Статья 3. Почти без художеств, сравнение с Италией XIII века
16 мая 2020 г., 17:55
Из пассажирской аппарели вышло немало людей. Не было среди них грязных и ободранных, все были знатью в роскошных и пестрых, то в красных, то в синих, одеждах. Лакеи суетились, едва успевая выполнять прихоти, а им все приказывали: "Пш, передай грузчикам, чтоб в первую очередь доставили багаж с винами!", "Эй, долго мы будем здесь торчать? Вызывай машину!", "А где стража? Зови стражу, мало ли бандюганов из трюма вылезет, а может и что по-хуже..."
Тяжелые шаги раздались среди толпы. Не только лакеи, но и их владельцы в суматохе расступились перед блестящим стальной аугментикой охранном сервиторе, его светящийся красным светом искусственный глаз метался по толпе, слепил и не давал рассмотреть лицо, хоть никто и не горел желанием рассмотреть.
Дальше проследовала личная охрана.
- Расступитесь, господа, расступитесь! - прохрипел капитан стражи.
И уже после, среди выстроившихся охранников, загородивших собою толпу, вышел молодой герцог в зеленом мундире аттиле, украшенном золотыми шнурами с пуговицами, на его правом бедре гордо красовалась силовая сабля, а из кобуры, висевшей напротив, выглядывала золотая рукоятка лаз-пистолета. Он поприветствовал толпу и быстро промчался вперед. Это был сын губернатора.
После его ухода богачи вновь продолжили сходить с корабля.
Когда поток людей сократился до нескольких десятков - вышел он. Длинный и тонкий человек в томно-зеленом бурнусе. Он следовал не один, а вместе со своим компаньоном
- сервитором, небольшим и сутулым, одетым в черную кожаную куртку.
Человек этот сам подошел к грузчикам, ведь лакеев у него не было, и указал адрес доставки его вещей. Он шел медленно, иногда кивая людям из толпы, а его сервитор ковылял вслед.
Мало кто мог увидеть, но в его пазухе скрывался маленький значок инквизитора...
Мнение людей о нем, летевших с ним, разнилось, человек он был неоднозначный. Кто-то хвалил его, а кто-то нет. С кем-то он разговаривал часами, а с кем-то обходился парой слов. И всегда спокойный. Хотя один раз его заметили за руганью с одним господином из торговой гильдии, который любил выпить в корабельном ресторане для господ. Где господа эти собирались в небольших редко пересекавшихся между собой компаниях каждая за своим столом, но от замкнутости на корабле, а летели они уже больше полугода, все друг друга знали; тот торговец заваливался на дорогие покои и грубо подшучивал над мимо проходящими людьми, естественно не над теми, кто был в чине или богаче него, при этом сам он был полным бездарем и толстяком. Не знал он того, что с виду простой, небогатый человек, над которым он решил подшутить, окажется инквизитором. Впрочем, не знали и другие господа, и для них было большим удивлением, когда после ругани двух этих человек, которая закончилась тем, что они вышли поговорить наедине, торговец вернулся побледневший, кратко присел на излюбленный диван и отмахнулся от своих приятелей, любопытно ожидавших от него рассказа про разговор наедине: "Болваны, этот разговор не зря был наедине, чтоб я вам все разболтал!"
Ничего не поменялось на его родном уровне. Жил он высоко, почти на самой вершине улья. Все те же громадные сооружения, обведенные извилистыми дорожными эстакадами и виадуками, по которым ездили дорогие машины, уводящими вверх - туда, откуда иногда выглядывало солнце - к дворцу губернатора и святыням. Но света от солнца вполне хватало, чтоб днем можно было не пользоваться искусственным освещением. Людей на улице было немного, даже парки и рестораны были почти пусты - видимо, еще не время для прогулок, - но из-за прилетевшего корабля нередко попадались техножрецы и военные. Прошло уже много лет, как он покинул этот улей, может, и память подвела, и что-то да поменялось, но в целом город казался таким же как в тот день, когда он улетал, быть может даже военные и техножрецы были теми же, даже корабль, на котором он прилетел, в тот день увозил его.
Немного ностальгии забралось в его душу - вспоминалась семья, молодость. Иногда он винил себя, что оставил свой дом, что занимается теперь неблагодарной работой, а нынешняя цель, с которой он явился на родной мир, и вовсе казалась глупой и по-детски наивной.
***
Когда речь заходит о феодалах, наглых, трусливых и всячески неприятных, мало кто задумывается: почему, собственно, они наглые, трусливые и всячески неприятны? "Все дело в воспитании", - заметите вы. Но ведь порой во многих произведениях таких людей воспитывают сильные и порядочные люди. Феодализм - это строй сильных, смелых и благородных людей, - скажу я вам; мягко говоря: воинов, - конечно, это не мешает им быть пьяницами, убийцами, грабителями, и разгильдяями. Но, все же, феодалы не трусливые и изнеженные, как принято считать. Конечно, по большей мере это не относится к королевским семьям, которые существовали еще со времен рабовладельческого строя и заимели немало пережитков с того времени. Во многом, стоит сказать, что король для государства имеет скорее символическую роль, нежели роль управленца. И зачастую короли воевать не умели - от того были нередки случаи, когда на трон садилась королева. А теперь представьте, чтоб в какой-нибудь феодальной семье на полных правах правила женщина? Откуда средневековому феодалу быть неженкой? Ведь все его окружение - это воины, да и сам он потомственный воин. До самого конца своей гегемонии феодалы такими и оставались, пока наука с ее технологическими прорывами и промышленными революциями не сделали своего дела: позволили научиться читать и писать, а так же не менее эффективно сражаться обычным простолюдинам, даже против самих феодалов. Феодальная гегемония сохранялась насильно в государствах, которым удавалось бороться против буржуазных революций. Одним из них долго была Царская Россия. Простолюдин в царской армии мог дослужиться до сержанта, только за редким исключением до офицера, в то время как дворяне приходили в армию уже с офицерским чином. Собственно, это очень важная особенность, позволявшая феодалам находиться во власти - ведь государством владеют те, кто имеют силу - армию. Но есть в нашей истории удивительные моменты, когда буржуазия и наемные рабочие умудрялись организовывать восстания и свергать власть еще до промышленных революций. Восставали не одновременно, а последовательно - сначала буржуазия (конечно, это была не та буржуазия, какой мы привыкли ее представлять, то были купцы, ремесленники и просто торговцы), а потом и наемные рабочие против буржуазии (вот они уже были вполне себе классическими пролетариями). Все эти движения были поистине прогрессивными для того времени. И борьба ремесленно-торгового сословия (пополанов) была крайне прогрессивна - называлась она Коммунальное движение. Своей борьбой они отобрали у феодалов власть, установив самую настоящую народную демократию. К слову, феодалы Сиены даже смогли на 6 лет вернуть себе власть очень простым и понятным им способом - битвой. В той битве и проявилась сущность их класса - за это говорит размер сил сражавшихся армий и их потерь: армия феодалов (гибеллинов): 1800 всадников, 18000 пехотинцев; армия купечества, ремесленников и купцов (гвельфов) : 3000 всадников, 30000 пехотинцев. Силы гвельфов явно велики, но победить им это не поможет, а потери оказались крайне неравны: гвельфы потеряли: 10000 погибших и 15000 взятых в плен; а вот сколько потеряли феодалы гибеллины: 600 погибших и 400 раненых! (данные взяты с википедии из статьи "битва при онтаперти"). И хоть со временем про императорских гибеллинов и изгнали из Флоренции, полностью народную власть вернуть все же не удалось - она стала принадлежать руководителям самых прибыльных ремесленных цехов. Власть стала олигархической, почти как наша с вами современная власть, при которой народ делится на жирных (крупная буржуазия) и тощих - мелкую буржуазию, пролетариат и крестьянство. Только вот крестьянство тяготело больше к феодалам, и когда во Флоренции вспыхнуло пролетарское восстание чомпи против жирных горожан, то после подавления восстания, они ушли в деревни, стали крестьянами и во многом сыграли на руку феодалам. И Империум Человечества наверняка не исключает из себя пребывание таких же аналогий, ведь то, что я описал, - это вполне себе средневековье, пусть и не в классическом понимании этого слова. На самом деле все это я веду к тому, что в Империуме человечества нет средневековья, есть только своего рода "пережитки" средневековья. Империум Человечества это, по большему счету, буржуазное и уж наверняка колониальное государство с ярко выраженной метрополией, которому принадлежит огромное количество колоний с самым разнообразным видом самоуправления. То есть Империум Человечества, как я уже говорил в части под названием "ответы на комментарии", это копия Британской Империи XIX века. С добавлением некоторых скорее художественных, чем функциональных, элементов из других эпох нашего времени. Но даже художественные элементы имеют свой смысл. С помощью описания одежды или даже с помощью описания поведения персонажей Вархаммера можно установить аналогию с нашей реальностью и представить определенные вполне реальные логические события в Вархаммере. Оправдываться, что Империум нереальный мир и государство, которое не могло бы существовать и по этому строить хоть какие-либо события и сравнивать их с нашей действительностью нельзя - полная чушь. Ведь все то, что есть в Вархаммере взято из нашей действительности, даже другие расы не выдуманы из неоткуда, а имеют определенные корни с нашим реальным миром. Человеку, вообще, не свойственно описывать вещи, которых он не видел и не знает. Даже если человек выдумает (возьмем простой пример): сфинкса - вы сразу зададите вопрос: сфинкса же не существует, значит человек его и не видел - а почему есть фигуры и даже целые строения, посвященные ему? Но что такое сфинкс? Сфинкс это лев с головой человека. Разве человек не видел льва, разве не видел человека? Человек с помощью абстракции (свойственной только ему, что и отделяет его от животного) может соединять конкретные элементы. Абстракция, к слову, дает возможность определять общие свойства у самых, казалось бы, разных конкретных вещей. То есть, голова льва и голова человека разные по строению и разные по своим физиологическим возможностям, но это - головы. И почему бы тогда не заменить конкретную голову льва на конкретную голову человека, и - получить сфинкса? И на этом у человека строится все - особенно этот элемент выражен в искусстве, когда изображаются вещи со свойствами, которыми они не обладают, то есть им предаются чужие свойства. Вот и в Империуме Человечества, в галактическом государстве имеются самые разнообразные элементы, которые по логике не соответствуют ему. Но они есть и даже вполне себе логично описаны. Так почему бы не довести дело до конца, и не перенести в эту выдуманную вселенную остальные свойства тех элементов, которые уже имеются в ней? Кстати, из этого вытекает ответ на главный вопрос - почему Империум 10000 стоит и не развивается - а все просто, потому что само это выдуманное государство, состоящее из огромного количества элементов, не имеет в себе ни одного элемента с полным набором его свойств, то есть это государство неполное, недодуманное и незавершенное. Но как только мы восстановим отстающие элементы, сразу появится множество противоречий. И это так, но так и должно быть! В нашем с вами мире эти противоречия так же имеются, и, когда их становится слишком много, - случается революция! P. S.: есть вопросы - пишите их в комментарии - на все есть свой ответ!
