Часть 62: Весенние ручьи тайн
Весна
Утро начнётся с кошмара
Ты проснулся, ты жив…
Глаза лишь увидят потолка покрывало,
Что смотрел ответом в ночи.
Внутри что-то сжалось,
Хоть и нет вовсе причин
Ты кофеином заполнишь усталость,
А ужас в табаке растворишь.
Осыпаясь пеплом напрасно
Свой тлен поглотил тебя по весне
Поджилки дрожат, и руки трясутся -
У всех лихорадка в этой поре
И песни о чувствах так льются,
Тревожа холодные думы
В поникшей твоей голове
Когда же в конец все заткнуться
И птицы умолкнут в окне?
Ты встал и прожил
Ту весну
Понятны теперь нездоровые мысли.
Один человек, а сколько эскизов
Пробегут за минуту в твоей голове.
Март проклятый так грязно и сухо
Запятнает поникшие твои глаза
Лишь увидишь цветка нежного листья -
Пожар жизни охватит тебя.
Ты проснулся, ожил
Так держать!
И тяжёлые веки яркими искрами
Распахнули твои глаза
Но почему же так плохо стал выглядеть,
Когда на душе бушует весна?
Взгляды пары перевелись на Криса, который нервно дёргал ногой и уводил взор в сторону. – Ты… - хотел что-то сказать Эрик. – Ты пишешь долбанные стихи?! - перебила его Иви своим удивлённым шёпотом. – А на что ещё это похоже, по-вашему? – Крис, это прекрасно! У тебя настоящий талант! - расплылась в улыбке девушка. – Да конечно… - недовольно смотрел в стену поэт. – Она права, чел. Я даже не сразу догнал, что это твоё авторство… Очень красивые слова и обороты… Не удивительно, что ты так хорошо понимаешь метафоры всегда. – Это ведь стихотворение о тебе, да..? - уточнила Иви. – Угадала… - наконец вернул глаза к друзьям брюнет. – У тебя есть… О ней? - непривычно серьёзно спросил Эр. – И не один. Эта девушка заполонила все мои мысли… – Так это же отлично! Ты хоть понимаешь, что мог бы сказать ей о своих чувствах посредством своих же стихов, болван? - продолжала восторгаться шатенка. – Ни за что! Я и вам не очень хотел показывать, а ей уж тем более! – Это ещё почему? Чувак, я не любитель поэзии, но даже я согласен, что это прекрасно. А учитывая твоё отношение к Дайен… Я уверен на 1000%, что там невероятно красивые слова. - убеждал друга Эр. – А теперь подумай ещё раз, гений! Я не могу ей сказать три слова, а тут целое стихотворение о любви. Да я тупо не выдавлю из себя это. К тому же, они мне не нравятся… Это просто нелепо, а нихера не красиво! – Может дашь прочитать нам? Я знаю, что ты излишне самокритичен, Крис. - попробовала успокоить друга Ив. – Ну уж нет. Вы потом будете использовать мои же слова чтобы подъёбывать нас… – Да не будем мы такого делать. Ты уважаешь мой писательский секрет, Кейдж! А значит и мы уважаем твой. - твёрдо выдал Глайд. Кейдж забрал свои записи, пролистал несколько страниц, перечитал то, что было написано и вздохнул. – Я покажу вам один… Это не то, что можно применять для признания в любви, но по крайней мере описывает происходящее в моей голове. Он подсунул им новый разворот блокнота и сложил руки в замок на столе, ожидая вердикта.Звон
Ты права
Эго моё - ломкий хрусталь
На нём только и держится
Вся наружная сталь.
Не умел говорить,
Но как же я слушал!
Внимая каждую строчку
Этой словесной войны
Голоса разразятся пожаром,
Пламенем охватимся мы.
Могла ты кричать и плакать,
Смеяться могла от души
Мой огонь горел только рядом
Словно бесконечны были угли.
Мир же давил титановым пластом
Под ним прогнулись стержни мои.
Ты под давлением стала алмазом,
Огранённым бриллиантом
Как очи твои
Мы оба чисты и прозрачны,
Но хрусталь не сравнится с бриллиантом -
Он не сдержит натиск любви!
И чтобы не рухнуть
Не сломаться, и не быть балластом
Я вылью все беды и страсти,
Все горести - в ноты свои
Они зазвучат невиданным странством
Дорогою жизни, печалью борьбы
И блески небесных алмазов,
Натянутой звуки струны
Сольются единым безудержным сладострастием,
Минуя летального пламени языки.
В тональности вальса
И в ритме чарующей сальсы
Диалоги запляшут,
Сомкнут над пожаром мосты.
Я знаю и верю
И точно всем расскажу:
Каким бы мир не был титаном,
Ему не удастся , не хватит Паскалей
Чтобы разрушить, раздавить и расплавить
Пределы наших заветных мечтаний.
Их построили двое
Те, которым так странно,
Которым до ужаса больно и страшно
Притворятся алмазным хрусталем
И в молчании хранить порывы свои.
Эрик с несколько печальным удивлением поднял глаза на товарища. Иви продолжала глазеть на бумагу… Янтарные глаза девушки взмыли на Кейджа, роняя чувственную слезу. – Похоже, я не совсем понимала что ты испытываешь к ней, Крис… – Да уж… Хотя я с тобой не согласен, дружище… - неожиданно сказал Рик, указывая пальцем в стих. – С чем это? – Ты не меньше алмаз, чем Дайен. И ей очень повезло, что её любит такой мужик, как ты. – Он прав, Кейдж. И это стихотворение… Очень сильное. А ещё… Какой же ты романтик! Крис посмеялся и поблагодарил друзей. Они ещё говорили о его увлечении, о сложности чувств как таковых и о множестве других глубоких тем. Вскоре брюнету пришлось вернуться к работе, а парочка ушла проводить день вдвоём. Эта весна, безусловно, была особенной для каждого героя нашей истории. Даже Николас не остался без изменений в своей жизни и себе… Знаете, Ник последние года 2-3 был тем самым популярным парнем из Американских фильмов. Смазливый спортсмен, дерзкий шутник, главарь мальчишеской тусовки… До ужаса клишированный образ надо сказать. Но по всем правилам клише - всё не так просто. Вы знаете, что он терпел унижения в более маленьком возрасте. И, возможно, помните, что это было связано со смуглым цветом кожи мальчика. Но не только прозвище «чунга-чанга» гложило его все эти годы… К сожалению, он не отличался такой же милой аурой, как его младшая сестра. Мальчишка был запуганным, неуверенным и сравнительно глуповатым в глазах всех, кроме Дайен. Так ещё и имел некоторый дефект речи. Это сейчас Ник Старс - звезда школы, баскетболист и барабанщик, мечта каждой девчонки подростковых лет. А тогда, будучи даже ещё не подростком, а лишь маленьким мальчиком, его круг общения скорее походил на точку, нежели окружность. Одна сестра относилась к нему действительно хорошо и заботилась о чувствах мальца. А он даже не мог постоять за себя, не то что за неё. И вот сейчас, когда он уже достиг того признания, о котором мечтал, ему вдруг стало пусто на душе. Словно жизнь больше не имела никакого смысла… Оставалось просто быть «крутым» и поддерживать имидж.
