Цикл Слендера

       — Ну же, это будет отличная шутка.        — Подруга одноклассника моего друга сказала, если мы все это сделаем, они обалдеют.        — Да что угодно, можно даже школьную форму.        — Ага, до самого вечера, и пусть только попробуют запретить.        — Это будет самый грандиозный розыгрыш в их жизни…        — Так что…        — Сделаем это!

***

      Детская дома Браунов не сияла излишествами, близнецы проводили там очень мало времени, предпочитая играть на улице, и все же местами валялись игрушки, а на стенах висели рисунки, как и во многих детских. Девочки сидели друг напротив друга в абсолютно черных платьях и вместе вырезали тыкву.        — Ты знаешь, Джесс, это будет грандиозный праздник.        — После того, как мы запустили эту новость, Дженни… Но ты уверена, что все они так поступят?        — Да-а-а. — Задумчиво протянула сестра, пытаясь сделать глаза одинаковыми.        — А если что-то пойдет не так? Ну там кто-то передумает или родители не разрешат?       Джесси воткнула зубочистки крестом в оба глаза, после чего поставила свечку внутрь, мама запрещала им брать в руки зажигалку и спички, но разве это остановило бы сестер?        — Удача на нашей стороне, и ты это знаешь.       Зажигая свечу девочка нервничала — боялась промахнуться. В прошлом году фонарь зажигала мама, но за это время дети и сами научились обращаться с огнем.       Искра вспыхнула со второго раза и мигом зажгла фитиль. Небольшой огонек заплясал внутри пустой тыквы, освещая комнату оранжевым светом и придавая вечеру мистической атмосферы.       Наступила та самая пора, когда дети должны были выходить за конфетами, даже не подозревая, что такой игрой они откупаються от злых духов. Родители не хотят их отпускать, хотя на самом деле именно они провожали их к окраине того леса своей глупостью и трусостью.       Вест-Хилл довольно необычный город. Вы не найдете здесь памятников архитектуры — последний сгорел десять лет назад, не найдете и выдающихся личностей или, к примеру, статую гигантского дровосека. Его история довольно быстро улетает из памяти как туристов, так и местных жителей.       Тишину и загадочность вечера на секунду прерывает один громкий звук, после чего Дженнифер падает на пол. По ярко-розовому ковру начинает растекаться кровь, окрашивая его в темно-бордовый цвет. Джессика смотрит на нее, затем в дверной проход. На лице девочки появляется неестественная улыбка.        — А мы то думали, никто не осмелится. Что-же, давно пора.       Ничего не отвечая, гость делает второй выстрел. Джесси падает прямо перед фонарем, пламя внутри волнуется, трепыхает, но не гаснет. Говорят, свет внутри фонарей-тыкв отпугивает злых духов, а еще говорят, он показывает мертвым душам дорогу.

***

       Пол часа назад в гости зашла соседка со своим сыном и забрала Кейт. Тамара не без волнения наблюдала, как остроконечная шляпа ведьмы пропала в толпе других костюмов. Многие чада остались дома — они считали, что в сопровождении взрослых праздник теряет свою суть.       Короткий стук в дверь. Минута тишины и он повторяется. Женщина думает, что в этом году колядование вышло уж слишком коротким и что стоит купить дочери конфет, в качестве копменсации.       Директриса открывает дверь. Посетитель, не задавая вопросов и не представляясь, заходит в дом, окидывает взглядом прихожую. Тамара заливается багровой краской толи от злости, толи от неловкости этого момента.        — Где Кейти?        — Мы ведь договорились, что перенесем сеанс на ноябрь, как-никак праздник.       Мистер Макги проходит в гостиную, даже не разуваясь, он садится на диван так, словно пришел к себе домой.        — Ей больше не нужны эти терапии, у меня не осталось сомнений, где она?        — Не знаю, пошла с другими детьми собирать конфеты, за ними присматривает моя соседка. — Тамара заходит следом, психолог жестом показывает ей сесть и она садиться, как маленький послушный ребенок.        — Позвоните ей и скажите, чтобы вернула дочь домой, немедленно.       Словно под гипнозом женщина достает телефон, как вдруг начинает думать самостоятельно.        — Зачем? Что вам нужно от моей дочери?!        — Долгая история, а действовать нужно быстро. Вы ведь хотите, чтобы пропажи детей прекратились? Так вот я знаю способ, я остановил это десять лет назад.       Ни один житель Вест-Хилла не смог бы вспомнить о пожаре, уж тем более о его дате. К тому же, взгляд мистера Макги выражал уверенность и решимость. Тамара все-таки послушалась его и набрала номер соседки.        — Алло, Сара? Приведи, пожалуйста, Кейти домой, мне нужно с ней кое-что обсудить.       На той стороне раздалось короткое «окей» без лишних вопросов и звонок прервался. Тамара спрятала телефон в карман, посмотрела на психолога, тот, не дожидаясь вопроса, начал свой рассказ.        — Трагедия в приюте «Счастливый Дом» навсегда отпечаталась в моей памяти, это место было для меня больше, чем просто достопремечательностью, после того, как наши родители оставили нас, оно стало мне и брату вторым домом. Знаете такую хорошую поговорку «что не убивает, делает нас сильнее»? Так вот, события тех лет помогли мне повзрослеть и стать самостоятельным. Вот почему те богатые старики захотели меня усыновить — им нужен был не сын, а наследник, который мудро распорядится деньгами. И все же Вернон… Он посчитал это предательством, о чем и заявил своей якобы матери — Кэрри.        — Вы — брат того мальчика из приюта? — Задала наиглупейший вопрос Тамара. Ей просто нужна была короткая пауза, чтобы осмыслить сказанное.        — Да, и когда мои приемные родители умерли я пришел за ним, как и обещал. Увы, Вернона приют изменил не в лучшую сторону. Он так и остался ребенком, вечно искал того, кто станет ему мамой или папой, думал, что я обманул его и живу счастливо со своей семьей. Он не понимал, что родители умерли и что больше их не будет. Когда мы с ним встретились после нескольких лет разлуки у него уже проявилось это странное поведение.        — Как у детей Вест-Хилла сейчас?        — Не перебивайте меня, времени нет. Итак, я заметил, что мой брат ведет себя необычно и, поскольку недавно отучился на психолога, начал искать причины его расстройства. Другие дети тоже страдали чем-то подобным, но он был особенным. Приступы лунатизма, побеги из постели — это только то, о чем мне удалось узнать. Чтобы найти ответы пришлось опросить всех жителей, но никто не знал и даже не хотел замечать этой проблемы! Тогда мне на помощь пришли они — Братство Искупления. Слышал, их секту арестовали несколько месяцев назад, вы, наверно, хотели бы узнать о них больше, но смысла нет — мне они говорили то же самое.       На самом деле, описание данного феномена — Тощего Человека — не займет много времени. Он это то, чем вы всегда пугали детей, — губы Макги искривились в улыбке — некоторые из них даже думают, что взрослые сговариваются с ним, но это не так. Он приходит не к непослушным детям, а к плохим родителям.        — А как же многодетная семья, там не было ни одной крупной драки? А Лида, ведь отец в ней души не чаял…        — Не все любят выносить сор из избы, Тамара, некоторые даже себе признаться не могут, что собственная дочь стала для них обузой.        — Если бы Кейти была моей обузой, я могла бы отдать ее отцу!        — Но вы не стали, потому что он и так забрал у вас все, и вы решили ему отомстить через ребенка, ведь другого способа у вас нет.        — Глупости! Я простила его и пожелала…        — Бросьте! Ни один человек не станет желать счастья тому, кто уходит от него к любовнику или любовнице! У нас нет времени, чтобы убеждать в этом ваше порядочное и бескорыстное эго, так что сидите молча! Слендер приходит за детьми, родители которых провинились, только вот фокус в том, что не бывает идеальных родителей. Он никогда, никогда не убивает детей, потому что не может, чтобы завершить ритуал ему нужны помощники.       Древние люди знали это и за общение с данной сущностью сразу убивали, но сейчас человечество стало таким слабым… Гуманные, милосердные… Максимум — пожизненное, но никак не убийство. А смерть нужна, смерть необходима. До тех пор, пока все сообщники не погибнут, дети будут пропадать и никто ничего не сделает!        Тамара вскочила с дивана и скрестила руки на груди в знак протеста. Она не верила, что убийца может так просто ускользнуть, а тогда ей вспомнился отец Теренса в дурдоме и женщина поняла, что Слендер влияет не только на детей.        — Что же происходит с этими детьми?        — Никто не знает, кроме самих помощников Тощего Человека. Предлагаю продолжить историю, ведь финал уже близок.       Директриса снова послушно села на диван. Макги одобрительно кивнул и продолжил.        — Перед началом нового цикла и концом предыдущего прошло всего несколько месяцев. Вы почти разгадали тайну, а полиция почти поверила записям в дневнике Кэрри, но все упустили одну деталь. Я вам помогу. В конце записей женщина задает вопрос: почему Тощий Человек ее не убил? Но мы ведь знаем, что он не может, тогда возникает другой: почему не позволил ей умереть? Почему она так быстро выздоровела от посттравматического синдрома, а рецидив случился через пару месяцев? Она узнала кое-что неприятное, и решила покончить с собой, вы уж догадались, что это было?       Тамара собралась ответить, но тут зазвонил телефон. С той стороны голос был напуганным.        — Я нигде не могу найти Кейти, она убежала, другие дети тоже куда-то разбежались, я честно следила за ними, только вот посомтрела в сторону ненадолго и все…        — Позвони своему мужу и всем кому можешь, мы должны найти их немедленно!       Макги рассмеялся от всей души, глядя на взволнованную Тамару. Он медленно встал с кресла.        — Повторяю еще раз: есть только один способ отогнать Слендера — убить всех его приспешников, кем бы они ни были. — Говоря это он потянулся рукой за пазуху и достал из-под серебристой куртки пистолет. — Не волнуйтесь, я позабочусь о вашей дочери.       Не дав среагировать, Макги ударил женщину в висок, но не убил — она не входила в его планы. Уже теряя сознание Тамара кинула ему вслед:        — Эта тварь убила вашего брата и всех, кто был с вами в приюте, как вы можете ему уподобляться?        — Тварь, убила детей? — Ради такого он даже наклонился и стал на колени, чтобы она точно услышала. — Вы ошибаетесь.       Оставив директрису лежать без сознания, Макги отправился на поиски последнего сообщника.

***

       Оно всегда начиналось с леса и там же должно было закончиться. Макги со всех ног спешил и с каждым метром запах гари становился все сильнее. Копы, естественно, уже не охраняли окраину — все они сосредоточились на улицах, но психолог не сомневался, что та девчонка через них проскочила.       Темные силуэты деревьев поглотили мужчину почти сразу, и все равно все вокруг казалось ярким, обжигающе-ярким. Макги остановился и весь дурдом в голове тоже замер, но лишь на секунду, а тогда смех.       Дети, сотни и тысячи детей разных возрастов смеялись, хихикали, а некоторые даже катались по земле, задыхаясь от смеха. Под пеленой тумана на лицах невозможно было разглядеть черт, но они продолжали смеяться, показывая на него пальцами.       Макги высадил в них целую обойму патронов, от чего детишки захохотали еще громче. На смену жару пришел могильный холод, и только запах горелой плоти остался. Сквозь толщу смеха прорывались крики, отчаянные вопли, но они были столь слабыми, что Макги их почти не слышал.       Вдруг все дети замолчали и повернули свои головы на него. Психолог обернулся и к своему огромному удивлению увидел Вернона — целый и невредимый восемнадцатилетний парень, слегка полноватый в красивом костюме, словно на ленейку у этих двоих была только одна общая деталь — глаза.        — Невозможно, ты умер, сгорел, от тебя ничего не осталось, он не должен был…        — О-о-о от тебя слова «не должен» слышать особо приятно. Вот что я тебе отвечу: посторонний мужчина не должен находиться около котла с зажженной зажигалкой, или ты не согласен?        — Я лишь делал то, что смогло бы тебя защитить…        — Только вот таким как я для ритуала не обязательно иметь тело.       Слова застряли в горле, призрачные образы становились все ярче. Макги уставился на своего брата, в ожидании жестокой расправы, как с теми подростками десять лет назад, но парень, поклонившись психологу, исчез.       Дети снова засмеялись, подходя все ближе и ближе, они схватили его за руки и закружили в хороводе. Мужчина все гадал, как же помощники Слендера с ним расправятся, как жестоко растерзают или скинут в реку… Но все оказалось гораздо проще.       Смех становился все тише, а детские крики внутри головы все громче.

***

      За всю свою жизнь Тамара не чувствовала себя глупее чем сейчас. Женщина, бежавшая на каблуках через толпу детей за шляпкой ведьмы — та еще дура.       Крохотные улицы Вест-Хилла превратились в лабиринт — они и так не блистали уникальностью, а теперь, когда их наполнили дети в одинаковых костюмах, стали абсолютно идентичными.       Все как один в черных брюках и белых рубашках, у кого-то лицо закрыто маской Крика, у кого-то пакетом, а кто-то просто измазался белой краской. И все как один смеются, видя как она теряется среди них.        В голове проплывают последние слова психолога и тут на Тамару снисходит озарение: ведь именно на это намекают, исчесляя время в месяцах. Кэрри была беременна, и сам Вернон пожелал ей стать хорошей матерью, вот почему Тощий Человек защитил ее от пожара, вот почему она пыталась убить собственных детей в утробе…       За первым озарением последовало второе. Эти дети всегда находились в одном месте, туда же они уходили по ночам и если ей стоит искать свою дочь, то только там.       Лес встречает женщину абсолютной тишиной, но Тамара чувствует, что недавно тут царил хаос. Вся листва помята следами детских ножек, мелкие деревца повалены и ни единого зверька в округе. Она идет дальше по этим следам пока не спотыкается о камень и тут женщине приходится встретиться лицом к лицу с мистером Макги, точнее, с его остекленевшим взглядом. Даже не осмотрев тело Тамара делает заключение — сердечный приступ, женщина уже собирается встать и двигаться дальше, как вдруг слышит бег.       Вдалеке она замечает знакомую фигуру — остроконечная шляпа слетает, девочка подбегает все ближе. В десяти метрах от Тамары возникает то самое существо с рисунков — трехметровое чудовище с огромными щупальцами. Преодолев отвращение, женщина разжимает холодные пальцы Макги и достает пистолет, это второй раз в жизни она прикосается к оружию.       Кейти подбегает к существу, слышаться напуганные всхлипы, она что-то говорит, молчит и снова говорит, а тогда чудовище становится на колени и протягивает к ней свои руки.       Пальцы тамары хватаются за патроны в кармане психолога и она кое-как запихивает их в барабан старого пистолета. Держась двумя руками за ручку, женщина с последних сил старается прицелится.       Что бы не хотел сделать Тощий Человек он останавливается, поворачивает лицо к Тамаре. Тело сковывает холод, а мозг — страх. Это не ряженый клоун и не галлюцинация — три метра его реальный рост, щупальца — часть тела, а лицо отсутствует! Тамара и раньше видела нечто подобное на рисунках, но только сейчас она поверила, что оно настоящее. Теперь эта тварь тянется уже к ней, щупальца преодолевают расстояние за считанные секунды.        — Не надо, стой! — Кричит Кэти, заливаясь слезами. Она становится перед матерью и обнимает это чудовище, смотрит туда, где у этого должны быть глаза. — Не трогай ее, пап.       В тот момент что-то оборвалось в груди Тамары и она сделала выстрел. Он попал точно в то место, где у Тощего Человека было сердце, лес поразил отвратительный писк, вспышка света, а тогда… Поляна опустела, осталась только Кейти вся в слезах и ее мать, которая тоже плакала.

***

       Ноябрь во Флориде очень теплый — почти что лето, вечное лето. Утомленная работой в новой школе Тамара уже мечтает побыстрее лечь в постель, но перед этим заходит в комнату дочери.       Малышка спит крепким сном, на столе сделанные на завтра уроки, на стуле — чистая, аккуратно сложенная одежда. Кейти укуталась в одеяло и теперь отдыхает, набираясь сил перед новым учебным днем.       Она такая милая, такая спокойная — будто ее жизнь не рушили события прошлого года. А еще пару минут назад она засуетилась во сне и одеяло слетело на пол.       Но Тамара об этом не знает.