Странный новенький

      Совета Крис послушался. Он зашёл в магазин за всем необходимым домой, прихватил торт и цветы для матери, очередную машинку HotWheels для брата и направился домой.       Несколько минут он стоял перед своей дверью и не решался постучать. А когда смог, то уже не знал что будет говорить. Дверь распахнулась, и удивлённые материнские глаза смотрели на парня с букетом и пакетом. Он вошёл в квартиру, прикрывая за собой дверь. – Крис, что это..? – Ничего не говори… Прости. Я знаю, что идиот. И э… - он неуверенно протянул цветы маме, пряча глаза. – Ты помнишь, что я люблю ромашки… - улыбнулась женщина, забирая презент. – Конечно, ты же моя мама… Мы можем поговорить? Все вместе…       Аделайн молча кивнула и пошла за младшим сыном, пока Крис ставил чайник и разбирал пакет. Марк немного настороженно вошёл в кухню и посмотрел на брата. Брюнет присел на корточки перед ним и протянул игрушку. – Я знаю, что это не исправит утренний кошмар… Прости меня, братишка, я ужасно глупый.       Малец обнял Криса за шею и помотал головой. – Ты не глупый… Просто очень обижен. Мама сказала, что она делала много плохих вещей, когда я был совсем маленьким, а ты это помнишь. Я знаю, что тебе плохо, Крис… Но не делай так больше, пожалуйста! Я не хочу чтобы и ты уехал! – Я постараюсь… И я очень тебя люблю, Марк. – А я тебя! Ты самый лучший брат в мире!       Парень улыбнулся и поднял глаза на мать, стоящую в дверях с мягкой улыбкой. – Я взял тортик… Шоколадный, как вы любите. – Крис, ты терпеть не можешь шоколадные торты… - подметила женщина. – Да, но вы же их обожаете. А я бы не отказался от твоего пирога, которым так приятно пахнет, мам.       Она улыбнулась и открыла духовку. Старший сын разлил чай по кружкам и порезал десерт. Ада положила ему большой кусок своей шарлотки и села в кресло. Марк устроился на диванчике, жадно глазея на принесённое братом угощение, а сам Крис напротив матери. – Ещё раз извините за моё поведение утром… Я не хочу быть для вас каким-то ужасным человеком. Вы моя семья, и я сделаю всё для вашего счастья. - начал разговор брюнет. – Нет, Крис, ты не ужасный человек. Моя мама воспитала тебя прекрасным мальчиком, уже даже мужчиной… И я знаю, что ты прав. На тебя взвалилось много всего, ты не должен был столько делать и видеть… Я действительно плохая мама для тебя. – Ты не была лучшей матерью… Но это и не совсем твоя вина. Я знаю, что ты была разбита и пыталась вернуться к нормальной жизни много лет. И я… Думаю будет проще показать, чем рассказать… - он отошёл к своей школьной сумке и достал свой сборник стихов. - Прочти это, пожалуйста. Может ты поймёшь меня немного лучше…       Аделайн не совсем понимала на что ей предстоит смотреть сейчас. Когда она увидела почерк своего сына в блокноте, осознала, что это было стихотворение из конструкции текста, то широко раскрыла глаза и вчитывалась в строчки с тяжёлым сердцем.

Мама

Она знает тебя наизусть

Стремится быть лучшей:

Добрее, умнее, смешней

Конечно - не выйдет, и пусть!

Она верит, что знает…

Ты сохрани тот секрет

Тот, о котором не скажешь -

Для других его нет.

В тихом забвении ночи

И дня звонком ключе

Она не закроет светлые очи

Ведь рай отнюдь не в шалаше.

В одном слове столько незнанья

В нём же хранится боль и страданья

Печаль и тоска, и радости свет

Оно сохранит моменты молчанья,

В которых тебя уже нет.

Сегодня ты важен и занят

А стоя в окне,

Кому поведаешь свои желанья,

где тебя уже нет?

Мать и так знает

Она не слепец!

Секреты - твои, как и незнанье

О том, что глаза не сомкнув,

Она загадает желанье

О светлой любви в твоей судьбе.

Кто накричит и ударит

Кулаком по старой стене?

Детская память чего-то не знает,

Но мама помнить тот день.

Пускай не отмеченным в календаре,

Но день твоего покаяния

Всё тлеет в тёплой руке.

В тот миг она узнала,

Увидела истины суть

Она поняла: «Я ведь мама!»

Но его уже не вернуть…

Не вернётся тот смех заразительный

Не вернутся года

Открытки заместо смешной поздравительной

Приносишь холодную шаль

Укроешь её той же пристальной,

Звонкой и чистой как сталь,

Тишиною, в которой печаль.

Она не смогла, не забыла

Тот облик, что ты потерял

А ты не простил и не выпустил

Ту терпкую боль, которою стал.

Ты - он!

Не по паспорту, а лишь по истине ,

Что сам отчаянно отрицал.

И ты снова маленький

И вновь на той пристани,

Куда кто-то послал.

А пристань - лишь комната,

Пространство которой заполнится

Криком, пощёчиной,

Оскорбительным «Тварь!»

Нет, ты не выстоял,

А только ниже упал.

Ты помнишь - она понимает

Не отпустишь никак тот причал

Те травмы, что высекли

Как будто бы тело это скрижаль

В долгу ты страшном пожизненно

За то, что тогда ты не знал

Как сложно быть добрым и искренним,

Когда тебя наполнит печаль.

      Женщина закрыла рот рукой, заливаясь слезами. Она смотрела на своего старшего сына с шоком и раскаивалась. Парень поджал губы и молчал в ответ. – Как же много я о тебе не знаю… - дама поднялась с места и крепко обняла голову Криса. – Я хорошо скрываюсь, ты же знаешь… – Сынок, мне очень жаль, правда! Я люблю вас обоих больше жизни. И ты не он! Я знаю, что вселила в тебя эти мысли, но я просто была дурой… Ты не похож на него ни капельки. Мой Крис самый светлый человечек, самый добрый и умный мальчик, замечательный друг и любящий парень. – Мам, я не парень никому… И я знаю, что похож на отца. – Внешне может и да. Но точно не «по истине»! Прости меня за всё это, сынок… Без тебя я бы не справилась. Ты так хочешь уехать поскорее, но пожалуйста… Подумай ещё. Я не хочу тебя отпускать, у тебя появились замечательные друзья и Дайен. Я же вижу как ты изменился за эти месяцы, Крис. – Я и не хочу уезжать, Ма… Просто иногда сбежать проще, чем решать проблемы. – Это не про тебя. Ты никогда не бежал от трудностей сам - я тебя постоянно переносила в новые только.       Сын улыбнулся и обнял маму крепко как никогда. Аделайн даже удивилась, зная как он не любил этого в последние годы. Младший сын и брат тоже подбежал обниматься. – Я не обещаю, что всё сразу изменится… Но не хочу больше этих истерик. Я очень устал от постоянной драмы и разборок. – Я тоже, котёнок… И я так виновата перед вами, мальчики! Вы - самое ценное, что у меня есть, а я… Я ничего не видела за своей болью и злостью. Надеюсь, вы когда-нибудь сможете меня простить. - сокрушалась в плаче женщина. – Крис..? Ты плачешь?! - поразился мальчик, обращая внимание мамы на это.       Брюнет вытер оперативно вытер слёзы и склонил голову дабы спрятаться. – Сынок, тебе не нужно скрывать это от нас… - подняла голову Криса мама. – Я знаю… Просто я же сильный мужик в доме. Не хочу, чтобы вы видели меня слабым. – Слёзы - это не слабость, котёнок. Они лишь показывают твои истинные чувства. И я рада, что ты стал меньше скрывать последние. Твоя девочка очень сильно изменила тебя, Крис. – Она не моя девочка, мам… Да и сомневаюсь, что когда-либо будет.       Женщина улыбнулась и увела Марка играть в свою комнату. Она знала, что этот разговор слишком личный для Криса, и присутствие брата, за которого старший несёт ответственность только усложнит диалог.