Цена свободы

Эрвин вышел из зала суда и начал быстро проталкиваться через толпу, не обращая внимания на недовольные вскрики столпившихся. Сириус шагал за ним, неуверенно переминаясь с ноги на ногу и с опаской косясь на окружавших его людей. Он не привык к вниманию, а точнее отвык. В руке Блэк сжимал свою старую палочку, которую у него отнял при задержании Аврорат и которую ему все же вернули после оправдательного решения суда. Эрвин отгонял назойливых репортеров, едва удерживаясь от того, что бы выхватить палочку. Ему сейчас нельзя было никак себя компрометировать. Годы работы командором в Разведкорпусе дали свое, и Эрвин все же не утратил самообладания. К нему подошла Рита Скитер, вооружившись самописным пером и пергаментом, который она левитировала. Рядом с ней стоял фотограф, который уже нацелил объектив фотоаппарата на оправданного Сириуса. - Мистер Поттер, мистер Блэк, прошу вас, буквально несколько слов для завтрашнего выпуска! - громко попросила она, перекрикиваю толпу и ослепительно улыбаясь, оправдывая свое прозвище "акулы пера". - Мисс Скитер, в другой раз. - ответил Эрвин и повернулся к Блэку и понизив голос - Мне нужно к кое-кому зайти, как только покинешь Министерство - апарируй. Никаких комментариев и интервью. Эрвин чувствовал себя взрослым, который объясняет ребенку как не разбить коленки. Парадокс, но даже будучи Эрвином Смитом, он был младше Блэка*. Эрвин наложил на себя чары невнимания, и зашагал к кабинету Амбридж. Долорес была уже у себя и как всегда раскладывала какие-то бумаги. - Мистер Поттер? Вы все же сумели вырваться от журналистов? - с усмешкой спросила Амбридж, садясь в кресло. - Они меня чуть на сувениры не растащили. - отшутился Смит - Мне снова нужно с вами поговорить. - Только не говорите, что будете еще одного заключенного вызволять. - не то серьезно, не то в шутку сказала заместитель министра. - Нет. Я хотел поговорить о том, что произошло 24 июня. - Мистер Поттер, ваши слова, о возрождении Сами-знаете-кого ничем не подкрепленны. - задумчиво произнесла женщина. Она подняла глаза на Гарри, показывая, что все же готова его выслушать. - Я пришел не доказывать свои слова. Я так понимаю, что даже моих воспоминаний не хватит министру для того, что бы он мне поверил. Ему нравится жить иллюзией безопасности - пожалуйста. Просто постарайтесь уговорить министра обезопасить людей. - Амбридж хотела что-то сказать, но Эрвин продолжил. - Взамен, на следующих выборах, я поддержу мистера Фаджа, или вас, если вы выдвинете свою кандидатуру. Долорес начала обдумывать слова гриффиндорца. Предложение выгодное, особенно если она все же решит выдвинуть свою кандидатуру. Ведь даже сейчас Поттер остаётся национальным героем, пусть и неофициально объявленным сумасшедшим. Да и Фаджа она сможет уговорить с лёгкостью. Ей выгодно даже если Фадж останется министром. Все равно сейчас Министр из Фаджа чисто номинальный. - Хорошо. Я постараюсь уговорить Корнелиуса. - решила Амбриджд - Но и вы не забудьте о своем обещании. Эрвин кивнул, собираясь уходить, но Амбридж сказала ему вслед: - В этом году я в Хогвартсе буду вести ЗОТИ. Эрвин остановился и замер, положив руку на дверную ручку. - Отлично. - Эрвин снова подошел к рабочему месту будущего профессора, но на этот раз не садился, а так и продолжил стоять рядом - Тогда и с этим вопросом я могу снова обратится к вам. - Какая-то проблема в школе? - предположила она - Можно и так сказать. - Эрвин сделал паузу - Четыре года у нас ЗОТИ практически не было. Первый год его вел одержимый, который ни черта не умел, второй - писатель, с аналогичными способностями. Третий - оборотень, но он хоть чему то обучал. По сути ЗОТИ мы учили только на четвертом курсе. - В программу министерства входит только теория. - Нужно ввести хотя бы какую-то практику. - категорически заявил Эрвин, хотя понимал, что слишком многого пытается добиться за раз. - Простите, но тут я ничего не могу сделать. - развела руками она. - Но и вам препятствовать не буду. Эрвин кивнул. Значит, он может сам начать действовать ему не будут мешать. Его призвали к действиям практически прямым текстом. Отлично. - А теперь мне и вправду пора. - сказал Эрвин. Вновь набросив на себя чары невнимания, он вышел из Министерства и, спрятав палочку, апарировал.

***

Эрвин апарировал в двух кварталах от дома на площади Гримо. В Блэк Хаусе его скорее всего уже ждал Дамблдор, который уже готовит ему знатную головомойку. Ну или скоро будет ждать. Смит не верил, что Альбус это так оставит. Все же он ни о чем не догадывался до последнего момента. То есть узнал о заседании уже после его проведения. Гнев Дамблдора он как то переживет. Но теперь появилась новая проблема. Он точно знал, что на Блэке были закладки. А значит могут оказаться и на других. Но на ком? На друзьях Гарри? На профессорах? На Дурслях? Сколько ещё людей живут, не осознавая, что их жизнь - постановка, а они - куклы, которых за ниточки умело дёргает бородатый кукловод. Подходя к двери волшебного дома, Смит отбросил ненужные мысли выставил щиты и подложные мысли. Ему открыл Сириус. Эрвин поздоровался, стараясь заглянуть крестному за плечо. - Ты чего так долго? - беззаботно спросил Сириус, отходя от двери и пропуская его в дом. - Принес личную благодарность человеку, который помог организовать пересмотр твоего дела. - ответил Эрвин, практически не соврав. Он и вправду был у Амбридж, и именно она помогла все организовать. По спокойному поведению Сириуса он понял, что Дамблдора нет. Пока что нет.

***

Альбус не пришел ни после суда, ни на следующий день, когда вышла газета. Это одновременно радовало и настораживало Эрвина. Радовало потому, что у него есть больше времени на то, что бы как следует подготовиться. А настораживало то, что это скорее всего означало, что Дамблдор просто готовил ему более впечатляющую гадость. И не факт, что Эрвин сможет правильно предугадать, что это будет. «Травля в прессе была, травля среди учеников тоже была, с молчаливого одобрения директора. - Эрвин отметил, что Дамблдор предпочитает моральный прессинг физической расправе. И тут он прав. Раны можно залечить, боль можно пережить, а душевные травмы заживают намного дольше. - Что он дальше устроит? Ненависть со стороны крестного? - эта мысль была саркастической, но она заставила Эрвина мысленно замереть. Если Дамблдор и раньше сделал нужного ему Сириуса, то почему не сделать и сейчас? А ведь да, если ребенок увидит, что в нем разочарован и недоволен единственный родной человек, то скорее всего сразу же будет готов на все, ради того, что бы восстановиться в его глазах. - Идиот! И почему я не предугадал такой возможный расклад? Ведь это было очевидно!» Эрвин сорвался с кресла, на котором сидел и начал мерить шагами комнату. А если директор и вправду начнет воздействовать через крестного. Ведь большую часть года Эрвин будет в школе и не сможет регулярно проверять. Если на Сириус навешают слишком много закладок, то снимать их будет бесполезно. Они по сути " срастутся" с ним. Станут частью его "я". «Почему я решил что это именно директор. - оборвал потом мыслей Смит - возможно это кто-то третий. Кто-то, кто действует через Дамблдора и не хочет светиться. - Эрвин все же вернулся в кресло и затарабанил пальцами по подлокотнику - Но не факт. Тот, кто управляет столь значимой фигурой просто не мог не засветится.» После получасовых размышлений Эрвин оставил эта затею. Версий могут быть десятки. Даже если Дамблдором кто-то и руководит, то Эрвину с ним не тягаться. Во всяком случае пока что. Но все же скорее всего "Великий и светлый" действует сам. «Нужно "прошерстить" мое окружение. Если у кого то найдутся несостыковки в биографии или резкие изменения "направления", то их нужно проверять на сюрпризы. - решил Эрвин. От него просто так не отстанут, значит нужно хотя бы вернуть магам их реальные личности.» С этим мыслями Эрвин вышел из своей комнаты. Ему ещё предстоял визит в Гринготтс, а ночь для этого идеально подходит.