Барсук

На первое дополнительное занятие по зельеварению Перкс решила проводить Найджела с его первокурсниками. Но перед классом ребята увидели мнущихся под дверью второкурсников, с которыми мальчик проводил похожие занятия в прошлом году. — Вы чего тут делаете? — слегка опешил Найджел, и Салли-Энн понимала его удивление. Добровольное присутствие в подземельях после занятий для хаффлпаффцев было чем-то выбивающимся из нормы. — У вас что, отработка? — Нет… Мы на занятие… — У профессора Снейпа? — У вас… — В смысле, у меня?! Из толпы второкурсников вперед вышла девочка. — Мы узнали, что вы сегодня проводите занятия для первокурсников, как у нас в прошлом году. Вот мы и решили, что вы разрешите нам что-то приготовить потом. Вы же так делали — учили нас резать, а потом мы вместе что-то готовили… — под конец голос девчушки стал совсем тихим. — Пожалуйста… Перед мальчиком встала дилемма. С одной стороны, профессор Снейп говорил только о занятиях с первокурсниками. Но с другой, он сказал, что порезанные ингредиенты они могут хоть выкинуть… — Ладно, — махнул рукой Тафнел. — Заходите. Сейчас выдам вам задание. Второкурсники и первокурсники гурьбой зашли в класс и стали рассаживаться. Салли-Энн нерешительно тронула мальчика за рукав. — Найджел, а как ты это провернешь? Это же два класса сразу… — Энни, ты можешь мне помочь? Прошу. Девочка решительно кивнула. — Я не оставлю тебя в беде! — Вот это подход! — расчувствовавшись, Найджел обнял девочку. И, отпустив, начал рыться в сумке. — Смотри, тут всё просто. Учишь резать по шаблону. Смотри за локтями. И внимательно за пальцами. Объясни, как правильно класть ингредиенты на доску… Войдя в класс, они разделили студентов по курсам. Салли-Энн выдала первокурсникам по паре флоббер-червей, для начала, и, объяснив, как правильно их шинковать, стала следить за действиями первокурсников, изредка указывая на ошибки. А вот Найджел не знал, что делать. В прошлом году он выехал только на голом энтузиазме и за счёт того, что в классе всё-таки был профессор Снейп. Одно его присутствие выбивало из студентов желание поговорить. Но сейчас он должен был справиться сам. «И из чего варить? Ингредиенты ещё не готовы, а что делать, пока не нашинкуют? Теорию им, что ли дать? Точно!» — Итак, ребята, — негромко начал Найджел, — пока нам готовят материалы, давайте повторим, что вы помните из прошлого года. Начнем мы с техники безопасности… — А что там помнить? — недоуменно спросил вихрастый второкурсник со второй парты. — Мы же в гостиной её повторяли! — Вот и проверим! — обрадовался добровольцу лектор. — Раз уж вы вызвались, прошу. — Поставив на учительский стол котёл, он подвёл к нему потерявшего запал мальчика. — Обрисую вам ситуацию: вы в классе, обычный урок. Вы готовите своё зелье, а преподаватель вышел. Внезапно на поверхности зелья после очередного компонента появилась пена, которая вот-вот перельется через край. Ваши действия? — Эм… Я… Ну… — Три секунды… Две… Одна… Взрыв! — взмахнув палочкой, Найджел обрызгал мальчика водой. — Вы в тяжелом состоянии и находитесь при смерти. Действия ваших товарищей? — он повернулся к остальным. — Что вы должны сделать, чтобы облегчить его страдания? — Облить его водой, чтобы снять боль! — Перевязать! — Влить противоядие! — Поздравляю! — хлопнул в ладоши Найджел. — Вы убили своего товарища! — Э… Почему?.. — растерялась девочка, которая предложила облить водой в качестве помощи. — Мы же… — Начнём с самого начала. Первый вопрос к пострадавшему: какая была ваша первая ошибка? — Я растерялся? — Правильно! А что ты должен был сделать? — Эммм… остановить процесс варки? — Как именно? — Ну… Добавить нейтрализатор! Вот! — воскликнул «пострадавший». — Какой? Пена зеленого цвета, а в зелье вы только что добавили кенийский перец. — Эээ… — Если бы вы поступили именно так, в лучшем случае вы могли бы ещё и ошпарить своих товарищей при взрыве. В худшем — уничтожили бы подземелья. — Пара впечатлительных девочек побледнели. — Нейтрализаторы хороши, согласен. Но они используются профессионалами, вроде нашего профессора Снейпа, который одним взглядом может определить состав и нужный нейтрализатор. А их довольно много. — Покосившись в сторону подруги, Найджел удостоверился, что у неё в группе всё спокойно, и вновь сфокусировался на своих учениках. — Так всё же, что следовало сделать? — Спрятаться? — нерешительно предположила девочка за третьей партой. — Верно! Я бы дал вам десять баллов, но сейчас вы просто сохраняете себе жизнь при взрыве! — девочка порозовела от удовольствия. — Это действия для тех, кто находится непосредственно у котла. А каковы действия у остальных? — Выставить защитные чары! — Вы их уже знаете? — Эммм… — Ещё варианты? — Спрятаться! — Позвать преподавателя! — Верно! Это основное, что вы должны сделать, если учитель отвлёкся. Профессор Снейп мастер своего дела, но он не успевает одновременно за всеми уследить. А вас довольно много, и риск травм повышается. Ребята, не бойтесь позвать на помощь. Скрыть ошибку в таком деле — равносильно самоубийству. И даже если вы скроете — результат вряд ли будет хороший. А теперь давайте вспомним, что вы готовили на первом курсе…

***

— У меня ноги боля-я-ят! — Лёжа на стуле, Салли-Энн картинно стонала. — Наши преподаватели просто герои! — Я это уже давно понял! — хмыкнул Найджел. — Как тебе в их роли? — Знаешь, а мне понравилось, — задумчиво ответила девушка. — Я прямо почувствовала себя… ну… — Хорошо? Да, я то же самое ощущаю, когда руны вышиваю. Вдохновение такое… — Угу… Ну что, — Салли-Энн в последний раз обвела класс взглядом в поисках возможного беспорядка, — пойдём? — Пойдём. И, Энни, — поймав девочку за руку, Найджел повернул её себе лицом, — ты же понимаешь, что ты подписалась на роль добровольного преподавателя? И я не смогу без тебя? — Понимаю. Но знаешь, кажется, мне понравилось. — Ну и слава богу! В результате Салли-Энн стала вести дополнительные занятия у первокурсников. Правда, ей пришлось ужать время выполнения собственных домашних заданий и взять несколько книг, чтобы подтянуть свои знания по зельеварению. Очень пригодились старые конспекты Найджела и брошюрки. Но чтобы успеть усвоить материал, девочке приходилось ложиться довольно поздно, что было трудно для жаворонка, поэтому под вечер она завела привычку дремать, привалившись к другу.

***

Новость о том, что какой-то барсук делает одежду, расшитую рунами, широко разошлась после памятного урока у Грюма. Старшекурсники Хаффлпаффа, узнав о сути произошедшего, заказали одежду, отделанную рунами, почти полным составом и похвастались друзьям на других факультетах. В итоге Найджел получил стабильный заработок. Расшить рубашку стоило пятнадцать сиклей, штаны — десять, а за мантию мальчик брал галлеон. Для хаффлпаффцев цены, конечно, были ниже, но те, не слушая возражений, платили полную стоимость. Техника нанесения рун уже была отработана, ведь благодаря приобретенной в лавке старьевщика перед четвёртым курсом книге Найджел мог не вышивать все руны сам. Книгу он вообще считал сокровищем. Ведь она явно раньше была в личном пользовании какого-то ремесленника-артефактора. И пусть большая часть записей там касалась металла и стекла, но и по рунам было что найти. А один способ, описанный там, очень подходил юному предпринимателю. Хотя сил пока хватало провернуть такое всего раз в неделю, но Найджел мог зачаровывать сразу пару тройку вещей, не вышивая руны сам. Итогом стало то, что о Найджеле поползли слухи как о юном талантливом артефакторе, который в будущем станет так же известен, как Фламель… но в результате сам мальчик умудрился привлечь внимание всяких личностей с непонятными и подозрительными предложениями. Все приходящие письма мальчик отдавал на проверку декану и старосте, и больше чем в половине случаев они оказывались чем-то пропитаны или как-то зачарованы. И от встреч Найджел уклонялся как мог. Но... — Тафнел, — у лестницы хафллпфаффцев встретили Малфой с Креббом и Гойлом. — Я хочу обсудить поставки зачарованной одежды. — Что именно? Мой прейскурант вы наверняка знаете — рубашка — пятнадцать сиклей, штаны — десять. А мантия… — мальчик тихонько выдохнул. Конфликтовать с этим слизеринцем Найджел страшно не хотел, хорошо запомнив характеристику, данную кем-то из старших об их семье: «злопамятные, самовлюбленные, эгоистичные павлины». Учитывая это, хаффлпаффец старался избежать встречи. Но, похоже, ему повезло, и никаких особых предложений ему не поступит… — Я хочу то, что было на тебе в первый день у Грюма. Ведь именно после попытки посмотреть на тебя он катался по полу, завывая от боли? — Да… Но зачем вам такое? Насколько я знаю, кроме профессора Грюма, таким артефактом не пользуется никто. А в других случаях эти руны бесполезны. — Тебя это не касается! Десять галлеонов за каждую вещь. Вот, — на пол упала сумка с вещами. — И вот. Половина суммы, — сверху шлепнулся мешочек, позвякивающий полновесным золотом. — Остальное после исполнения заказа… — Я прошу прощения, но всё же, — Найджел даже не посмотрел на деньги, — зачем вам одежда, выполненная такими рунами? — Тебя это не касается! — процедил Малфой. — Делай, что сказано, и получишь… — Прошу прощения, я наверно, откажусь. — Что?.. — белобрысый слизеринец захлопал глазами. — Как это? — Вы же хотите досадить профессору Грюму, верно? Когда начнется разбирательство, то обязательно выяснят, кто сделал эту одежду. А я бы не хотел иметь проблем больше, чем уже есть. — Ты что, посмел отказать мне? Бери деньги и радуйся, что получил их! Грязнокровка… Сунувшегося было вперед Эрни Найджел оттеснил назад. — В таком случае вам не стоит оскорблять свое достоинство общением со мной. Всего хорошего… Хаффлпаффцы обошли слизеринцев и пошли в сторону гостиной. Эрни сделал знак рукой, означающий опасность. Найджел едва заметно кивнул, и у обоих в руках появились палочки. — Остолбеней! Однокурсники отступили под защиту главной лестницы, и Найджел выставил перед собой щит, принимая на него заклятие. Его бывший собеседник стоял, наведя на него палочку, будто не замечая массу свидетелей вокруг. — Малфой, чего ты хочешь добиться? Даже если сейчас ты одолеешь меня, что тебе это даст? Я не стану делать эту одежду. Насильно мил не будешь, слышал такое? Найджел понимал, что не сейчас, так через минуту появятся преподаватели, а пока он справится. Хотя бы немного. Было интересно, хотелось попробовать себя в деле. — Ты, грязнокровка! Как ты смеешь! — и, не слушая ничего больше, Малфой разразился каскадом заклятий, стараясь достать наглеца, который посмел ему перечить. Подросток по большей части уклонялся, так как чувствовал, что слизеринец, в отличие от него самого, делает ставку на силу заклятий. В то время как барсук старался больше полагаться на скорость и простоту. Плюс Малфой не мог прицелиться в запале битвы и постоянно промазывал. Но в их противостояние наконец включились и его подручные, и положение Найджела резко ухудшилось. Щитовые чары в его исполнении могли сдержать пару заклятий, но не более. А уж против троих, двое из которых не теряли головы и весьма ловко орудовали палочками… Положение становилось отчаянным. — Экспеллиармус! Палочки слизеринцев покатились по полу. — Ах ты ж Мерлинов…! — Малфой обернулся и замер, не закончив ругательство. Возле входа в холл стоял профессор Снейп. — Мистер Малфой… Крэбб… Гойл… Не объяснитесь?.. Слизеринцы хранили молчание. Посверлив каждого из них взглядом ониксовых глаз, мужчина оглянулся на Найджела. — Мистер Тафнел… Может, вы? — Да, сэр. Мистер Малфой встретил меня у лестницы. Оказалось, что он хотел сделать заказ на одежды, покрытые рунами. Но руны он потребовал не стандартные, а те, что были на моей одежде в день инцидента с профессором Грюмом. Я отказался. Это не понравилось мистеру Малфою, и он напал. А после и остальные слизеринцы. — Понятно. Мистер Тафнел… Десять баллов с Хаффлпаффа за колдовство вне класса. Идите в гостиную. Мистер Малфой, мистер Крэбб, мистер Гойл, за мной… Стоило декану Слизерина и его подопечным скрыться, как в холл вышли остальные однокурсники. — Найджел, мы хотели помочь, но боялись случайно тебя зацепить… — Всё нормально, правильно, что не вмешались. — Что от тебя хотел Малфой? — спросил Эрни. — Возможность поиздеваться над профессором Грюмом. Он же превратил его в хорька? — ребята кивнули. — Скорее всего, Малфой хотел поквитаться. А так как пыточное уголовно наказуемо, он пошёл другим путём и решил просто повторить моё достижение. Не оригинально, но эффективно. — И всё? — И всё. Идемте в гостиную, а то поймают ещё. Накажут…

***

Снейп отправил Крэбба и Гойла в гостиную и повёл Драко в свои комнаты. Заведя крестника внутрь, он зажёг свет и сел в кресло. — Я не разрешал вам садиться, мистер Малфой, — подросток замер, удивленно глядя на мужчину, который раньше никогда так резко с ним не разговаривал. — О Мерлин… Присядь, Драко. Скажи мне честно, что ты хотел от Тафнела? Слизеринец насупился и промолчал. — Тебе была нужна одежда. С рунами. Которая бы причиняла боль человеку, который обладает артефактом, позволяющим смотреть через преграды. Я ничего не упустил? Молчание. — Драко, ты кричишь, что ты слизеринец, но ведешь ты себя, как худший из гриффиндорцев, — белобрысый вскинул голову, горя возмущением. — Настоящий слизеринец расчётлив, хладнокровен, спокоен и всегда ищет выгоду. Понимаешь? Задумавшийся крестник неуверенно кивнул. — Я не знаю, что ты сказал Тафнелу, но я неплохо изучил его. Он не послал бы тебя, если бы ты был вежлив. — Да кто он… — Талантливый молодой человек, который на четвертом курсе вполне успешно мастерит артефакты средней силы. Драко, этот хаффлпаффец думает о будущем, понимаешь? Он уже стал авторитетным человеком на своём факультете, к его словам прислушиваются. А после демонстрации, которую он устроил у Грюма, им заинтересовались очень многие. Он работает на репутацию и уже сейчас запомнился всем как обязательный человек, который держит слово. — Но он мне отказал! — Верно, — кивнул Снейп. — И я его решение поддержу. Драко, пойми, он сделал защиту от глаза Грозного Глаза, прости за тавтологию, быстро и относительно дешево. Согласись, пара галлеонов найдется у любого студента. И этим он не только зарабатывает, но и имя себе сделает. Имя очень талантливого, умного и, главное, не жадного человека. И не изображай Поттера у меня на уроке, умоляю! Тебе не идёт такой придурковатый вид! Он ценит заработанную репутацию и не хочет её терять из-за твоего глупого желания побаловаться! — Завтра от его репутации ничего не останется! — прошипел Малфой, сжимая руки в кулаки. Мужчина только покачал головой. — Завтра? Драко, ты что, плохо меня слушал? Я же говорил — ре-пу-та-ция. Сейчас Тафнел для всех герой. Такого ты не опустишь. — Я найду способ! — Могу только пожелать тебе удачи… Но всё же дам совет, как крестнику: попытайся действовать как слизеринец, а не как пустоголовый гриффиндорец. Месть — это блюдо, которое подается холодным.

***

Найджел стоял в третьем ряду учеников, придерживая привалившуюся к нему Салли-Энн. Хогвартс встречал делегации из Шармбатона и Дурмстранга. И как подросток ни пытал старосту, тот не смог обосновать причину, по которой они должны мёрзнуть на улице. — Энни, хотя бы притворись, что ты не спишь. — Я медитирую… — Хорошо, что ты это делаешь без звука… — девочка слегка ущипнула парня и уткнулась носом в его шею. — А кто в этом виноват? Между прочим, это ты ведешь этот кружок подпольного зельеварения… А я там вообще мимо проходила. А теперь страдаю! — Но удовольствие получаешь! И тебе это тоже в плюс. Парировать девочке было нечем. Холод хаффлпаффцев не тревожил. Будучи предупреждены деканом, они оделись достаточно тепло, а первокурсников укрыли согревающими заклятиями. Особо шустрые звенели термосами с горячим какао и чаем, старательно прячась от всевидящего ока МакГонагалл и Снейпа. — А кофе нет? — сокурсник мотнул головой и протянул крышку со сладким молочным напитком. — Энни, проснись, какао… — Передай, что я перезвоню… — Нам не нужно, — шепнул мальчик и спиной загородил от преподавателей спасительную тару с горячими напитками. — И зачем нас заставили стоять на холоде? Вопрос был явно риторическим. Но к счастью, делегации от других школ прибыли одна за другой, причём первая упала с небес, а вторая всплыла со дна озера. Найджел посчитал, что это очень символично. Пропустив вперёд учеников заграничных школ, остальным наконец разрешили зайти в спасительное тепло. Сюрпризом стало присутствие знаменитого ловца Виктора Крама, о чём подросток узнал у Салли-Энн, которая проснулась и с интересом поглядывала на профессионального спортсмена. Девушки из Шармбатона сели за стол Когтеврана, а дурмстранговцы — за стол Слизерина. — Эх, жаль, что они не сели за наш стол, — заныл Эрни МакМиллан, вытягивая шею, чтобы посмотреть на знаменитость. — Я не видел его близко. — Он тут целый год будет, ещё насмотришься, — хмыкнул Найджел. Эрни повеселел, а на столах начала появляться еда. Спеша поделиться впечатлениями, студенты даже прослушали вступительную речь Дамблдора. Ребята наслаждались едой, но нетерпение давало о себе знать. Уже скоро, совсем скоро они узнают, как будут выбираться Чемпионы…

***

Субботнее утро Найджел встретил у Кубка полусонным, жуя тост, сунутый в руку заботливой Перкс. — Напомни, зачем мы пришли?.. — Сейчас Седрик будет кидать своё имя в Кубок! Мы должны его поддержать! — Уа-а-а-ах! — зевнул мальчишка. — Он что, не человек? Восемь утра, суббота! Он вообще имеет сострадание к ближним своим? А ещё староста… — Найджел, тихо! Вот он! Процесс бросания куска пергамента Седриком подросток с чистой совестью проспал. Ну не интересно ему это было! Плюс до этого здесь были шармбатонцы, которые дисциплинированно покидали свои листочки, и спецэффектов (довольно скудных, кстати) он уже насмотрелся. Наконец толпа увела Диггори, а Найджел потянул Салли-Энн в противоположную сторону. — Мистер Тафнел… — на лестнице стоял Снейп, — в мой кабинет. Мисс Перкс, идите на завтрак. — Скоро вернусь, — шепнул мальчик и побежал за преподавателем. Профессор завел его в кабинет и остановился перед входом в кладовую. — Мистер Тафнел, — медленно начал он, — вы помните наш уговор? О занятиях ваших первокурсников, когда кабинет свободен? — Разумеется, сэр. — Тогда как вы объясните пропажу из кладовой шкурки бумсланга и растертый рог двурога? — почти прошипел Снейп. — Я что, недостаточно понятно объяснил, что будет, если вы залезете в кладовую? — Сэр, это не я. И студенты Хаффлпаффа тоже ничего здесь не трогали. — Я не верю вам, мистер Тафнел. — Готов выпить сыворотку правды, чтобы доказать свою невиновность. — Я не собираюсь переводить на вас редкое зелье. — Хм, в таком случае, — Найджел вытащил палочку и поднял перед собой, — Я, Найджел Сэмюэль Тафнел, клянусь, что не обворовывал кладовую профессора Снейпа! — сверкнула вспышка. — Люмос. Нокс. Теперь вы мне верите? — Верю, — скривился зельевар. — Можете идти.

***

— Гарри Поттер! Найджел встрепенулся. Из-за нервного стресса он переел и под конец пира просто задремал, пытаясь в уме посчитать защитную рунную цепочку для штанов. Имя гриффиндорца ввинтилось в мозг, вырывая мальчика из приятного полусна. — Энни, чего случилось?! Ответом стал ошарашенный взгляд. — Ты что, не слушал?! — Я тебе больше скажу, — зевнул Найджел, — я вообще последние минуты не прислушивался. Кого выбрали Чемпионами? — Делакур, Крама и Седрика. — А чего Поттера вызвали? — Его имя тоже вылетело из Кубка. — Ого! Это что за попытка суицида оригинально-извращенным способом? — Не знаю. Посмотрим, что скажут. — Посмотрим. Но Поттер не выглядит радостным. Скорее, какой-то пришибленный.

***

В гостиной стоял галдёж. Вошедшего внутрь Чемпиона толпа подняла на плечи и понесла в центр комнаты. — Седрик, поздравляем!!! — Да ладно вам! — смущался главный герой дня, пламенея щеками. — Я же ещё победить должен. — Но ты уже достойнейший в Хогвартсе! А это немало! — А Поттер ещё пожалеет, что попытался украсть у нашего Седрика звание Чемпиона! — выкрикнул кто-то из задних рядов. — Мошенник Поттер! Найджел стоял в стороне от столпотворения, потягивал какао и молча обдумывал всё произошедшее. Рядом в кресле сидела Салли-Энн, с тревогой глядя на стачку возмущенных школьников, которая грозила перерасти в стихийный митинг. — Найджел, как думаешь, всё будет в порядке? — Не знаю. Но мне не нравится эта ситуация, — из толпы послышался крик «Бойкот Поттеру!» — Придется вмешаться. Оставив девочку, он отошёл в сторону и встал на стул. И, взмахнув палочкой, запустил к потолку маленькую петарду. БАХ! Половина присутствующих старшекурсников выставили Щитовые чары, пока вторая половина прятала младшие курсы под столы. Но удостоверившись, что никто не нападает, они повертели головами и заметили Найджела. — Тафнел, что случилось? — спросил Седрик, слегка хмурясь. — Прости, что прерываю твой миг триумфа, но я слегка беспокоюсь. Ребята, мне не послышалось, кто-то сказал «Бойкот Поттеру»? Хаффлпаффцы согласно заворчали. Найджел снова поднял руку. — Ребята, я не говорю, что он достоин. Но вы подумали сами, каково это? Одно дело мечтать о Чемпионстве, а другое — реально быть им! — Ну и что? Выпендриться хотел! — выкрикнул Эрни МакМиллан. — Он же чёртов Мальчик-Который-Выжил! — Эрни, ты, видимо, не заметил, как Поттер шёл к Дамблдору. Он был напуган, сбит с толку. Там не было и тени радости. — Просто не надеялся, что получится! — С одной стороны. А с другой сейчас встаёт вопрос чести факультета. — Ты же не веришь в честь! — хмыкнул Диггори, кривя в усмешке губы. — В честь Школы или факультета, зарабатываемая баллами — нет. Но в честь, обычную людскую — верю. Несмотря на происхождение и условия, где я рос, я продолжаю верить, что люди могут поступать как люди. Седрик, ты же староста. И сейчас с твоего попустительства факультет Хаффлпаффа может развернуть травлю Поттера. Ты хочешь этого? Серьезно, хочешь отомстить моему ровеснику, человеку на два года младше тебя, за то, что тот украл у тебя твою минуту славы? — Нет, — напрягся Диггори. — Я этого не хочу. — А почему ты не осадил крикунов? — Я… Ну… — Информативно, — Найджел нагло присвоил фразу Снейпа. — И сразу видно, насколько Хаффлпафф может деградировать всего от одной только призрачной надежды всех победить. Готовы загрызть однокурсника, который не там умудрился вылезти. Воистину, дух Хельги во всем великолепии! Последние слова прозвучали в полной тишине. Найджелу хотелось сплюнуть от скопившейся во рту горькой слюны, но он мотнул головой и, не обращая больше на толпу внимания, пошёл к спальням. На полпути его догнала Салли-Энн. — Найджел, они так не считают! Просто… Понимаешь… — Конечно, понимаю, — улыбнулся подросток опешившей от такого резкого контраста девочке, — и сказал это, чтобы отрезвить людей. Или ты реально решила, что я так думаю про ребят со своего факультета? — Но зачем? — Взбесившуюся толпу нельзя остановить мягким порицанием. Нужно что-то убойное. Вроде Матери, осуждающе смотрящей на своих Детей. Или меня, внезапно вспомнившего о чести факультета. — Найджел, ты такой… — Глупый? — Смелый, — поцелуй в щеку, — добрый, — поцелуй в другую щеку, — умный… Вообще самый-самый! — Не перехвали, — криво улыбнулся Найджел, чувствуя, как от адреналина у него начали подгибаться ноги. — Дурак! Опять момент портишь! — И поцеловав его прямо в губы, девушка покраснела и убежала. А подросток остался стоять в коридоре, глупо улыбаясь в пустоту.

***

— Уф-ф-ф… Нет, надо было давить эти личинки, пока они были маленькими! Возвращающиеся с урока УЗМС хаффлпаффцы согласно кивали. Соплохвосты за два месяца вымахали в размерах и теперь спокойно могли волочить за собой по меньшей мере, двух человек. Так что ученики, сегодня выгуливавшие их, возвращались грязными и изможденными. — Здравствуйте! — перед студентами появилась женщина в ярко-зеленой мантии. — Вы можете дать мне интервью? — А вы кто? — спросил Найджел, все силы которого уходили на то, чтобы тащить Захарию Смита, который сильно обжёг руку в конце прогулки и сейчас просто механически переставлял ноги. — Что вам нужно? — Меня зовут Рита Скитер. Я журналист газеты «Ежедневный Пророк». Можете дать мне небольшое интервью? — Простите, но мы должны доставить нашего пострадавшего сокурсника в больничное крыло. Может, чуть позже? — ответил за всех Найджел, и хаффлпаффцы организованно потянулись к замку. Но сдав однокурсника целительнице, подросток не ожидал, что, выходя из лазарета, он вновь наткнется на журналистку. — А вот и вы! Вы обещали интервью! — Я?! — Разумеется! Идёмте, надо найти место, где можно поговорить спокойно. Журналистка потянула подростка за собой в пустой класс. Причиной, по которой она выбрала именно его, была непонятная фраза, брошенная одним из преподавателей: «Слава Мерлину, она не знакома с Тафнелом!». Узнать, кто этот Тафнел, было делом трех минут. Всего лишь короткая беседа с этим Хагридом, и она уже нашла его. Заведя четверокурсника в первый попавшийся класс, она очистила два стула и села на один из них. — Видишь ли, я интересуюсь тобой не просто так… — женщина многозначительно выгнула бровь. — Ты был свидетелем развернувшихся событий, и, надеюсь, поделишься своими впечатлениями с нашими читателями? — О чём, простите? — О Гарри Поттере, разумеется, — ласково, как дурачку, улыбнулась журналистка Найджелу. — Ведь он четвертый Чемпион… — Ааа… А я подумал, вы о предыдущих годах… Правда, тут не прессу, а скорее полицей… точнее, авроров бы стоило вызывать. — Серьезно? — перо начало строчить, порхая по пергаменту. — Хотя это не из-за Поттера… Ну вряд ли он смог бы пригнать сотню дементоров, которые охраняют тюрьму для волшебников, в школу. Но в результате все студенты были вынуждены целый год соседствовать с этими тварями. — Вот даже как… А что сказал директор на это? — Что Министерство виновато, и оно настояло. А то, что дементоры чуть не применили какой-то Поцелуй к одной из студенток, это производственная необходимость… Больше за дементоров переживали. — Поцелуй?! — журналистка жадно смотрела на мальчика, даже не подозревающего, какие факты он выдает… Пергамент почти дымился от скорости, с которой над ним летало перо. — Вы были этому свидетелем? — Да. Мы с подругой отогнали дементора, а спасать нас прибежал только профессор Снейп. — Вы не будете… против, если я возьму у вас воспоминания того события? — Извините, но, — Найджел с опаской посмотрел на палочку журналистки, — я немного не доверяю вам и вашим навыкам в этом деле. Но я знаю человека, который проследит, чтобы со мной ничего не случилось. — И в его присутствии… — Да. — Идёмте же!

***

— Знаете, профессор очень умный человек, мисс Скитер. Он ведь Мастер зельеварения и столько лет является деканом факультета Слизерин, и отличный дуэлянт, и еще… — Даже так… — задумчиво протянула журналистка, постукивая пером по губам. — Только мы… как бы… Ну, он вряд ли согласится помочь. Я его... - мальчик опустил голову, - я его раздражаю... — Не волнуйся, — улыбнулась женщина, — мне мужчины не отказывают! — Мистер Тафнел… — прошипел Снейп, увидев на пороге своего класса назойливого хаффлпаффца и незнакомую женщину. — А это кто с вами? — Рита Скитер, журналистка газеты «Ежедневный Пророк». Нам нужна ваша помощь… — Вы не имеете права здесь находиться, — отрезал мужчина. — Я должен проводить вас до выхода. — О, прошу, нам очень нужна ваша помощь! Видите ли, наши читатели очень хотят узнать, как получилось, что… — Достаточно!.. Что вы хотели? — Снейп замешкался, сбитый с толку странным плотоядным взглядом со стороны журналистки. — Извлечь одно воспоминание. Сама я могу, но мистер Тафнел не доверяет моей квалификации в… — Ментальной магии. Л-ладно, не знаю, что вы там хотите передать, и не хочу знать… но ученик в состоянии овоща плохо скажется на репутации школы. Сядьте, мистер Тафнел, и вспомните момент, который вы хотите передать, во всех подробностях. Процесс извлечения прошёл успешно и быстро. Довольная Скитер сунула пузырёк с воспоминанием в сумочку и стала поправлять мантию. А Найджел, попрощавшись, быстро убежал из класса. Не успел Снейп понять причину такой поспешности, как за спиной раздался нежный голос женщины, дыхание которой защекотало его ухо: — А вы правда Мастер зельеварения?.. Рванувшись в сторону, мужчина постарался успокоить сердце, одновременно убеждая себя, что он не испугался. Просто дала знать о себе привычка не держать незнакомцев за спиной. — Прошу, мисс Скитер… Я провожу вас до выхода. — О, вы такой галантный джентльмен… Нет, правда — вы Мастер зельеварения в таком молодом возрасте? За десять минут, пока он вёл настырную журналистку до входа (кажется, именно это с Тафнелом их объединяло) она успела расспросить о его жизни, элементах преподавания и даже назначить встречу в Хогсмиде. С последним он согласился, скрипя зубами, сразу решив не приходить, отговорившись дежурством. Но его тут же обломали: — Я зайду к директору Дамблдору, чтобы он отпустил вас в субботу в Хогсмид. Не волнуйтесь, он сочтёт причину достаточно уважительной. Всего доброго… — Он меня не отпустит. — Не волнуйтесь, — блондинка подмигнула своему провожатому, — теперь он вас куда угодно отпустит. Со мной. За спиной Снейпа, который смотрел вслед удаляющейся женщине, возник Флитвик. — Северус, я советую тебе быть поосторожнее с этой дамой. Всё-таки она весьма… своенравна. — О чём вы, Филиус? К чему это вообще? — О том, что вам назначили свидание. Без права отказаться. И, похоже, уже готовы отпросить вас у директора. Полугоблин, хихикая, ушёл по своим делам, считая в уме секунды. «…Два… Три… Четыре…» — ТАААААФФФНЕЕЕЕЕЕЛ!!! «Вот и катализатор», — Флитвик поспешил в учительскую. — «Теперь нужно с Альбусом поговорить, чтобы отпустил Северуса в Хогсмид, и проследить, чтобы тот не сбежал… Да, это, конечно, хорошо, но Тафнела от Скитер следовало бы держать подальше!»

***

— Гарри Поттер, четырнадцатилетний мальчик, загадочным образом попавший в число участников Турнира Трёх Волшебников… Угу… Угу… Да ладно?! Ну и ересь! Развернув откинутую Салли-Энн утренюю газету, Найджел сунул туда свой нос. — Ну… обычная газетная утка. Это же жёлтая пресса, делающая продажи на торговле «жареными» новостями. — Но это… — Энни, не пытайся понять других, не проходя полдня в их обуви. Каждый выживает как может, согласись. — А почему о Седрике не написали?! — Потому что он не скандальная фигура. Какой смысл писать о человеке, который не привлечет внимания? А вот Гарри Поттер — это масштабная и обсуждаемая личность. Пусть Диггори скажет спасибо, что его вообще упомянули. И дали не отрицательный отзыв. — А Поттер, похоже, не очень счастлив видеть своё имя в газете. — Потому что там описан не он. Он будет плеваться и кричать, что это неправда, но, увы, люди тянутся именно к таким, каким он там описан. Храбрым, решительным, уверенным в себе. — Что? Это неправда! — раздался вопль Поттера за соседним столом. — Как она могла такое написать?! — Видишь? — Ты считаешь это смешным? — Ничуть. Просто нужно уметь пользоваться моментом. И кое-что странно… — Что? — А где моё интервью? Я же тоже рассказывал, что тут происходило… — Ты рассказал?! Зачем? Ты же был против травли Поттера, осадил ребят, а теперь занимаешься этим сам?! — Энни, тише, тише… Тебя ползала слышит, — вскочившая было девочка села, кипя от возмущения. — Я не рассказывал ничего про Поттера. Про ситуацию в школе — да. Про события Турнира — нет. А тут ни слова. Только если… — Найджел вдруг замер, и, запрокинув голову, громко захохотал. — Вот ведь… Она действительно профессионал! — В смысле? — Она провела меня. И заимела огромнейших размеров компромат на школу и Министерство, не прикладывая никаких усилий. Это достойно уважения! — Пошли, сплетник! За тобой явно глаз да глаз нужен, а то школу случайно угробишь! Занятия по Травологии проходили вместе с Гриффиндором. И, несмотря на шаткую ситуацию с чемпионством Поттера, Эрни МакМиллан и Ханна Аббот встали с ним в пару. Заметившая это профессор Спраут недоуменно нахмурилась, но увидев многозначительный кивок Найджела, перестала обращать на это внимание. Правда, после пары всё-таки подошла за объяснениями. — Найджел, что происходит? Хаффлпафф, конечно, дружный факультет, но и гордость у нас есть. И молча глотать оскорбления… — Декан, вам хотелось, чтобы Поттеру объявили бойкот три четверти школы? — В с-с-смысле?.. — Если бы наш народ на факультете стал бы демонстративно игнорировать Поттера, Когтевран бы присоединился. Ну, а про Слизерин говорить, я думаю, не стоит. Так вы этого хотели? Помона Спраут молчала. Она была женщиной доброй, вполне в духе факультета, но и честолюбивые порывы имела. И такая возможность… То, что её студент участвует в турнире, грело самолюбие. А появление мальчишки с факультета Минервы как-то портило картину. Он конечно Герой, но и меру надо знать! Но на неё сейчас смотрел её барсук. И ждал ответа. Для него она авторитет, к которому он прислушается. Сделает по своему, но прислушается. Говорить правду вдруг стало стыдно. С глаз женщины будто спала пелена. «Да что это я? Хаффлпаффцы всегда гордились сплоченностью и умением дружить! А сейчас меня, декана, вразумляет четверокурсник! Мерлин, до чего докатилась! Позор!» — Нет, Найджел, я не хотела этого. Ты прав. Спасибо, — Спраут слегка потрепала подопечного по волосам. — С этим Турниром я забыла, что должно быть в основе. — Всё хорошо, декан! — широко улыбнулся подросток, нежась под рукой профессора. — Я всегда готов напомнить!

***

Утро дня первого тура хаффлпаффцы встретили, сосредоточенно завтракая. Диггори нервничал, но в целом старался этого не показывать. Найджел следил за ним, придерживая на коленях пакет, который мягко шуршал, что-то скрывая от взоров остальных. — Ух, скорее бы! — гудели студенты, отдавая должное сосискам и тостам. — Надеюсь, шоу будет классное! — Наверняка Крам победит! — Не-е-е, француженка тоже может! — А я за нашего Диггори болею! Чемпион, похоже, понял бесплодность своих попыток позавтракать и, подхватив сумку, направился к выходу из зала. Найджел соскочил со скамьи и догнал удаляющегося старосту. — Седрик, подожди! — А?.. Найджел… Что-то случилось?… — Почему ты всегда так спрашиваешь? Совсем в меня не веришь? — обиженно выпятил губы подросток. — Нет, всё нормально. Просто мне нужно тебе кое-что показать. Пойдём. Заведя Чемпиона в каморку неподалёку от Большого зала, Найджел сунул ему пакет. — Пожалуйста, надень это, когда пойдёшь на Турнир. — А… Что это? — Кхм, ну, это… моё изделие. И надеюсь, оно тебе поможет. Седрик сунул руку в пакет и осторожно вытянул содержимое. — Ру… Рубашка? — казалось, парень сейчас засмеётся. — Рубашка в расцветке Хогвартса? В руке у него действительно была рубашка с нашитым спереди и сзади гербом Хогвартса. Но Найджел слегка изменил изображение символа их факультета, и теперь тот был похож на своих собратьев из Америки, больше напоминая росомаху, изготовившуюся к броску. — Эй, это моя гордость! Не хочешь — дай сюда! — Нет уж, — усмехнулся Чемпион, аккуратно складывая одежду обратно в пакет. — Учитывая слухи, предпочту взять твой подарок. — Это не подарок. Потом вернешь — с нажимом добавил Найджел. — Верну, верну...

***

— Найджел, думаешь, всё будет хорошо? — Надеюсь. Очень. — Бедный Седрик… Как он будет драться с этим чудовищем? — Вряд ли заставят. Всё же махина здоровая. Такую и вдесятером не завалить. Сама же читала. — Да, но… Страшно за Седрика. — Сам дурак, раз решил участвовать. — Вечно ты всё опошлишь! — Это нервы. Я тоже за Диггори переживаю, между прочим! — Ну ладно, прости. Подросток на секунду задумался, а потом обнял девочку со спины, пытаясь согреть. На удивление, она не стала сопротивляться, а спокойно откинула голову. Так они и стояли, пока на арену не вышел первый участник. Все то время, пока Седрик пытался забрать золотое яйцо, ребята простояли, сжимая друг друга в объятиях, молча вздрагивая, когда дракон пытался помешать Чемпиону забрать вожделенный приз. И вот яйцо в руках Диггори… — Седрик! Сзади! Хаффлпаффцы дружно сорвали голоса, но, похоже, Чемпион услышал предупреждение. И прыгнул вперед наугад, спасаясь от пламени. — У него мантия горит! Но, несмотря на огонь, парень смог добежать до выхода с арены. — Пошли! Надо узнать его самочувствие! Найджел и Салли-Энн успели первыми в палатку скорой помощи, пока там никого не было. Мальчик, не объясняя ничего, упал на пол и закатился под ближайшую койку. Девочка поступила так же. Когда принесли Седрика, прибежавших студентов уже не пустили внутрь. — Боже, ожог, наверно, ужасный! Положите его на кушетку, — раздался звук рассекаемой одежды. — Ого! Патриот!.. Чёрт, не режется! Почувствовав, что его шедевр сейчас варварски покромсают, Найджел вылез из-под кушетки. — Не смейте! — Мистер Тафнел! Сейчас же покиньте палату!.. — Не сейчас! Вы же испортите «нагрудник»! — У нас нет времени на это! Нужно осмотреть мистера Диггори! — Чёрт! Вингардиум Левиоса! — подцепив заклятием рубашку, подросток через голову содрал её с Седрика. — Осматривайте! — а сам Найджел стал аккуратно проверять целостность своего недавнего презента Чемпиону. Целительница махала палочкой пару минут, и с каждым полученным результатом её лицо становилось всё более ошеломленным. — Мистер Диггори… Как вы себя чувствуете? — Руки горят. И шея — поморщился парень. — Больше ничего. — Но как… Я же видела… Вы попали под струю пламени… Это невозможно… — Возможно, если на нём был «нагрудник», — фыркнул Найджел. — А то был бы из нашего Диггори Чемпионский гриль! — Мистер Тафнел! — возмутилась мадам Помфри. — Нет, он прав, — кивнул Седрик. — Если бы не его подарок, я бы уже был мертв. Неодобрительно качая головой, целительница начала обрабатывать руки парня противоожоговой мазью, так как больше пострадали именно они. — Всё, можешь идти. Судьи сейчас будут выставлять оценки… — из-под другой кушетки вылезла Салли-Энн, вызвав новый поток возмущений. — Мисс Перкс! Мерлин, что за неправильные хаффлпаффцы! Но едва ребята дошли до выхода, как увидели несколько человек, стремительно бегущих в их сторону. — Амос, спокойно! Ему помогут и… — Он мой сын! Он едва не погиб! Как я могу быть спокойным?! — Я понимаю тебя, но прошу… — Дамблдор, я всё понимаю, но это не повод прерывать состязание. Нужно оценить вашего первого Чемпиона и продолжать. К тому же у вас есть запасной… Раздался треск заклятия, и мужчина, в котором Найджел узнал директора Дурмстарнга, упал навзничь. Дамблдор это явно не одобрил, но промолчал, понимая состояние родителя. Сухонький старичок, идущий по другую сторону, только закатил глаза. — Пап, всё в порядке, — Амос Диггори в ступоре замер, глядя на невредимого сына. — Только руки обжёг, но это ерунда… — Сын! — отец обнял Седрика и крепко к себе прижал, не замечая выступивших слёз. — А если бы ты погиб?! Что бы я делал, ты подумал?! Что бы я делал?! Как бы жил дальше? — Но со мной всё хорошо, пап. И благодаря ему, — Чемпион обернулся к Найджелу, который пытался технично потеряться. — Он сделал одежду, которая не дала мне прожариться до хрустящей корочки. — Он?.. — Он, — кивнул парень. — Это ты! — неожиданно мощно рявкнул сухой старик с седой бородкой и живыми пальцами профессионального вора. — Тот самый, о котором писала Батшеда Бабблинг! Верно?! — Эээ, — растерялся Найджел. — Я? — Ты же сделал это? — ткнул старичок в рубашку-«нагрудник». — Да, сэр. Я немного поэкспериментировал в свободное от учёбы время. И вот… — Вся жизнь — учёба! — возразил старик, уже тщательно рассматривая изделие мальчика и чуть ли на зуб не пробуя. — Клянусь седой бородой Мерлина! Это просто шедевр! Шедевр, который… просто… Многоуважаемый, — тон собеседника резко сменился, и Найджел напрягся — примерно так разговаривали всякие «благодетели», иногда приходившие к ним в приют. Ничем хорошим дети, взятые ими под опёку, обычно не заканчивали, — скажите, вы не хотели бы пойти в ученики ко мне?.. Я не представился, кажется, меня зовут Жан Батист Сент-Велларуа, Мастер Артефакторики. Я редко беру учеников, но такой талант явно требует огранки… Вам предоставляется редкая удача, ведь вы можете… Найджел слушал этого старичка, и в голове появилась лёгкость и пустота. Он смотрел будто со стороны на себя и свои действия. Голос собеседника звучал как из бочки, и казалось, что веки стали весить тонну… — Найджел… Найджел… Очнись, Найджел. Подросток с трудом сфокусировал взгляд и едва успел увернулся от оплеухи Салли-Энн. — За что?! — Найджел потряс головой и оглянулся. Они продолжали стоять у палатки, но ни старого артефактора рядом, ни директора Дурмстранга на земле не было. — Что случилось? — Жан Батист очень хитёр, молодой человек, — объяснил директор, пряча палочку. — Боюсь, ваш талант его так покорил, что он решил форсировать события. И подписать ученический контракт. Опережая ваш вопрос, условия рабские, и это не преувеличение. Можете ознакомиться, — он протянул бумаги. — А как он меня?.. — Ментальная магия. Очень редкая, но к счастью, я всё ещё что-то могу, — лукаво блеснул глазами Дамблдор. — А как вы его?.. — Это как-нибудь в другой раз. Уберите бумаги, вы их прочтёте потом. А сейчас играйте убедительно, Седрик и его отец не должны ни о чём догадаться. Жан Батисту стало плохо, а его вместе с директором Каркаровым я занес в палатку к мадам Помфри. — Хорошо. Представители семьи Диггори очнулись одновременно и продолжили говорить, словно не было никакой паузы и они не стояли, будучи оглушенными. — Молодой человек, — Амос Диггори подошёл к Найжелу. — Семья Диггори признаёт Долг жизни перед Найджелом Тафнелом. — Я признаю возвращение долга семьей Диггори. Сверкнула вспышка. — Ч-что?.. — Вы всё правильно услышали, — улыбнулся мальчик. — Ведь именно вы способствовали помощи моему приюту в прошлом году? — Ну, да… Так это были вы? Надо же… — Так что это я был вам должен. Но надеюсь, мы сохраним дружеские отношения. — И надеюсь, что информацию об этой чудесной рубашке вы тоже сохраните в тайне, — добавил директор. — Я всё же не хотел бы… скандала. — Безусловно! — и мужчина горячо потряс руку подростку. — А теперь давайте, наконец, узнаем, какие баллы заслужил мой сын!!!

***

Чего не ожидал Северус Снейп, так это тихого стука в класс перед самым отбоем. — Войдите... Внутрь просочился Тафнел, от чего мужчина мученически застонал. — Тафнел, демон вы хаффлпаффский… Что вам от меня опять нужно?! Вы и так испортили мне жизнь! — Сэр?.. — Не притворяйтесь! — зарычал зельевар. — Это был ваш коварный в своей изощрённости план натравить на меня Риту! — Кого?.. — Риту Скитер! Она же просто пиявка! Она решила с чего-то, что я ей идеально подхожу! — Эээ… — И теперь она таскает меня на свидания, прогулки, ужины… А директор и преподаватели так понимающе относятся к этому, твари… — Но они вам, наверно, добра желают… — Котёл, лаборатория, ингредиенты, отсутствие студентов — я был бы счастлив! — Но она приятная женщина… — Когда ей надо! Но недавно она довела до заикания продавца, требуя мантию определенного цвета и покроя! Беднягу даже я пожалел! Представляю, что она сделает со мной! — Сэр… Вы сменили мантию? — присмотрелся Найджел. — Она тёмно-синего цвета… — Вы этого не видели! — Но вам очень идёт! — Замолчите!.. Мерлин, жалуюсь на женщину студенту… Видимо, я действительно скатился на дно… Что вам, кстати, нужно, Тафнел? — Вы не прочтёте? — на стол легло несколько листов пергамента. — Хотел с вами посоветоваться по этому поводу… Я просто не знаю никого такого же умного, как вы… Снейп погрузился в чтение. Читал он внимательно, практически препарируя каждое слово, и чем дальше скользил его взгляд, тем бледнее он становился. — Тафнел… Вы это подписали?... — Нет, сэр. Выдохнув, мужчина подошёл к шкафу и, засунув руку за книги, вытянул оттуда початую бутылку виски. Сделал хороший глоток, поставил обратно. И вернувшись к столу, грузно упал в кресло. — У вас, Тафнел, каждый день что-то новое! Проклятие какое-то, наверно. Только непонятно, на школу или лично на меня действующее… — Как знать, сэр, — подросток пожал плечами. — Но мне больше интересно, как от этого защититься? Директор Дамблдор будет рядом не всякий раз. И не сможет меня защитить, например, в Хогсмите. — А как вас пытались подчинить? — подался вперед Снейп, сразу поняв причину волнения мальчика. — Зелья? — Директор сказал — Ментальная магия. В голове будто была пустота, и так спокойно… — Что-то вроде Империуса… Грюм что, не тренировал вас его преодолевать? — Меня он боится, похоже. И даже не вызвал. — Чёрт! — мужчина задумался. — Я посоветуюсь с директором, как быть. Возможно, мы что-нибудь придумаем. — Спасибо, сэр! — Идите отсюда.

***

— А, Северус, ты вовремя! — обрадовался директор, на секунду отрываясь от чтения письма. — Садись. На, ознакомься. Пока зельевар читал, старый волшебник цедил чай, с интересом наблюдая, как меняются эмоции на лице мужчины. — Он что, вообще оборзел, этот Жан Батист?! — Примерно такого же содержания письмо я и хочу отправить в ответ. Правда, расписав это на полторы страницы исключительно цензурными выражениями. Но проблемы это не решит, — директор отодвинул чай в сторону, подаваясь вперед. — Мистер Тафнел сильно прославился. Профессор Бабблинг успела написать очень многим. И подробно расписала достижения студента. Так что очень многие в курсе наличия у нас такого самородка. — Чёртова сплетница… — Не ругайся на девочку, Северус. Она же не со зла. Всегда хочется похвалиться талантливым студентом. — Она что, не могла просчитать свои действия?! Она же сама говорила — талант! А его нужно взращивать тихо, не отдавая на поругание всяким… — К сожалению, я не успел это проконтролировать, — покачал головой старый волшебник, — да и вряд ли бы смог. Так что теперь нам нужно озаботиться безопасностью мистера Тафнела. — Директор, простите моё любопытство, но… почему вы решили так опекать этого мальчишку? Раньше, помнится, вы не стремились помогать талантливым самородкам… — Если ты о себе, Северус, то ты был слизеринцем, с очень большим эго и ущемленной гордостью. Я даже подступиться к тебе не смог бы. А потом ты уже был под надзором лорда Малфоя… — Ясно… А с Тафнелом, думаете, сработает? — Он напуган. И надеется на помощь. Он ведь уже приходил к тебе? — мужчина осторожно кивнул. — Видишь? Так что помочь мы должны. Хммм… Зелья он и так знает, так что беды с этой стороны можно не опасаться. Но всё же дай ему, пожалуйста, несколько занятий по зельям доверия и способам, к которым прибегают всякие нечистые на руку личности. Ему пришло за эти два месяца не меньше тридцати писем с подобным составом. Все были изъяты Помоной, но она может не уследить. — Сделаю. — А ещё, пожалуй… Северус, ты можешь начать обучение окклюменции? — А почему это я должен?.. Дамблдор снял очки и прищурившись, посмотрел прямо в глаза мужчине: — Только не говори мне, Северус, что ты не привязался к мальчику… Ты ведь прибежал, едва закончил разговор с мистером Тафнелом, верно? — Снейп поджал губы. — Вот именно. Ты видишь себя в нём. Может, не такого увлеченного, но талантливого. И тебе хочется помочь… пусть ты сам это отрицаешь. Ты добрый человек, Северус... Так что, займешься с ним окклюменцией? — Ладно... И пожалуй, я хотел бы его обучить сопротивляться заклинанию Империус. — Хорошая идея. Может, хоть этого студента мы сможем уберечь… Иди, Северус. И удачи тебе.