Очищение

Риккард быстро напихивался кашей, не вслушиваясь в разговоры других послушников и стараясь быть как можно более незаметным. Хотя не обязательно было вслушиваться, чтобы понять, что «команда А» — так он называл про себя ребят Августа — рассказывает остальным о том, как «пошлюшник» — а так называли его — устроил представление на лекции по биологии. Эти идиоты явно имели какие-то неправильные ценности и искажённое представление о мире. На плечо вдруг легла тяжёлая рука. Рик вздрогнул и чуть не поперхнулся кашей. — Извини, что напугал, — раздался за спиной голос Мастера; Чистейший наклонился, его дыхание защекотало ухо. — Сегодня же извинишься перед братом Феликсом. Публично. Перед лекцией. — Нет, Мастер, — твёрдо ответил Риккард. — В таком случае я тебя публично выдеру. Причём не перед лекцией, а перед ужином. Чтобы видела вся трапезная, — всё так же вполголоса, но очень пугающе проговорил Франциск. — Это шантаж. — Это воспитание. Чистейший убрал руку и пошёл к своему столу в центре зала. Рик представил, как сегодня же его разложат на этом самом столе и перетянут прутом… С грохотом бросил ложку в миску, резко поднялся и вышел из трапезной. Франциск стоял чуть поодаль и молча наблюдал за реакцией ученика. Затем, недовольно поджав губы, он продолжил свой путь к столу, учтиво здороваясь с братьями. Рик замер в коридоре, прижавшись лбом к холодным влажным камням. «Или мой ученик, или лишишься Дара», «Или извинись перед идиотом, или я тебя публично выдеру» — у Мастера талант ставить перед невозможным выбором, дьявол его возьми. И эта проклятая лекция по биологии, на которую он вообще не собирался идти, так некстати сегодня в расписании самой первой. Может, не идти? Может, сбежать? Почему он вообще до сих пор ни разу не попытался сбежать? Чёрт с ними, с великими целями. Плевать на изменения, плевать на реформацию. Нужно сбежать и отправиться на поиски Лео. А как бы поступил сам Лео? Лео бы выбрал подходящий момент. Лео бы ничего не делал сгоряча, он бы сперва всё хорошенько продумал. А на это нужно время… *** Риккард толкнул тяжёлые двери и вошёл в зал для лекций. Он первый… Ну и славно. Будет время сосредоточиться, успокоиться и настроиться на «немного унижения». В конце концов, если представить всё в масштабе, то между озером унижения и океаном унижения выбрать довольно легко. — О, привет! — из-под учительского стола вдруг вылез молодой мужчина с длинными светлыми волосами, раскрасневшийся и улыбающийся. — Я… Эм… Крышка от чернил убежала. Вот. Поймал. Риккард растерялся и глянул в расписание, которое очень кстати лежало поверх всех его книг и бумаг. Нет, ничего не перепутал. Точно лекция по биологии и точно здесь. — Ты ведь Риккард, верно? — Д-да, откуда вы знаете? Мужчина только показал на его голову. — У тебя есть отличительные особенности, как и у меня. Меня зовут брат Валериан, приятно познакомиться, — он протянул мальчику ладонь. Рик быстро плюхнул книги на ближайший стол и пожал руку, не сумев скрыть удивление. Он не замечал, чтобы кто-либо в Ордене здоровался с кем-то за руку. Все ограничивались поклонами или кивками. — О, прости, у вас, наверное, так не принято. Я немного дикий, — брат Валериан засмеялся. — И я ужасно волнуюсь, если честно. Я — из Монастыря Тенненберн, который на юге Империи, знаешь? Нет? Ну и ладно. Я просто исследователь-практик, лекций никогда не читал, так что… Ужасно волнуюсь, как я уже и сказал. — Вы — исследователь-практик? — удивлённо переспросил Риккард. — И вы теперь будете читать у нас лекции по биологии? — Временно. Отец Франциск меня срочно вызвал, пока брат Феликс будет… Так сказать, повышать квалификацию. Я как раз недавно вернулся из большого путешествия, и мне нужно немного отдохнуть. В Монастыре я бы заскучал, а так… Что-то новенькое. Надеюсь, я тебя не разочарую. А то ты вроде как очень строгий ученик, — брат Валериан снова засмеялся. Он выглядел и говорил так искренне, так по-настоящему. Риккард уже и забыл среди этих серых холодных лиц, единственной настоящей эмоцией на которых была злоба, что люди бывают такими. Он смотрел на брата Валериана и вспоминал Лео. Сердце защемило, он еле сдержал слёзы. — Я постараюсь быть объективным, — грустно улыбнулся Риккард. — Договорились. Я тоже. Ну что, садись. Тебе нужно немного собраться с мыслями, я думаю. Мне так точно, — брат Валериан уселся за стол и забегал глазами по своим записям. Рик потащился к своей любимой дальней скамье. — Эй, ты чего так далеко? Мне неудобно будет с тобой дискутировать. Давай-ка вот сюда, — брат Валериан похлопал ладонью по столу прямо напротив него, буквально улёгшись животом на свой. Риккарду даже спорить не хотелось. Как такому откажешь? Если бы Мастер был хотя бы на четверть такой же тёплый, Рик бы, наверное, привык ко всему этому куда быстрее. И их отношения точно не были бы такими натянутыми. С другой стороны, Мастер вот вызвал брата Валериана — и явно сделал это для него. Уже маленькая победа. В аудиторию со смешками и перешёптываниями ввалилась «команда А». Удивлённо уставились на брата Валериана, который как-то подобрался, посуровел и теперь был похож на учителя куда больше, чем когда его увидел Риккард. — Доброе утро? — с интонацией «а ты что за хрен с горы?» выдал Август. — Доброе утро, мальчики, — сдержанно улыбнулся брат Валериан, достал из нагрудного кармана маленькие часы на цепочке. — Присаживайтесь. Через несколько минут придут брат Феликс и отец Франциск и всё вам объяснят. Август посчитал нужным пройти мимо Риккарда и с силой пнуть его скамью. Глянул злобно и с претензией, мол, твоих рук дело? Риккард в ответ только пожал плечами. Он Франциска ни о чём не просил, а значит, с него взятки гладки. Через несколько минут — как и обещал брат Валериан — в аудиторию вошли брат Феликс и Чистейший. Мастер выглядел мрачным и немного раздражённым, брат Феликс — оскорблённым до глубины души. — Брат Валериан будет читать вам лекции некоторое время, пока брат Феликс в отъезде, — без предисловия начал Великий. — Но прежде чем брат Феликс с вами попрощается, Риккард, пожалуйста, скажите лектору то, что должны. Рик поджал губы. Мастер говорил подчёркнуто холодно и отстранённо. Будто Риккард вообще не его ученик. Он ведь даже во время порок обычно звучал теплее. Мальчик заставил себя встать и встретиться взглядом с Феликсом. Единственное, что его сейчас поддерживало — то, как смотрел на него брат Валериан. «Ну давай, это же несложно. Мне вот лекцию вести впервые в жизни…» — Я прошу прощения, брат Феликс, за то, что по-хамски повёл себя на предыдущей лекции. Я не должен был говорить с вами в таком тоне, тем более публично. Брат Феликс буравил Рика взглядом, полным отвращения и пренебрежения. Зато Франциск еле заметно кивнул. — Садитесь, Риккард. Брат Феликс, ваша очередь высказаться. — Я также хочу попросить прощения, ребята, — недовольно проворчал лектор, не смотря на Рика. — Я иногда действительно давал вам непроверенную или устаревшую информацию. И я уезжаю именно с целью стать для вас лучше. «Команда А» бодро зааплодировала. Каждому из них доставалось из-за этого ворчливого старика, причём не всегда справедливо. Но сейчас одного факта, что брата Феликса заменили на брата Валериана из-за «пошлюшника», было достаточно, чтобы полюбить первого и возненавидеть второго. Наконец Франциск и брат Феликс пожелали брату Валериану удачи и вышли. — Ну что ж, ребята, начнём. И сегодня я хочу рассказать про болотную змеевидку, отвар из которой, согласно поверьям, вызывает вещие сны и позволяет заглянуть в будущее. Давайте представим, что все мы исследователи и у нас есть гипотеза, которую нужно либо подтвердить, либо опровергнуть… *** На обед Риккард буквально летел. На лекции брата Валериана было настолько интересно, что он умудрился забыть о ноющей после вчерашнего заднице, о буравящих спину взглядах «команды А» и вообще обо всём на свете. И этого бодрого запала ему хватило ещё на две следующих лекции — по истории и по географии Финара. История ему всегда нравилась, а к географии вдруг проснулся интерес, когда он узнал, сколько разных интересных мест посетил брат Валериан. Рик очень хотел сказать спасибо Чистейшему. И, пожалуй, попросить прощения за то, как вчера закончился их «разговор». Мастера явно задело его неблагодарное и напыщенное «у меня нет проблем». Только Рик не знал: стоит это сказать прямо сейчас или нужно дождаться вечерней встречи в покоях? Он боялся, что к вечеру это настроение улетучится, он устанет и снова закроется в себе. Так что ему очень хотелось сказать всё прямо сейчас. Хотелось, пока он не вошёл в трапезную… Пахло вкусной похлёбкой и свежим хлебом. Рик почти не позавтракал, и теперь живот буквально прилип к спине от этих запахов, рот наполнился слюной. Но на столе перед ним миски не стояло. — Эм, простите, я… — он остановил мальчишку, помощника повара, который как раз разносил нарезанный хлеб в корзинке. — Отец Франциск велел вам не накрывать, — извиняющимся тоном ответил мальчик и побежал дальше. Рик вспыхнул. Значит, публичной порки вроде как нет, но она всё-таки есть. Как обычно. Ты прав, а лектор ошибся, но ты должен извиниться. Даром пользоваться можно, но нельзя. Урод. Риккард стрельнул глазами туда, где должен был сидеть Мастер. Ещё не пришёл. Но уже накрыто. Прекрасно. Он твёрдым шагом прошёл к его громоздкому деревянному креслу, со скрипом его выдвинул, поздоровался с замершими от удивления братьями Адрианом и Бернардом, плюхнулся в кресло и начал есть. — Ну и как это называется? — спустя полтарелки супа раздалось у него за спиной. — Возмездие, — откусывая от ломтя хлеба, коротко ответил Риккард. Ухо ошпарило болью, потянуло вверх, заставляя подняться. Но миску с супом Рик не выпустил. Мастер развернул его к себе боком и с силой влепил звонкий подзатыльник. Суп выплеснулся на пол, на его рясу и на серебристые ботинки Чистейшего. — Пошёл вон, — отчеканил Франциск.