Противоположности

Тор глядел в глаза Локи, всегда неизменные. До встречи с ним он готов был поспорить, что по глазам можно вычислить эмоции человека, возможно даже разгадать его чувства, настроение. Что глаза — зеркало человеческой души, которое никогда не может лгать. Но Локи опроверг эту мысль, разбил на крупицы. Его глаза не были зеркалом, лишь пустым стеклом, которое ничего не отражает. Тор давно заметил эту особенность глаз Локи, с первого взгляда в них, в тот один из последних дней августа, когда они впервые встретились. И с тех пор не мог перестать размышлять об этом. Вне всяких сомнений, глаза Локи — драгоценные камни в оправе из серебра, сияющие иногда, в тех редких случаях, ярче сверхнов, но Тор не мог отделаться от мысли, что это сияние обманчиво. Что оно исходит откуда-то извне, словно насильно проникает на поверхности глаз-изумрудов. Что это лишь пустой блик, прикрывающий реальную невыразительность. Или что-то ещё? Может сама невыразительность — обман, прикрытие чего-то скрытого столь глубоко внутри, что туда не проникает свет, и не отражают его зеркала. Но что же? Что Локи может скрывать? Тору сама мысль об этом казалась бредом. Когда он доходил в своих размышлениях до неё, то лишь усмехался своей глупости. «Он же не какой-нибудь секретный агент, прибывший в этот город с важнейшей миссией, от которой зависит судьба человечества, и пытающийся выведать у меня секретные данные!» Тор не был особым фанатом детективных сериалов, но иногда подобные предложения сами собой вкрадчиво взбирались в сознание. И конечно же отвергались здравым смыслом раньше, чем звучал мысленный вопрос: «А если правда?» Он моргал, выбрасывая ненужный хлам из головы, и вновь смотрел в зелёные глаза по-новому, как бы под другим ракурсом. Иногда ему встречался взгляд Локи, и сердце чуть ощутимо сжималось. «Локи понравилась моя открытка со змеями, — писал Тор в дневник. — По крайней мере, мне так показалось. Я просто сравнил его реакцию с другими моментами, когда мне казалось, что он рад. — Он на мгновение задумался, крутя ручку в руке и сжимая губы. — Взять хотя бы ту прогулку. С кофе. Тот короткий разговор, его лёгкую улыбку. И после, когда я купил ему капучино, он был явно смущён, но рад. И другую — перед новым годом. — Он улыбнулся. — «Война за трон из оливье», это было весело. И недавно, когда мы наконец встретились после его дня рождения, и я подарил ему эту открытку, он был так же рад, так же улыбался, читая поздравления. Так же, как тогда, в те разы. Но я посмотрел в его глаза и увидел, что они такие же неизменные, как всегда. У него может меняться выражение лица, он иногда может показывать свои эмоции жестами, но его глаза». — Вдруг кое-что вспомнив, Тор неожиданно остановился, и буква «а» закончилась кривой линией. Решив, что раз уж он ведёт дневник, то должен быть с ним честен, он вздохнул и, на мгновение глянув в окно, Тор продолжил: «За исключением одного раза — единственного, который я помню. Это был тот день, когда я впервые провожал его домой, когда спросил, почему они с родителями переехали. Когда я понял, что он не рад переезду, и спросил его об этом, он разозлился. И вот тогда его глаза гневно загорелись. Получается, они могут передавать только негативные эмоции? Значит ли это, что вся та радость, которую, как мне казалось, я видел, — не искренняя?» Тор заметил, что сам начинает ощущать гнев. «Что за чушь мне в голову лезет? Чего я привязался к его глазам? Как вообще можно судить о человеке по ним?» Он закрыл дневник, убрал его и ручку в ящик стола и, дабы прийти хоть к какому-нибудь выводу в своих размышлениях (ведь Тор не любил оставлять мысль незаконченной), решил, что та эмоция, тот гнев, был слишком сильным, вероятно, он задел Локи за живое, поэтому это так сильно отразилось в его лице. И глазах. А вся немногочисленная радость — лишь мелочи. Приятные, но всё же слишком крохотные, чтобы вызвать достаточно чувств. Тор задумался. А что он может сделать для Локи, чтобы он стал настолько счастливым, что это счастье отразилось в его глазах?

***

Локи разбудил телефонный звонок. Он сначала не собирался отвечать и лишь сильнее укутался в одеяло, но кто-то был настолько настойчив, что не оставлял его телефон в покое. В конце концов, проклиная всё и вся за то, что его посмели поднять утром в последний день каникул, Локи лениво поднялся, по памяти нашарив «будильник» на тумбочке у кровати. — Да? — Он зевнул, не открывая глаз. — О, ну наконец-то! — воскликнул знакомый голос. — Надеюсь, я тебя не разбудил? — Ну что ты, — рассерженно прошипел Локи, усаживаясь на край постели и свободной рукой потирая глаза. — С чего же ты это взял? — Вот и чудесно! — видимо, не заметив подвоха, продолжил Тор. Голос его так и кричал, переполненный счастливым волнением. — Слушай, мы можем сейчас встретиться? — Сейчас? К чему такая срочность? — Совершенно отбросив остатки блаженного сна, Локи потянулся. — Какое время? — Половина десятого, — слегка недоумённо ответил Тор. — А ты спал? — Угу, — буркнул тот. — Так в чём дело? — Тебе понравится! Так встретимся? Локи что-то проворчал о так вальяжно прерванном сне, о желании отсидеться ещё дома, но уговоры друга были слишком убедительными, и они договорились, что Тор встретит его у дома через сорок минут. Заправив кровать (если «просто-закинуть-одеялом-постель-на-которой-словно-пытались-кого-то-убить» можно так назвать), Локи вышел из комнаты и с лёгким удивлением отметил, что родителей дома нет. Во время умывания и быстрого завтрака он никак не мог избавиться от размышлений, что же за сюрприз такой срочности приготовил ему Тор. И вот сейчас они шли в сторону дома Тора, а в чём заключается этот самый сюрприз Локи так и не объяснили. Единственное, что сказал, улыбаясь во весь рот, Тор: «Вот придём ко мне и увидишь». Локи лишь пожал плечами. Сегодня было тепло. Даже слишком для зимы. Снег чуть подтаял, превратив дорогу в сырое месиво, солнце светило в лицо, а Локи не переставал напоминать своим недовольным видом и словами, что лучше бы остался дома. — Да ладно тебе! Неужели ты действительно хотел провести последний день перед школой, сидя дома? — Да, — подтвердил он, посмотрев на Тора так, словно его слова были такими же очевидными, как ответ «Четыре» на вопрос, сколько будет дважды два, — дома, в кровати с наушниками. — Успеешь ещё, не будь таким скучным, — заявил Тор, и Локи в который раз поразился его жизнерадостности. — Вот увидишь, когда я покажу тебе свой подарок, ты и думать о кровати с наушниками забудешь! «С этим я готов поспорить», — подумал Локи, но вслух сказал: — А по какому поводу подарок? — Ну как же, по поводу твоего недавнего дня рождения. Я ведь тебе так ничего и не подарил, кроме открытки. Пока! Локи видел, что друг едва ли не сгорает от нетерпения и желания выдать свой секрет, но из-за всех сил сдерживается. Его лицо сияло даже ярче солнца, да что там: солнце ни в какое сравнение с ним не шло! И всё же Локи было слегка неловко: Тор показывал, где его дом, показывал даже подъезд и балкон, — но у него в гостях он ещё не был. С одной стороны было, конечно, интересно узнать, как выглядит квартира Тора, но с другой — просто зайти, забрать этот самый подарок, чтобы он успокоился, и уйти. Впрочем, зная Тора, надо было ожидать, что рано или поздно похода в гости не миновать. Сам Тор в доме Локи уже побывал, так что пришла и его очередь. Можно ли это назвать следующим этапом в развитии их дружеских отношений? Вероятно, да. Сам Тор, возможно, и не воспринимает подобные вещи, для него мелочи, всерьёз; но для Локи они не могли не выделяться. В конце концов он ещё ни разу не был в гостях, за исключением походов к родственникам, да и тех по инициативе родителей, конечно. Отсюда и волнение. И важность. Ведь, если подумать, сейчас Локи не был против. Мысль об этом не вызывала отрицания, желания отговориться и сбежать, пусть так и могло показаться со стороны. (Просто он всё ещё был зол из-за прерванного сна. Вероятно, Локи ещё долго будет вспоминать об этом и злиться.) Только эта неловкость. Поэтому он предпочитал не думать. — Мы почти пришли! — взволнованно выдохнул Тор, радостный по самую макушку, и помчался к подъезду. Локи пришлось ускориться, чтобы догнать его. Он с такой же взволнованностью, пусть и по другой причине, зашёл в подъезд. Тор, дрожа от волнения, «Лишь бы ему понравилось!», поднимался на свой этаж. Локи, чувствуя, как сердце в волнении бьётся, поднимался следом. Тор, стараясь дышать ровно, отворил дверь в квартиру, пригласив Локи. Локи, пытаясь скрыть все эти чувства, шагнул в квартиру друга вслед за ним. — Ты пока раздевайся, — включая свет, сказал Тор. Через пару секунд он юркнул в комнату, оставив Локи. Он вздохнул, стараясь вернуть нормальное сердцебиение, и решил осмотреть прихожую. Он был вынужден признать, что она была просторней и уютней, чем у него. Шкаф, вешалки, ящики и большое зеркало. Всё, как всегда. — Локи! Иди сюда! — донёсся из комнаты, в который скрылся Тор, его голос. Локи, всё ещё неуверенно, словно крадучись, прошёл туда. Гостиная, это ясно. Весь пол покрывал бордовый ковёр, слева от него пара кресел, диван и телевизор; справа — окна с проходом на балкон и стол с комодом. Почти так же, как у Локи. Тор стоял посередине гостиной спиной к нему, что-то держа в руках. Локи наклонил голову. — Тор? — Ты готов? — Не знаю, к чему, но да… Тор повернулся. Локи перевёл взгляд на то, что он держит. Вернее, на кого. — К-котёнок?! — воскликнул он, непривычно для себя громко, тут же захлопнув рот. Сказать, то, что он был удивлён — даже шокирован — ничего не сказать. Маленькое светлое чудо, с серыми мордочкой, ушками, кончиками лапок и хвостом, свисающим из рук друга, — скорее всего, сиамской породы, — изучающе глядело на него своими яркими синими глазками. — Н-но… — Можешь не волноваться, — перебил его Тор, подойдя ближе. — Я обо всём договорился с твоими родителями. Они не против и, кстати, сказали, что сегодня купят для неё всё необходимое, — пояснил он, но, заметив на лице Локи замешательство, помрачнел. — Ты… не рад? Локи вскинул голову, уставившись на него. — Что? Нет, нет, просто я… никак не ожидал, что мне позволят завести питомца и… — Он выдохнул и сказал уже спокойнее, не удержавшись и вновь взглянув на котёнка: — Я просто… в шоке. — Прости, змею твоя мама не разрешила, — улыбнулся Тор. Он наклонился и отпустил котёнка на пол. Кошечка встала на все лапы, вытянула хвост и гордо выпрямилась, задрав голову и не сводя глаз с Локи. Локи опустился на колени и вытянул руку, позволив питомице почуять его запах. Она ткнула, словно в знак приветствия, его влажным носом. Тор заглянул в глаза Локи. Они восторженно и счастливо сияли. Тор торжествовал.