Я все испортила

- Я тебя сейчас убью, - кряхтел Антон Сидоров, пробираясь через лес вслед за напарником. Следователь, словно гончая взявшая след, рвался вперёд. Уже темнело, найденные самокаты остались далеко позади, от дождя мокрая форма казалась ещё тяжелее. - Ещё немножко, Тоша. Ты же знаешь, у меня чуйка, - отмахнулся от полицейского тот. - Засунул бы ты свою чуйку знаешь куда... - пробурчал Антон, спотыкаясь о какую-то корягу и чуть не теряя фонарик. В небо взвилась яркая синяя полоса и мужчины припустили бегом. Наконец, грязные, потные, мокрые, они вывалились на лесную поляну с шумом, который не особо помогает для задержания преступников. На поляне стояли дед и маленькая девочка. Дед опирался на посох, белые одежды явно не были созданы для прогулки в лесу, и изо всех сил вырывался из цепких рук ребенка. Девочка была одета в какую-то рванину, сама чумазая со спутанными волосами. В общем, странная и крайне подозрительная парочка. Следователь было вскинул пистолет, но Антон заставил его опустить оружие. - Сдурел? Это немощный старик и маленькая девочка. Чего ты табельным в них тычешь? - След обрывается тут. - Ты же сам по камерам смотрел, там было по меньшей мере тринадцать человек. - Четырнадцать, там был старик. Длинные седые волосы, длинная седая борода. И посох. - А у этого белые волосы и борода. - И посох. - И посох, - раздраженно согласился Антон, - но девочки там не было. - Вдруг она сбытчик? - Сбы... Давай сперва с ними поговорим хотя бы. Мужчина подошёл к странной парочке, доставая удостоверение: - Добрый вечер. Я участковый уполномоченный полиции, капитан Сидоров Антон Валерьевич, сотрудник отдела полиции № 43 УМВД России по Василеостровскому району города Санкт-Петербурга. Я хотел бы задать вам несколько вопросов в связи с несколькими самокатами, брошенными в этом лесу. Саруман смерил мужчину нечитаемым взглядом, не обратив внимание на протянутое удостоверение, и ничего не ответил, даже не шелохнулся. Девочка посмотрела на мужчину умными глазками и тоже промолчала. Антон откашлялся, убирая документ. - Вы живёте тут неподалёку? - снова молчание. - Могу я увидеть ваши документы? Дед так и не шелохнулся, но тут девочка выступила вперед: - Простите дедушку, он многое стал забывать. Я с ним как раз вышла на прогулку. Врачитель сказал, что прогулки помогают. "Деменция", - с грустью отметил про себя Антон. Его напарник убрал оружие и подошел поближе. - Почему так поздно гуляете? - Я по хозяйству занята. Пока доделаю все — уже темно становится. Дедушке помогать надо. - А родители? Девочка грустно вздохнула: - Родителей нет, только деда у меня остался. - Слушай, Коля, да тут органы опеки вызывать надо, - прошипел в ухо следователю полицейский. - А если зубы заговаривает? - просипел тот. - Да успокойся ты. Так каждая кошка у тебя из криминального синдиката окажется. - С органами опеки разберёмся позже. Сейчас — самокаты, - Николай присел так, чтобы оказаться с девочкой на одном уровне. - Как зовут? - Адель. - Адель, вы с подозре... с дедушкой далеко живёте? Девочка покачала головой и махнула рукой куда-то в сторону: - Нет, наша деревня совсем рядом. - Веди. - На кой нам в деревню? - шёпотом спросил Антон, когда они вчетвером пошли вместе по лесу. - Если воры дошли до сюда, то скрылись в деревне, логично? Заодно, может, накроем их сбытчика. - Ага. Нас двое, а их четырнадцать. Надо звать подкрепление. - Пока будем звать, они уже сбегут. - Слушай, безумец, - Антон схватил следователя за локоть, - остановись. Мы знаем, где они могут находиться. Отвезём обратно самокаты, вернёмся с подмогой и накроем их. Вдвоём у нас нет никаких шансов. - Ты слишком узко мыслишь, Тоша. Поэтому и в участковых до сих пор, - Николай насупился, но вырываться не стал. Антон больно сжал его локоть — бывший друг ударил по больному. - Зато я хотя бы сохранил остатки человечности и разума, - выплюнул он наконец. Коля пожал плечами, конфликт сошёл на нет. Обернувшись, мужчины вдруг осознали, что деда с внучкой нет.

***

- О боже! Я очнулась от мучительной боли в спине, мерзкой, тянущей, не дающей пошевелиться. Словно мышцы заморозили магией и теперь каждое движение отдавало спазмом. Чьи-то тёплые руки накрыли мой лоб. - Мама? - выдавила я. - Мам, мне спину прихватило. - Для тебя, пупсик, я буду кем угодно, - прошептала незнакомка мне в ухо. Я расплылась в улыбке: - Аня... И тут меня осенило. Я резко села, позабыв о боли: - Аня! Анька! Ты здесь! Я протянула руки к подруге, и она обняла меня. Наконец, успокоившись, мы сели рядом. - А, собственно, где это самое "здесь"? - Мы в тюрьме. Я рассмеялась, глаза все ещё привыкали к полутьме: - Жулик ходит в кандалах, а я с фраером в шелках. Мама, я жулика люблю! - Насть, я серьёзно. Я осторожно подошла к тому, что раньше мне казалось дверью. Это была решетка, состоящая их довольно толстых прутьев. Сверху они переплетались в узорчатые арки. Тюремные камеры делила пропасть, в которую спускался водопад. Мелкие брызги не долетали до камер. Уверена, отличная пытка для узников, которым запрещалось пить и писать. Рядом с каждой камерой светил фонарь, довольно плохо справляясь со своей задачей разгонять мрак. - Так... Уй! - тело снова заломило, и я поспешила сесть обратно на застланную шкурами койку. Аня взволнованно нахмурилась: - Что с тобой? - Ну, оказывается, если тебя выкидывает в горах, то есть вероятность, что ты что-нибудь себе застудишь. - Ох, бедняга. - Ты-то тут какими судьбами? Аня вздохнула: - Меня выкинуло прямо к подножью трона Трандуила. А, да, спойлер, если ты ещё не поняла, мы в тюрьме его монаршества. Так вот, выкинуло меня чуть ли ни к нему на коленки. Понятное дело, первым делом меня встретили клинком у горла. А дальше то ли по-эльфийски, то ли по-английски... А ты меня знаешь, я по-русски еле слова подбираю, а тут здравствуйте пожалуйста. Короче, ни до чего мы не договорились и меня сюда бросили. Пару раз в день приносят поесть, вместе с ними приходит какой-то эльф, мы жестами пытаемся говорить друг с другом. Но у него, по-моему, с терпением не очень. - И давно ты здесь? Аня задумалась: - По моим подсчётам неделю, не меньше. Ты в отключке была дня четыре. Хорошо, что хотя бы тебя ко мне кинули. Может, сложили два плюс два: прикиды похожие, обе на их территории вывалились. - Слушай, а Саша? Тоже здесь? - Нет, - подруга покачала головой. - По крайней мере я её не видела. - Если нас вместе поселили, то и её должны были. Значит, её где-то в другое место выкинуло. - Ох. Надеюсь, в какое-нибудь нормальное. - Твои слова да Богу в... хотя, поздновато. Мы помолчали. Все-таки хорошо, когда вы вместе. Я возвращалась мыслями к Саше. Куда же её выбросило? Я не знала. А предполагать было страшно. Оставалось лишь надеяться, что не к оркам или гоблинам, не посреди моря или в какое-нибудь глубокое ущелье. Чем больше я об этом думала, тем больше опасных вариантов начинало роиться в моей голове. Я не выдержала и снова вскочила на ноги, игнорируя боль. Точнее, на этот раз принимая её как наказание. Боже, чем я только думала, когда ввязала девочек в эту авантюру? Какой глупый эгоизм. Чем я вообще руководствовалась, с чего решила, что мы втроём бессмертные? - У каждого решения есть свои последствия, - пропела мне в ухо Белка. - Не думаю, что сейчас ей кстати твои наставления, - тут же отозвался Ворон. Я закатила глаза. - А я не думаю, что мне нужны твои советы. - А стоило бы подумать, говорят, полезно. - Стоп! - я закрыла уши руками, словно это могло помочь. - Ты чего? - Аня удивлённо воззрилась на меня. Я нервно улыбнулась ей. Расскажу ей, что у меня голоса в голове — точно решит, что я сошла с ума. Нет уж. Придётся врать. - Да меня мысли сожрали. Зря я вас сюда потащила. Если с вами что-то случится... - Это был наш выбор тоже, - подруга положила мне руку на плечо. - Пойдем, ты себя ещё плохо чувствуешь. Лучше поспи.

***

Меня разбудил чей-то окрик. Потирая глаза, я пыталась понять, в какой я реальности. Наш разговор с Аней, перемещение в Средиземье, портал, гномы, все казалось сном. Однако лязг тюремной решетки был реален. Передо мной возвышался эльф. Словно в сказке он протянул мне руку, и я, завороженная его карими, почти чёрными в полутьме глазами, вложила свою ладонь в его. Щелк! На моем запястье закрылись наручники. Ловким движением эльф перехватил мою вторую руку, и вот я получаю почти полный тюремный так сказать экспириенс. Аню постигла та же участь. Морщась и щурясь от света, мы пошли за своими гостями из камеры вверх по ступенькам, выдолбленным в камне. Трон Трандуила, похожий и ли на разлапистое дерево, то ли на лосьи рога, отделяла от нас череда ступенек, у подножия которых стоял страж. Эльфийский король сидел на своём троне, элегантно закинув нога на ногу. Мне подумалось, что он всех встречает в такой виде, и я тут же представила, как он часами крутился перед зеркалом на стуле, чтобы выбрать подходящую позу. От таких мыслей по лицу поползла нервная широкая улыбка. Заметив это, Аня влепила мне локтем по ребрам, и я, чуть не ойкнув от неожиданности, склонила голову. Из уст Лесного короля вылетело одно слово, и мы покончили с придворным этикетом. Дальше пошла череда странных шарад, в которых из уст Трандуила что-то мелодично звучало, эльф перед нами пытался сложить это в пантомиму, а мы смотрели на него как на умалишенного и пытались понять, чего же от нас хотят. Крокодил продолжался уже где-то десять минут, все явно начали раздражаться. Я не выдержала. Казалось, ещё немного, и нас отправят обратно, а мне чертовски не хотелось возвращаться во тьму камеры. Я указала пальцем на себя и максимально чётко выговорила свое имя. Потом указала на Аню и сделала тоже самое. Повторила. Указала на эльфа-шарадника и задрала плечи, разведя руки так, что в спину снова стрельнуло. Тот сказал что-то труднопроизносимое. - Что? - переспросила я. - Каэлинор. Вот и наладился контакт. Я ткнула пальцем в Трандуила, словно не зная его имени. Каэлинор ответил за своего короля, видимо посчитавшего ненужным общаться с такой чернью как мы: - Трандуил. И тут меня осенило. Я энергично показала на себя и Аню и гордо выговорила: - Mellon.* Если раньше я уже почти поверила, что Трандуил уснул, то сейчас он вдруг оживился. Он что-то сказал эльфу, и тот снова начал игру в угадайку. Тут очередь перешла к Ане. Будучи по своей натуре человеком крайне заботливым, за что я её иногда в шутку звала "мамой Аней", у неё теперь была определённая цель. Она показала на меня, на мою спину и сделала руками движение, которое могло означать что угодно, от поноса до ядерного гриба. Поняв, что за ней с интересом наблюдают, но не понимают, она скривилась как от зубной боли и начала имитировать мою соседку по даче. Тётя Глаша после времени, проведённом на грядках, ходила только полусогнувшись, хватаясь за поясницу. В этот раз, кажется, её поняли. Трандуил что-то сказал, махнув рукой и... нас разделили. Аня осталась у подножия трона, а меня поволокли куда-то то вниз, то вверх по ступенькам, переходам, так что я вконец потерялась и запуталась. Меня сунули в какую-то комнату и закрыли дверь, словно я была опасной преступницей. Если бы не спина, я бы возмущалась, но боль сделала свое и я превратилась в безвольный комочек нервов. В комнате стояла кровать и что-то ещё, на что я уже не обратила внимание. Постель была довольно жесткой, но всяко лучше каменной скамьи, на которой ютились мы с Аней. Зеленый балдахин над моей головой создавал ощущение защищенности. Словно я в подушечном форте, сверху натянут плед и пододеяльник. В нем уютно, мягко и темно, сразу тянет в сон. Я прикрыла глаза. И сразу же открыла их. А что, если эльфы нас не поняли? А если решили, что я "есмь подарок"? Да нет, навряд ли. Анины старания уж точно нельзя было так расшифровать. Правда ведь? - Не переживай, - вдруг заявила о себе Белка, - они все поняли правильно. - Ого, ты умеешь быть доброй? - удивилась я вслух. - Я всегда добрая, - подчеркнула та. - Когда спит, - буркнул Ворон. Я ухмыльнулась. Словно женатая парочка ругается. - Фи! Вот ещё. - Как ты только могла такое подумать. - Ох, ну простите пожалуйста. Я не хотела обидеть вас, о, голоса в моей голове. - И вовсе не обязательно отвечать нам вслух. - Может, мне нравится звук своего голоса. Ворон вдруг снова заговорил: - Если ты хочешь, я могу даровать тебе способность понимать Вестрон. - Вестрон? - устало спросила я. Блин, ведь почти ж заснула. - Общее наречие, - пропела Белка. - Будет лучше, если это сделаю я. - А какая разница? - Никакой. Просто этот навык может даровать Ворон или я. - А вместе — не судьба? - Вместе... - протянули оба. - Вместе не выйдет. - Ладно... Вообще-то, нам бы сейчас это пригодилось. Давай... Ворон. - Нет! - вдруг нервно воскликнула Белка, но было уже поздно. На мгновение глаза мне скрыла чёрная пелена, а голову как будто сжали тиски. Я застонала от боли. Кто-то словно копошился в моей голове, что-то выискивая. Вспыхнул белый свет и копошение прекратилось. Боль отступила, я смогла открыть глаза. На колени капнуло красным, и я с удивлением поняла, что из глаз у меня текут кровавые слезы. Вот же ж. То их носа кровит, то из глаз. Мне и так недельных приключений каждый месяц хватало, а теперь вот, пожалуйста. И это лишь первая неделя приключений. - Что... Что ты сделал? - язык еле ворочался во рту, вдруг став неподъемным. Прежде чем Ворон успел ответить, дверь открылась и на пороге возник очередной представитель остроухих. Взглянув на меня, бедняга чуть не выронил ящик, что нес в руках. Осторожно подойдя, он поставил его на столик, и сел рядом на краешек кровати. Я усмехнулась, растирая кровь по голым ногам: - Не бойся, я не кусаюсь, - белое свечение, и и силы вернулись ко мне, а язык больше не казался таким тяжелым. - Я обеспокоен той гадостью, что вы могли занести. Вы сами не внушаете мне страха. - Елки-иголки, - дернулась я от неожиданности. Где-то на задворках сознания я почувствовала как Ворон ухмыляется. Эльф окинул меня таким взглядом, будто смотрел на кого-то с задержкой развития. - Да, на елках есть иголки. Часто у вас кровь из глаз? - Нет. Только ради вас такой аттракцион. - Аттракцион? - не понял эльф. - Развлечение, - пояснила я. - Спасибо. По его выражению лица было непонятно, говорит он с сарказмом или серьёзно. Он пошарил в ящике и достал какую-то тряпку. Приблизившись, он вытер кровь, чуть сморщив нос от брезгливости. - Я и сама могла справиться, если вам так противно. Эльф вздохнул и потёр переносицу. Я вдруг обратила внимание на тёмные круги под глазами, глубокие складки вокруг губ, небольшой тремор рук. Стало немного его жаль. Наверное, не стоит быть такой занозой в заднице. "Какая прелесть", - прошипел в ухо Ворон. Я мысленно отмахнулась. - Я целитель. Здоровье пленников — моя забота. Даже если... противно. Я прикусила язык, давая ему возможность осмотреть меня. Вместо привычной одежды на мне была простая длинная рубаха эльфийского кроя и мягкие кожаные сандали. Эльф устало задрал рубаху, прошёлся холодными пальцами по спине, что-то бормоча под нос. Неожиданно надавил, и я вскрикнула от внезапной боли. - Эй! - обернулась я к нему, мгновенно обозлившись. - Не болит больше, когда оборачиваетесь? - Не болит?! Ты что, изде... - я остановилась на полуслове. Боль действительно ушла, но неприятное тянущее ощущение все ещё присутствовало. - Хорошо. Надо будет накладывать мазь каждый день. Восстановит кровообращение, - он быстро покопался в ящике и достал нужную коробочку. Через мгновение я почувствовала на коже прохладу мази, которую растирали чуткие пальцы. Ловкими движениями они не только втирали снадобье, но и массировали мышцы. - Что это? - Мята, имбирь, эфирное масло. - Так просто? - Секрет в дозировке. Если бы целительство было легким занятием, им бы владел каждый дурак. Он закончил и вытер пальцы о тряпку, которой не так давно стирал кровь. - Хотите поговорить о кровотечении? - Нет, спасибо. С этим я сама справлюсь. Он пожал плечами и стал собирать вещи в ящик. Я не смогла сдержать любопытства: - Почему не высыпаешься? - я незаметно для себя перешла на "ты". - Это не ваше дело, - отрезал эльф. Он направился к двери. - Но имя-то хоть назовёте? Он замер, кончиками пальцев касаясь ручки. Потом вздохнул и отворил дверь: - А мне сказали, вы и двух слов связать не можете. Лаэлиннор. Он ушёл, не спросив моё. Я осталась одна, не считая стражу, стоящую по ту сторону двери. Вскоре меня вновь сопроводили в Тронный зал. - Мне сказали, что ты хорошо изъясняешься на общем наречии. Почему раньше морочила нам голову? - снова Каэлинор. Выглядит злым. Оно и понятно, столько времени выставлять себя дураком и все впустую. - Я буду честна, знание это пришло ко мне внезапно. Я не знаю общее наречие, но теперь владею им. Трандуил приподнял бровь. - И что это должно означать? - задал вопрос сам Лесной король. - То, что я сказала. - Как ты смеешь грубить... - начал Каэлинор, но одним взмахом руки Трандуил остановил его. Холодные глаза эльфа внимательно изучали меня. - Не стоит ожидать от наших гостей знания придворного этикета. Они явно прибыли... издалека. Оставьте нас. - Но Ваше... - Не желаю слушать. Все вон. Эльфы, хоть и были в недоумении, но не осмелились спорить со своим владыкой. Когда эхо из шагов стихло, Трандуил с присущей всем эльфам грацией спустился ко мне по ступеням. - Где Аня? - не дожидаясь его речи, спросила я. Он не ответил. Вытащил из кармана мой телефон, он показал его мне, следя за реакцией. - Сколько лет я живу, но ни разу не видел подобного артефакта. Потрудитесь объяснить? - Артефакт или наше появление? Насчёт второго вы наверняка уже догадались. Но решили оставить от всех в тайне, так ведь? Почему? - Мелкую букашку красит молчание. Тогда её могут не заметить. Отвечайте на вопрос. - Так мне молчать или отвечать? - раздраженно спросила я. На игры у меня не было настроения. А убить — не убьёт. Иначе кто ему расскажет о том, почему мы здесь. Да и не отправляют ценителей к тем, кого собираются лишить жизни — бессмысленная трата ресурсов. - Кажется, вы ещё не растеряли боевого духа, благодаря которому добрались до границ моих владений, - немного помолчав, сказал Трандуил, поворачиваясь ко мне спиной и заложив руки. - Что ж, у меня много времени. Рано или поздно вы заговорите. Он щёлкнул пальцами и, словно по волшебству, стража появилась за моей спиной. - Отведите её обратно в комнату. - Что с Аней, где она? Козёл! Нет, лось! - я забилась в руках стражников и те, словно не ожидая такой силы, чуть не выпустили меня. Трандуил едва усмехнулся, услышав обзывательства, но тут же словно потерял к моей персоне всякий интерес. В знакомую комнату меня втолкнули довольно бесцеремонно. Я кинулась на закрывшуяся дверь и стала молотить по ней руками, пока не растратила остатки сил. Еле добралась до кровати. Но уснуть не смогла — в голове роились мысли и страхи. Белка и Ворон молчали, и я была им благодарна за это. Мне надо было подумать.

***

- Япона мать, - выдал Серёга, пропуская золотые монеты между пальцев. Те с задорным звоном скатывались вниз, лавиной увлекая за собой все больше и больше золота и драгоценностей. - Это я удачно упал. Он, нетвердой походкой побродил вокруг, хватаясь то за золотой кубок, то за россыпь красных как кровь камней, распихивая монеты пр карманам, пока вдруг не наткнулся на пристально следящий за ним большой глаз. - Нифига как... натурально, - оценил пьянчуга и, едва не повалившись назад, попробовал ухватить глаз руками. Хозяин глаза взвыл, Серёгу отбросило куда-то далеко. Приземляясь, он отбил себе задницу и больно ударился обо что-то головой. Вокруг фонтаном вмывали в воздух богатства, а посреди них метался ткнутый в глаз дракон и выл. - Ты, мерзкий человечишка! Да как ты посмел! - утробно зарычал Смауг, наконец перестав крутиться. Пострадавший глаз нещадно слезился и дракон держал его полузакрытым. - Вот это я, блять, упал! Серёга протрезвел. Впервые в его серой скучной жизни алкоголь выветрился из него так быстро. - Я тебя чую... - прошипела огромная рептилия, безошибочно поворачиваясь туда, куда попыталась зарыться жертва случая. - Слушай, братан, давай договоримся, а? - поняв, что бежать некуда, Серёга выставил руки вперёд, прижимаясь спиной к какой-то колонне. - Я тебе не "братан", - отрезал дракон, приближаясь. - Мои зубы — мечи, когти — копья. Мои крылья поднимают ветер сродни урагану... Фу! Дракон вдруг остановился в паре метров от Серёги и осторожно втянул носом воздух. Выдохнул. Серёгу окатило горячим, от этого он стал потеть ещё активнее, чем от нервов. - Ладно, не братан. - Стой. Не открывай рот, - Смауг, чьё дыхание разило смертью и мертвечиной, положил лапу на нос, словно мог защититься от амбре, окружавшего пьяницу. - Слушай, я все понимаю, - отупевший ещё больше от страха мужчина теперь не мог заткнуть свой словесный понос. - Замолчи! - взвыл гномий кошмар, сражаясь с жутким перегаром гостя. - Да я бы замолчал, только... - Вон! Вон отсюда! И чтобы ни ноги! Прочь! - зарычал дракон и плюнул огнём в потолок. Так, чтобы не задеть свою груду сокровищ. От страха Серёга не помнил, как выбрался из зыбучих золотых песков. Он бежал, пока не прихватило бок. Распластавшись на каменном полу, пьянчуга пытался поймать открытым ртом воздух. Тем временем Смауг не мог найти себе места — ему казалась, что все его логово смердит перегаром, несколькодневным потом и чем-то ещё, сладковатым, мерзотным. Наконец, Серёга отдышался и успокоился. - Вот это галюны... - прошептал он и осмотрелся. Почесал в коротко стриженном затылке. - Понять бы ещё, где я. Его шаги эхом раздавались под сводами гномьего царства горы Эребор. *друг по-эльфийски