Don't tell me bye-bye

      «Счастье — это один огромный пазл, расположившийся на столе и ждущий, когда придёшь ты в возрасте десяти лет и склеешь нужные фрагменты друг с другом. Так складывается целостная картина. Вьюжащие паруса, безмятежная гавань, заледенелая роса, природная гармония и, где-то там, ларёк с газировкой. Впрочем, этого достаточно для того, чтобы обрести мотивацию собрать пазл поскорее, отложив все дела. Только твоя комната, душная тишина, большой пазл и ты.       По маленьким тёплым ручкам один за другим гуляют пазлы, кажется, разные до невозможности, однако с одной картины.       Стакан молока остыл, а двор окунулся в тёмную мглу. Утром рано вставать и, чувствуешь, если не закончишь до первых звонков будильника, — высветится предательское «game over» прямо перед глазами. А дальше… Нет, только не проигрыш.       Картина уже приобретает краски, вырисовываются образы и мелкие детали. И финишная прямая. А за окном уже светлеет небо. Еле-еле поблёскивает ночник в комнате. Слышно за её пределами какое-то движение — наверняка кто-то уже проснулся. Глаза ломит от усталости, от нехватки света. В мыслях прострация. Так приятно ощущать все рецепторы тела так обострённо-приглушённо.       Последний штрих: два пазла. И удивительный феномен. Не подходят. Для них нет места. Есть лишь пустое пространство, к которому они не подходят, как ни пытайся. Как же так.?       Как же так… Я вырос и давно не увлекаюсь пазлами. А проблема осталась со мной. Почему я не могу стать частью собственной картины, в которой мне суждено быть счастливым? Почему я оказался этим никому ненужным, обмазанным в густом клею и выброшенным от гнева, пазлом, который даже не может подняться со дна? И разве всему виной я?       Беда в том, что ты такой же, как и я. Мы подходили друг другу идеально. Но как бы крепко мы не были скреплены, мы всё равно не могли стать частью чего-то большего и важного для нас обоих. И мы перестали искать своё место, устали. Это не наша картина. Но почему мы не подходили ни к одному пазлу? Все сферы наших жизней отвергали меня, его — нас.       А мы накрепко были связаны. И честно, это была единственная моя отрада. Я улыбался в лицо всем проблемам, произнося самые наивные в мире слова: «Смотрите, вы не сломаете нас!»       Пока однажды я не очнулся, а тебя больше нет. Я больше не вижу уютной комнаты, я больше не слышу сумрачной тишины. Я даже больше не вижу мусорки, в которую меня выкинули. И лучше бы ослеп. Потому что меня выбросили гораздо дальше»