Комната Любви

      Акутагава проснулся раньше. Он привык спать малое количество времени, но сегодня провалялся в кровати больше, чем в любой из дней из последних двух лет. Видимо, настолько его убаюкало тепло Ацуши, который по-прежнему посапывал на боку. Его волосы были раскиданы по подушке в творческом беспорядке, и Акутагава невольно коснулся мягких прядей, убирая упавшие на милейшее личико. Рюноске невольно залюбовался и сидел какое-то время с глупой улыбкой и пялился на напарника. А когда отошёл от некого транса, поспешил одеться и покинуть комнату. — Чтобы такого больше не было, — отчитал он сам себя и направился на кухню, готовить завтрак. Несмотря на то, что Акутагава постоянно на заданиях или в офисе, готовит он прекрасно. Ещё и находит время для занятий каллиграфией. Решив, что Ацуши скоро проснётся, он постарался сделать что-то поскорее. Идеальным вариантом оказались блинчики с чаем. Вот как раз с напитком эсперу захотелось поэкспериментировать. Рюноске быстренько нарвал пару листочков кошачьей мяты и заварил вместе с чаем, продолжая готовить блинчики. Когда обе порции были почти готовы на кухню вошёл, нет, скорее ввалился сонный Ацуши с невероятным беспорядком на голове. Акутагава едва смог сдержать смех. Но когда Накаджима, пытаясь найти опору на середине комнаты, промахнулся мимо спинки стула и чуть не навернулся, Рюноске просто не смог удержаться и заржал в голос. К нему сейчас очень подходила фраза «Поднять — подняли, а разбудить — забыли». Видимо смех вечно холодного и безэмоционального напарника разбудил Тигра окончательно. Он, смущаясь, наконец, нащупал спинку стула и, сев за стол, осмелился поднять глаза на Акутагаву, что суетливо пытался быстрее доделать завтрак, попутно утирая навернувшиеся от смеха слёзы. — Доброе утро. Не знал, что ты умеешь готовить, — неуверенно пробурчал Ацуши и блаженно прикрыл глаза от нахлынувшего запаха вкусняшки. Акутагава старался не поворачиваться лицом к напарнику, потому что непременно рассмеётся от одного воспоминания его сонного входа в кухню. А ещё от вида его взъерошенных волос. — Ага, доброе, — с усмешкой ответил Рюноске и поставил обе порции на стол, одну перед Ацуши, вторую напротив. Светловолосый смущённо кивнул и открыл рот, но тут же снова закрыл его. Акутагава, заметив это, вопросительно посмотрел на него. Ацуши немного помялся, но всё же решился. — Глянь, пожалуйста, нет ли взбитых сливок и клубники, — Тигр опустил голову в смущении, а Рюноске снова усмехнулся, понимая, насколько это двусмысленно звучало. Новоиспечённая хозяюшка порылся в холодильнике с полной уверенностью, что всё это он там найдёт. И он не ошибся. Вытащив всё, о чём попросили, плюс к этому своё любимое черничное варенье, которое он тоже обнаружил, Акутагава, наконец, посмотрел на Ацуши и поставил всё на стол. — Непривычно видеть тебя, готовящим завтрак, — он сделал небольшую паузу. — Приятного аппетита, — смущённо пробурчал Ацуши и перехватил клубнику и взбитые сливки, украшая ровненькую порцию блинчиков. Рюноске снова усмехнулся и налил заварившийся чай. — Приятного аппетита. Испытание начинается.       К чаю оба не притронулись, пока не съели блинчики. Очень хорошо. Как только блинчики закончились, Ацуши взял чашку с чаем. Рюноске сделал вид, что пьёт чай, а сам с интересом наблюдал за реакцией организма напарника на мяту. К его удивлению, ничего не произошло. Акутагава разочаровался в тигре. Не кошачий он какой-то.       Завтрак закончился спокойно и оба эспера перебрались в гостиную. Брюнет решил покопаться на книжных полках, в надежде найти что-нибудь стоящее. Ацуши же уселся перед телевизором и включил какой-то документальный фильм. Судя по словам, он, видимо, о тиграх. Смешно. В итоге сероглазый нашёл на вид интересную книгу, а затем с удивлением обнаружил ещё и свои очки, которые он любит надевать при чтении. Присев на мягкий диван чуть поодаль от напарника, Акутагава принялся за чтение. Светловолосый попытался издалека рассмотреть текст, но рука неловко соскользнула, и он упал прямо на колени читателю. Книга выпала из рук Рюноске, ударив смущённого Ацуши по голове. Он зашипел, совсем как кот, и хотел было выразить своё недовольство, как на место ушиба легла холодная рука и начала поглаживать по волосам ушибленное место.       Тигриные уши и хвост не заставили себя ждать. Накаджима старался всеми силами контролировать кошачьи повадки, но на его тщетные попытки Акутагава лишь усмехнулся.       Тут произошло то, чего Рюноске никак не ожидал. Напарник резко поднялся с налёжанного места и опрокинул Рюноске на диван, переплетая пальцы их рук. Усевшись на бёдра Акутагавы, Тигр мимолётно посмотрел в глаза удивлённому эсперу и прильнул с поцелуями к его шее. Секунды было достаточно, чтобы разглядеть ненормально широкие зрачки и затуманенный взгляд.       Акутагава ликовал. Кошачья мята действует! Но его восторг продлился недолго. Через секунду брюнет уже старался сдержать громкие стоны, потому что Ацуши приступил к уху и окружающей его территории кожи, покрывая каждый сантиметр мимолётными поцелуями и оставляя багровые метки любви. Никто об этом не знал, но это было самым чувствительным местом у, с виду холодного, мафиози. Закончив с ухом, Ацуши на секунду задержался у лица напарника и зубами снял с того очки, переходя к вороту чёрной рубашки Рюноске. Зацеловав каждый сантиметр открытой кожи, он стал медленно расстёгивать первую пуговицу, вторую, третью... За каждой расстёгнутой пуговицей следовала увеличивающаяся дорожка поцелуев и засосов. Акутагава уже в голос стонал от каждого поцелуя и малейшего движения Тигра на его бёдрах. Но тут резко все попытки раздеть мафиози прекратились, и Ацуши выровнялся на своём месте, продолжая удерживать руки Рюноске в своих. Его зрачки стали постепенно сужается, а с глаз сходила дымка кошачьего безумия. Детектив вернулся в реальность и растерянно завертел головой, не понимая, где он и что произошло. И тут его двухцветный взгляд опустился вниз, и открывшаяся картина увела его в аут.       Не каждый день ты сидишь на бёдрах своего напарника, чувствуя пятой точкой его стояк. И уж точно не каждый день под тобой лежит розоватый от жары и тяжело дышащий Акутагава с расстёгнутой рубашкой и розовато-багровой кожей от поцелуев и засосов. А ещё держать его за руку, переплётая пальцы, ещё и в таком положении, стоило бы минимум парочки конечностей, будь это кто-то другой. Но нет, Рюноске покорно лежал под Ацуши и с нетерпением ждал продолжения ласк, даже не замечая, что действие мяты, наконец, прошло. Осознание пришло заторможено к обоим эсперам.       Ацуши тут же закрыл лицо ладонями, но красные кончики ушей выдавали его с потрохами. Он быстро соскочил с мафиози, едва не распластавшись по полу, и на полной скорости залетел в спальню, захлопывая дверь. Зная его, Рюноске решил: Тигр будет себя винить в этом, даже не зная точно, что с ним и Акутагавой произошло и что вообще между ними было. Отойдя от ласк и вернув себе лицо-кирпич, он спокойно направился в ванную, но всё ещё розовеющие скулы выдали с потрохами все его варианты дальнейшего развития событий.

***

      Весь оставшийся день Ацуши ходил за километр от Рюноске, не давая тому приблизиться ни на шаг. Ближе к вечеру, по времени вне сей импровизированной квартирки, мафиози предпринял последнюю на сегодня попытку хоть как-то поймать детектива и рассказать всё, что произошло. А заодно и извиниться. Акутагава? Извиниться? Что ты делаешь с ним, Ацуши?       В итоге брюнет решился на отчаянный шаг и резким движением прижал пробегающего на кухню Ацуши. Чтобы и эта попытка не провалилась, была применена отчаянная мера - Расёмон, чёрно-красными лентами сковавший руки и ноги светловолосого. Детектив по инерции зажмурился, готовясь огрести по полной за свои непозволительные действия. Но его ожидания не оправдались. Вместо люлей ему отвесили невесомый поцелуй в лоб. — Бери, что хотел с кухни и садись на диван. Я расскажу что произошло, — Акутагава порозовел от воспоминаний сегодняшнего утра и, деактивировав свою способность, завалился на диван и выжидающе посмотрел на напарника, что до сих пор в шоке стоял у стены. Порозовевший Ацуши тут же очнулся и улетел на кухню. Через пару минут он вернулся с чашкой чая и уселся на противоположный конец мягкого дивана. Всё это время Рюноске не сводил с него внимательного, но при этом отсутствующего, взгляда. Обдумывал, что скажет в своё оправдание, когда Тигр накинется на него с обвинениями. Ну, захотелось ему поэкспериментировать. Ну, что он, первый раз над оборотнем издевается что-ли? Ацуши поставил чашку со сладким чаем на журнальный столик и поднял глаза на напарника, ожидая ответа. Акутагава тяжело вздохнул и опёрся одной рукой на подлокотник дивана, подперев щёку. — Слушай, прости меня. Всё это произошло из-за меня, — Акутагава отвёл глаза на противоположную стену. Ацуши не понимал, что происходит, но то, что Рюноске извиняется, несомненно, производило впечатление. — Я немного не понимаю. Причём здесь ты, Акутагава-кун? — Ацуши сам не заметил, как употребил приевшиеся суффиксы. Акутагава удивлённо на него посмотрел, а затем снова отвернулся. — Я заварил тебе чай с кошачьей мятой, — еле слышно пробурчал себе под нос мафиози, как будто сам не верил, что он на такое был способен. Прекрасные двухцветные глаза воззрились на него в немом шоке, а затем в жутком смущении благополучно опустились в пол. Плюс одна новая кошачья повадка. — А-Акутагава, — прошептал себе под нос Ацуши, но тот услышал и с вопросительным взглядом развернулся на напарника. — Н-насколько... Н-насколько далеко... Я з-зашёл? - смущаясь и запинаясь, выговорил Накаджима и закрыл лицо руками. Акутагава усмехнулся и расстегнул рубашку, открыв взору белоснежную кожу с ярко-бордовыми и фиолетово-красными отметинами. Затем отодвинул высокий ворот рубашки и длинную прядь волос, представляя такую же картину на других участках тела. — Примерно настолько, — в который раз усмехнулся Рюноске, демонстрируя стремительно набирающему краску Ацуши сию картину. Бедняжка Тигр стал наперебой просить прощения, но оно не требовалось. Акутагава не злился, тем более он сам виноват в сложившейся ситуации. Со вздохом и лёгкой улыбкой мафиози застегнул рубашку на все пуговицы. Ацуши всё так же сидел, закрывшись руками от смущения, и бормотал какие-то извинения. Такой милаш. Акутагава снова приподнял уголки губ в не свойственной ему доброй улыбке и, придвинувшись ближе к тому, обнял его, прижимая к себе за талию и затылок. Накаджима широко раскрыл глаза от удивления, не смея двигаться. Мало ли. — Не нужно извиняться, — прошептал Рюноске в макушку Тигру, и тот, наконец, неуверенно обнял его в ответ. — Пойдём спать? — спросил Акутагава, дыша парню в то же место. Получив неуверенный утвердительный кивок, Рюноске вновь улыбнулся и передвинулся немного в сторону, обхватывая одной рукой плечи Ацуши. Акутагава плавно провёл Тигра в спальню и уложил на кровать, накрывая одеялом. Благо его одежда позволяла в ней спать. Не хватало ещё для неловкости переодевать детектива. А вот мафиози пришлось переодеваться в более удобную одежду. Когда с этим было покончено, он осторожно прилёг рядом с задремавшим Ацуши и, усыплённый теплом, моментально провалился в царство снов.