Свет заходящего солнца.

      Холодную зиму постепенно сменила теплая весна, со всеми своими прелестями: расцветали цветы, рядом с ними порхали бабочки, птицы пели свои радостные песни, а солнце грело своими желтыми лучами землю. Ученики Хогвартса со школы снова перебрались во двор. Весна приносила свои плоды — хоть экзамены и были близко, но началось беззаботное время, и многие совмещали любование природой и учебу. В замке обычно сидели не многие. Они были мрачны или задумчивы, но никто их не трогал. Пасхальные каникулы уже прошли, и вернувшись обратно, студенты начали усердную подготовку к экзаменам. У всех было хорошее настроение, ученики проживали беззаботное время, когда кроме учебы волноваться было не о чем. Но только не сейчас.       На самом деле, все было совсем не так наивно и весело. В Англии, особенно Лондоне, убийства все не прекращались, а только увеличивались; все больше маглов и маглорожденных гибло от рук Пожирателей Смерти. Война была в самом разгаре. Министерство магии пока справлялась с предшественниками Волан-де-морта, но их силы были ограниченны. Мракоборцы чуть ли не каждый день выходили на битвы, но не все возвращались оттуда живыми. Многим семьям пришлось бежать из страны. О всех новостях писали в «Ежедневном Пророке», но они не могли передать весь ужас, что происходил сейчас в стране.       Такие мрачные мысли часто стали посещать Ливию Норз. На её семью нападений, слава Мэрлину, не было, но вот в дом Джуди, Пожиратели все же явились. К счастью, мракоборцы успели раньше, чем предшественники Тёмного Лорда успели что-то сделать. Пожирателей было трое, но поймать их не удалось. Зная о том, что они могут вернуться, Джуди немедленно велела родителям ехать к бабушке в Шотландию. Сама же девушка временно жила у Ливии, то есть пару дней каникул.       После приезда в школу, Ливия чувствовала себя в безопасности, но волнение за родителей увеличивалось с каждым днём. Она регулярно отправляла письма домой, и всегда получала ответ.       Но помимо своих мыслей, её пребывание в школе было намного веселее. Это веселье Ливии каждый день устраивал её друг — Киллиан. Они забавлялись, как подростки, устраивали споры, шуточные драки, иногда разговоры до ночи, игры и многое другое. С ним Ливия никогда не скучала и не унывала. На совместных уроках Гриффиндора и Пуффендуя, они сидели вместе, и, не слушая профессора, развлекались. Им снимали баллы с факультетов, за разговоры, и снова зачисляли, за прелестно выполненную работу. Они были очень хорошими друзьями и напарниками. Вечера они любили проводить за учебой.       Также, нельзя не упомянуть о Дориане. Их отношения зашли в тупик после Пасхальных каникул. На каникулах, Дориан слал Ливии письма, которые девушка с удовольствием читала, но после приезда в Хогвартс, их прогулки заметно сократились. Дориан вечно пропадал в гостиной, был молчалив, и всегда отводил от Норз взгляд. Да, они были неплохими друзьями, но им обоим хотелось чего-то большего. Но каждый думал, что чувство симпатии не взаимно, и они страшно тупили при встречах друг с другом. Жаль, что у них не было никого, кто мог бы поддержать их и направить на верный путь. Джуди старалась вообще не упоминать Дориана, а у Эйвери был лишь брат, но что он может знать об его чувствах? Так они избегали друг друга долгое время.       Джуди, которая еще не могла отойти от недавнего происшествия со своей семьей, стояла на учете у Мадам Помфри. Она давала ей успокоительные и поила мятным чаем. Но ничего кроме этого не изменилось. Учителя продолжали готовить учеников к экзаменам, Мародёры и другие устраивали разные шалости, погода продолжала радовать. В Хогвартсе, как обычно, быстро пролетали учебные дни и всё было хорошо. Ливия почти была счастлива, до некоторого времени…       Стоял солнечный весенний день. Всё было как обычно. В Большом зале сидели ученики и спокойно обедали. Норз вместе с подругой уже перекусили и теперь, обсуждали уроки. Народ потихоньку начал расходиться. Джуди достала свою нумерологию и начала доделывать работу. Ливия заскучала, но посмотрев на своего однокурсника с газетой в руках, вспомнила о «Ежедневном Пророке» в своей сумке. Достав газету, она принялась читать. На первых страницах не было ничего интересного: политические новости, квиддич, открытие новых магазинов, но вот на следующих страницах было о новых нападениях. Она внимательно начала читать: «Новые нападения на Мерилибон. Было убито пять маглов, видны следы пыток. Мракоборцам удалось поймать лишь одного убийцу из трех, которого приговорили к пожизненному заключению в Азкабане. Имена убитых: Мизер Линк, Альф Линк, Прери Миллс, Джон Куссарь, Лиза Куссарь. Так же двойное нападение было на Стрит авеню. Было убито две семьи в домах номер 12 и 17. В ходе этого погибло девять человек — четыре взрослых и пять детей. Имена: Билл Ловд, Мария Ловд, Райдер Ловд, Кларисса Ловд, Джоан Ловд, Даниэль МакКлайн, София МакКлайн, Филл МакКлайн и Алиса МакКлайн. Над каждым домом была оставлена метка в небе — череп с выползающей змеёй. Над каждым магловским домом, в котором произошло убийство, нависает такая метка. Вероятно, это метка Волан-де-морта…»       Сердце Ливии остановилось. Она снова перечитала имена погибших, надеясь, что глаза её обманывают, но сомнений не было. Филл и Алиса МакКлайн — её любимый Филл и его пятилетняя сестра Алиса были мертвы. Она не могла в это поверить, Алиса и Филл были мертвы! Нет, здесь вероятно какая-то ошибка. Но… это была не ошибка. Филл… этот милый парень, который подарил ей одно, всего одно, незабываемое лето любви. Да, он предал её, но все же Ливия никогда не желала ему зла и смерти.       Норз резко встала из-за стола и быстро вышла из Большого зала. Своим действием она привлекала много заинтересованных глаз, но кроме трех человек, никто не обратил на это внимание. Через весь зал на неё смотрели ничего не понимающие Киллиан, Джуди и Дориан. Но пока гриффиндорец и пуффендуйка размышляли, Дориан уже действовал. Джуди и Киллиан переглянулись, и оба посмотрели на стол Слизерина, откуда уже встал Эйвери и направился за девушкой.       Ливия остановилась только на третьем этаже в глухом коридоре. Здесь никого не было, и она смогла спокойно подумать и дать волю чувствам. Она прислонилась к подоконнику и, переводя дух, задумалась. Неужели это правда? Филла больше нет, как и его сестры, как и его родителей. Но почему он? Почему Алиса? Маленькой и веселой Алисы больше нет. Филла тоже. У Ливии на глазах выступили слезы. Она даже не сомневалась, что их убили Пожиратели, и теперь она понимала, как тяжело было Джуди. Она вспомнила все моменты с Филлом, она вспомнила то лето, и на душе стало еще больнее. Её чувства были смешанные. Было больно и обидно, но в тоже время была злость на убийц. Было ужасно.       Прозвенел звонок, но Ливия не сдвинулась с места. Казалось, она даже не заметила звона колоколов и продолжала смотреть в одну точку. Она не повернула головы, даже когда услышала шаги. — Ливия, что произошло? — обеспокоенно спросил Дориан. Она протянула ему газету, которую всё время держала в руках и указала на абзац, который он начал читать. Закончив, парень ожидающе посмотрел на неё. — Филл МакКлайн был моим другом. Он был мне больше, чем просто друг, он был моим парнем. С ним я провела незабываемое лето, с ним я чувствовала себя счастливо. Это было прекрасное чувство… Но в один день, он предал меня, — она посмотрела на Дориана. — Помнишь, я рассказывала об этом? Но я его давно простила. Только я начала забывать о нем, как выясняется, что он мертв. Его убили Пожиратели смерти! Они его убили! — она была готова разреветься, но пыталась держать себя в руках. У неё это плохо получалось. — Я ненавижу их! — из её глаз рекой хлынули слезы, и Дориан крепко обнял Ливию. Он не знал, что ей сказать, поэтому сожалея молчал. Наконец, когда Ливия немного успокоилась, она подняла на парня глаза и заговорила. — Обещай мне, что ни за что не станешь Пожирателем Смерти. Обещай, что ни за что не убьешь человека. Я не хочу, чтобы ты был такой же, как эти твари! Ты выше этого, Дориан, — она всхлипнула. Эйвери провел рукой по её плечу. — Обещаю, — сказал он. Ливия снова прижалась к нему, и еще долго не отпускала его. Они молчали. Вся эта история заставила его серьёзно задуматься, ведь он лично наблюдал за смертью Филла МакКлайна.