Многое зависит от тебя

— Почему у тебя нет девушки? — во время обеда, на который его пригласили, как бы невзначай спросил Феликс, отпивая кофе из кружки. — Может быть, это не твоё дело? — ответил ему Гленн, пережёвывая лапшу. — Я просто не хочу заводить отношения так рано — ещё не время. Сначала секундное молчание, а потом из-за стола полицейских доносится дикий хохот: — Слушайте, — начал говорить Альфред, — а, может быть, ты гей? Я просто делаю выводы, потому что тебе уже 35, у тебя не было девушки, ты не женат и детей не хочешь. — Если я не хочу отношений, — постепенно закипая, Гленн сжал вилку в руке, — то это не значит, что я гей, кретин, — «кретин» уже хотел что-то сказать, но замолчал, когда детектив продолжил, — и лезть в свою жизнь я, мать твою, никому не позволю. Мужчина встал из-за стола, взял упаковку с быстрорастворимой лапшой и выкинул её в мусорное ведро, выходя из столовой. — И чего он бесится сразу? — Да он же шизик, — пробормотал Альфред, — вообще не стоило его звать. ———————- После ночного патруля, смена Гленна закончилась около 3 ночи, и он, отчитавшись начальству, направился домой пешком, потому что свой байк сдал в ремонт после последней неудачной погони за воришкой из круглосуточного магазина. Придя домой, Гленн, первым делом, поставил чайник, а потом принял тёплый душ. Выйдя из ванной, парень надел свободные домашние штаны, взял пачку Кента и зажигалку и вышел на балкон, с которого открывался красивый вид на город. «Черт, забыл телефон взять». Вернувшись в комнату и взяв телефон, он вернулся на улицу, поджигая сигарету и затягиваясь. Тягучий, едкий дым растёкся по горлу и легким, заставляя закашляться. Самое ненавистное чувство первой затяжки. Слегка зажав сигарету между зубами, Гленн разблокировал телефон и набрал давно выученный номер; пока шли гудки он сделал две затяжки. — Хэй, друг, ты почему не спишь в такое время? — радостный голос заставил парня выйти из своих мыслей и улыбнуться. — Я всегда по вторникам возвращаюсь в это время, — он понимающе хмыкнул, — опять ты забыл. Раздался задорный смех на том конце трубки: — И ведь правда, снова забыл, так что случилось? — его голос стал встревоженным. — Обычно после ночной смены ты заваливаешься спать без задних ног, как убитый. Гленн, потушил сигарету, глубоко вдохнул ночной летний воздух и заговорил: — Патрик, я перевожусь, — ему показалось, что на том конце трубки упала ручка со стола, — и не просто куда-то, а к тебе в отдел. — Серьёзно?! — Патрик, услышав это, радостно подпрыгнул на стуле, а после поспешно вернулся на место. — Правда? Я очень рад! Надеюсь, что у нас ты останешься надолго! — Я тоже надеюсь на это, — он посмотрел вверх, положив телефон на подоконник и включив громкую связь, и опять поджег сигарету. — Тебе у нас понравится! Работы не так уж и много, красивый офис и добрейшей души начальник! Я думаю, что тебе все это придётся по душе! — Если мне не понравится у вас, — начал Гленн, затягиваясь, — то я буду мыть полы твоим лицом в своём кабинете.