Импринтинг миров - 3 (никогда не злите магов)

      После разговора с Шанасс, я задумался всерьез и надолго. И, понимая, что мне придется отдать этому времяпровождению всего себя, посоветовал Грайбу пойти и поискать приключения на свой зад самостоятельно. Правда то, что яргена послали в пешее эротическое куда подальше и подольше, он так и не понял, оставшись со мной в керре Мриса. Ну, что, я за психику тех, кто меня еще не знает, отвечать не собирался. Да и не было у меня желания уговаривать и объяснять. Сейчас передо мной стояла совсем иная задача, которую и нужно было решить. Поэтому, побродив по керру и найдя в закромах Мриса все, что мне могло понадобиться, я завалился в одну из гостевых спален, где уже давно присмотрел удобный диванчик помимо кровати, и такой же удобный журнальный столик, приступил к исполнению своего плана.       Грайб, понимая, что я священнодействую, не отвлекал меня, бродя молчаливой тенью, а потом и вовсе куда-то свинтил, и я даже не понял, куда и когда. А через полчаса, когда я почти вошел в созерцательную дрему, предварительно отлично расслабившись, раздались взволнованные голоса, и в уютную спаленку, сразу ставшую маленькой, ввалилось три тела, Притом, одно из них за толстый хвост тащило другое, в химзащите, активно сопротивляющееся.       – Поставь моего яргена на ноги, животное, – обратился я к Родиону, который тоже пребывал в теле яргена.       – Тьфу, бля!.. – Рэй почти мгновенно унюхал сладковато-пряный дымок, который витал в комнате, швырнув Грайба на пол. – Да укурился он, и тащится, как тот удав по стекловате.       – Да я именно так и сказал, что воскуривал благовония богам, а потом покинул тело, чтобы провести с ними беседу, – Грайб постарался не обижаться за свой хвост, который сейчас, судя по его эмоциональному посылу, отчаянно болел.       – Ты вспомни, что ты сказал.       – Он сказал то, что я ему передал, – я лениво посмотрел на троицу. – Что я ушел в астрал и меня не беспокоить.       – Может, поделишься тем, по какой причине ты снова взялся за наркотики? – Олег присел рядом, пытаясь заглянуть мне в глаза. – Да еще и после такого количества выпивки... – он осмотрел столик, заставленный пустой тарой и посудой. – Стресс наконец-то нашел выход?       – Да, дебилы, это сила... – пробормотал я, свернувшись клубком на диване, заодно перетекая в тело урра, чтобы прикрыться крылом. – У меня мыслительный процесс в самом разгаре, а вы мне тут мешаете.       – И что такого ты тут пытаешься придумать, да еще и с травой? – покрутив кисет, Родион поднес его к носу, вдохнув аромат, после чего блаженно прикрыл глаза. – Не, ребят, я тоже в астрал. Это же надо, какую нычку у Мриса распотрошил. Я даже и не думал, что у него что-то подобное имеется.       – А я знал. Сам ему в свое время заказывал. Только все не было случая. И да, зверь ушастый, извинись перед Грайбом, и залечи его хвост, не видишь же, что больно? – я пнул Родиона мягкой лапой.       – Как я понял, у вас это надолго, с астральными выходами, – хмыкнул Олег и, подождав, пока Рэй уберет последствия своих конечностей, пригласил Грайба следовать за собой. – Пойдем, им сейчас нужно заново... хм... благовония воскурить. А после этого очень жрать хочется. Да и выпивки еще найти надо, или даже создать.       – Ну, так чего стряслось? – решив не заморачиваться с самокрутками, Родион трансформировал обычную курительную трубку, сразу забив ее по всем правилам, заодно кинув на стол с десяток пачек сигарет. По накурке очень сложно было работать с конструктами, да и небезопасно, а кидать на себя конструкт трезвости – жалко. – Накрыло?       – Боги, Родя, какой же ты сложный, когда трезвый... – вздохнув, я уставился на постепенно опустевший от тары стол, отметив появившийся в углу агрегат, напомнивший холодильник, в который Олег потыкал, выразительно глядя на Родиона. – И вообще, давай, начинай, – я снова вернулся к человеческому облику, чтобы забрать у него трубку. – Просто у меня план такой...       – Ну, не план, а трава...       – У меня план, балбес, – сделать все так, чтобы все было максимально прозрачно, и при этом боги ни о чем бы не догадались. Шанасс мне подсказала хорошую идею, которую мне надо привести в исполнение. Но надо сделать так, чтобы в нее поверили все. Не только урры нашей базы, но и все остальные. И чтобы люди от них не отставали. Та шняга с набором силы из веры, о которой тебе сказала Шанасс, действительно действует. Но эту веру надо как-то взрастить.       – Вот оно что... И ты сейчас своим уходом в астрал пытаешься придумать какую-то прикольную театральщину, которая бы всем зашла?       – Именно, – согласился я, увидев на столе внезапно поставленный Олегом кувшин пива. – О, а это откуда?       – По некоторым данным, этот вид алкоголя куда как лучше для ваших... воскуриваний... подходит, – хмыкнул тот. – Я специально у ребят спросил. Ну, и еще можно шампанское. В холодильнике, если что. Все, Грайб, пойдем, оставим этих укурышей рожать ежиков.       – Так ведь от яга и яргена…       – О, поверь, эти – смогут, – услышал я удаляющийся смех, после чего шаги отсекло закрывшейся дверью.       – Вот я и пытаюсь что-то такое придумать. А потом уже посмотреть, что у нас есть из активов, и как это можно будет провернуть.       – Ну, и до чего додумался? – Родион воспринял мои слова серьезно. Все же, когда есть шанс сделать хоть что-то, надо искать возможности, а не отговорки.       – Помнится, Рэлл говорил мне что-то об их пантеоне богов, и о том, что ты принял ипостась одного из них. И мы с Олегом, если понадобится, сможем принять подобные. Найти как они выглядели – не сложно, как и подстроиться под их поведение. Правда, мне еще надо слегка раскачать свою силу, чтобы мои чудеса и чудачества воспринимались как настоящее божественное проявление. Правда, от всего пантеона нас осталось только трое... – я взгрустнул.       – Нас. От пантеона. Угу, – Родион затянулся. – Ты реально себя небожителем считать начал?       – Я сказку придумываю, Рэй! Красивую, плаксивую сказку!       – Об укурыше, который сейчас болото здесь разведет.       – Ничего-то ты не понимаешь, – тоскливо вздохнул я. – Надо как-то найти очень точную грань между тем, чтобы призвать всех на войну, и полным равнодушием. И кстати, если ты согласишься подыграть, то тебе тоже в этом спектакле отводится очень четкая роль. Ты же у нас в ипостаси Барлара, бога воинов, выступаешь. А Грайб может быть твоим наездником...       – Чего?! – Родион даже дымом подавился. – Я что, боевой ездовой кошак, что ли по этой твоей легенде?       – Не, ну надо же мне создать образ рыцаря на белом коне? Точнее, яргена на боевом крылатом кошаке.       – На драконе, еще скажи!       – Дракон позже будет. Эх, жаль я не знаю, какой там носитель информации используется... Так бы можно было сходить на Землю, снять все фильмом, здесь загрузить...       – Да, теперь я понимаю, для чего тебе надо было накуриться... – Рэй разлил пиво. – Действительно, очень бредовая идея. Притом настолько бредовая, что если ее преподнести так как надо, то вполне может получиться.       – Ну, а если тебе она нравится, то давай думать над тем, как ее привести в действие, – воспрял я духом.       Под конец наших споров, охрипшие, дважды протрезвевшие, вынесшие холодильник, бар, и сломавшие синтезатор пищи, чего в принципе не могло случиться, мы с Родионом завалились в койку, где предались спорам в горизонтальной плоскости, вместо слов используя теперь собственные тела. После трубочки-другой, секс казался просто шикарным дополнением данного вечера или точнее уже утра, после чего, сморенные усталостью, мы, наконец, заснули.       – Мышка, а мышка, а чего у тебя глазки такие красненькие? – подколол меня с утра Олег.       – Сру, – буркнул я, чувствуя страшное похмелье, и не расположенный к таким шуткам прямо с пробуждения.       – Ладно, не злись, – он поставил на стол два высоких стакана с какой-то пенящейся хренью. – Пейте, пока не нагрелось. Это лекарство Лёвы, от любого похмелья. А вам, я вижу, сейчас нужно, – Очистив воздух от миазмов алкоголя и пустив освежающую волну ледяной прохлады по помещению, Олег где-то выкопал теплое одеяло, накрыв нас, дав отлежаться. – Шанасс там что-то откопала в недрах храма, просила тебя прийти, как только будешь в состоянии.       – Ага, – я выглотал пойло, оказавшееся довольно приятным на вкус, второй стакан споив Родиону, которого еле привел в чувство. – К полудню подойду.       – И к Грайбу зайди. Он себя после вчерашнего чувствует последним идиотом, не разобравшимся в ситуации.       – Скажи ему, что все отлично. И что Родион мне очень даже помог.       – Да, так и скажу, что ему надо было не за нами идти, а тебя трахнуть.       – Олег! – я запустил в эннэшше подушку. – Я серьезно!       – Я тоже, – подмигнул он.       – Все, иди, дай отлежаться после мозгового штурма.       – И анального...       – Олег!!! – уже рявкнул я на эннэшше, услышав его ответный смех.       – Придурок... – пробормотал Родион, подобравшись поближе, чтобы теплее было. – Завистливый... – добавил чуть позже, поцеловав меня в шею, показывая, что совсем не против продолжения.       А вот я был против. Без регенерации тело восстанавливалось очень неохотно, и печень слегка бойкотировала, так что ни о каком совместном времяпровождении речи не было. Потому пришлось выползать в вымороженную до ледяного состояния комнату, и плестись в душ. А после душа и к Шанасс. Благо, за ночь мы выработали стратегию действия, и теперь от меня зависело всего две вещи: повысить восприятие магии, чтобы суметь слиться в плеяде, и разобраться с внутренним устройством храма. И, пока делаю второе, попутно будет идти и первое.       Освежившись и одевшись, для чего пришлось заходить в этот ледяной ад, устроенный нам Олегом, я вышел из керра и, помедлив, вернулся назад. Лучше в холоде побыть еще немного, чем по этой палящей жаре ползать с похмелья. Родион уже успел, не вставая с кровати, очистить простыни, как и собственное тело, поэтому скользнуть ему под бок было вполне приятно. Разве что рыкнул, когда он меня лапать полез. Не до того было.       Идея, конечно, была туповатая, и сейчас, на трезвую голову я понимал это. Но для урров вполне сойдет. Даже для людей, как бы странно это ни было, тоже. Во всяком случае, 3D экран в небе, для современного жителя Земли все же еще оставался чудом. Особенно с массированным воздействием инфразвуковых волн. Короче, сошлись мы с Родионом на показе киношки уррам, и даже на сюжете хоть и плохонького, но эпика, длиной в двадцать минут, без особых спецэффектов. Наоборот, их обилие будет воспринято несерьезно человеческой частью поселения, а мне сейчас нужна была каждая крупица веры, направленная на меня. Правда, некоторые моменты надо было еще обсудить с Шанасс, как с богиней, чтобы не переборщить, но, думаю, с этим мы справимся.       Наконец, достаточно отлежавшись, я попытался встать.       – Не двигайся, я еще не закончил твое восстановление, – буркнул Родион, выходя из душевой, куда ушел минут двадцать назад. – Когда почувствуешь дикий голод, тогда моя работа будет закончена.       – Понял, не дергаюсь, – согласился я. – Как тебе то, что я вчера предложил?       – Я проработаю пару сюжетов, и дам тебе полную выкладку чуть позже, – подумав, озвучил он свою мысль. – И да, тебе срочно нужно искать кого-то вместо Джэйл. Ей окончательно крышу порвало, и она ушла на Землю. А судя по тому, что я от ее папаши узнал, то и в какой-то монастырь забралась. Женский.       Шутить по этому поводу я не стал. Джэйл, за свою, довольно короткую жизнь, потеряла уже троих собственных детей, и одного приемного. И мне было ее по-настоящему жалко. Но пока я ничем не мог помочь. Да и... Как-то особой тяги не ощущал. В смысле, если говорить простым языком, то слилась и ладно. Вот если без нее у нас не получится ничего, тогда буду вытаскивать. А так, пусть посидит там, подумает. Запрета на перемещение у нее нет, возможность сходить на Урею и Ваарру – открыта. И то, что она себя заперла в четырех стенах, то это только ее личное предпочтение.       – Я Грайба хотел к нам бы, если у него получится. Гэсс, конечно, тоже хорош, но он был заменой Олега. Да и не думаю, что без Джэйл он встроится. А вот если Грайб сумеет... То у нас будет полная плеяда, а не изломанная.       – В чем-то ты прав... – согласился Родион. – Твой ручной ящер совсем не плох. Мы с Олегом не чувствуем его отделения от нас. Если Джэйл всегда была сама по себе, то он как-то легко вплавился в нашу систему восприятия. И я тебя к нему даже не ревную.       – О, большое достижение! – хмыкнул я, ощутив, как внезапно подвело желудок от голода. – Так, у нас осталось что пожрать?       – Нет, только пиво в холодильнике. Можешь попить. А вообще, да, достижение очень большое. Меня все твои ебари бесят, чтобы тебе понятнее было. А Грайб... Ну, не знаю, – Родион пожал плечами. – Он какой-то свой. Нормальный мужик, хоть и со своими хитровыебанными желаниями. И то, что он тебя подставил тогда, я не забыл. Просто за это можно набить морду, а после забыть и продолжить жить. Знай я тебя поменьше, тоже бы выебнулся в свое время.       – Да ты и выебнулся. И не раз, – не стал я разочаровывать Родиона. – Благо, опомнился вовремя. Но ты прав, отсутствие тараканов, это и есть самый большой таракан. Так что все нормально.       – Вы еще здесь? Отлично, – к нам в керр Мриса запорхнула Шанасс. – Олег сказал, что вы можете быть голодны, так что, от его стола к вашему, – выставила из пространственного кокона она несколько блюд, от которых мой желудок еще большим голодом подвело и, пока не насытился, попросил помолчать и не отсвечивать.       – Так чего пришла, подруга? – наконец, отвалившись от стола, произнес я. – Нашла что?       – Именно. Мы с Ру разбирали завалы старого барахла в храме, и нашли несколько видеофайлов этакого божественного производства. И просмотрели.       – Шанасс, не тяни кота за нечто, – попросил я. – Давай по делу.       – Если по делу, то могу тебя разочаровать и одновременно обрадовать. То, что вы хотите сделать, уж прости, но я к тебе на полном эмоканале подсоединена, очень даже получится. Есть записи поведения... хм... богов Ваарры. Притом очень четкие. Но... Дело в том, что богами эти авантюристы и не являлись. И тот, кого ты называешь Слиппсом, а так же его руководство, отлично знают, кем именно были те разумные. А они даже не Высшие. Так, раса низших, вышедшая на космический уровень, и нашедшая Ваарру.       – Так, как я понял, обрадовать нас должно то, что подобное удастся провернуть, потому, что вы с Ру разобрались с системой, так? А разочаровать? То, что Слиппс знает, что это не боги?       – Нет, – Шанасс забрала наш последний кувшин пива, начав опустошать его с горла. – То, что Слиппс что-то там знает, это мелочи. То, что эти личности здесь себя показали, а потом ушли – тоже. Хуже другое. Храмы, которые считаются храмами, это буровые установки. Их разбросали по всему миру, настроили, и должны были запустить, если бы этот, последний, не задержался на орбите. Предыстории я не знаю, но их, скорее всего, спугнули Высшие, или же сами урры, начавшие военные действия. Так вот, если запустить этот комплекс, то все остальные войдут в синхронизацию, и начнут продвижение к ядру планеты, чтобы выкачать из нее энергию.       – И Слиппс, похоже, это тоже знал, – медленно произнес я. – Потому что попытался уничтожить меня после того, как я его заблокировал. То ли сам сюда спуститься не может, и отомстил, как мог, то ли попытался убрать помеху.       – Да. Вот это и есть плохое.       – Если убрать помеху, – задумался Родион, – то зачем ждать туеву хучу лет, чтобы опустить комплекс? Скорее всего, это была досада, когда тот, кто комплекс включить может, его же и заблокировал.       – Реально, – согласился я.       – Это сложная работа мозга не одного и даже не десятка разумных низшего уровня, – поморщилась Шанасс. – В вашем понимании – действие десятка макак, у которых нет координатора. И я в этом не могу никак разобраться. В умственной деятельности низших разбираются только низшие, – она развела руками. – Простите, но это факт. И да, раз Слиппс все еще на дежурстве, то эту планету они так же хотят оприходовать. И смерть одного следящего, не затронет всей системы тех, кто за ним стоит.       – Бля... – я яростно почесал макушку. – Битва за мир, получается? И, что самое хреновое, я даже не с богом, а с каким-то низшим буду биться? И с его системой?       – Даже, – Шанасс хмыкнула. – А ты в курсе, Андрей, что иногда боги этим системам проигрывали, а Высшие предпочитали отойти?       – Хоть в градации определились, – буркнул я, думая. – И что делать будем?       – То, что вы и хотели. Населять культ тебя, – улыбнулась Шанасс. – Просто не будем сообщать Слиппсу, что мы что-то знаем, а сам он этого понять не сможет. Только по связи. А связь мы заблокируем. Тот комплекс, что спустили последним, он же конечный, и на нем все завязано. А Мы с Руарой уже поняли, что и за что отвечает. Главное, не нажимать ненужные кнопочки.       – А за это время этот гад притянет еще одну душу, которая пройдет путем тарра? – окончательно встало все на свои места.       – Андрей, ну ты бы подумал, что сказал, – буркнул Рэй. – Комплекс у нас в середине базы. Он – наш. Всех тарров перевербуем, если что.       – Да, точно, туплю что-то... – я задумался. – Вот только есть один мелкий нюанс. Я не готов к глобальной войне миров. Морально не готов. Если через полгода или год и смогу дать флот, то у меня даже нет того, кто бы им руководил! А Ваарру терять не хочу. Да и миллионы пушистиков переселять некуда!       – А это и не надо. Достаточно некоторое время, пока ты восстанавливаешься, удерживать храм в своих руках, а потом, когда восстановишься, уничтожить ведущий комплекс, а за ним и все остальные. Или повредить. Эти вампиры космоса уйдут дальше, а ты получишь свою базу.       – Если здесь так потратились, то и второй раз...       – А мы снова сметем все их станции, – между нежных губок милого девчачьего личика прорезались нечеловеческие клыки. – За спасение разумной расы мне забудут все мои прегрешения, Андрюша. – Вскроют эту пленку, что закрывает миры от остального пространства, как ржавую консервную банку, и пришлют смотрителей, таких, как мы. Сейчас тебе нужно думать о том, как восстановить свое тело и дух, потому что ты наша любимая темная лошадка.       – И-го-го, бля!.. – буркнул я. – Кажется мне, или мерещится, но меня продолжают использовать?       – Я тебе уже говорила, что тебе следует сделать, чтобы тебя не касались Высшие, – жестко отозвалась Шанасс. – Забиться в норку и там сдохнуть! А если ты такого не хочешь, то изволь барахтаться!       – А можно вопрос? – так же жестко повел себя я. – Если вы мне всерьез на горло наступите, я могу вас нахуй послать, с прямым занесением в черепную, млять, коробочку?       – Если постараешься, то сможешь, – спокойно согласилась Шанасс. – Тем более что у тебя искра Высочайшего в душе. Эгъясса ты так прибил, что он до сих пор чешую дыбит от твоего имени.       – Ага! – ткнул я в змеюку водную пальцем. – Общаетесь, сволочи!..       – А то ты еще сам не понял, – устало вздохнула молодая Высшая. – Тебя спускать с поводка опасно. И натягивать его – опасно. Вот меня и приставили к тебе, так как ты на меня реагируешь наиболее адекватно.       «Они не тебя, Андрей, они меня дрессируют, – ментальным смешком донеслось от Вэрриана. – Ну, пусть попытаются…»       – За ваше мозгоебство, злыдня, – буркнул я, – максимально быстрое приведение разума Грайба к осознанию морфа. Он мне нужен жизнестойким, и готовым к постоянным перемещениям. А я вам и Ваарру на блюдечке, и свою тушку на поводке. Идет?       – Мало запросил, – прищурилась Шанасс. – Это значит, что у тебя есть свой план...       – А тебя это ебать не должно. Я свои условия сказал, и ваши условия выполню! – рявкнул я. – Так что давай, шурши хвостом, подруга.       – Пошуршала, – хмыкнула Шанасс, действительно поднявшись с кресла, и направившись к двери.       – А не сильно ты ее? – пробормотал Родион.       – Да пошла она! – вызверился я, чувствуя, как клокочет в душе гнев, перерастающий в слепящую ярость. – Пусть спасибо скажет, что по стенке не размазал.       – Шанасс всего лишь вестник...       – Рэй! – прорычал я, и эннэшше, понимая, что не в этот раз со мной спорить, заткнулся.       Минут тридцать, или около того, мне потребовалось, чтобы прийти в себя. Шанасс была не виновата, как и ее братишки, и именно это меня попустило. Они тоже подопытные, как и я, разве что рангом повыше. Не мышки, а вомбаты местного разлива. Но так же пинаемые, как и я, если еще не хуже. Девчонку ко мне направили потому, что я ее как соперника не воспринимаю. Не агрюсь, не пытаюсь морду бить, а позволяю быть рядом и вякать что-то действенное и нужное. И Шанасс действительно «вякнула» то, что я хотел слышать. Что у нас есть время.       – Я в храм, – буркнул я Родиону. – Хочу посмотреть все своими глазами. – А ты проследи, чтобы Шанасс не замордовала Грайба. Мне его еще из шока выводить, когда он на Земле окажется.       – Пошел, – согласился тот, после чего коснулся уголка моих губ, словив ответный поцелуй. – А мне понравилось, и я хочу повторить.       – Ага, когда с проблемами разберусь, – согласился я, направив свои копыта к комплексу, смотря на него не просто как на непонятное сооружение, а как на врага народа.       Сам храм, или комплекс, был похож на этакий бутон тюльпана: треугольное основание, с полураскрывшимися «лепестками». И сейчас, смотря на это сооружение не как на храм, а на бур, я вполне мог дополнить это сооружение сверлом снизу, которое едва не пробило мне пространственный кокон, и всеми этими «лепестками», которые должны были развернуться в толще планеты, на силовых тяжах выдернув ее части, как штопор пробку из бутылки. Я в принципе был против такого использования сырья, потому что разрывать планеты на части – хреново, и не по-людски, но так использовать живую, да еще и населенную разумными планету... Да это совсем охуели ребята, иначе не сказать. Я бы только за это по мозгам надавал бы... Но пихать меня сюда насильно, вызывать эмоции, связанные с миром... Не вякать ни слова, когда я сюда переселил всех своих... А после говорить «упс»... Это уже пренебрежение особью, которой используют.       «Они так работают, Андрей. Они не умеют иначе... – с тяжелым вздохом отозвался Вэрриан. – Клише...»       – Но я бы и так помог, если бы без насилия, – пробормотал я.       «Тебя бы пришлось снаряжать, готовить, снабжать, – хмыкнул мой духовный симбионт. – Лапками работать, так сказать, а так, ты за них все и сделаешь, за тех, кого здесь пригрел. Понимаешь?»       – Понимаю, – согласился я. – И за это я их ненавижу.