Я. Спросил. Сколько. Можно. Чертов. Чон. Чонгук!

Джи Хан плелся до своего домика как можно медленнее, чтобы не нагнать Минхо, шедшего к своему неспешным прогулочным шагом. По стечению обстоятельств свободные домики, рассчитанные на одного человека, находились только у администрации, буквально в паре шагов от трехместного, где расположились Сокджин, Намджун и Минхо. Поэтому Джи Хан нехотя постоянно сталкивался с ними, и все бы ничего, но Джин был явно в полном восторге от нового знакомого – Намджуна, даже не скрывая своего расположения и, как следствие, проводя с ним все свободное время, забывая даже о Минхо. Так что с момента заселения именно с ним чаще всего сталкивался Джи Хан, а потому уже не раз всерьез подумывал переехать в домик Тэхена и Богома. Немного грубо нарушать чужое личное пространство, но лучше чем дергаться каждые пять минут. Кроме того, так было бы проще предотвратить всякие неожиданности, о которых они говорили с Тэхеном совсем недавно. - Долго еще ты будешь плестись следом? – прервал размышления Джи Хана Минхо, где-то на середине пути, оборачиваясь к До и вопросительно приподнимая брови. - Хожу, как хочу, тебя не касается, - привычно холодно и агрессивно ответил Джи Хан, догоняя Чхве и пытаясь вырваться вперед, но тот не позволил, хватая за локоть и заставляя посмотреть на себя. - Это становится смешно. Сначала устраиваешь истерику в клубе, и зажимаешь меня по углам аэропорта, а потом делаешь вид, что снова ненавидишь. Давно заразился от Тэхена шизофренией? – выгнув бровь, спросил он, так и не выпуская плечо Джи Хана из рук. - Шизофрения – болезнь не заразная, в твоем возрасте пора бы это знать, - как можно спокойней ответил До, хоть кожа зудела и горела там, где чувствовалось чужое прикосновение. Слишком давно это было в последний раз, слишком казалось неуместно и откровенно для их ситуации. - Хах, ну, выборочный слух ты явно подхватил от него, - усмехнулся Минхо, приближаясь сильнее и выдыхая в самое ухо, - Су Ен не врала, когда говорила, что ты был ужасно невнимательным супругом. - Просто отвали! – сразу же вспыхнул Джи Хан, пытаясь вырваться из хватки, и вперив взгляд в ближайшее дерево, так как смотреть на Минхо было просто невыносимо. - В чем дело? Я не прав? Или моя сестра была не достаточно хороша? Ты поэтому изменил ей? – с каждым вопросом тон Чхве менялся все больше, последние слова он едва ли не выплюнул, до боли сжимая руку Джи Хана. - Тебя это не касается! – предпринял еще одну попытку вырваться До, но Минхо не позволил, как-то по-садистски улыбаясь, а затем демонстративно отодвигаясь. - Конечно. Он в последний раз с силой сжал руку Джи Хана, явно оставляя там синяки от пальцев, а затем с презрением отбросил его руку. Джи Хан вмиг отступил от него, краем глаза наблюдая за скривившимся лицом Минхо, после чего тихо чертыхнулся и быстрым шагом направился к своему домику, наконец, вырываясь вперед. Минхо не пытался его догнать, но на удивление и не отставал, преследуя Джи Хана тихой тенью, словно они в фильме ужасов и Минхо – тот самый маньяк, охотящийся за жертвой. От этого и так зашкаливающее напряжение причиняло почти физическую боль, Джи Хан словно раненный зверь бежал от хищника, полностью осознавая свое жалкое положение, но не в силах перебороть внутренний страх. В относительной безопасности парень смог почувствовать себя лишь когда за ним захлопнулась дверь, но даже тогда тревожное чувство не покидало тело, заставляя мелко дрожать руки. Место прикосновения Минхо полыхало не то от боли, не то от странного восторга, медленно парализующего тело. У Джи Хана было состояние сродни истерике, настолько все внутри разрывалось от противоречий. Хотелось немедленно купить билет до Кореи, чтобы никогда больше не встретить Минхо, и в то же время ворваться в его домик, чтобы высказать все, что накопилось. Причем высказать хотелось также одновременно и то, как же сильно Джи Хан его ненавидит, и то, почему все с Су Ен вышло именно так, объяснить, что Джи Хан не виновен. Парень в бессилии откинулся на постель, закрывая глаза ладонями и тихо простонав. Голова буквально разрывалась, предположение о шизофрении уже не казалось таким бредовым. Хотелось просто лечь спать, и хотя бы на время забыть о том, как же непросто жить. После небольшой внутренней перепалки с совестью и дружескими связями, Джи Хан все же поддался слабости, скидывая с себя одежду и забираясь под одеяло, параллельно набирая Тэхену сообщение о плохом самочувствии. Каждая встреча с Минхо требовала от Джи Хана львиной доли эмоциональных сил, и сейчас их явно не хватало. Так что восстановиться сейчас было обычной необходимостью, так как отпуск все никак не хотел кончаться...

***

Ужин в ресторане прошел довольно сумбурно, совсем не так, как Джин изначально планировал. Джи Хан, Минхо и Тэхен с Богомом неожиданно слились в последний момент, а Еин в середине вечера стало плохо, и они с Чонгуком так же довольно быстро ретировались к себе в домик, оставляя довольно сомнительную компанию наедине. И нет, Джин никогда раньше не испытывал дискомфорта с этими людьми, просто они никогда и не собирались вместе таким вот составом. Хосок – вечный фитилек любого разговора сейчас как никогда старался вовлечь в разговор каждого, но получалось из рук вон плохо, Чимин категорически не хотел говорить, никак не реагируя на общие вопросы, и односложно отвечая на адресованные ему лично. Намджун тоже не помогал, очевидно, улавливая напряжение в воздухе и решая оставить это дело старым знакомым, так что общался исключительно с их официантом. Юнги единственный выглядел веселым и беззаботным, поддакивая Хосоку и поддерживая его во всех начинаниях, но от этого все становилось еще хуже, взгляд Чимина только все больше тускнел от взаимопонимания этих двоих. Сокджин сейчас действительно жалел о своем решение. Звать Хосока в эту поездку было необдуманно с его стороны, следовало признать. Он предполагал, что тот сможет захватить внимание Юнги, и как следствие, что Чимин немного приревнует, и оба они оставят Тэхена и Чонгука в покое, больше не вмешиваясь в их жизни, но и подумать не мог, что реакция у Чимина будет такой… - Пожалуй, пора спать, - наконец, сдался Хосок, демонстративно зевнув. - Да, - сейчас же согласно закивал Намджун, - Тем более все уже явно наелись. Лучше как следует отдохнуть перед завтрашней вечеринкой на пляже. - Хорошо, но наши планы на завтра ведь не поменялись? – вытирая губы салфеткой, уточнил Юнги, - Свободный день, правильно? - Да, думаю, все найдут чем заняться завтра, - подтвердил Сокджин, бросая короткий взгляд на Чимина и чувствуя, как в груди разрастается дыра сожаления, - Особенно вы, молодожены. Он и хотел сказать это игриво, перевести в шутку, но столкнулся с задумчивым взглядом Чимина и прикусил язык. Хосок тихо хмыкнул на это, первым поднимаясь изо стола и подзывая официанта, чтобы расплатиться. - Тогда до завтра, - уже выходя из ресторана, огласил Намджун, ярко улыбаясь Хосоку, Юнги и Чимину, и потянув Джина за руку в направление их домика. - До завтра! – за всех ответил ему Хосок и помахал на прощание рукой. Джин только плотно сжал губы, наблюдая за тем, как троица медленно двинулась в сторону пляжа. Хосок не отступал от Юнги ни на шаг, словно и не замечал этих коротких тревожных взглядов Чимина на них. Джин тяжело выдохнул, чувствуя, как на плечи ложится груз ответственности за это. - Жалеешь, что позвал его? – тихо спросил Намджун, замечая подавленное настроение старшего. - Немного. Хотя, думаю, я преждевременно переживаю… - пожал плечами Ким, пытаясь убедить скорее себя, нежели Намджуна. - Я тоже так думаю, - согласился младший, - Я пока не до конца во всем разобрался в вашей компании, но… Ты все сделал правильно, не кори себя. - Спасибо, Джунни~, - мягко улыбнулся в ответ Сокджин, хоть и не расслабляясь на все сто, но успокаиваясь, чувствуя чужую поддержку, - Будем надеяться, все сложится удачно… - Пойдем скорее в домик, Минхо уже по-любому изнывает там от одиночества, - сейчас же постарался перевести тему Намджун, замечая еще один короткий взгляд старшего в сторону пляжа. - Хах, да, скорее на помощь, - засмеялся Сокджин, невольно пододвигаясь к Намджуну чуточку ближе, - Кстати, знаешь, что будет, если съесть сырую утку?*

***

- Джи Хан, мать его! Открывай сейчас же! – орал Минхо уже через двадцать минут после возвращения всех из ресторана, бешено стуча по двери кулаками, и явственно чувствуя, как дверь близка к тому, чтобы слететь с петель. В домике было темно и тихо, но Минхо знал наверняка, что он не пуст, потому и не стеснялся в выражениях, подозревая, что Джи Хан не хочет говорить, и стараясь таким поведением спровоцировать его, не позволив сдержаться. - Значит, как прыгать по чужим койкам, так ты первый, а как отвечать – молчишь?! Или ты думал, что это сойдет тебе с рук?! Моя сестра тебя, идиота, любила, а ты так с ней поступил! Выходи, мразь! – не своим голосом орал Минхо, чувствуя, как по телу разливается волна адреналина. За дверью послышались поспешные тяжелые шаги, а затем щелчок двери. Минхо уже было открыл рот, чтобы разразиться новой тирадой, но не успел и вздохнуть, чувствуя сильную хватку на затылке, и уже в следующую секунду был прижат к внутренней стороне двери, захлопнувшейся на замок. - Как же ты мне надоел! – злобно выдохнул Джи Хан прямо в лицо Минхо, хватая парня за волосы и припечатав затылком к двери. Минхо скривился от боли, чувствуя дискомфорт от чужой близости и пытаясь разглядеть лицо напротив. Джи Хан был так зол, что даже не удосужился включить свет, так что сейчас находился в более выигрышном положение в отличие от Минхо, глаза которого все еще привыкали к темноте. - Какого черта ты орешь? Почему просто не оставишь меня в покое? – зло пробубнил Джи Хан, еще раз приложив Минхо об дверь и возмущенно смотря в самую глубину глаз напротив. Минхо снова промолчал, начиная различать цвета и предметы вокруг, и оглядываясь, а затем окидывая Джи Хана быстрым взглядом. - Чего ты молчишь? – нервы До явно сдавали, шепот медленно перешел в тихий крик. - Ты голый? – приподнял брови Минхо, игнорируя чужие вопросы. Уголки его губ на секунду дернулись вверх. - Чего? – в недоумении переспросил Джи Хан, ослабевая хватку и немного отступая, чем Минхо и воспользовался, с расстояния пробегаясь глазами по фигуре брюнета, и удовлетворенно хмыкнув своей догадке. Он оказался прав, Джи Хан был настолько зол, что не удосужился даже накинуть нижнее белье, стремясь скорее заткнуть Минхо. До под пристальным взглядом своего «гостя» как-то вмиг сжался, к горлу поднялся запоздалый стыд и дискомфорт. Еще бы, он догадывался, как выглядит со стороны сейчас, а если приплюсовать к этому его поведение несколько дней назад, то и вообще кажется, что все это его план по соблазнению Минхо! Кошмар. Минхо эту его заминку уловил, расплываясь в самодовольной улыбке и грубо толкая парня в грудь. Освободившись от чужой хватки, он сложил руки за спиной и чуть наклонив голову демонстративно зашагал вокруг Джи Хана, как в каких-то извращенных или тупых комедиях, придавая своему лицу максимально озабоченное выражение. - Зачем ты пришел? – сглатывая вязкий ком, наконец, подал голос Джи Хан, пытаясь хоть немного расслабиться и снова занять оборонительную позицию. Одеваться сейчас было бесполезно, ситуацию бы это уже не исправило, да и выглядело бы жалко со стороны. Кроме того, если абстрагироваться от того, что перед ним стоял его бывший, то это была не такая уж и смущающая ситуация, они же два парня, в конце концов. Чего там кто не видел? – Явно ведь не затем, чтобы поглазеть. Джи Хан бы похлопал себя по плечу, если бы мог, потому что голос его на последнем предложении не дрогнул, в интонации проскользнуло даже немного высокомерия, а это было явно тем, что нужно в подобной ситуации. - Ты не пришел на ужин? Почему? – плюнул на свою игру Минхо, наконец, отвечая на вопрос прямо. - Какая разница почему? – задал встречный вопрос Джи Хан, хмуря брови. С чего бы Минхо интересоваться подобным? - Раз не говоришь прямо, значит явно не из-за плохого самочувствия, как ты наплел Тэхену. Так почему? - Это мое дело, тебя не касается, - не захотел сдавать позиции Джи Хан. Да и что ему было делать? Не признаваться же, что не пошел на ужин он из-за Минхо. - А я думаю, меня как раз и касается. Напрямую. Джи Хан на секунду замер, затылком чувствуя чужой взгляд, ведь Минхо успел переместиться за спину До и сейчас явно пользовался темнотой, чтобы еще больше надавить на брюнета. - Ты можешь думать все, что хочешь. Ко мне ты пришел зачем? – постарался не показать волнения Джи Хан, поворачиваясь к Чхве и приподнимая брови. Равнодушие и спокойствие – вот залог успеха в борьбе с Минхо. Его, как и многих, безумно бесило отсутствие какой-либо реакции на свои слова. Так пусть побесится. Минхо издал какой-то нечленораздельный звук, опуская глаза и сжимая зубы и кулаки. Его длинная челка упала на глаза, скрывая выражение лица, но Джи Хан и так мог представить переполняющие Минхо эмоции. Впрочем, через секунду парень и сам сумел показать, что он чувствует. Чхве подался вперед неожиданно и резко, давя всей тяжестью тела и таки перебарывая сопротивление, прижал Джи Хана к двери и рвано выдохнул куда-то в шею. Тот не стал активно вырываться, любопытство было сильнее, ибо истинные эмоции Минхо показывал крайне редко, отчего становилось еще интереснее наблюдать за его сегодняшним поведением. Правда, Минхо, кажется, не собирался что-либо делать или показывать, блокируя выпады Джи Хана правой рукой. И только. Он просто стоял, прижав До к стене, и тяжело дышал, вероятно успокаивая нервы. Джи Хан улыбнулся на это, осознавая, что добился, чего хотел. Минхо был явно на пределе. И вот сейчас был хороший момент для какой-то моральной атаки, каверзного вопроса, который не только поставит Минхо на место, но возможно и приоткроет завесу его чувств, но Джи Хан почему-то тоже молчал. Напряжение от чужой близости потихоньку уступило чувству приятного волнения, мышцы тела и лица расслабились, а в голове воцарилось какое-то пугающее спокойствие. Минхо, почувствовав перемену в Джи Хане, вскинул глаза, едва ли не столкнувшись с ним носами и замирая в таком положение. До губ Джи Хана долетело его все еще неспокойное дыхание, а от взгляда черных глаз в животе начал затягиваться узел. Минхо же, снова не уловив сопротивления, приоткрыл губы и, словно завороженный, начал медленно приближаться к Джи Хану все ближе и ближе, пока первые искры от прикосновения губ к губам не ударили в голову. Джи Хан невольно задержал дыхание, так же приоткрывая губы и подаваясь немного вперед, ощущая чужую дрожь. Он не целовал Минхо, но и от простого соприкосновения губ крышу рвало не по-детски, особенно вкупе с флешбеками семилетней давности. Боже, как же давно они не были наедине. Как давно не позволяли себе такую малость, как прикосновения… Минхо шумно выдохнул, опуская голову и полностью расслабляя державшую Джи Хана руку. Теперь он не сколько держал его, сколько наоборот – опирался, искал поддержку в этом жесте, лбом упираясь в чужое плечо. Джи Хан медленно поднял опавшие ранее руки, едва касаясь чужого торса, и устраивая их куда-то в район плеч, тем самым мягко отстраняя Минхо, чуть наклоняя голову и стараясь заглянуть в глаза. - Так нельзя, - едва слышно зашептал тот, качая головой и опуская руки, - Моя сестра… - Прости меня, - низким басом прервал его Джи Хан, чувствуя, как горло перехватывает от такого уязвимого Минхо, - Я очень ценил твою сестру и не хотел причинять ей боль. Все что я делал было для того, чтобы она стала свободна. Минхо криво улыбнулся на это, до крови закусывая губы. - У меня больше нет сил тебя ненавидеть, - тихо пробормотал он, мягко беря одну из рук Джи Хана, лежащую на плече, в свою, и наклоняя голову еще сильнее, так, чтобы коснуться губами кончиков чужих пальцев. Сердце Джи Хана совершило кульбит, а ладони начали заметно потеть, он словно со стороны наблюдал за тем, как Минхо мягко и нежно перебирает его пальцы, а затем прижимается щекой к ладони, прикрывая глаза. - У меня тоже… - одними губами ответил он, наконец, начиная чувствовать руку и невесомо проводя большим пальцем по чужой щеке, на что Минхо слабо улыбнулся, приоткрывая глаза и задумчиво глядя прямо на Джи Хана. - Но так все еще нельзя. Если Су Ен узнает, то никогда не простит меня… - спустя паузу сказал он, облизывая губы. - Ты прав, - кивнул Джи Хан, вопреки своим словам снова мягко коснувшись лица Минхо, но теперь уже ребром ладони, одновременно с этим наклоняясь и оставляя на верхней губе невесомый поцелуй. Тот, внимательно наблюдающий за ним по началу, сейчас мог только еще раз слабо улыбнуться, подаваясь навстречу и оставляя ответный поцелуй на чужих губах. - Не могу поверить, что это правда происходит… Джи Хан понимающе улыбнулся, снова отстраняясь и задумчиво запуская свободную руку в чужие волосы, пропуская их сквозь пальцы. На несколько минут это занятие было, кажется, единственным, что хоть как-то волновало До. Минхо был не против этого. - Мы можем не говорить Су Ен, - выдал Джи Хан, наконец, - Никому не говорить. Минхо усмехнулся на его слова, поднимая глаза и сосредотачиваясь на глазах Джи Хана. - Думаешь? - Что мешает нам продолжать ненавидеть друг друга на публику? – с самым серьезным лицом спросил Джи Хан, - Все настолько к этому привыкли, что никогда не заметят разницы. Минхо только снова усмехнулся, тупя глаза куда-то вниз, а затем снова вскидывая на Джи Хана. - Может быть ты и прав. Взгляд Минхо молниеносно поменялся, но Джи Хан сначала даже и не понял причины. Только через несколько секунд раздумий он неожиданно вспомнил, что все это время оставался полностью нагим. Джи Хана вообще-то было очень сложно смутить, но сейчас почему-то он буквально чувствовал, как краснеют щеки. Минхо хитро улыбнулся на это, снова приближаясь и коротко целуя впадину над верхней губой. Джи Хан сморщил нос на это, впервые за вечер ярко улыбаясь и грозя пальцем. - Заканчивай эти свои… - Что? – якобы не понял его Минхо, озорно смотря в глаза и поднимая брови. Джи Хан тихо чертехнулся, и неожиданно резко и грубо оттолкнулся от стены, насильно смещая Минхо к кровати, и роняя на нее. Правда, вскоре навалился сверху, целуя в этот раз полноценно и напористо. Минхо фыркнул на это в поцелуе, уже совсем не мило выгибаясь в спине и обхватывая ногами туловище До, руками коротко очертив чужую фигуру и останавливаясь в районе ягодиц. Все его действия, несмотря на свой пошлый подтекст, были какими-то непривычно размеренными и изучающими, Минхо явно все еще не мог поверить в происходящее, с опаской и затаенным обожанием касаясь Джи Хана. Из-за этого сердцебиение и дыхание До пускалось вскач, он мог с трудом контролировать собственное тело, словно издалека наблюдая за всем происходящим. Минхо выглядел чуть увереннее, так что вскоре он перехватил инициативу, из-за чего Джи Хан тихо охнул в поцелуе, отстраняясь и немного сумасшедшее улыбаясь. Его руки скользнули под чужую футболку, через секунду он уже стянул ее с головы Минхо и откинул куда-то на пол, губами припадая сначала к шее, а затем и груди. Чхве только усмехнулся на это, подставляясь под чужие руки и губы, выгибаясь в спине и часто дыша, когда поцелуи были слишком приятными. Когда пальцы Джи Хана добрались до кромки чужих брюк, усмешка вмиг сползла с лица Минхо, он довольно резко перехватил руки Джи Хана у локтей и, разжав ноги, заставил Джи Хана перекатиться на спину, занимая теперь главенствующее положение. - Неужели ты думаешь, что спустя столько лет что-то поменялось? – с какой-то опасной улыбкой на губах, так низко, что по спине пошли мурашки, проговорил Минхо, - Я всегда сверху, Джи Хан, не забывая об этом.

***

- Ты не должен сидеть дома, только потому что я не могу пойти, - воскликнула Еин, да таким высоким голосом, что Чонгуку захотелось прикрыть уши руками. - Но я не хочу оставлять тебя! Ты не виновата, что в том ресторане подавали испорченные блюда, почему из-за них ты должна валяться тут в одиночку? – продолжил гнуть свое Чонгук. По его подсчетам, они спорили вот уже как двадцать минут, и аргументы были явно не на его стороне. - Но плохо стало только мне, хотя ели все! И вообще, может, дело совсем не в этом. Я же девочка, Чонгук, не забывай! У нас такое бывает! - Ага, конечно, и вспомнила ты о том, что девочка, только сейчас, до этого и мысли не было, что все поэтому! – запротестовал Чонгук, пытаясь заблокировать запрещенный прием. - Может, мне было стыдно признаваться! – без тени смущения на лице парировала Еин, - И вообще, не спорь со мной, ты должен провести этот день весело! – пригрозила кулачком девушка. - Но я бы провел его весело и здесь, - слабо воспротивился Чонгук, чувствуя, как сдает позиции все больше. - Выметайся я сказала, я хочу побыть одна! – подытожила спор Еин, пресекая все возможные аргументы, правда, совсем мягко, не зло. Чонгук побеждено вздохнул, опуская голову и поднимая руки. - Ладно, я прогуляюсь пару часов и заодно куплю тебе мороженое. А затем вернусь, и проваляюсь с тобой до вечера, задрав ноги к потолку! – заявил парень, спешно влезая в кроссовки. – Два часа! Время пошло! - Чтобы раньше пяти вечера не возвращался! – вслед ему прокричала девушка, показывая на прощание язык и смеясь с чертыханий Чонгука за захлопнувшейся дверью. Еин кинула косой взгляд в окно, но Чонгука там не увидела. Неудивительно, их окна выходят в противоположную от дорожки сторону, она сделала это скорее по привычке. Вместе с уходом Чонгука и боевой дух быстро покинул ее, на смену радости пришли сомнения. Она знала, что поступает неправильно, и эти мысли мучали ее на протяжении уже недели. Прилетать сюда снова было плохой идеей. Ей следовало остаться в Сеуле, как она и решила, улетая с Миконоса. И это только ее вина, что после того ночного смс Чонгука она не смогла сдержаться… Девушка откинулась на постели, внимательно изучая потолок. Как же сейчас было тоскливо и неприятно на душе. Она не хотела видеть всего этого, не должна была знать. И зачем только она вообще уговорила Чонгука на этот отпуск? Это ведь она настояла ехать, вероятно, надеялась, что все что было уже осталось в прошлом Чонгука, и этот отпуск убедит Чона в этом. Что ж, в таком случае, она просчиталась, и нет смысла винить кого-то в ее ошибке. В конечном итоге, только она виновата в том, что до сих пор продолжает находиться здесь. Виновата перед собой, потому что никогда прежде не позволяла кому-то поступать с собой так. Что было самым ужасным, Чонгук и не хотел с ней так поступать, он не был тем типичным мудаком из дорамы, которого не заботят чужие чувства. Он просто искренне не понимал, что делает и что чувствует в сложившихся обстоятельствах. А может Еин лишь хочется так думать? Может, она во всем ошиблась? Может Чонгук с самого начала знал, что так будет, и использовал Еин? В голове пронеслось воспоминание из самолета, где Чонгук и Еин уговорились вести себя как пара во время отпуска. Неужели он спланировал все заранее? А что если он с самого начала знал, что Еин захочет поехать и потому делал вид, что он лично в поездку не собирается? Потому что догадывался, что девушку это не остановит? Еин резко села на постели, косясь на входную дверь. В нее кто-то стучал. Девушка подождала пару секунд, убеждаясь, что это не Чонгук, у которого есть ключи, и нехотя поднялась с постели. Глазка или чего-то подобного тут конечно не было, а кричать не хотелось, поэтому она сразу же открыла дверь, хмурясь от яркого солнечного света. - Привет, - на пороге стоял Тэхен и улыбался во все тридцать два зуба, - Прости за беспокойство, я просто пришел проведать тебя. Чимин только сейчас сказал, что тебе стало плохо вчера… - Привет, - только и смогла выдать в ответ Еин, слишком удивленная внезапным приходом гостя. В ее голове тут же роем пчел зажжужали тысячи скрытых мотивов Тэхена, но не одно предположение пока не находило подтверждений, поэтому все, что могла сейчас девушка – стоять и хмуриться. - Ты, вероятно, удивлена, - улыбнулся на ее взгляд Тэхен, - Я знал, что так будет. Я понимаю, что ты сейчас обо мне думаешь. Это правильно, другого впечатления обо мне быть и не могло, я не обижаюсь на это... Девушка снова нахмурилась, уже было открывая рот, чтобы сказать, что она, в сущности, про Тэхена и его чувства думает крайне мало, и ей честно-то говоря все равно, обижается он или нет, но не успела, так как Тэхен поспешил продолжить. - В любом случае, я пришел не за этим. На самом деле, я пришел не с какой-то конкретной целью, - Тэхен замялся на пару секунд, подбирая нужны слова, - Просто искал повод остаться наедине. Хотел сказать, что мне жаль. - Жаль? – переспросила девушка, задумчиво склоняя голову. Неужели Тэхен пришел сказать, что ему жаль, что он забирает Чонгука? Неужели он настолько самоуверен? - Да, жаль. Мне очень стыдно за свое поведение на прошлой неделе. Ты… - Тэхен снова прервался, тяжело выдыхая, - Все не так, как может показаться. Я не имею никаких видов на твоего парня, - пояснил Тэхен, - У меня просто скверный характер, я не мог побороть его поначалу. Да и мне было непросто видеть Чонгука с кем-то другим, только поэтому я вел себя так, и сейчас очень жалею. Теперь я вижу, как вы близки, и как много ты для него значишь, поэтому мне бы хотелось… Точнее, я был бы счастлив, если бы ты не ждала подвоха. Его не будет, обещаю. - Подвоха? – снова переспросила Еин. На протяжении всего монолога Тэхена у нее было только одно желание: остановить этот цирк, но вежливость не позволяла ей открыто прервать парня. - Эм, возможно я некорректно выразился, но… - Тэхен, просто остановись, - пока Ким не разразился очередной бредовой тирадой, попросила она, - Это очень мило с твой стороны, но не пошел бы ты нафиг? – меняясь в лице, зло проговорила она, - Ты что, пришел сюда, чтобы сказать, что не собираешься забирать у меня Чонгука? Неужели ты думаешь, что он вещь, которую можно отдать или забрать? - Нет, ты все поняла не так… - начал было тот, кажется, действительно не имея ввиду что-то подобное, но Еин решила не обращать внимание на этот его взгляд и продолжила. - Я прекрасно знаю, какие у вас были отношения, Тэхен, поэтому мне понятна твоя позиция сейчас, но не думай, что за два эти года Чонгук остался прежним. То, как ты поступал с ним на протяжении всего этого времени просто ужасно, и не думай, что стоит тебе щелкнуть пальцами и все повторится! Он изменился. Теперь у него есть я, и я не позволю навредить ему! Ты понял? – распаляясь все больше, уже почти прокричала Еин Тэхену в лицо. Тот с каменным лицом выслушал всю ее тираду, а после, на удивление, только спокойно кивнул и почему-то улыбнулся. Затем протянул корзину фруктов, которая изначально была у него в руках, Еин, но та даже не взглянула на корзину, игнорируя чужой жест вежливости. Тогда Тэхен коротко усмехнулся и опустил корзину на пол около ее ног. - Выздоравливай, Еин, - только и сказал он после, поднимая на Еин внимательный взгляд, а затем, коротко кивнув, зашагал прочь от домика. Девушка не стала его останавливать, только тяжело выдохнула, чувствуя, как голова начинает немного кружиться после таких ярких эмоций. Все-таки она еще не совсем восстановилась после отравления, лучше как следует отдохнуть сегодня. Она покосилась на стоящую на крыльце корзину. Фрукты выглядели довольно аппетитно, но факт того, кто их принес, отталкивал сильнее, поэтому девушка скривила нос и закрыла дверь, так и не подняв их с пола. Через минуту она, правда, снова появилась на пороге, с силой пиная корзину, из-за чего все фрукты полетели по крыльцу и дорожке перед домиком, после чего смачно захлопнула дверь. Тэхен, все еще наблюдающий за домиком издалека, почему-то снова улыбнулся.

***

Эта тусовка была максимально в стиле Хосока, это признал даже король вечеринок – Сокджин. На самом деле, вряд ли кто-то из их компании ожидал, что «сходка местных талантов» окажется такой масштабной. Минхо не обманул, люди со всего побережья пожаловали на данное мероприятие, причем уровень их навыков был довольно высок. Основу составляли, конечно же, различные тайские исполнители, но среди толпы также нашлось несколько корейцев и даже два американца. Хосок был в полном восторге. Буквально через десять минут он познакомился с половиной выступающих, и заочно знал вторую половину со слов новых знакомых. Говорить приходилось в основном на английском, и когда Чон заходил в языковой тупик, то на помощь приходил Намджун, также сразу включившийся в процесс и явно наслаждающийся общением с новыми людьми. Сокджин наблюдал за ними со стороны, не скрывая некой обиды на то, что Намджун так скоро подружился с Хосоком и почти позабыл про самого старшего, но тут же отдергивал себя, вспоминая, что не имел никакого права так открыто ревновать своего знакомого. Недалеко от Сокджина расположился Минхо, который проторчав весь день и всю ночь непонятно где, сейчас светился как новогодняя елка, пытаясь развеселить разговором абсолютно равнодушного ко всему Чимина, что только пил коктейль и оглядывал толпу незаинтересованным взглядом. С другой стороны от Чимина с таким же энтузиазмом болтал Тэхен, то дополняя рассказ Минхо, а то откровенно перебивая, активно размахивая руками и один раз даже сильно зарядив Богому по затылку, так как Пак, сидящий позади Тэхена, в диалоге участвовал мало, все чаще с любопытством косясь на толпу корейцев неподалеку. Юнги и Джи Хан, как главные одиночки сего действия, покинутые всеми, сидели на лежаках и тихо переговаривались о политике. Все происходящее волновало их крайне мало, даже со стороны было видно, что каждый погружен в себя и свои мысли, но некая общность отпугивала незнакомцев и незнакомок, так что парней вполне устраивало такое положение. Чонгук и Еин же только пришли, оба, словно дети, с открытыми ртами разглядывая всех присутствующих, и все никак не могли решить к кому подойти в первую очередь. В итоге уговорились ненадолго разойтись и встретиться около лежаков через десять минут. Еин сейчас же на всех порах понеслась к Хосоку, пытаясь вникнуть в суть разговора и поскорее узнать программу на сегодня, в то время как Чонгук направился прямиком к импровизированной сцене, в толпе разглядев одного блогера, на которого был подписан уже пару лет, и пытаясь завести разговор на ломаном английском. Вскоре ему на помощь пришел Намджун, отделившийся от Хосока и Еин и блуждающий в поисках нового разговора. Где-то через пятнадцать минут все приготовления были закончены, и вся компания собралась вместе, бурно обсуждая новые знакомства и желая поскорее оценить таланты артистов. Полноценных выступлений, как это положено, кстати, они так и не дождались, здесь очевидно все это было не в почете, большая часть артистов выходила прямо из толпы. Точнее, на сцене обязательно кто-то пел или танцевал, но так называемая «подтанцовка» выходила из толпы, и как выяснилось впоследствии, это были случайные люди, занимающиеся фристайлом или уловившие ритм. Хосок едва ли не хлопал в ладоши и дважды даже сам присоединялся к добровольцам, за что получил расположение толпы и даже предложение о коллабе. Это было неудивительно, парень всегда был одним из лучших в университете, и даже после его окончания танцы не бросил, хоть и с образованием экономиста, но довольно часто участвуя в подпольных андеграундных тусовках. Особенно ему удался второй выход, когда тайский рэпер читал на английском вкупе с одним американцем. Это был стиль Хосока от и до, он обожал такое, а потому блеснул в подтанцовке, что вызвало бурные овации и, что куда более ценно, поддерживающую кричалку от самого Юнги, который разве что не пищал от восторга. Они с Хосоком ведь так и познакомились в университете, Юнги под впечатлением от таланта Хосока подошел к нему за кулисы и предложил дружбу. Неудивительно, что с годами это никуда не пропало… - Никогда не видел Юнги таким, - смеялся тогда Чонгук, стоявший буквально в паре метров от Юнги, что воодушевленно махал руками. Чимин, расположившийся буквально в метре, ничего на это не ответил, хоть и было очевидно, что Чонгук говорил с ним. В общем и целом, это был звездный час Хосока, надо признать. Остальные же только хлопали и кричали, поддерживая выступающих, но не решаясь как-то поучаствовать. По крайней мере, до конца «официальной части». После того, как все личные номера исполнителей закончились, местный диджей включил всем знакомые популярные песни, и со сцены все переместились непосредственно на пляж. Это напоминало дискотеку в клубе, но вместо софитов им светили звезды, а вместо душного помещения их окружали только песок и море, которому не было конца. То ли потому, что все были в толпе, то ли из-за знакомого репертуара, но с началом дискотеки все приобрели куда больше уверенности. Тэхен и вовсе забил на приличия, пускаясь в танец с каждым вторым. Он даже почти научился танцевать лезгинку с одним из американцев, который оказался изначально русским! Богом только закатывал глаза на это, прекрасно понимая, что такого Кима не остановить. Не дерется – и уже спасибо. На самом деле, дискотека и впрямь была хороша, не признать этого не смог даже равнодушный к вечеринкам Джи Хан, который еще в университете был не в восторге от такого времяпровождения. Через полчаса дискотеки, расслабился, кажется, даже Чимин, отдаваясь музыке во власть и даже трижды собрав вокруг себя толпу, когда отточенная хореография подходила под музыку. Юнги на протяжении всей дискотеки был довольно отстранен, он не любил танцы как таковые, но наблюдать было приятно. Особенно за своими знакомыми. Поэтому и во время импровизированного выступления Хосока, и во время танца Чимина он во все глаза смотрел на них, хлопая и улыбаясь. Только вот репертуары парней отличались, поэтому и реакция была разная. Хосок откровенно кайфовал и едва ли не прыгал на месте от прилива сил, глядя на него, хотелось тоже забыть о толпе и просто скакать и резвиться, в то время как подход Чимина к танцам был совсем иной. Он всегда старался вложить в танец больше, чем порой требуется, его исполнение увлекало настолько, что все присутствующие погружались в некий транс, наблюдая за происходящим словно через толщу воды, потому Юнги во время танцев Чимина обычно просто стоял с открытым ртом и наблюдал. Значительно реже рот его был закрыт, это случалось, когда Чимин танцевал только для него или смотря прямо на него. Тогда Юнги не мог скрыть флиртующей улыбки, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от осознания того, что Чимин с ним. Что Юнги один из всех может касаться и целовать Чимина. Только ему позволено все это… Но сегодня был явно не один из таких разов. Чимин вообще не смотрел на Юнги на протяжении всего вечера. Более того, несмотря на намеки друзей прошлым вечером, весь сегодняшний день они провели порознь, Чимин ушел рано утром, оставив записку о том, что он хочет прогуляться по утреннему пляжу, и не возвращался до самого вечера. Юнги хотел было обидеться на него за это, но Пак, кажется, успел сделать это чуть раньше, потому что по возвращению он вел себя с Юнги еще прохладнее, чем вчера. И это при условии, что и вчера Чимин не проявлял свойственной ему тактильности! Теперь Юнги не мог списать все на настроение, проблема была, и очевидно она разрасталась, вот только Юнги не мог и предположить, что же такого могло случиться… Но копаться в этом сейчас было по меньшей мере невежливо. Кажется, из всей отпускной программы – это было одно из самых удачных развлечений, которое устроило абсолютно всех. Да и Чимин сейчас выглядел слишком расслабленным, чтобы начинать выяснять отношения, Юнги решил оставить это до утра. Он не был уверен, как Чимин отреагирует на его приближение, поэтому старался держать небольшую дистанцию, вроде и не упуская из виду, но вроде как и находясь рядом. К сожалению, подобная тактика в этой конкретной ситуации делала все только хуже. Через полчаса плясок настроение Чимина снова упало ниже плинтуса, он незаметно выскользнул из толпы, опускаясь на один из лежаков и прикрывая глаза. Примерно через десять минут, к нему подошел весь красный и растрепанный Тэхен, присаживаясь на соседний лежак. - Снова будешь говорить, что такое настроение? – без лишних прелюдий спросил он, косясь на толпу танцующих и кивая самому себе. Юнги снова проводил время с Хосоком. - Я просто устал, сел посидеть. Что, нельзя? – едко поинтересовался Чимин, косясь в том же направлении и кусая губы. - Можно. Но это, вроде как, ваш с Юнги медовый месяц, а ты сидишь здесь один… - терпеливо пояснил Тэхен, косясь на опустошенное лицо друга. - С каких пор наша с Юнги личная жизнь тебя так интересует? – не стал скрывать раздражения в голосе Чимин. Он неплохо относился к Тэхену, да и знакомы они были еще со школы, но все же их отношения не были достаточно близкими для подобных разговоров. Тэхен только горько усмехнулся на издевку в чужом голосе. Чимин редко был таким неприкрыто злым, чаще всего он прятал все свои эмоции под маску, не подпуская к ним даже близких, оттого его поведение напрягало еще больше. - Дело в Хосоке, так? Ты ревнуешь. – сменил тактику он, смотря Чимину прямо в глаза. Тот, сжав губы, встретил его взгляд, всем своим видом стараясь показать, что провокация Тэхена не сработает, но довольно скоро сдался, опуская глаза на сцепленные в замок руки. - Он выглядит таким счастливым с ним. Я слежу за ними уже два дня, и Юнги просто светится… Что если тогда мы совершили ошибку, разлучая их? Что если я влез в жизнь Юнги и все испортил? С Хосоком у него намного больше общего, если бы они все это время общались, возможно, Юнги бы уже давно исполнил свою мечту и стал известным продюсером... Тэхен было открыл рот, чтобы опровергнуть все опасения Чимина, но уловив параллель с собственными мыслями и действиями, закрыл его обратно. Сомнения Чимина были вполне естественны, в конечном итоге, Тэхен ведь и сам пришел к подобным выводам два года назад. И все еще считал себя правым, так как же он мог сейчас вопреки своим идеалам переубедить Чимина в обратном? - Может быть, все это представление со свадьбой – ошибка? – продолжил Чимин ровным голосом, - В конечном итоге, кого мы пытаемся обмануть? Это всегда будет ненормальным. Мы будем ненормальными для общества. Имею ли я тогда вообще право принуждать Юнги жить такой жизнью? Рот Тэхена снова открылся и закрылся. Чимин говорил ровно то, о чем Ким думал на протяжении последних трех лет, слова и рассуждения об этом буквально вертелись на языке, но вместе с тем Тэхен понимал, что Чимин сейчас не в том состоянии, чтобы дискутировать на подобную тему. Ему не станет легче, да и разговоры об этом все равно ни к чему не приведут. - Прости, что-то я разговорился… - невесело улыбнулся Чимин, когда молчание, повисшее между ними, начало давить, - Все это чушь, конечно. В конечном итоге, я ведь не могу принимать подобные решения в одиночку, так что нет никакого смысла в том, чтобы брать ответственность на себя. Так ведь? Тэхен рассеянно кивнул, переваривая последние слова Чимина. Тот же, улыбнувшись чуть веселее, поднялся на ноги и уже было зашагал к выходу, так как возвращаться к танцам после подобных разговоров было бы странно, но Тэхен неожиданно даже для себя подорвался следом, горячо воскликнув: - Я уверен, что Юнги ни о чем не жалеет, Чимин! Он с самого начала твердит это, ты же и сам знаешь! Он так хотел эту свадьбу, у тебя нет причин сомневаться! - Только вас с Чонгуком это не спасло, - не оборачиваясь, ответил Чимин, спиной чувствуя пронзительный взгляд Тэхена, после чего все также неспеша пошел прочь. В этот раз Тэхен не пытался его остановить.

***

- Очень неразумно делать так, когда мы собирались все скрывать… - выдохнул прямо в рот Джи Хану Минхо, будучи прижатым к стене и вцепившись в чужой воротник, вопреки своим же словам, притягивая До еще ближе. - Ты не оставляешь мне выбора, - вызывающе глядя на Минхо, с улыбкой на губах пробормотал Джи Хан, прижимая того еще ближе, - Твой танец был просто ужасен, как я должен на это реагировать? - С чего ты решил, что я танцую так для тебя? - усмехнулся Минхо, на секунду опуская глаза, а затем снова поднимая и смотря на Джи Хана с вызовом. Тот не стал отвечать, вместо этого он, наконец, поймал губы Чхве своими, тягуче целуя и одновременно оглаживая чужую фигуру кончиками пальцев. Минхо абсолютно бесстыже простонал в поцелуе, подаваясь навстречу и зарываясь руками в чужие волосы. Джи Хан чуть слышно прорычал на это, забираясь под чужую футболку и с еще большим напором прижимая к себе Чхве. Справедливости ради нужно отметить, что Минхо был прав, их могли застукать в любой момент, так как «прикрытием» парни выбрали заднюю часть сцены, кроме того Минхо и Джи Хан провели ночь и весь последующий день вплоть до этой вечеринки вместе, так что потерпеть пару часов все же могли, но До не хотел упускать ни секунды, вероятно, подсознательно опасаясь, что стоит ему отпустить Минхо от себя хоть на минуту, и вся реальность развалится на части, возвращая его в те времена, когда прикоснуться к Чхве было сродни шансу выиграть в лотерею. Совсем скоро поцелуи начали набирать обороты, Минхо под чужими руками стонал уже не провокационно, а искренне, так что Джи Хану пришлось ненадолго остановиться, с большим трудом отрываясь от чужих губ и даже отступая на два шага, чтобы перевести дыхание. Минхо его сразу понял, не стал проявлять инициативу и дальше, но скрыть пошлой улыбочки на губах так же не захотел. Когда дыхание относительно выровнялось, он поправил на себе одежду и, кивнув Джи Хану головой, первым покинул их импровизированное укрытие за сценой, шагая к выходу. Джи Хан же, выждав минуту, так же поправил одежду и зашагал следом. Такая конспирация была немного детской и совсем необязательной, но одновременно с этим и очень интригующей и волнующей. До просто не мог отказаться от этой игры, словно бы возвращаясь на пару лет назад, еще до того, когда с его жизнью случилось то, что случилось. Возможно поэтому, а может быть из-за обычной невнимательности, но ни Минхо, ни Джи Хан, так и не заметили наблюдающего за ними издалека Намджуна…