Импринтинг миров - 3 (никогда не злите магов)

      – Ты явно недоволен заданием, Вал, – Семен наблюдал за тем, как кратко и отрывисто Глобин инструктирует жену. – Зачем тогда пошел?       – Я не от задания в бешенстве, а от непрофессионализма Севретова, – буркнул тот. – Нет, еще когда только познакомились, знал, с чем придется столкнуться. Но такого перфоманса даже не ожидал. Клоун, что б его!       – Он не клоун, – Давыдов чуть кривовато улыбнулся. – У него своя стратегия, в которой нам всем отведены роли. Притом далеко не главные. Я бы сказал, что он нас просто выгнал, с наметками на боевые задания, чтобы не мешали. А я тебя еще на Урее просил не срываться в пике, пока не услышишь «добро» от самого Андрея.       – Мы уже говорили с ним на эту тему, и с тобой тоже, Семен. Я делаю то, что должен.       – Если так, то чего теперь бухтишь?       – Знаешь... – Глобин обернулся к Давыдову. – Ты хороший человек, но хреновый аналитик. Андрей только и делает, что заваривает новую кашу...       – И как-то без нас он ее и раньше расхлебывал, не так ли? – чуть насмешливо улыбнулся Семен. – И все, то время, сколько я его знаю, он еще ни разу ко дну не шел. Даже не пытался, потому что такую акулу фиг утопишь. Так что, не кажется ли тебе, что ты взял над ним этакое отцовское шефство? Это притом, что Север тебя минимум как на пятнадцать лет старше?       – Старше, не значит умнее.       – Ну-ну.       – Давыдов! Вот не надо, а?! – попросил тот. – Север всю жизнь выезжает на чужих закорках.       – А почему? – переспросил Семен, и сам же себе ответил: – потому что ему эти закорки подставляют. А за что? Или тебе еще и это объяснить? Кстати, заметь, ты тоже под него спину прогнул. И я прогнул. И все, что получил – оплачу. Как и ты. Вот только ты пытаешься учить того, кто в твоей науке не нуждается. Серьезно. Не было бы тебя, он бы и сам все разрулил.       – Ну так может мне и не впрягаться? – вконец разозлился Валентин.       – Можешь и не впрягаться, – спокойно согласился Давыдов. – Он только на помощи богов выедет. Смекаешь, о чем я?       – Смекаю, – согласился Глобин. – Посредственность боги не поддерживают. И вот этого я до сих пор не понимаю. Четверка с Уреи, Эрран, Вэрриан... Этого вообще богом не назвать даже.       – Давай дам подсказку, – хмыкнул Семен. – Тебя бесит не то, что приходится его тащить, притом ты сам впрягся туда, куда тебя и не просили, а то, что ты не понимаешь, почему все эти сущности, куда более высокого плана, чем сам Север, тянут его на себе. А вот тебя, куда как более умного и серьезного, видят только как рабочий инструмент. Ты же атеист, так?       – И мое неверие в богов как-то отменяет то, что они не верят в меня? – насмешливо переспросил Валентин.       – Нет, я о другом. Ты прагматик, который видит жизнь только здесь и сейчас. И ты не понимаешь, что в Севретове не так. Подскажу. Потенциал. Ты вот, когда своих детей в пеленках, после роддома наблюдал, думал, что они вот так и будут всю жизнь лежать и соску сосать? Нет. Ты их растил. Творил. А сейчас ты ведешь себя как малышок десяти лет от роду, которого бесит то, что восьмилетний не понимает его правил жизни. А что если этот малец не математик, как ты, а художник? За это надо его гнобить?       – Слушай, ну вот ты, бывший авторитет, так? – не выдержал Валентин. – Ты же должен быковать. Минимум, не принимать то, что Андрей ведет себя так... не по-пацански...       – Кому я должен, всем уже давно простил, – согласился Семен. – И в кровать по жизни ни к кому не заглядывал. Только на человечность и разум смотрел. А насчет поведения, давай, успокойся, и подумай, что именно Андрей тебе сделал, что ты так бесишься.       – Не мне, Сёма, не мне! Он по жизни на расслабоне! За него все и всегда разгребают другие!..       – А почему? – Семен легко рассмеялся. – Да потому что Север только и делает, что занимается поиском персонала, который работает за него, и эта работа тикает как часики. А он сам только сливки собирает. Ну, вот возьми, и так же сделай. Что мешает? Ты же помнишь, с чего именно он начал. С перехода из мира в мир. С момента понимания, что умеет читать в разуме людей. Тебе дали то же самое. Ну, вот и взял бы, и поднял свою империю так, как поднял он. Притом, что он год через год вынужден был уходить, а у тебя и молодость новая, и не было потребности покидать Землю. Так почему ты не начал свое будущее творить, а пошел за ним? Или тебе напомнить, что к моменту возвращения у него была убитая хрущевка, старик отчим и болезнь матери?.. И среднее образование, никак не связанное с финансами? Вал, Север дал тебе то, что сам имел на начальном этапе. И даже больше. И не тащил за собой. Ты мог остаться. С семьей, в нормальном доме, с хорошим финансированием... Не кажется ли тебе, что ты зажрался, приятель?       – А ты почему пошел? – нахмурился Валентин. – Он же тебе, то же самое дал. Или за своих парней радеешь? Так он и так бы их себе всех забрал.       – А я и не ворчу, как ты, заметил? И иду не за большим рублем, а за его харизмой. За собственным интересом.       – Так ты и не делаешь всего того, что я, – шумно выдохнул Валентин.       – Вот именно, я не лезу в то, что и без меня решаемо. А ты чего шумишь? Мало платит? Так попроси больше, – Давыдов пожал плечами. – Север не жмот. Хотя, я даже не знаю, что еще у него попросить можно, помимо того, что дает.       – Покоя моей душе! – взрыкнул Глобин. – Возможности не подтирать ему зад каждый раз, как облажается! Поумнеть я его попросить хочу! Вот что!       – Ну проси, проси, – согласился Семен. – Он тебя не услышит. А если и услышит, то по боку пошлет.       – Я могу приступать к переносу? – в комнату, где они сидели, заглянул Мрис.       – Да. Вполне, – согласился Валентин. – Мрис, а вот почему ты Андрею служишь?       – Служу? – маг чуть нахмурился. – Почему это я ему служу? Андрей мне интересен как объект изучения. Он фонтанирует новыми конструктами и их соединениями, а мне, как ученому, любопытно, на какой стадии развития остановится. И, ради того, чтобы он мог творить, я готов исполнять некоторые его прихоти. Мы взаимодополняемы, если говорить начистоту. Я даю концентрат идеи, а он ее развивает и расширяет. Или наоборот. Не столь важно. А что, возник вопрос насчет нужности Андрея?       – Насчет правильности следования его путем, – мягко обрисовал ситуацию Семен.       – Ну, потерпите немного, – Мрис чуть смутился. – Когда выберемся, то у каждого будет право уйти. Андрей никого не держит рядом насильно, считая, что давить не следует. Я ему передам, что вам хочется...       – Нет! Не хочется! – пресек разговоры Валентин, после чего, чуть помедлив, повернулся к Семену, и чуть пожал плечами. – Не хочется. Спасибо, что дал мне это понять.       – Да не за что. Обращайся, – хмыкнул тот, пройдя к порталу, что должен был их забросить в столицу. * * *       – Меня пустят, как свободную?.. – тихо спросила Тайра у Джэйл, ощутив, как крепко сжали ее руку.       – Пусть попробуют воспротивиться, – коротко и грубо отозвалась Анжела. – Ты – моя.       – А твои мужчины?..       – Милая девушка, – светловолосый и сероглазый человек, что шел рядом с ней, сокровенно улыбнулся. – Мы не мужчины этой леди. Мы – пара. И мы никогда не будем претендовать даже на толику внимания ни твоего, ни ее, если этого не потребуют обстоятельства.       – Да, Тай, – Джэйл чуть обозначила улыбку. – Выбери себе того из них, кто приятнее. Думаю, пару раз по городу придется пройтись в их компании.       – Я не вижу разницы, – отозвалась орчанка. – Но, если Джэйл не против, то я бы чувствовала себя спокойнее с тем, у кого волосы цвета снега.       – Не выбирай слабую особь, – отозвалась Джэйл.       – Ты же сама спросила, вот я и дала ответ, – чуть пожала плечами девушка. – А почему слабая?       – По силам. Сергей – новичок, хоть и старательный, – Джэйл уверилась, что Седой не принял ее «слабая особь» близко к сердцу. – С ним буду ходить я. Тебя, как мое сокровище, я бы доверила или себе, или же, на крайний случай, Гэссу.       – Тогда зачем был этот вопрос? – удивилась Тайра.       – Увидеть, к кому ты более расположена. К кому испытываешь больше доверия.       – К нему, – снова кивнула Тайра на Седого. – Гэсс – молодой. Ему придется доказывать право на меня, как на наложницу. Сергей – взрослый. Он своим возрастом доказал право водить за собой орчанку. Его не тронут, даже если он слаб. Старый вождь имеет право на молодую жену. Молодой должен свое право защищать. Я буду в большей безопасности со старым.       – Вообще девочка правильно думает, – согласился Гэсс. – В этом теле я очень молодо выгляжу, и мне придется отстаивать свои права на нее у всяких балбесов. Джэйл, вот серьезно, я лучше буду молодым приживалом на твоих полях.       – А старый конь борозды портить не будет, – хмыкнул Седой.       – Не дай то боги, ты упустишь ее... – прошипела Джэйл. – Считай, что Гэсс тебя в своей компании не досчитается.       – Я хороший боец, – коротко кивнул Сергей. – Меня учили.       – Ладно, ученый, – грубо прервала Джэйл. – Нам надо найти дом под продажу или съем. Андрей нас номинировал званиями нуворишей, вот и надо что-то эдакое, помпезное, дорогое, и хорошо охраняемое. Но в квартале для купцов.       – Джэйл, твой характер за последнее время сильно испортился, – попенял ей Гэсс.       – Не твое собачье дело!       – Мое, если испортишь нам легенду, – осек Гэсс. – Давай жить дружно. Тем более что мы и не ссорились.       – Да, ты прав. С тобой не ссорились, – согласилась Джэйл. – Но ваши с Андреем игры довели до того, что я...       – До чего? – чуть повернувшись, хмыкнул Гэсс. – Если ты не в курсе, то меня накрыло в тот же момент, как и тебя. Но в отличие от тебя, я не ныкался по папенькиным усадьбам и яхтам, и не уходил под крылышко неизвестно кого, а лечил Землю, как мог ее излечить только я.       – Я – женщина!       – Ой, а я вообще гермафродит с другой пелены реальности, – тонко улыбнулся Гэсс. – Джэйл, ну чем мы меряемся, вот скажи? Слабостью?       – Черт... Гэсс, снова меня занесло, – Джэйл прижалась лбом к его плечу. – Я себя такой дурой чувствую... и защищаюсь. До сих пор защищаюсь... Хотя и не понимаю, от чего.       – От боли, – глухо и тихо произнес Гэссер. – От боли, что до сих пор не перегорела в нас. Моя – об Андрее, твоя – о детях. Но мы получили их назад. Они живы. Можно уже и выдохнуть, так?..       – Можно. Но не получается. Ведь они с ним, а значит – все так же беззащитны. И я не знаю, выберусь ли повторно, если снова накроет.       – Мамы – всегда мамы... – Гэсс обнял Джэйл, после чего почти насильно отстранил ее от себя. – Все, хорош, мы на улице средневекового города.       – Как же Андрею с тобой повезло, братишка, – сумев взять себя в руки, улыбнулась Анжела. – Ты даже не представляешь.       – И мне с вами, – согласился Гэсс, после чего подошел к проходившему мимо стражнику, чтобы узнать, где можно купить или снять дом. – Нам сюда. Семейная пара хочет продать свой особняк, оставшись в нем управленцами. Проторговались.       – Посмотрим, как и что, и, если нормальные, то выторгуются, – согласилась Джэйл.       – Вы с Андреем не из одного кокона вылезли? – хмыкнул Гэсс полушепотом, следуя за стражем, что провел их к добротному и массивному дому. – Как по мне, то неплохо. Цена – сотня золотых в месяц за съем, или полторы тысячи за покупку.       – Мало за покупку, – категорично отозвалась Джэйл. – Скорее всего, есть долговые обязательства. Выкупай, если меньше чем три тысячи. Ставь контракт с последующим выкупом, если торговать будут на наших условиях.       – Ух, хваткая женщина, – вскинулся страж. – А замуж пойдешь?       – За стражника? – хмыкнула Джэйл. – Ну, если только единоразово принесешь мне откупную на дом. В золоте. А так – нет. Все, иди. Гэсс, дай ему золотой. Заслужил.       Пара пожилых супругов встретила их доброжелательно, и даже несколько раболепно. Да и то дело. Они на данный момент имели сумму достаточную, чтобы выкупить не только дом, но и торговлю. И, уже со слов женщины, Джэйл поняла, что сын в море погиб, вместе с товаром, а их додавили кредиторы, желая выселить и прибрать к рукам дом. А вот погиб ли, или нет, то еще надвое сказано. Задержка всего в три недели была, а моря в данный период времени неспокойные, и забросить куда угодно бурями могут...       – Снять бы... – обернулся к Джэйл Гэсс.       – Выкупай! – приказала та. – Процент набежит со съема, а так, если что, один в один им же и перепродадим. И бизнес не забудь. Я, конечно, не финансист, но свое юридическое образование не папиными деньгами получала. Найду, кого и как подвязать.       – Так денег...       – Гэсс, але! – прошипела Джэйл. – Золото эфемерное!.. Я его наклепаю, и метками снабжу! Все! Не парься! Это вообще игра Андрея! Его выверт сознания, а не реальность! Помни об этом!..       – Да, что-то действительно, – согласился тот, сразу же отправившись со стариком в контору, а Джэйл, понимая, что в любом случае вырулит, хотя с Гэссом этого и не потребуется, ухватив Тайру, вместе с пожилой дамой, пошла обзаводиться гардеробом. * * *       – Тухло тут пахнет, – поведя носом, пробормотал Богдан, имея в виду, совсем не запах города.       – Да шеф, – согласился Денис. – Тухло.       – Вот молчал бы, – поморщился Богдан.       Ребята были хороши как специалисты узкого профиля, но как помощники – дерьмо дерьмом. Но Богдан никогда и не надеялся на помощников. Все всегда делал сам. Хотя, порой, не хватало нормального слова поддержки. Ну, так, хоть изредка. Даже насладился тем, как с Севером говорил, хоть и отморозком считал. Но, то ли он сам планку снизил, то ли Север поднялся.       Пройдясь по довольно большому городу, Богдан подошел к посту, наблюдая за тем, как распекает салаг командир.       – А ты чего вылупился? Иди себе! – рявкнул тот на Богдана.       – Да вот смотрю, как у вас здесь все не налажено, – лениво отозвался тот. – Ворья много, и прикуплено все, как я вижу. Да и куда повыше, тоже кубышка худая, – поцокал он языком. – Только на самой верхушке сидят на золоте. А так не след. Ох, как не след.       – А то ты знаешь, как следует, – умерил свой рык главный страж.       – Я-то? Да откуда? Так, проездом, через ваш город, к своему. На пост, – Богдан развел руками в широком жесте дружелюбия. – Может, посоветуешь что? Я бы вином угостил, под хороший обед, – он окинул взглядом толстоватую носопырку явно пьющего человека, и его объемное брюшко.       – Погоди, скоро освобожусь, – клюнул страж, начав вдвойне прессовать своих подчиненных, а Богдан принялся намеренно скучать.       Всю свою жизнь, начавшуюся после армии, Бага прошел по буеракам. По колдоебинам, если уж верно говорить. Но колдоебинам становления профессии. Его учили, увидев потенциал. Сначала на снайпера, а потом, молодого и умелого, прибрала себе левая контора, где и прошла вся основная школа. Как общаться, как смотреть, как входить в доверие. Что искать, где искать, какие червоточинки в душах... К тридцати семи, когда его Андрей на контракт взял, Бага уже был профессионалом. Оттаскали и за уши и за хвост. Обучили так, что от языка отскакивало любое слово, располагающее собеседника. И цели были, как на блюде поданы. К сорока шести, когда случилось то, что случилось, Бага заматерел. И прожарился. Подсушился, весь жирок юности согнав, став тем, кто только совершенствовался в индивидуальном подходе. «Индивидуалка», как его некоторые, по старой работе, называли. Но это уже не было обидно. Бага себе цену знал. Более чем даже. Нос, порой, задирал, но оно того стоило.       Так что то, что на него повелись так и сразу, тем более, по ментальному отпечатку, снятому с Андрея, он даже не считал достижением. Так, ленивая отработка. Но то, что Север дал ему статус-кво, то да, оценил. Особенно когда наперекор Глобину пошел. Столкнулся с его врагом, даже не думая. Ну, зачет, что еще скажешь. Видимо, оба нужны, раз по боку их терки пустил. Ну, а за это, можно и ответить как полагается. Со всей душой.       Будь это чуть ранее, на месяц-два, Бага бы просто ушел, не навредив, но увидев, как Север, его горький недруг Север за каждого душой рыдает, кто в анабиозе лежит. Как девчонка, почти ровесница его дочки, свою душу ломает, чтобы ему помочь... Просто взглянул на произошедшее под иным углом, причем Север даже за то, что он делал, как себя вел, зла на него не держал, как на кота шкодливого, что ботинки в который раз обоссал. Ну, вот и осознал себя тем котом. Шкодливым и дурным. Оттого, что был бы рядом, все равно не изменилось бы ничего, разве что винить некого было бы. А так – было.       Бага дернул головой, снова лениво улыбаясь придуманному Севером миру, ожидая куклу, которая проведет его к другой кукле, чтобы через нее добраться к третьей, и с каким-то даже облегчением ощущая, что ничего не гложет. Все в прошлое ушло. И боль, и ненависть, и ядовитые отношения, которые не только его жену, но и его самого гнобили. А Север... Это гребаный Север, что пришел, и этот Гордиев узел разрубил одним ударом, и поставил себя как мишень для той ненависти и боли, что Бага годами на него лил... за это, хоть ему в долг и не поставили, но платить надо было. Притом сторицей. * * *       – Ого... – Сашка задрал голову так, что Стасу пришлось придержать своего эннэшше. – Вот это махина... Прямо Саграда Фамилия...       – Центральная академия магических искусств, – согласилась Яна. – Я ее на картине видела, когда в библиотеку ходила.       – Вопрос, где это здание Андрюха видел... – задумчиво произнес Стас.       – А, ну так все просто. В одной игрушке так главное здание АМИ выглядело. Мы там с папой на месяц застряли, все никак не могли найти подход к главному магу. Так что одно хорошо. Я этот замок назубок знаю. От подземелий, до самой высокой башни.       – А в подземельях что делали?       – Нас туда посадили, – беспечно хихикнула Янка. – Говорю же, мы с папой по всем игрушкам шарились. Можно сказать, он мне дополнительные годы детства устроил.       – Ладно, это все хорошо, но как там туда пробраться, – Стас огляделся. – Действительно поступать что ли?..       – Стася, а ты что-нибудь про Скайрим слышал? – Сашка, оглядевшись, толкнул в бок друга.       – Ну да. Была такая нашумевшая игрушка, вроде как, – согласился тот.       – Похоже, Андрей о ней тоже слышал, и не краем уха.       – Не понял, – Стас постарался смотреть в том же направлении, что и Александр. – И как нам это поможет?       – Аргониане, каджиты... – Саша взглянул на Ррокса. – Слышь, меха кусок, каджитом будешь?       – Сам ты рррептилия хвостоногая, – отозвался урр. – Задррал меня ваш юморрр. Непррравильно унижать другие рррасы, особенно ррразумные.       – Не, ну а что, вполне себе нормальный каджит выйдет, – согласилась Яна, осмотрев Ррокса с усов до кончика хвоста. – Разве что крылатый.       – Янара, и ты с ними, – вздохнул урр, после чего поднялся на задние лапы, чуть перестроив тело по уже имеющемуся конструкту, вложенному Андреем, и сразу задействовал конструкт одежды. – Таким я тебе больше нррравлюсь?       – Дело не в том, нравишься или нет, – Яна потерлась щекой о мохнатую щечку урра. – А в том, где тебя селить.       – Вот именно, – кивнул Саша. – С сарсами и драконами, в стойле, или же в комнате, рядом с супругой. Есть же разница?       – Я давно не ходил на двух лапах, – Ррокс продолжил изменения. Благо, находились они в подворотне, и их никто не видел со стороны. – Но придется учиться, видимо, чтобы соответствовать. Янара, а ты? Так и останешься человеком?       – Не, родной, я еще подумаю, то ли в урру, то ли в сайнару.       – Я правильно понял, что мне на разведку идти, – хмыкнул Стас, увидев кивок Яны. – Сашок, ты меня прикрываешь. Идем в облике людей, там по месту смотрим. Будешь моим гидом по этой игровой локации. Черт... Почему Андрей геймер, а не книгочей?.. – уже издали раздалось его ворчание.       – А мы, давайте пройдем вон в ту таверну, – осмотрелся Сергей. – Накиньте капюшоны, ребятки.       – Я что, могут быть накладки? – насторожилась девушка.       – Яночка, внученька, ты уж прости, старика, но могут, – Сергей сменил свой облик на старческий. – Поэтому вы, молодежь, пойдете своими делами заниматься, а я, так уж и быть, вас здесь подожду.       – Деда, ну ты как всегда, – Яна поджала губы. – Вроде молодой, озорной, а как дело до чего дойдет – сразу на попятную.       – Я когда-либо ошибался? – чуть приподнял морду старый ярген. – Вот и не бузи. Молодая ты еще, да неопытная. Все тебе в игрульки играть. А забыла, видимо, что мир не в компьютере твоем, а реальный почти. Придуманный твоим отцом непоседливым. И что в нем будет – даже сразу не поймешь.       – Сергей прав, – отозвался Ррокс, проходя в таверну замыкающим, сразу указав на дальний столик у стены. – Я ваших фильмов насмотрелся, начитался книг, и все что угодно от таких миров придуманных, ожидать можно.       – Господи... – выстонала Яна. – Да с нашими-то умениями, весь этот мирок, при попустительстве папули, можно по камешку разобрать!.. Чего тут бояться-то?       – Морфов, – очень спокойно отозвался Сергей. – Не забывай про это, внуча. – Морфы, то есть, живые сущности, на нас смотрят и делают свои выводы.       – И снова ты прав, деда, – печально согласилась Яна. – Но так хочется, чтобы...       – Вот когда до отца дорастешь, тогда то, что хочется, делать и будешь, – припечатал старый ярген. – А пока ты молодая и неопытная – слушай стариков. Не зря же тебя Андрюша именно с нами отправил. Вот и учись.       – И я учиться буду, – кивнул Ррокс. – Пора уже.       – Вообще-то, мой лохматый супруг, тебе давно уже пора начинать морфировать в полной мере, – Яна прищурилась. – Нет, я совсем не против твоего меха. Но мы пока за пределы Ваарры только сюда вышли, не считая совсем недолгого времени пребывания на Урее, где твой вид, кстати, произвел фурор. А на Земле как? Или ты не хочешь увидеть и узнать тот мир, где я родилась и выросла?       – Хочу, – виновато вздохнул Ррокс. – Очень хочу. – Но что-то меня останавливает от полного оборота...       – Котенок мой, некуда уже останавливаться, – Яна с сожалением взглянула на супруга. – Ты уже изменен. Все. Это уже даже не морфирование, а простое изменение внешности, понимаешь?.. Мы – конструкты. Просто набор нанитов с заключенными в них душами. И если ты, мой дорогой, пересмотрел фильмов об оборотнях, то это не про нас. Для тебя подобные изменения, как конструкт одежды сменить. Это же ты умеешь? Вот и тело так же. Просто выбрал облик, и...       – Яночка, ты не забывай, из какого мира Ррокс вышел, – перебил Сергей. – Для него работа с конструктами – в новинку. Так что я бы посоветовал создать ему этакую панель управления всеми имеющимися конструктами. Чтобы вошел в свое меню, и там кнопочку нажал.       – Блин, деда!.. – Янка рассмеялась, поцеловав старого яргена в щеку. – Ну, вот снова и в самое яблочко. Сейчас, хороший мой, посиди немного, а я поработаю с тем конструктом, который дедуля подсказал.       Как принесли еду и напитки, Яна не видела, находясь сама в себе, строя этакую панель управления, чтобы мужу было удобно обращаться в любое существо. Ну, а так как творила сама, то и облики выбрала те, которые бы нравились. А над человеческим задумалась. Хотелось оставить что-то из его, кошачьего облика, чтобы можно было если не в шерсть, то в волосы пальцами зарываться... И вспомнила своего однокурсника, когда Андрей ее на пару лет забрал с Уреи, чтобы дать образование. Тогда она не знала Ррокса, не была ни с кем связана отношениями, и парень ей невероятно понравился всем. И крупными чертами лица, и красивой гривой каштановых с рыжинкой волос, и чувственными губами, и даже тело, не перекаченное, а именно такое, как ей нравилось... *       Нет, Яна понимала, что свою мечту переносит на мужа, но облик-то какой-то все равно выбирать надо, так? И почему бы не сделать его действительно под себя? Зачем лепить уродливое тело, если ей же с ним и спать? Так что, пометавшись немного между «хочу» и «надо», все-таки выбрала именно этот облик. В конце концов, если Рроксу не понравится, то сам когда научится менять себя, выберет ту внешность, которая ему подходит психологически. Это если она не права. А если права, то останется в данном виде, и возражать не будет.       – Так, Рокси, я тебе выбрала облики, – обратилась Яна к мужу. – На свой вкус, как ты понимаешь. Но у тебя всегда будет возможность сменить их. Просто надо же с чего-то начинать, так? – урр кивнул. – Ну, вот и отлично. Значит, принимай мой конструкт. И пока сидим здесь, посмотри, все ли устраивает.       – Ты же сама знаешь, что внешность другого облика не важна, – глаза в глаза посмотрел Ррокс Яне. – Если тебе нравится, то не вижу смысла менять.       – Ну... – Яна неловко улыбнулась, коснувшись передней лапы урра (рукой ее никак было не назвать), – Может и мне как-то изменить себя, чтобы нравиться тебе еще больше?       – Ты в любом облике прекрасна, – спокойно отозвался Ррокс. – Ты любишь свое тело, не уродуешь его искажениями, и твоя естественная красота – это лучшее, что ты можешь мне подарить.       – Даже я не нашел бы лучших слов комплимента женщине, – развел руками Сергей. – Молодец, Ррокс. Считай, что ты получил индульгенцию на десяток проступков.       – Деда! – фыркнула Яна. – Он – урр! Это люди избалованы цивилизацией, и привыкли разлагаться морально и физически... а здесь совсем другое.       – Идеального ты себе мальчика нашла, – согласился Сергей, после чего сам себе кивнул. – Возвращаются.       Стас и Саша вошли в таверну, открыто показывая свою яргенскую стать, и сразу направились к столу.        –Ну? – с нетерпением спросила Яна. – Как там и что?       – Севретов то ли прошареный, как не знаю что, то ли у него вместо одного мозга – сразу десяток! – буркнул Стас. – Ян, ты меня прости, но тут только русским народным, – девушка только усмехнулась, уже привыкнув к тому, что большинство эмоций об отце можно выражать только матом. – Понимаешь, он пизданулся на совершенно не пригодный для жизни мир. Рухнул, как подбитый! Дрюха скидывал мне пакет информации, как именно это было. Его шандарахнуло маковкой о поверхность, а он, блядский божественный ублюдок, взял и создал мир за считанные секунды! Притом не какой-то там шаблончик, чтобы видимость была, а... – Стас развел руками. – Словно он всю жизнь этот мир в своей голове создавал, растил, продумывал, пестовал, а когда пришла пора – просто выкинул свои наработки наружу, внедрив их в жизненный цикл морфов. Это... Ян, это работа какого-то ебанутого создателя, который фразой: «да будет свет», оживляет и насаждает разумными личностями целую планету. Притом создает все так гармонично, что его вмешательство не требуется. Даже хуже. Помешает развитию!..       Упершись локтями в стол, Стас уронил свою шипастую голову в ладони, смотря на троицу сидящую напротив с каким-то прозрением и невероятным недоумением.       – Ну, вот такой он, мой гениальный отец, – хихикнула Яна. – А на самом деле, Стас, все проще некуда. Мы играли в спарке во множество игр, и сразу их анализировали. Что хорошо в игровом процессе, а что – нет. Продумывали и придумывали свой идеальный мир. Писали в собственных головах сюжет, который был бы нам интересен. А ты, я думаю, уже должен знать своего шефа. Он помнит все. К тому же, прожил долго. Куда как дольше, чем большинство людей на Земле. И еще. Ты же помнишь, что он – осколок души Стража Создателя. И, когда хочет, то его разум просто раскрывается, выплескивая все знания, что были накоплены. Стась... Ну, вот серьезно. Ну, ты просто вспомни, сколько времени он затратил на создание пусть искусственной, но души, которую сейчас в себе, в энергетическом варианте, Вэрриан носит. А как он Эррана... Так что дать жизнь уже давно существующему в его сознании миру... Ну, для него это было раз плюнуть.       – Хорошо же он наплевал, качественно... – буркнул Стас, придвинув к себе тарелку с мясом, руками оторвав большой кусок. – Я просто шалею от его возможностей.       – Ладно, порефлексировал, а теперь давай серьезно, – Яна придвинула кружку с каким-то отваром, довольно вкусным, под руку Стаса. – Что наворотил мой папаня?       – Межрасовую академию, куда могут пройти на обучение все, кто имеет дар, независимо от происхождения и видовой принадлежности.       – Вообще-то, самая распространенная фишка РПГшек, – пожал плечами Сашка, после чего придвинул к себе руку Стаса, в которой тот держал мясо, и отгрыз почти половину куска.       – Дебил, – толкнул его кулаком Стас. – С рук едят только рабы и наложники!       – Не думаю, что подобное папа внедрил сюда, – отмахнулась Яна. – А даже если такое и есть... Ну и что? Вас это нервирует?       – Вот именно, – согласился Сашка, снова кусанув шмат мяса, что держал Стас. – Я, например, так поступаю, потому что не хочу марать руки. И вообще! Тебе что, собственному эннэшше, жрачки жалко?!       – Стрижики... – вздохнула Яна, понимая, что подобное поведение из голов этой троицы не извлечь.       – Серый, а ты что, здесь решил остаться? – наконец обратил Стас внимание на внешний вид третьего Стрижа.       – Стас, давай думать реально. Вы туда не учиться идете, а добывать информацию. А значит, на всякий случай, надо вам создать этакую базу для отступления. И скажи, что я не прав.       – Хочешь на меня эту фурию свалить, а сам в кусты?       – За этой фурией есть кому приглядывать, – кивнул Сергей на Ррокса. – Не переживай.       – Я-то пережую, – Стас еще раз окинул Яну взглядом. – Но малая, давай сразу договоримся. Жить вы будете с нами. А для того, чтобы ты не вызывала возмущение тем, что одна мадам с тремя мужиками – будь добра, в яргена. Чтобы даже при проверке показало, что ты мужского пола.       – Да без проблем, – пожала плечами девушка. – Уж что-что, а конструкт расширения помещения – это первое, чему меня папа научил. А в каком виде бегать по академии – значения не имеет.       – Смотри мне, – пригрозил Стас, все же сумев отвоевать кость с остатками мяса, но вздохнув, протянул Сашке, чтобы тот догрыз, не пачкая своих рук. И только потом оторвал себе еще кусок. – Короче, система проверки там такая. Наличие энергетического кокона и его наполненность, проверяют у самого входа. Как и его предрасположенность. Я – боевик, и это не обсуждается. Санек у нас пусть будет водником. Справится. Ты – воздушная. Ну, может быть еще и менталист. А вот Ррокс...       – Бытовик, – подумав, пожала плечами Яна. – Кокон будет ярким, потому что мы все энергетически созданные, да еще и «искроносные» по некоторым параметрам жителей этого мира, а вот по самой магии, я ему некоторое количество конструктов сгружу. Создала программку, которая поможет ему освоиться. В самом крайнем случае, проведу его как помощника или прислужника.       – В самом крайнем, можно его и с Сергеем оставить, – намекнул Стас.       – Не, – тут же отказалась от этой идеи Янка. – Ррокс даже с миром людей знаком только поверхностно. А здесь вообще не пойми кто и что. Он должен быть у меня на виду, чтобы я всегда могла его защитить. Стася, не обсуждается. Я серьезно!       – Ну и вот что с тобой такой делать? – вздохнул Стас, после чего принял окончательное решение. – Лады. Ответственность за него несешь сама. Ну, а раз решили, то давай, Серый, устраивайся здесь так, чтоб нам было удобно к тебе бегать. А мы, наверное, пойдем. Чем быстрее разберемся с проблемами, тем проще нам всем будет.       – Ага, и тем скорее стрижики снова станут нормальными стрижиками, а не злобной копией моего отца и его эннэшше.       – Тоже верно, – согласился Саша, поднимаясь. – Ну что, я, например, готов. * * *       – Это не Земля, – чуть разочарованно выдохнул Мрис, понимая, что снова потерял нить связи с сильным существом, которое, видимо, и было главой всего этого мира. И это создание, как понял Мрис, отлично умеет защищать свое личное пространство. – На Земле, по энергетическим потокам, я бы уже давно нашел подобное создание.       – На Ваарре я бы тоже вычислил, – согласился Эрран. – А здесь...       – Здесь потоки сломаны и переплетены, – согласился Мрис.       – Кривое зеркало, – поддакнул акрон. – но вмешиваться в картину мира еще больше – не следует. Сломаем окончательно. Так что, все что остается – ловить отголоски силы, и идти по ним.       – Но ты заметил, что мы идем по прямой? – хмыкнул Мрис. – Когда это создание забывается, и чуть приоткрывает потоки своей энергии, его сразу можно уловить.       – Но оно нас чувствует, и к сожалению, как врагов, – пожал плечами Эрран. – может, стоит его искать не столь агрессивно?       – Да, в чем-то ты прав... – Мрис задумался. – Слушай, а не послать ли нам запрос на встречу, по каналу, как только он снова окажется доступен?       – Как к Высшему?.. А что, довольно неплохой вариант. Тогда, давай остановимся, перестанем гнаться за призраком, и будем ждать.       – Да я не против подобного, – согласился Мрис. – Но Андрей нервничает из-за невозможности решения поставленной задачи. А это уже нехорошо.       – О, как я тебя понимаю!.. – чуть насмешливо произнес Эрран. – Когда Андрей нервничает и сосредоточен на поставленной задачи, то никаких новинок не выдает, а ты без них, как без кислорода.       – Хуже, друг, куда как хуже, – вздохнул Мрис. – Без кислорода я проживу, а вот без интересных задач, которые Андрей мне подкидывает – невероятно скучно.       – А ты не пробовал просто жить, а не гнаться за знаниями?       – Пробовал. Шесть сотен лет так жил. И мне не понравилось. Примитивность сознаний, как человеческих, так и тех, которые я видел в мирах, посещенных Андреем – скучна невероятно.       – Ну, тогда я тебя разочарую еще больше, – хмыкнул акрон. – в более развитых мирах – та же самая приземленность. Социум, как бы ни был развит – не хочет поднимать голову к небесам, и искать там что-то новое. В большинстве случаев, все что интересует разумных – еда, сон и развлечения. Так что, можешь поблагодарить мир, что он свел тебя с такими существами, как Андрей и его компания.       – Я и благодарю, – чуть улыбнулся нхин. – Их, конечно, мало, но те, что решили смотреть в небо, а не под ноги, удивительные создания. Творцы. Пусть и в человеческом облике.       – Это временно, поверь мне. Скоро Андрей и его ребята перерастут свою человечность, и поднимутся до уровня, на котором нам будет с ними действительно интересно. Не как с умными и развитыми детьми, а как с равными.       – Таких уже трое, – согласился Мрис. – и, благодаря им, я тоже развиваюсь.       – Аналогично, – кивнул Эрран. – Мрис, шли запрос! – насторожился он. – Этот разумный снова открылся. Правда ограниченно.       – Скорее всего щуп пустил, чтобы понять, кто мы такие. Просматривает и прослеживает, – согласился нхин, послав запрос на встречу. Нить энергии почти сразу исчезла, снова оставив в вакууме, полном изломанных линий судеб.       К сожалению, вмешательство Андрея заставило мир преобразиться в искусственно созданную реальность, лишив гармонии существования, и теперь в этом хаосе очень сложно было хоть что-нибудь понять. Но ни Эрран, ни Мрис, не собирались вмешиваться в созданное, понимая, что изломают реальность под себя, создав собственную гармонию, которая никогда не будет схожа с человеческой. И в этой гармонии тем людям, что пришли сюда, будет не выжить.