Предсмертные слова

      Туманная тьма…       …тени…       …голоса…       Медленно, медленно… слова становятся ясны Лэнсу. Кто-то с ним разговаривает.       Нет… не кто-ТО. Несколько людей. Лэнс качает головой, морщась от резкой вспышки, от которой его зрение снова затуманивается. Он моргает, снова открывая глаза, и осматривается. Он внутри Блю. Он лежит на полу и, выглянув наружу, видит простирающийся перед ним космос. Значит, он куда-то летит. Что они делали? Он и другие паладины были на задании?       Когда Лэнс пытается сесть, жгучее чувство пронзает его бок, заставляя задержать дыхание, и он стискивает зубы, пытаясь справиться с болью. Почувствовав, что постукивание глубоко в боку немного утихла, он опускает взгляд и чувствует, как кружится голова.       Огромная рана разрывает его живот. Она начинается чуть выше пупка и тянется вверх вправо, заканчиваясь чуть ниже подмышки. Его скафандр полностью разорван в клочья и залит кровью. У него мелькает смутная мысль. Он не сможет починить это, как он починил дырки в костюме раньше… Он вздрагивает, когда рана дает еще один предупреждающий толчок. Движение сидя, которое он сделал ранее, заставило ее снова открыться, и то, что пыталось покрыться струпьями, уже разорвано, и она свободно кровоточит. Лэнс смотрит дважды, но он может поклясться, что видит какой-то орган, слегка торчащий из его живота. Его горло сжимается, и если бы он не наблюдал, как его желудок выпирает из тела, он мог бы поклясться, что он буквально вывернулся наизнанку от того, как он внезапно почувствовал себя больным. Но у него нет сил даже на то, чтобы попытаться вызвать рвоту. Вместо этого он слабо поднимает руку и пытается скоординировать ее, чтобы прижать к боку, изо всех сил стараясь удержать свои органы. Но, кажется, это не срабатывает, и проходит несколько минут, прежде чем он смог правильно поставить руку на рану.       Голоса возвращаются к нему, и он сосредотачивается на них. В данный момент он ничего не может сделать для себя, с тем же успехом он мог бы выяснить, что произошло. Может, кто-то знает, как ему больно, и они спешат обратно в замок. — …видишь т…? — …ас… …в з…мок. — …Дви… Последний…пу…!       Лэнс морщится и закрывает глаза, изо всех сил пытаясь сосредоточиться на своей команде. Статика в его шлеме не так уж плоха, но с ревом крови в ушах, он не может уловить все, что они говорят. Он открывает рот, но задыхается, когда медный вкус наполняет его рот. Он не может проглотить его и просто открывает рот, пытаясь вдохнуть, чувствуя, как металлическое тепло стекает по подбородку. Он закрывает глаза и прижимает голову к толстой ножке кресла пилота, пытаясь успокоить сердце и заставить свой перегруженный мозг сосредоточиться. — …олжен был уже вернуться, я начинаю волноваться. — Кто это?  — Все в порядке, он, наверное, просто не торопится, как всегда. — Пидж?  — Или он флиртует с местными. — Кит.  — И это тоже. — Широ.       Подождите… они говорят о нем? Лэнс тихо шипит и слабо пытается спросить, что случилось. Но его рот отказывается работать ни на что, кроме дыхания прямо сейчас. Он не может кричать, не может позвать на помощь, даже не может спросить, что случилось. Все, что он может сделать, это тяжело дышать, когда его зрение опасно плывет перед ним. Хорошо, что Блю контролирует ситуацию, потому что Лэнс знает, что он не смог бы пилотировать ее самостоятельно прямо сейчас.       Он слышит смешок Ханка. — Он ухаживает за дамами, уверен, что он вернется до обеда. Он нуждается в прекрасном отдыхе, как вы все знаете.  — О боже, он всегда по утрам ходил в ванную комнату! — Пидж говорит почти в шоке, но в ее недоверчивом тоне слышится юмор. — Я даже так долго не задерживаюсь! Он чуть не заставил меня опоздать на занятия. — Ему нужно быть более серьезным. Выключение все время и не слушание остальной команды, ставит всех нас под угрозу. — Широ не выглядит счастливым, и Лэнс чувствует, что получит хороший выговор, когда вернется в замок. Что бы это ни было.       Кит издает раздраженный стон. — Лэнс, перестань валять дурака, что ты делаешь? — Сердце Лэнса сжимается. Они не знают? Нет, они не могли знать если спрашивают его. Он щурится от своего Льва. Где именно они находятся? Он видит космос, так что их нет ни на одной планете. Но он не видит ни замка, ни других львов. Поскольку он их слышит, значит, они не слишком далеко. Лэнс это знает. Значит, он знает, что его не поймали. Но что делает Блю? Куда они летят?       Низкий гул отвечает ему, и он чувствует, что его разум успокоился. Блю продолжает нежно мурлыкать, почти убаюкивая его. Он так устал. Но голос Широ выводит его из состояния сна. — Лэнс, если ты меня слышишь, надеюсь, ты понимаешь, что ведешь себя нелепо. Почему ты не можешь просто выполнять приказы?       …ой.       Лэнс не чувствует пореза в боку, но боль пронзает его сердце при этих словах. Он не хотел не подчиняться приказам, он даже не помнит, что он сделал, чтобы отделиться от команды. Но обвинение и яд в голосе Широ режут глубже, чем рана в боку Лэнса. Он задыхается от кашля, морщится, когда чувствует, как его наполняет жар, и еще больше крови сочится из его пальцев. Конечно, Широ не это имеет в виду. Он не может так говорить.  — Лэнс тебе не отвечает? — К нему приходит статический голос Аллуры, и Лэнс чувствует, как его глаза наполняются слезами. Он закрывает глаза. Все равно все размыто.  — Нет, он, наверное, занят, — медленно отвечает Ханк. Беспокойство и немного раздражения в его словах.       Кит фыркает. — Думаю, я лучше следую указаниям, чем ты, да, Лэнс? — Он говорит это дразнящим тоном, зная, что Лэнс всегда клюет на приманку. Лэнс тихо булькает в ответ, кровь в горле мешает ему говорить.       Аллура вздыхает. — Коран, отследи положение синего льва… — после паузы она продолжает, — Паладины, он, кажется, на орбите на противоположной стороне планеты. Он двигается, синий лев включил двигатели. Может быть, некоторые из вас могут пойти за ним? У нас нет времени ждать, и я не… его…       Разум Лэнса затуманивается, и он больше не может сосредоточиться из-за шума в ушах. Его бок болезненно пульсирует, и он не может продолжать игнорировать это. Он смутно понимает, что был в шоке от того, как онемело его тело прямо сейчас. Но, глядя вниз, он понимает, что потерял много крови. Он покрывает дно кокпита синего льва, окрашивая его в неприятный темно-красный цвет, и резкий запах меди заставляет его чувствовать, что его тошнит. Его тело плывет, тонет, дрожит и течет в пустоте. Он больше не чувствует металлического пола под собой. Он больше не слышит голоса по комму.       Он больше не чувствует травму в боку.       Он не может чувствовать…       …он не может… Прости меня… он умоляет, не замечая слез, которые текут по его щекам. Мне так жаль, что я подвел вас всех. Мне жаль, что я был таким плохим паладином. Мне жаль, что я не смог ничего сделать правильно или прислушаться к указаниям… по крайней мере, вы не…должны беспокоиться обо мне… если вдруг я испорчу… что-нибудь… еще больше… …       И с этой последней мыслью Лэнс скользит в холодную тьму.