Эффект Дятлова

14 лет назад       - Здравствуйте! - Виктор старается говорить громко и спокойно. Охраны за дверью, которую он прикрыл за собой, больше, чем он когда-либо видел в своей жизни ранее, но он знает, что случись что — ему никто не поможет. - Здравствуйте!       - Не кричи, - вместо ответного приветствия бросает человек, сидящий на полу у стены. Он смотрит на Брюханова холодным, очень пристальным взглядом, но кроме этого ничто не выдает в нём интереса.       - Меня зовут Виктор Петрович Брюханов, я назначен исполняющим обязанности директора этой станции, - представляется Виктор. И снова человек у стены демонстрирует равнодушие к его словам. Виктор делает два шага, опускается на деревянный стул и рассматривает своего собеседника.       Первое, что бросается в глаза, это, конечно, отсутствие руки. Левый рукав рубашки замотан так, что сразу видно — даже культи никакой толком нет. Кроме того, мужчина молод, но глаза у него такие больные и усталые, словно он прожил две жизни минимум. И его длинные, опускающиеся ниже линии плеч, волосы полностью седые, как у глубокого старца.       - Я хотел бы обсудить... Ваше пребывание здесь, - собирается с мыслями Брюханов. - В настоящий момент именно я принимаю основные кадровые решения. И я хочу предложить Вам вернуться к обязанностям энергетика.       - Вернуться? - голос у Дятлова хрипловатый. Ему давно не доводилось говорить с кем-то. Но в позе и в выражении лица ничего не меняется.       - Да. Я считаю, что держать Вас здесь — бездумная трата ресурсов. Расточительно, неэффективно. Да у Вас было несколько... Инцидентов. Но сейчас вводятся новые меры безопасности, новое оборудование для защиты всех участников энергообмена, а Ваши результаты, - тяжело говорить под этим немигающим взглядом, но Брюханов старается не сбиваться. - Очень впечатляют.       Дятлов молчит. Ничто в нем не дает понять, как он относится к этому предложению. Виктор видит тень под дверью — охрана прислушивается к происходящему в камере.       - Если Вы согласитесь, Вы сможете покинуть эту... Камеру. Ваши привилегии как Энергетика так же будут восстановлены. Вы сможете вернуться к прежней жизни. И я гарантирую Вам, что самый современный протез с максимальным количеством функций будет изготовлен для Вас в самое ближайшее время, - решает перейти к уговорам Брюханов.       - Я не могу гарантировать, что снова кого-нибудь не убью, - подает голос Энергетик. Его взгляд впервые смещается с Виктора Петровича на пол камеры.       - Я думаю, Вы понесли даже большее наказание, чем заслуживали, - произносит Брюхнов, понизив голос. - Кроме того, я обсуждал этот вопрос с людьми из министерства... И мне дали понять, что иногда приходится идти на риск. И даже жертвовать чем-то. Просто иногда жертвы... Оправдываются. Красная энергия может спасти миллионы жизней...       - Хорошо, - тихо, но очень отчетливо произносит Дятлов, прикрывая глаза. - Вы получите то, что хотите. Если Вы действительно готовы к жертвам. В настоящем       Уговорить Лёню на завтрак оказывается проще, чем Акимову показалось поначалу. Едва оказавшись в столовой, мальчик ощущает острый прилив голода и буквально набрасывается на еду. Пока он уничтожает одну порцию за другой, Саша подает запрос на новый браслет с Контролёром, а заодно проверяет последние полученные данные.       - Хочешь пойти и посмотреть, как работают Игорь и Борис? - предлагает он, когда мальчишка заканчивает со сладким чаем. Тот быстро кивает. - Хорошо, пойдем. Мы ещё успеваем.       До главного здания они добираются в капсуле. Леня завороженно смотрит через маленькое окошко наружу, хотя там ничего нельзя толком рассмотреть, а Акимов рассматривает его. Мальчишка совсем. Его прошлый Энергетик... Ему ведь тоже было шестнадцать, когда он прибыл на станцию. Но он никогда не казался настолько ребенком. Может, просто Саша тогда был моложе? А может, дело в самом Топтунове. Тощий, восхищенный миром вокруг него мальчишка. Который вряд ли доживет до тридцати.       По коридорам они идут быстро, но всё равно опаздывают. Когда они входят в зал наблюдения, там уже собрался народ, а Игорь с Борей уже начали. Сесть приходится в конце, благо помещение небольшое, да и публики не так много: Брюханов с Фоминым, несколько работников станции, двое из которых — операторы-новички, и ещё пара людей, которых Акимов не знает. Надо полагать, комиссия с Земли.       - Я думаю, нужно дать небольшие пояснения по происходящему? - Брюханов полуоборачивается на своем стуле и оглядывает всех присутствующих. - Николай Геннадиевич, могли бы Вы?       - Конечно, я мог бы, но думаю, профессор Легасов хотел бы взять слово. В конце концов, он участвовал в разработке части оборудования... - Фомин тоже оборачивается и внимательно смотрит на Валерия.       - Нет-нет, я уступлю, - тот качает головой. Щербина переводит тяжелый взгляд с одного человека на другого, и кажется, последнее слово за ним.       - О, я вижу, у нас новенький. Леонид Федорович, если я не ошибаюсь? Только что закончил академию, - находится Брюханов. - Идите сюда, давайте проверим, какой уровень подготовки у нынешних Энергетиков.       - Я... - Леня вскакивает с места, смущенно прижав руку к груди. Лампы на потолке несколько раз быстро мигают.       - Ты можешь не ходить, если хочешь, - тихо произносит Саша. Его слово в этом вопросе последнее, он Оператор, а значит, может посадить Леню обратно, и даже Брюханов не посмеет ему возразить.       - Нет, я готов, - Топтунов быстро подходит к стеклу, разделяющему это помещение с камерой сбора. Стекло прозрачное только с их стороны, так что Оператор и Энергетик, занятые работой, их не видят. Он встает как бы сбоку, чтобы ничего не загораживать, и откашливается.       - Ладно. За этим стеклом — камера Сбора. Это основное помещение станции В каждом блоке по одной такой камере. Здесь происходит процесс энергетического обмена, - начинает он торопливо, а затем ловит взгляд Акимова. Тот кивает. - В центре помещения находится воронка для энергии. От неё большой провод идет под полом к вот этому энергетическому сосуду.       Энергетический сосуд покрыт толстым слоем металла для защиты, но небольшая полоска выполнена из прозрачного пластика. Видно, насколько сосуд наполнен, и какого цвета энергия. Перед сеансом пустой сосуд устанавливают к проводу и закрепляют, а сразу после сеанса убирают вот в этот сейф.       Энергетик заходя в помещение после подготовки и измерения показателей кладет руки на передатчик. Он похож на большой шар, вставленный в пьедестал. Затем его руки укрывают специальной изоляционной тканью. После этого Оператор проходит к пульту и проверяет данные идущие от Энергетика и от Техники. Здесь Оператор следит за показаниями на протяжении всего сеанса. Если всё в порядке, он дает Энергетику сигнал, и тот начинает передачу. Когда сосуд заполняется, Оператор дает сигнал прекратить. После этого он открепляет и убирает сосуд, а затем убирает ткань, и после этого сеанс считается законченным.       - Спасибо, молодой человек, - кивает Брюханов, и Лёня спешно возвращается на свое место, усаживаясь возле Саши.       - Эта изоляционная ткань, почему она так важна? - интересуется Щербина, проводив мальчика взглядом.       - Дело в том, что наше оборудование, к сожалению, может собрать лишь часть энергии, выделяемой в процессе сеанса, - поясняет Фомин.       - Энергетик выделяет энергию достаточно спонтанно и всем телом сразу. И эта энергия может быть опасна. Всё оборудование в помещении направлено на то, чтобы максимально обезопасить процесс, - встревает Легасов. - Стены помещения с защитными панелями, они не дают энергии свободно выходить за пределы камеры. Позади Энергетика, вон там, что-то вроде большого магнита, оттягивающего часть энергии. Костюм Энергетика выполнен из специальной ткани, мешающую свободному проходу энергии. Костюм Оператора — из отталкивающего материала. Но в момент энергообмена это помещение все равно невероятно опасно. В первую очередь для Оператора. Через его тело в любом случае проходит часть энергии.       - И никак нельзя его оттуда убрать? Энергетик не может всё делать один? - уточняет Щербина, наклоняясь вперед и глядя на то, что происходит за стеклом. Энергообмен — небыстрый процесс.       - Нет. Кто-то должен всё контролировать, управлять всем процессом. Энергетики в такие моменты крайне беспомощны. Какое самое главное правило при передачи энергии, Леонид Федорович? - интересуется Брюханов.       - Нельзя убирать руку с передатчика! - быстро отвечает Леонид со своего места. От всех этих разговоров про опасность ему становится не по себе. Сильно. Если бы у него на руке сейчас был браслет, Контролёр наверняка бы пищал.       - И что будет, если убрать? - уточняет Щербина. Фомину хочется ответить, что лучше всех на этот вопрос ответит Анатолий Степанович, но он прикусывает язык. Ничего хорошего, - отзывается Легасов, покосившись на мальчишку. Не стоит пугать мальчика кровавыми подробностями.       - Так или иначе, не всё так страшно, как звучит. В большинстве случаев, если Оператор хорошо ладит со своим Энергетиком, и тот не желает ему зла, то и энергия никакого вреда не наносит, свободно проходя через тело. Я прав, Александр Федорович? - Фомин смотрит пристально.       - Правы, - кивает Саша, до этого сохранявший молчание. Лёня смотрит на него с любопытством. Признаться, он мало думал о том, что чувствуют операторы в момент энергообмена. И какому риску подвергаются.       - А что, эмоции так важны? - Щербине, конечно, известно всё про цвет энергии. Белый — самый простой. Но отлично подойдет для осветительных приборов, например. Голубой, уже посерьёзнее. Желтый и зеленый — примерно равны, но подходят для разных целей. Тёмно-синий. Оранжевый и фиолетовый, опять пара. А затем красный и...Чёрный, почти легендарный. Сколько раз удавалось получить такую энергию. Три, четыре?       - Сила выдачи энергии определяет её цвет, но эмоции... Определяют направленность чистой энергии. От эмоций многое зависит. И если эмоции будут негативными, энергия будет разрушительной по своей природе, - объясняет Валерий. - Поэтому так важно, чтобы Оператор и Энергетик установили устойчивые и доверительные взаимоотношения.       Тем временем энергетический сеанс за стеклом заканчивается. Борис подходит и проводит ладонью по спине Киршенбаума, а затем идет убирать сосуд. Как только сейф заперт, он подходит и убирает изоляционную ткань, и Игорь убирает руки. Он водит в воздухе пальцами, разминая их, а затем, улыбнувшись, направляется к выходу. Неожиданно его шатает, но Боря успевает подставить руку и обнять своего Энергетика за талию, продолжая вести его к дверям. Он тихо что-то спрашивает, и Игорь отвечает кивком, а затем они оба исчезают за дверями.       По помещению для наблюдения неожиданно пробегает нечто вроде дрожи. Меньше секунды ощутимо дрожат пол, потолок, стулья. Присутствующие ежатся, явно недовольные возникшими у них ощущениями.       - Лёня, не нервничай. Всё хорошо, - Саша накрывает его руку своей.       - Я не нервничаю! - шепчет Топтунов. Ему хочется сказать, что это не он, но в помещении нет других Энергетиков. - Я не знаю, как так получилось.       Неожиданно Топтунов ловит на себе долгий, внимательный взгляд из-за стекол очков. И что-то в этом взгляде чудится ему смутно знакомым. Он уже хочет спросить у Саши, кто это, но профессор поспешно поднимается и идёт на выход, а за ним быстрым шагом направляется Щербина, и Лёне становится как-то неловко спрашивать. И всё-таки что-то здесь не так. Его энергия никогда не заставляла предметы дрожать. Да и если бы речь шла о его энергии, он бы уж точно заметил.       - Никогда не работал с Оранжевой раньше? - Дятлов тянется, разминает «живую» руку, пока Ситников возится с оборудованием.       - Нет, никогда, - качает головой Анатолий. Показатели Дятлова... Ситников не назвал бы их хорошими, но они были при этом более чем стабильными. Высокий пульс, повышенная температура тела, он постоянно был как будто на пределе. И судя по всему, научился с этим жить. Или у него вообще никогда не было иначе.       - Лучше стул себе возьми, - сразу предлагает Энергетик, и это звучит не как очередная шутка. Мужчина поднимает на него глаза.       - Зачем? - не то, чтобы какие-то правила запрещали Операторам сидеть во время работы. Просто работать стоя было удобнее — открывался лучший обзор на происходящее. Кроме того, когда он работал с Аллой, ему почти постоянно приходилось передвигаться по помещению.       - Больно будет, - усмехается Дятлов. Ситников сверяет последние показания и запускает программу анализа. Затем подходит ближе и останавливается напротив своего собеседника, который тут же кладет живую руку на передатчик. Оператор тут же тщательно укрывает её, Дятлов ещё раз поправляет своим протезом. Странно думать, но отсутствие одной руки делает его несколько более автономным при энергообмене. Многие вещи он может делать сам, используя искусственную конечность.       - Показатели в норме, можете приступать, - спокойно сообщает Ситников, отойдя обратно к панели. Дятлов улыбается. И смотрит так, что становится не по себе, так что Ситникову проще наблюдать за бегущими по экрану цифрами.       И вдруг из легких словно выбивают воздух. Он распахивает рот, но вдохнуть удается не сразу. Воздух становится как будто очень плотным, и его надо буквально втягивать в себя, прилагая усилия. Энергия наполняет помещение. Все, целиком, сразу. Дятлов прав, это больно. Боль не резкая. Она ощущается так, словно все его тело покрыто огромным синяком, на который усиленно давят.       Он хватается за угол пульта, чтобы немного прийти в себя. И ловит на себе всё тот же взгляд с усмешкой.       - Больно, да? - интересуется Дятлов, проводя рукой по своим волосам, которые начинают чуть приподниматься. Ситников замирает. Дышит ровно, как учили, потом выпрямляется. Молча обходит панель и подходит ближе.       - Вы не пробовали хоть немного расслабляться в процессе? - спрашивает он, и даже собственный голос кажется ему другим. Он делает ещё один шаг и начинает поднимать руку.       - Только тронь — улетишь в стену, - обещает Дятлов и сразу весь напрягается сильнее. Оператор отступает и всем видом показывает, что лезть не собирается.       - Я просто хочу помочь, - произносит он, неотрывно глядя на Энергетика. Лицо у того бледнее обычного и выглядит чуть более напряженным.       - Себе ты этим не поможешь, - бросает Дятлов. Ситников морщится. Больно. Сколько там длится энергообмен, минут сорок? Умножить на два, так как через одну руку... Чёрт.       - А самому Вам не больно? - интересуется Оператор, возвращаясь к монитору. С Аллой он мог бы точно сказать, когда ей было больно, страшно, не по себе... Здесь же показатели выходили за пределы нормы всегда, а «индивидуальную норму» он изучить ещё не успел. Да и вряд ли кто-то из операторов когда-то успевал толком изучить этого человека.       - А вот это тебя волновать не должно, - огрызается Дятлов. Он потирает переносицу, и Ситников чувствует, что его грудь сдавливает сильнее.       - Сколько агрессии, - он только головой качает. Это будет тяжело, но с этим можно научиться жить. Со многим можно научиться жить. Был бы срок.       - Тебе хватит, - скалится Энергетик. На какое-то время повисает молчание. Показание остаются ровными. Ситников подходит проверить сосуд. Ярко-оранжевая энергия медленно ползет вверх. Возможно, они закончат раньше, чем он ожидал, но он не позволяет себе слишком обнадеживаться. - Иди сюда.       Дятлов зовет так неожиданно, что Ситников даже не сразу понимает, чего от него хотят. Но поняв послушно приближается. Мало ли, что от него потребовалось. Дятлов протягивает к нему искусственную руку, явно показывая, что теперь он может дотронуться. Пальцы Ситникова касаются ладони...        И он сразу же вынужден отдернуть руку. Если раньше энергия проходила через него тяжелой, давящей массой, то здесь он ощущает нечто вроде резкого удара тока. Боль резкая и какая-то... Опасная. И судя по серьёзному выражению лица Дятлова — это не какая-то шутка. Нет, понимает Ситников, Энергетик не контролирует это. И если такой заряд идет от искусственной руки, то какой силы удар он получил бы от реальной кожи? Только теперь он понимает, что брошенное Дятловым «улетишь в стену» это не угроза, а, скорее, констатация факта. Его попросту нельзя трогать в процессе.       - Спасибо, - тихо произносит он, отступая за пульт. Там безопаснее всего. Вообще хочется трусливо попробовать присесть за него, спрятаться хотя бы от части энергетических волн, передохнуть. Но Ситников себе этого не позволяет. Не показывать страх. Не показывать слабость.       - Если тебе от этого станет легче, - подает голос Дятлов, и Оператор решается встретиться с ним взглядом, - я тоже не хочу быть здесь.

Из базы данных энергетического комплекса «Земля будущего»

      Брюханов Виктор Петрович, 41 год, женат, место рождения — Земля, Столица. Выходец из семьи заслуженных работников оборонной промышленности. Обучался в гимназии для детей сотрудников оборонного комплекса, учился хорошо. Член комсомола, член партии. В юности руководил кружком политического просвещения. Хорошо зарекомендовал себя как организатор.       После окончания школы поступил в университет топливной и энергетической промышленности, на факультет Новой Энергии. После университета был распределен на Энергетическую Станцию Нового Поколения на Земле. Работал в качестве специалиста по безопасности, затем получил повышение сперва до управляющего обменным процессом, а затем до члена контролирующей группы.       В возрасте 26 лет был переведен на Станцию Нового Поколения на Луне с повышением до должности заместителя директора Станции. Когда директор станции оказался на длительном больничном, был назначен исполняющим обязанности директора Станции.       На третий месяц исполнения обязанностей увеличил продуктивности станции в 2,35 раза, что было высоко оценено министерством труда и министерством Энергетики. После возвращения директора станции к выполнению обязанностей, снова занял место заместителя, однако спустя три месяца директор станции ушёл на почетную пенсию, и Виктор Петрович получил повышение.       За время его работы Станция продемонстрировала уверенный рост показателей эффективности. В настоящее время по уровню энергодобычи уступает лишь двум станциям, находящимся на Земле, и значительно опережает станции, равные с ней по количеству сотрудников-Энергетиков. Регулярно поставляет энергию Красного спектра.       Однако Станция так же отметилась высоким количеством несчастных случаев. Директор Брюханов зарекомендовал себя как компетентный управленец, способный решать проблемы на местах, улаживать конфликтные ситуации и работать с персоналом даже в критических и трагических обстоятельствах. Рекомендован к переводу на Землю с сохранением должности Директора Станции Нового Поколения. Резолюция к вопросу: Решение отложено до аттестации. Аттестация назначена на 25 января.       Леня сидит на кровати. День сегодня был длинный и полный событий и новых впечатлений. Раньше ему казалось, что Максим показал ему большую часть станции, но сейчас он понял, что ошибался. Здесь было столько всего...       Саша показывал ему станцию целый день. Он сказал, что сегодня Лёня всё равно не сможет приступить к работе. Может быть, завтра. Если показатели будут хорошими.       У него теперь был новый браслет. Этот отличался — был темнее и как-то плотнее, но мягче. Лёне он понравился. А ещё ему очень понравился Саша. Весь он был такой уверенный и спокойный, что рядом с ним Топтунов переставал волноваться. Даже необходимость приступить к работе его теперь не пугала. В конце концов, это его главное предназначение. Он долго этому учился. Он всё может. Особенно если Саша будет рядом.       Лёня гасит свет и ложится. Надо хорошо выспаться. Энергетик должен много есть и много спать, чтобы восстанавливать свои силы. Так их учили в интернате. Игорь, например, после своего сеанса сразу лёг спать и не пришёл даже на ужин. Они встретили в столовой только Борю, загружавшего еду на специальную тележку. Тот выглядел... Немного обеспокоенным.       Топтунов закрывает глаза и ему тут же становится не по себе. Тогда он включает стоящую на тумбочке лампу и отворачивается от неё, чтобы свет не бил в лицо. Но легче почему-то не становится. Какое-то время он вертится так, пытаясь найти оптимальное положение и оптимальную мысль, о которой он может думать, чтобы поскорее уснуть, но ничего не получается.       Неожиданно раздается стук в дверь. Это заставляет Лёню вздрогнуть. На одно мгновение лампа начинает светить гораздо ярче, а затем лампочка в ней лопается, и молодой Энергетик остается в темноте. Он с ужасом взирает туда, где должна быть дверь, и эта дверь открывается.       В свете, бьющем из коридора, мгновенно узнается фигура Акимова. Это заставляет Лёню выдохнуть. Саша включает верхнее освещение и прикрывает за собой дверь, проходя в комнату.       - Ты чего не спишь? - интересуется он мягко. Лёня опускает голову. Энергетик должен высыпаться. В интернате всем, кто долго не засыпал после отбоя, кололи снотворное. - Что-то беспокоит?       - Нет, всё хорошо, - Лёня мотает головой, но после короткого взгляда на Сашу понимает — того такое объяснение не удовлетворит. - Я просто... Не привык спать один.       Акимов кивает. В интернате Лёня жил в одной спальне с десятью другими ребятами-Энергетиками. Кто-то храпел, кто-то вставал ночью, кто-то негромко переговаривался с соседом, кто-то ворочался всю ночь. Комната была наполнена звуками, наполнена жизнью. И вот он оказался в большом, принадлежащем ему одному помещении с хорошей звукоизоляцией.       - Я побуду с тобой, пока ты не уснешь, - Акимов двигает ближе к кровати то же кресло, в котором встречал проснувшегося Лёню утром. И усаживается в него, откинувшись назад.       - Нет, я... Я не хочу Вас беспокоить... - мотает головой Топтунов. Саше и самому надо отдохнуть.       - Ты не беспокоишь. Всё в порядке, - спокойным тоном отвечает Оператор.       Лёня отворачивается от Саши, устроившись на боку, пока Акимов гасит свет. От его присутствия в комнате легче, не так страшно, не так неуютно. Но в то же время это как-то странно, что рядом кто-то сидит и ждет, когда ты уснешь. Лёне хочется уснуть поскорее, чтобы отпустить уже наконец Сашу, но он чувствует, что мысли об этом только отгоняют сон. Поэтому он просто старается дышать ровнее и не шевелиться.       Через некоторое время Акимов поднимается и выходит из помещения. Лёня выдыхает. Неужели ему удалось обмануть своего Оператора? Это нехорошо, конечно, но он ведь действовал из благих побуждений. Теперь главное — не возиться слишком сильно, иначе Саша может заметить изменения показателей. Надо выждать, пока он точно уснет. Лёня лежит в темноте, стараясь даже не дышать лишний раз, не в силах повернуться. Его опять охватывает страх, особенно когда ему кажется, что дверь открылась снова. Или не кажется? Кто-то точно подходит к его кровати. Его бросает в дрожь, а затем он слышит у себя за спиной писк Контролёра.       Кто-то опускается на его кровать за его спиной, приподнимает одеяло и устраивается рядом. Лёня переворачивается и натыкается на плечо Саши, уже успевшего, очевидно, принять душ и переодеться в одежду для сна. Саша ничего не говорит, так что и Топтунов тоже решает сохранить молчание. Он просто осторожно кладет свою руку поверх Сашиной и засыпает уже через пару минут.