали. Ангел уснул, а Кроули, вопреки просьбам Азирафаэля отоспаться, пытался расшифровать пророчество. И у него получилось. Как сказала Агнесса, они должны были выбрать облик с умом — и они его выбрали. И теперь оба смеялись над собственной дерзостью, наслаждаясь ранними лучами солнца.     — Вот и всё, ангел, — улыбнулся Кроули.     Азирафаэль смахнул слезу и вопросительно поднял бровь.     — Ну, больше никаких концов света, — продолжил демон, — и надоедливого начальства.     — Ты думаешь..     — Да, полагаю, они наконец оставят нас в покое. Хотя бы на некоторое время.     — Хорошо, — пробормотал ангел, — это хорошо.     Кроули раздумывал, что именно ему стоит сказать. Как он счастлив, что всё закончилось именно так и он сейчас жив, а главное: Азирафаэль рядом и с ним всё в порядке. Казалось бы, теперь можно было вздохнуть с облегчением и жить в своё удовольствие, только вот демона мучил один вопрос, который он не решался задать за все эти сумасшедшие дни.     — Азирафаэль, — он с трудом проглотил ком в горле.     — Да, Кроули?     Ангел улыбнулся, выжидая слова демона.     Кроули вздохнул, пытаясь не смотреть на него.     — Пойдём домой, а? — с надеждой спросил он.     — Куда? — Азирафаэль недоумевающе посмотрел на друга.     — Домой, ангел. Ко мне домой.     — Что? — сглотнул и опустил взгляд тот. — Зачем?     — Мне кажется, — тихо произнёс Кроули, — нам нужно поговорить.     — Тебе не кажется, — ангел грустно улыбнулся и встал со скамейки, — нам действительно нужно поговорить.     — Если что, я живу недалеко, так что-     — Пройдёмся, — перебил его Азирафаэль.     Кроули кивнул и поднялся вслед за ним.     Всю дорогу они шли молча. Каждый думал о чём-то своём: Азирафаэль, как ни странно, витал в облаках, вечно смотря по сторонам на людей, то ли наблюдал за ними, то ли просто пытался расслабиться; Кроули же ломал голову над тем, как ему стоит начать разговор и метался от одного варианта к другому. Он нервно покусывал губы и шёл немного спереди, чтобы ангел не мог увидеть его волнения (ещё бы, с чего это ему, демону, волноваться?).     Они не говорили о том, что произошло в монастыре. Кроули как-то пытался начать разговор, но в силу обстоятельств он так и не состоялся. Все были слишком заняты спасением мира и выяснять отношения в то время было, как минимум, неуместно.     Он молчал, и чем дальше, тем сложнее демону было обсуждать это, вплоть до того, что сейчас он просто боялся сказать хоть что-то. Он чувствовал необходимость этого разговора, но также он чувствовал огромный тяжёлый ком в горле, который он не мог проглотить. И если бы Кроули спросили, о чём он волнуется, он бы ответил “о непостижимом”, несмотря на то, что он ненавидел это слово. Если бы Азирафаэля спросили, что он чувствует, он бы, скорее всего, не ответил или посчитал бы это слишком личным. Он сдавливал свою боль где-то в глубине души и понимал, к чему может привести будущий разговор. “Прости, но я люблю тебя только как друга”. И он бы улыбнулся, сказал бы, что полностью на это согласен и что та вспышка эмоций в монастыре была абсолютно случайной.     Всё это время он поглядывал на Кроули, будто боялся, что тот убежит от ответственности за его поступок, и он не винил его. Ангел вёл себя естественно, даже слишком, и вряд ли любой, кто его видел мог сказать, что тот страдает от неразделённой любви. Он пытался себя переубедить, что не чувствует ничего, но все попытки таяли, как только Кроули переступал порог его книжной лавки. И сейчас он рассматривал прохожих, чтобы увести свои мысли куда подальше.     Впереди замелькал чёрный Бентли, единственный в этом городе, и Кроули невольно сглотнул.     Демон молча свернул в поворот и прошёл дальше к лестничной площадке. Он обернулся, чтобы убедиться, что Азирафаэль не потерялся, и поднялся на второй этаж. Ангел последовал за ним.     — Так вот где ты живёшь, — он улыбнулся, войдя в только что открытую квартиру. — Признаться, той ночью я не особо заметил, как мы сюда попали.     — Мы были пьяны, — Кроули закрыл за собой дверь, — естественно, ты не заметил.     Ангел вошёл в спальню и рассматривал интерьер, на который он не обратил внимания в первый раз. Квартира сначала показалась ему мрачной, но сейчас, в дневное время, здесь было довольно уютно. Или может быть, тогда он просто был напуган?     Азирафаэль присел на краешек кровати и зажмурил глаза.     Кроули подошёл к нему и взял со стола только что появившуюся бутылку вина.     — Тебе налить? — предложил он, держа в руке два бокала.     — Я, пожалуй-     — Налить, ангел, — перебил его демон, чтобы скрыть нарастающую панику, которая его окутала.     Он наполнил бокалы красной жидкостью и протянул один из них Азирафаэлю.     Тот молча взял у него с рук бокал и посмотрел на Кроули сквозь него.     — Кроули, наверное, я..     Он остановился, наблюдая как меняется лицо Кроули. Он выглядел растерянным и немного.. напуганным?     Азирафаэль напрягся и, очевидно, не заметил, как и сам начал дрожать.     — Я не знаю, Азирафаэль, —демон, очевидно, поддался своему волнению, напрочь забыв о своих вариантах разговора, — я не знаю, как начать.     Ангел не ответил ничего и просто ждал, пока тот выплеснет свои эмоции наружу.     Кроули двумя глотками осушил бокал и навис над Азирафаэлем.     — Я не успел. Я тогда не успел, ты простишь меня когда-нибудь?     — Я не понимаю, простить за что?     — Я растерялся, а потом пришла монашка, — будто бы не слыша продолжил Кроули, — пришла монашка, а потом нам нужно было остановить конец света. Я не хотел, чтобы так получилось. Не хотел, что бы ты подумал, будто мне всё равно.     Ангел сглотнул, наконец поняв, о чём речь. Он аккуратно усадил демона возле себя и сам отпил из бокала. Он не хотел пить, но сейчас он слишком сильно нервничал.     — Кроули, я не знаю, что на меня нашло.. Извини меня.     — Не извиняйся, — внезапно крикнул демон, — не смей извиняться за это!     Он снова наполнил себе бокал, игнорируя застывшего Азирафаэля, который пытался выдавить из себя хоть что-то.     — Я думал.. — ангел запнулся, — я полагал, что совершил глупость, и что мне не стоило..     — Заткнись, — подвыпивший демон забыл о страхе, который накатывал на него всё это время и теперь растворился под слоем алкоголя, — заткнись, или это сделаю я.     Кроули осушил ещё один бокал и как-то странно дёрнулся, заставив Азирафаэля забеспокоиться.     Ангел вздохнул и осторожно уложил его на кровать. Он списывал всё на то, что демон сейчас пьяный. Мысли путались в его голове, заставляя вспоминать случай в монастыре. Конечно, это не взаимно, глупо было полагаться на обратное. Он скривился от боли, которая мгновенно нахлынула на него.     — Прости, дорогой, это я виноват, — он не узнавал собственный голос. — Я не должен был этого-     Он не успел договорить, так как демон резко схватил его и потянул на себя.     Азирафаэль не заметил, как оказался лежащим на Кроули. От неожиданности он уронил бокал, и вино вылилось прямо на белый ковёр.     Ангел виновато проводил взглядом ярко-красное пятно.     — Ох, Кроули, я не хотел, я всё исправлю.     — Нет, это я всё исправлю, ангел, — демон обвил его руками, будто не хотел, чтобы тот вырвался.     И прежде чем Азирафаэль сделал бы хоть что-нибудь, Кроули потянулся к нему и неловко коснулся его губ.     Он боялся, что его ангел сейчас мог просто исчезнуть, и он крепче прижал его к себе. По его телу прошла дрожь, но он не двигался. Поняв, что Азирафаэль не отстранился, демон медленно захватил его губы, и они сомкнулись в нежном поцелуе. Кроули переполняло волнение, но на этот раз приятное и вязкое. Они целовались, и без всяких сомнений, Азирафаэль испытывал примерно то же, что и Кроули: неловкость, смущение и даже страх, но всё это сплеталось в трепетные и осторожные движения, и от этого они не были хуже, а наоборот — будто пена таяли во рту.     Им хотелось, чтобы эти несколько минут длились вечность. Но ангел вдруг провёл рукой по непослушным рыжим волосам и засмеялся демону в губы.     — Что-то случилось? — встрепенулся Кроули.     Азирафаэль улыбался, смотря ему в глаза. Он снова погладил волосы демона и прошептал: — Нет, дорогой, я просто счастлив.