Between the velvet lies

Between the velvet lies There's a truth that's hard as steel The vision never dies Life's a never ending wheel*

Роберт стоял перед зеркалом и смотрел на свое отражение. Строгий костюм подчеркивал широкие плечи, придавал солидности и в целом делал мужчину привлекательнее. Впрочем, привлекательность Роберта волновала в последнюю очередь. Он смотрел в свои темные глаза и пытался трезво оценить, насколько пьяным он выглядит. Пить не входило в его планы, но руки как-то сами с утра потянулись к спиртному. Сначала он налил себе янтарный виски на два пальца и думал, что этого хватит. Но выпил содержимое буквально в два глотка, едва чувствуя вкус. Недоумевая, как так получилось, Роберт налил себе еще столько же, на этот раз намереваясь пить дорогой напиток маленькими глотками, чтобы почувствовать хотя бы вкус. Но и вторую порцию постигла та же участь. И мужчина понял: он хочет напиться. Для чего? Он и сам не знал. Для смелости? Нет, в этом он точно не нуждался. Скорее ему хотелось набраться глупости, сделать задуманное. Теперь он чувствовал, как алкоголь плещется в пустом желудке. Да, позавтракать как-то не получилось. И теперь он смотрел на себя и пытался найти в пьяных глазах, а они выдавали его с потрохами, хоть каплю разумности. Потому что он собирался сделать большую глупость. И нет никаких сомнений, что потом он будет жалеть. Все до смешного просто. И Роберт посмеялся бы, если это не касалось его напрямую. Правда, посмеялся, потому, что это реально смешно. Он не знал, зачем делал это. А зачем мазохисты причиняли себе боль? Для получения странного, непонятного другим наслаждения? Роберт делал это с собой. Причиняет себе боль. Нет, не физическую, это уж совсем было бы ненормально. У него появилось новое хобби, о котором лучше не рассказывать. Каждый вечер, ну почти каждый, он берет спиртное – иногда всего один стакан, иногда бутылку – садится перед компьютером в своем кабинете, открывает YouTube и вводит в строке поиска «Том Холланд интервью» и открывает предлагаемые ему видео. Позже эта занятная площадка уже сама с радостью делала ему подборку новых роликов. Старые видео или те, где присутствовал он сам, Роберт сразу отметал. Его интересовали те, что вышли совсем недавно. Те, где Том был вместе с Джейком, мать его, Джилленхолом. А их было очень много. И все такие смешные. И Том выглядел таким счастливым. И почему-то это раздражало. Роберт посмотрел для сравнения одно интервью, на котором присутствовал сам. Смотрел без звука, чтобы полностью сосредоточиться на картинке. На свои кривляния тоже не смотрел. Все его внимание было сосредоточено на Томе. Тот сидел ровно, руки на коленях, пальцы сцеплены в замок. Да, мальчишка тоже улыбался, но как-то не так. Осторожно, бросая на Роберта короткие взгляды. И его застывшая фигура резко контрастировала на фоне расслабленной позы Роберта. Мужчина практически развалился на диване, улыбался во весь рот, заигрывал с толпой. Т.е вел себя, как обычно, совершенно не обращая внимания на зажатость Тома. Конечно, такое поведение можно было списать на то, что молодой актер просто нервничает. И Роберт, скрипя зубами, открывал и открывал новые видео с собой и Холландом, и неизменно видел, что парень все такой же: прямая спина, натянутая улыбка. После таких видео особенно больно смотреть, как Том расслаблен и улыбчив, когда рядом с ним «мистер Горбатая гора». И особенно бесило то, как Джилленхол смотрел на его мальчика. В том, что Холланд именно его, Роберт даже не сомневался. Несмотря на то, что они давно уже не общались. И сам Дауни, по какой-то причине, не хотел ничего менять. Поэтому жгучая, злобная ревность, которая не заставила себя ждать, Роберта обескуражила. И совсем странное дело – она ему понравилась. Особенно вместе с алкоголем. И этот опасный коктейль он пил почти каждый вечер и…. И наслаждался. Вечером, набирая на телефоне номер Джона Фавро, Дауни не понимал, зачем это делает.

Oh what's becoming of me**

- Роберт? – Фавро был удивлен и насторожен. – Как дела? - Я тут подумал, что мы давно не обедали вместе. И, если завтра не занят, я хочу позвать тебя на свидание. - С весельем в голосе выдал Роберт. Джон хохотнул в трубку и согласился. Встретились они в одном популярном мясном ресторане, потому что Роберт прекрасно знал, как неровно дышит Фавро на хорошо прожаренный кусок мяса. А ему надо, чтобы мужчина был сыт и доволен. Заказав по отличному рибай стейку с молодым печеным картофелем, и по бокалу белого вина, они говорили на разные темы. Пока Фавро не отложил нож и вилку, вытер рот салфеткой и пристально посмотрел на Роберта. Дауни, к своему удивлению, под его взглядом занервничал и засомневался в правильности своих действий. - Чего ты хочешь? – Спросил Джон. - В смысле? – Роберт стал усиленно резать свой кусок мяса, делая вид, что очень увлечен этим занятием. - Мы давно знакомы, Роберт. И я не особо верю, что ты прям так соскучился, что решил сводить меня на обед. За который, кстати, ты платишь. – Джон откинулся на спинку своего стула, поправил галстук и выжидательно смотрел на Дауни. - Через неделю в Kodak пройдет одно мероприятие, на которое я бы хотел попасть. – Роберт и сам не верил, что говорит это. Фавро кивнул, давая понять, что понимает, о чем идет речь. Он вообще был умным мужчиной, чем и нравился Дауни. Но с другой стороны этот ум иногда мешал. И Джон единственный, кто догадался, что между Дауни и Холландом есть нечто большее. Они никогда не говорили об этом открыто. И Фавро не смотрел на Роберта осуждающе. Ни словом, ни жестом не давая понять, как вообще к этому относится. И Роберт был благодарен за это. - Если тебе надо приглашение на это мероприятие, то обращайся к боссам, не ко мне. Роберт поморщился и позволил себе посмотреть мужчине в лицо. Фавро продолжил: - Но ты понимаешь, что это не твой праздник? И вряд ли они, - он указал пальцем вверх, - позволят тебе перетянуть все внимание на себя? - Я не собираюсь перетягивать внимание. – Возмутился Роберт. – Я хочу сделать сюрприз мальчишке, а не щеголять на красной дорожке. Мне нужен пропуск, но так, чтобы меня никто не видел. И я уверен, что ты можешь это устроить. Потому что ты и есть босс. Фавро довольно хмыкнул. Что еще нужно, чтобы задобрить мужчину? Вкусная еда, да похвалы. - Зачем тебе это надо? – Спросил Джон, возвращаясь к своему мясу. Теперь, когда мужчина на него больше не смотрел, Роберт расслабляется. - Я же сказал. - Да, сказал. Но мне как-то с трудом представляется, как сам Роберт Дауни куда-то проникает тайком с черного входа. Не твой уровень. - Много ли ты понимаешь про мой уровень. – Парировал Роберт. - Хорошо. – Джон взял зубочистку, ковырнул ей в передних зубах, а потом просто отставил в уголке рта. Роберт терпеливо ждал. – Но у меня есть несколько вопросов. Тебе не обязательно на них отвечать. Роберт кивает. Вопросов он как раз таки и боялся. Тем более от Джона Фавро. - Это из-за парня? – Роберт кивает. – Он приезжает в ЛА и вы не договорились встретиться? – Роберт кивает снова. – Твой эээ «сюрприз» будет приятным? И я имею в виду, что парень хочет тебя видеть? Роберт пожимает плечами. - Зачем тебе вообще это надо? - Надо. – Гнет свое Роберт. – Ты можешь помочь? Фавро задумался. И не потому, что не знал, может помочь или нет. Конечно, может. Просто обдумывал, чем это может обернуться. Роберт начал злиться. Ты можешь сколько угодно восстанавливать свою репутацию, заниматься йогой, проповедуя здоровый образ жизни, заниматься благотворительностью, навещать детишек в больницах. Но если ты в прошлом просыпался в чужих детских кроватках, будучи таким пьяным, что перепутал дома. Или тебя арестовывали за вождение машины в голом виде, пьяным, с наркотой и оружием, то все будут смотреть на тебя так, как смотрел на него сейчас Фавро. Так, словно ты бомба замедленного действия. Да, сейчас, в состоянии покоя, ты стабилен. Но никто не знает, когда рванет. Что послужит катализатором и какие будут последствия тоже никто не знает. На счет последствий и сам Роберт не был уверен. Это так, к слову. - Ты понимаешь, что тебя никто не должен видеть? – Строго и очень серьезно спросил Джон, видимо решив все-таки выполнить просьбу друга. - Я проведу тебя внутрь, но ты не должен участвовать ни в одном из официальных мероприятий. - Я и не собирался. Роберт представил, как внезапно выходит на «красную дорожку» и все объективы фотокамер направлены на него. Визги толпы только в его сторону. После того, как он официально стал безработным, простившись со студией Марвел, к нему было повышенное внимание. Более повышенное, чем обычно. И уж конечно его «звезда» затмит не только главного виновника праздника – Тома Холланда, но и Джейка с его трудно произносимой фамилией. Это было бы забавно. Роберт даже усмехается, чувствуя себя Гринчем, который собирается похерить рождество. Нет, он не собирался ничего такого делать. Он старый дурак и временами пьяница, но не идиот. Пока точно нет. - Я тебе обещаю, что меня никто не увидит. - И почему я тебе не верю? «Потому что никто не знает, что от меня можно ожидать» - Подумал Роберт. Но с Фавро они работали успешно, еще в далеком 2008м году. И Дауни ни разу режиссера не подводил. И у Джона, вообще-то, нет причин волноваться. - Хорошо. Ладно. – Джон всплеснул руками, отметая оставшиеся сомнения. – Но, если тебя поймают, я тебя не знаю! Ты понял? Роберт кивает, стараясь слишком сильно не улыбаться.

***

Продвижение фильма шло полным ходом, поэтому интервью выходили чуть ли не каждый день. И Роберт чувствовал себя малолетней фанаткой, собирая все эти видео, некоторые пересматривая. Те, которые, особо бесили. Например, где Том несколько раз говорил «я люблю тебя» Джейку, при этом хитро улыбаясь. Типа и шутка, но с другой стороны Роберт знал, как это выглядит на самом деле. Том говорил то же самое и ему. Без улыбки, конечно же. Потому что рядом с Робертом вообще трудно улыбаться. Джейк на каждом интервью пел соловьем о том, какой Том замечательный. И как он ему помогал на съемках, рассказывая, как тут у них – Марвел - все устроено. Роберт, если был трезвым, закатывал глаза. Все, кто работал с Томом, а потом пересекался с Дауни, считали своим долгом рассказать ему, какой Том потрясающий. Словно это была личная заслуга Роберта. Серьезно? Тема с наставником работала до сих пор. Дауни едва сдерживал себя, чтобы не начать ржать в голос. Потому что только он знает, насколько действительно может быть потрясающим Том. Будучи уже пьяным, но на той стадии, когда еще может думать, Роберт заставлял себя признавать, что Джи… Джиллен-твою-мать-хол неплохой выбор. Все, как Холланд любит: старый мужик с бородой и красивыми глазами. И бонус - отсутствие жены и детей. Ладно, ладно! Джейк не был старым. Уж по сравнению с Робертом точно. Что и злило до цветных пятен перед глазами. Иногда, не часто, на этих мыслях Дауни мог швырнуть стакан, что сжимал в руках, в стену. Наблюдая, как на ней проявляется пятно от алкоголя. Самое обидное, что Джейк Роберту нравился. Талантливый симпатичный парень. И глаза у него действительно красивые. На съемках «Зодиак» Дауни иногда на них засматривался. Без какой-либо задней мысли. Но сейчас актер бесил. И его эти улыбки, и взгляды, и касания. Даже ведущие глупых программ, на которые они ходят исключительно вместе, заметили это. Один даже не постеснялся показать на камеру фото и выдать что-то типа «хочу найти человека, который будет смотреть на меня так, как Джейк смотрит на Тома». Весь зал засмеялся, Джейк и Том тоже. А Роберт кинул очередной стакан в стену. И когда становишься сталкером, то поневоле узнаешь то, чего знать не хочется. Например, то, что Том ходит в ночные клубы и пьет крепкий алкоголь. И в этом нет ничего такого, правда. Но Роберт не может воспринимать это нормально. Потому что он знал: так будет. Предвидел. И это только начало. Это всегда только начало. Уж он-то в этом разбирается. Да, Том не Роберт. Но может ли быть такое, что в свое время он как-то повлиял на парня? Испортил. Заразил своей заразой. Роберт усмехается. Вот это самомнение! Даже Тони Старк, с которым он, слава Богу, распрощался, позавидовал бы. Дауни чувствует себя уставшим, как никогда. Он прикрывает глаза, и откидывается на спинку неудобного стула, позволяя руке свисать вертикально к полу. Из расслабленных пальцев выскальзывает рокс*** и его содержимое растекается лужей на полу. Мужчина сам не понимает, почему изводит себя. Копаться в себе неблагодарное занятие, и он не собирается этим заниматься. Тем более на нетрезвую голову. Впрочем, все куда проще, чем может показаться. Холланд неосторожно дал обещание, которое, вообще-то, никто не просил, а теперь нарушил его. Разве в этом мире обещания еще что-то значат? Видимо, в мире Роберта – да. Сам мужчина давно не дает никаких обещаний. И сейчас он чувствует себя обманутым. А, если быть пафосным, то преданным. Словно мальчишка не имеет права на личную жизнь. Дауни качает головой. На такую не имеет. Роберт чувствует себя ребенком, чью давно забытую игрушку взял кто-то другой. И теперь до невозможности она понадобилась ему самому. Он не знает, чего хочет добиться, появившись на мероприятии. Зачем вообще это делает? Хочет посмотреть Тому в глаза? Наверное. Хочет посмотреть на его реакцию? Скорее всего. Хочет сказать ему пару ласковых? Определенно. Роберт давно, а правильнее сказать: никогда, не дает обоснование своим «хочу». Это врожденное или приобретенное, не имеет значения. Мужчина делает ровно то, что хочет. И в этом не надо искать какой-то логики. В этом весь Дауни. И в этом заключается его свобода и сила. И его очарование. Сильные люди всегда притягивают к себе тех, кто слаб. Слаб делать то, что хочется. Дауни засыпает на стуле, за столом. Перед ним монитор, на котором еще открыт сайт с многочисленными заставками к разным видео. И множество разных Томов, неизменно улыбающихся, смотря на него, освещая уставшее лицо Роберта мутным светом. _______________________________________ *Где-то среди бархатной лжи, Есть правда - твердая, как сталь, Мечта никогда не погибнет, Жизнь - колесо, которое никогда не остановится. **О, что происходит со мной? *** стакан для виски