Медвежонок

По мере приближения мужчины сердце Кастиэля отстукивало всё более и более быстрый ритм, и он снова попытался пошевелиться, чтобы встать, но что-то невидимое буквально придавливало его к кровати. Серьёзно... Почему он в таком состоянии? Кажется, в него что-то вкололи до этого? Вроде бы... Мир выглядел всё таким же нечётким, но, практически не поднимая век, Кас мог разглядеть лицо мужчины, который наклонился перед ним, касаясь плеча: - Кастиэль. Касти... Кастиэль? Разве он говорил своё имя? Возможно. Но сейчас из-за каши в его голове ничего не разобрать. Он всё ещё даже не уверен, что проснулся, хотя инстинкт самосохранения пытается взять своё. - Кастиэль, ты меня слышишь? Зачем он зовёт его? Что происходит? Кажется, он собирался трахнуть его... Нет, только не это. Он попытался что-то сказать, но вышло лишь неразборчивое мычание. Кас определённо чувствовал себя как во сне. Что ему такое вкололи вообще? Сколько там было дозы? - Кастиэль, чёрт возьми, - ладони мужчины оказались на его лице, словно пытались заставить посмотреть на собеседника. - Ты вообще здесь? Ты понимаешь что-нибудь? Чего этот извращенец хотел от него? Надо... Надо валить отсюда. Как выбраться отсюда? Как... встать? Сознание... Кажется, оно вновь уползало от него. Нет. Ему нельзя отрубаться. Сейчас он уснёт, и его просто-напросто изнасилуют. Нужно бороться. Кастиэль вновь попытался пошевелить хоть какой-то частью тела, но он сдвинул рукой разве что на сантиметр. Почему его руки так болят? Он попытался держаться, но веки уже сами закрылись, и последнее, что он услышал, перед тем как уйти в царство Морфея, это: - Господи, что с твоими руками?.. *** Лёгкое потряхивание, шум мотора, боль во всём теле - первое, что почувствовал Кастиэль, приходя в сознание. В этот раз ему удалось разлепить веки практически с первой попытки, и, проморгавшись, он попытался сфокусироваться на чём-нибудь, хоть и было темно. Сидение, ещё одно... Какой-то человек за рулём. Он в машине? Кас тут же попытался встать с заднего сидения автомобиля, но в итоге издал тихий болезненный стон. - Не советую шевелить руками. От низкого баритона этого голоса по телу вмиг пробежались мурашки, потому что вряд ли бы Кас хотел его когда-либо слышать снова. Но боль и вправду была сильной, поэтому он не знал даже, на чём сфокусироваться в первую очередь. - Ты пришёл в себя? - неожиданно поинтересовался мужчина за рулём, всё ещё не оборачиваясь. Скорее всего тот смотрел в зеркало заднего вида, но Кас был в лежачем положении, поэтому не видел его. Ему казалось, что он спал вечность, но, кажется, его мысли уже не разбегаются как муравьи, да и конечности вроде шевелятся. Хотя тошнота и ломка во всём теле определённо была лишней. - Куда ты меня везёшь? - Задал он вполне очевидный вопрос, всё ещё еле шевеля языком. Так, надо взбодриться. Он всё ещё не до конца понимал, что происходит, но находиться рядом с насильником точно не хотелось. Кас чувствовал себя изнеможенно, что немного притупляло страх и эмоции, но он понимал, что скоро придёт в себя и вновь ощутит всю гамму неприятных чувств. Кастиэль, лёжа на боку, вновь попытался встать и заметил, что его руки в наручниках. Он сглотнул. Кажется, он уже начинает потихоньку ощущать ту самую гамму. - И почему я в наручниках? - Мера предосторожности, - толерантно уйдя от ответа на первый заданный вопрос, ответил тот. Мера предосторожности? О чём речь вообще? Да Кас в таком состоянии в любой вселенной не будет опасен для кого-либо. Между тем мужчина продолжил: - Нужно было сначала убедиться, что ты придёшь в себя и выслушаешь меня спокойно. - Выслушаю что? - Допытывался Кас, напрягаясь. А когда вспомнил своё первое "пробуждение", то напрягся ещё больше. Если он не ошибается, то этот мужчина собирался вновь изнасиловать его, пользуясь его состоянием. Кастиэль попытался понять, не болит ли у него чего между ног, но вроде никакого дискомфорта он там не ощущал. Может, ему всё-таки приснилось? - Ты уверен, что уже адекватно соображаешь? Кастиэль сжал челюсти: - Более чем. Это было не совсем так, да и в данный момент он направлял оставшиеся силы на то, чтобы вести себя достаточно угрожающе. Пусть этот мудак не расслабляется: Кастиэлю хоть и страшно внутри, но он постарается держать маску. Он попытался сесть, что в очередной раз отдалось не только болью в ладонях, но и в голове. Кас инстинктивно поморщился, сдерживая болезненный стон, и всё-таки принял сидячую позу. Кажется, его нехило тошнило, да и голова кружилась... Он глянул вправо: на улице темень, но можно разглядеть силуэты пролетающих деревьев за окном. Боже, когда это всё закончится? Он ужасно устал и просто хотел домой. А ещё ему срочно нужно было на свежий воздух. - Не сказал бы. Всего час прошёл с твоего прошлого пробуждения. Кас сфокусировал взгляд на водителе, впиваясь взглядом в слегка светлый затылок. Он и вправду чувствовал себя всё ещё как-то странно, но скорее всего он просто отходил сейчас от того, что ему вкололи. - Мне надо выйти из машины, - пробормотал он, буквально всем своим существом ощущая огромную потребность в свежем воздухе. А ещё адски хотелось пить, не говоря уже о еде. - Никуда я тебя не выпущу, пока не буду уверен, что ты в адекватном состоянии. - Что тебе нужно от меня? - спросил Кас, нервно сглатывая. - Гордон сказал убить меня? Человек на переднем сидении, кажется, закатил глаза: - Я же говорил, что ты всё ещё не пришёл в себя. Не неси этот бред. Да, в его груди в этот момент поселилась надежда на спасение, ведь этот человек не собирался его убивать, но... Это не отменяло других вариантов, которые тот мог с ним сделать. Почему он всё ещё молчит? Почему не говорит, по какой именно причине куда-то везёт Каса? Это всё слишком напрягало, поэтому Кастиэль, сквозь боль и головокружение, пытался сфокусироваться на таких вещах, как "способы побега". - Меня сейчас стошнит, - произнёс он в надежде на то, что мужчина в таком случае разрешит ему выйти из машины. Но, на самом деле, это была правда. Он уже буквально чувствовал это неприятное жжение в горле, за которым шло то, из-за чего потом бы пришлось мыть сидение машины. Только после этой фразы мужчина, наконец, повернул голову в его сторону, словно проверяя: не врёт ли. От взгляда глаза в глаза Кастиэля немного передёрнуло, потому что в сознании тут же начали всплывать картинки их первой встречи. Стало одновременно страшно, противно и гневно. Кас не выдержал и отвёл взгляд, хватаясь руками за живот и тут же жалея об этом: те вновь отозвались болью. - Я же говорил не шевелить руками, - цокнул тот, снова смотря на дорогу, а Кас только сейчас заметил, что кисти его рук, ладони и пальцы были перебинтованы. Точно. Он же обжёгся о плиту... И, судя по тому, как те болели и не позволяли хозяину шевелить ими, то дела были не совсем гладки. Но Кас не мог не отметить тот факт, что кто-то их перебинтовал. Неужели есть кому-то дело до его рук? Скорее всего им (кто бы это ни был) было противно на них смотреть. - Ты уверен, что твоя тошнота не подождёт ещё минут двадцать? После этих слов Кас был точно уверен, что не подождёт. Потому что, куда бы его не вёз этот извращенец, ему нужно бежать отсюда, пока его не привезли на место. Вполне возможно его просто перевозили в другой бордель. Чёрт, кажется, его и вправду сейчас стошнит. - Нет, - ответил он, молясь неизвестно кому, лишь бы мужчина позволил ему выйти. На самом деле ему и вправду до жути хотелось выйти, наконец, на свежий воздух. - Чёрт, ладно, - автомобиль начал замедляться, а сердце Кастиэля ускоряться. - Но не думай делать глупостей, - предупредил его тот, открывая дверь со своей стороны. - Когда снова сядем в машину, нужно будет поговорить. Кастиэль кивнул на автомате, мечтая поскорее оказаться по ту сторону машины. Кажется, его и вправду сейчас стошнит. Через несколько секунд дверь с его стороны открылась, и он, немедля, вылез, хоть это было и не очень удобно с наручниками. Ступив босыми ногами на грязную холодную землю, Кастиэль немного огляделся. На улице было темно, но как же он был счастлив глубоко вдохнуть свежего воздуха, прикрывая глаза. От слабости его неожиданно повело в сторону, но мужчина вовремя его поддержал. - Не трогай меня, - тут же повёл плечом Кас, отходя в сторону и стараясь держаться прямо. Да, что-то он погорячился насчёт побега. Сказывались усталость, голод, слабость, изнеможение и отходняк от того, что в него вкололи. Он лишь надеялся, что от этого "чего-то" у него не появится зависимость. А может это состоянии и есть зависимость? Кастиэль в этом не разбирался. Рвотный позыв вновь дал о себе знать, и Кас согнулся пополам, отворачиваясь от мужчины. Его ноги подкашивались, но он старался крепко держаться на земле, пока кашлял. Чёрт возьми, как же хреново-то... Его немного потряхивало, то ли от его состояния, то ли от холода. Но сейчас было лето, и вроде ветра не наблюдалось. Как он и ожидал: спазмы желудка прошли, но из него толком ничего не вышло. А тут и нечему выходить, когда он в последний раз ел то? - Справился? - терпеливо ожидавший его мужчина, облокотившийся на машину, посмотрел на него, также быстро бросая взгляд на его босые ноги. Кас глянул в ответ, замечая, что, в отличии от него, на мужчине была надета чёрная джинсовая куртка и джинсы. Захотелось обнять себя за плечи, но по причинам больных рук и наручников не мог. - Сними с меня наручники, - попросил он и звучало это никак не угрожающе, а скорее устало. Он наверное выглядел как какой-то зомби. - Сначала сядь в машину, - и, словно не терпя возражений, мужчина открыл для него переднюю дверь, кивая. Кас покачал головой, делая шаг назад, но его собеседник нахмурился, уже строже повторив: - Садись в машину, Кастиэль, - на последних словах его передёрнуло от звука собственного имени. - Я не говорил тебе своё имя. - Садись в машину, и я всё тебе расскажу. - Я не сяду к тебе в машину. Мужчина посмотрел вверх и устало вздохнул. - Останешься здесь? Посреди тёмного леса? В таком состоянии? У тебя голова вообще на месте? - вдруг посыпались вопросы, но ответить на них не дали. - Садись сейчас же, я ничего не собираюсь с тобой делать. И это бы звучало убедительно, если бы Кас до этого не попал во всю эту историю, и если бы этот мужчина до этого не изнасиловал его в рот как грязную шлюху. Сволочь. Тем не менее, Кастиэль сделал неуверенный шаг вперёд, ощущая нервный ком в горле. Сглотнув, он медленно подошёл ближе, оказываясь рядом с хмуро смотрящим на него мужчиной. Тот зачем-то полез в карман, что заставило его напрячься, но уже в следующую секунду тот выудил ключи и высвободил руки Каса из наручников. - Садись. Ладно. Возможно, этим мужчина показал, что он и вправду не собирается делать что-то плохое с Кастиэлем, но... Не смешите, в таком состоянии его и без наручников легко оприходовать можно. Кас сел в машину на свой страх и риск, и мужчина закрыл за ним дверь. В этот момент парень надеялся, что не сделал очередную ошибку. Мужчина сел за руль: - Тебя снова не стошнит? - Не знаю, - тут же ответил Кас, после чего глянул на окно, отчаянно желая оказаться где-нибудь в другом месте. - Пить хочешь? Этот вопрос заставил Кастиэля незамедлительно сглотнуть, замечая, какой ужасный привкус у него во рту. Он кивнул, а мужчина достал откуда-то снизу небольшую бутылку воды. Кас хотел было взять её, но... Они оба замерли, смотря на перебинтованные руки Кастиэля. Мужчина напротив отмер первым, самостоятельно открутив крышку бутылки и приближая её к лицу Каса: - Пей. - Не буду. Кастиэль вздрогнул, когда горлышко бутылки коснулось его губ. - Второй раз предлагать не буду. И, господи, как же это было унизительно: принимать помощь в питье воды от того, кто не так давно обращался с ним как с дерьмом. Вот только Кастиэль понимал, что вода приблизит его на ещё один шаг к более нормальному состоянию, а ему сейчас очень важно максимально контролироать себя и иметь хоть какие-то силы. Кас чувствовал себя ещё более жалким в этот момент, но всё-таки обхватил горлышко, а мужчина наклонил бутылку, позволяя ему сделать несколько глотков. Несколько шикарных глотков, которых ему так не хватало. Кажется, ему стало чуточку лучше, несмотря на всю ситуацию. Мужчина убрал бутылку обратно и завёл машину, смотря на дорогу: - Мы едем ко мне домой. - Что? - выпучил глаза Кас, буквально ощущая, как кровь стынет в жилах. - Я не... - Ты да, - нагло перебили его. - Имя "Майкл" тебе о чём-нибудь говорит? Всё ещё не до конца отошедший от предыдущей новости, Кастиэль лишь напряжённо спросил: - Причём здесь мой брат? - Он попросил меня забрать тебя оттуда, и, так как я это делаю совершенно бесплатно, то лучше не советую злить меня, - мужчина мельком глянул на него. - Мне самому весь этот геморрой не нужен, поэтому я могу и передумать. У Кастиэля совершенно ничего не укладывалось в голове. Майкл? Откуда он знаком с этим козлом? Что вообще происходит? - Отвези меня домой. - Вот именно об этом я и говорил, - приподнял брови тот. - Лучше не испытывай моё терпение и послушай внимательно, два раза повторять не буду. Мы с Майклом давно знакомы, и сегодня утром я узнал, что, оказывается, его родной брат, о котором я даже не знал, пропал. Конечно, я узнал тебя на фото и сказал Майклу о твоём местоположении. Он попросил прийти туда под видом клиента и вытащить тебя оттуда. И теперь я везу тебя к себе домой, потому что к тебе опасно ехать, а с Майклом тебе сейчас не стоит находиться. Оглушительная тишина повисла на время, в течение которой Кастиэль пытался осмыслить всё то, что сейчас услышал. - И тебе лучше подумать два раза перед тем как вновь просить тебя высадить. Терпение у меня не железное, но даже я понимаю, что тебе сейчас лучше побыть у меня. - А Майкл в курсе, как именно ты узнал, где я нахожусь? - поджал губы Кас. - Нет. И извиняться за это не собираюсь. Я был пьян, - ровно ответил тот, а Кастиэль чуть не взорвался от возмущения, в потрясении глядя на него. Так... Это его оправдание? "Я был пьян"? И всё? И извиняться не собирается? Кастиэль изумлённо похлопал глазами, охреневая от ситуации. Да если бы он кого-то по пьяни изнасиловал, то ничто бы не смогло избавить его от стыда. А этот мудак сидит себе спокойно и угрожающе говорит о том, что извиняться не собирается. У Каса слова в горле застряли. Этот мужчина буквально уничтожил его, испортил всю его самооценку, заставил почувствовать себя использованным дерьмом и... Это было обидно. В конечном счёте, несмотря на всю злость, ненависть и страх, в нём скрывалась огромная обида, чувство несправедливости и непосильная грусть. Слишком вымотала его вся эта ситуация. Слишком много сил и нервов он потратил за эти несколько дней. И неудивительно, что сейчас, вновь отвернувшись к окну, Кастиэль просто игнорировал вдруг скатившуюся слезу по его правой щеке. Да, он использован, травмирован, морально уничтожен, но всё равно понимал, что сейчас ему лучше сидеть здесь и помалкивать, чем вернуться обратно. Какую бы злость и обиду он не держал при себе, это не стоит того. Надеяться стоило лишь на то, что этот извращенец не напьётся вновь и не сделает всё то, что заставило Каса изменить своё мнение о мире. Боль в руках вновь привлекла его внимание, и в голове стали всплывать отрывки из... какой сейчас день вообще? Всё ещё странно было осознавать всё то, что с ним происходило. Он и вправду недавно стоял в окружении вооружённых мужчин, которые не собирались его отпускать из борделя? Кас словно побывал в своём личном аду, но, всё же, могло быть и хуже. Да, его руки сильно пострадали и дают о себе знать. Да, он не знает, как теперь будет делать самые обычные вещи самостоятельно. Да, он истощён морально и физически. Но ведь и вправду могло быть хуже. Этот мужчина за рулём мог не ограничиться одним минетом или не сказать Майклу о его местоположении. Второй клиент тоже мог оказаться сильнее него. Гордон мог не только обжечь его руки, но и просто пристрелить его. Даже удивительно, что сейчас он более менее выкрутился. Но это вовсе не значит, что на его душе легко. Слишком тяжко сидеть так близко с тем, кого ненавидишь. Он бы врезал этой сволочи за всё хорошее, но физически не мог. Господи, как это низко. - Что случилось с твоими руками? О, неужели ему и вправду это интересно? Разве не он недавно говорил, что ему пофиг на всё и этот геморрой ему не нужен? - Будто тебе интересно. - Я спрашиваю не ради интереса, - поправил тот, и в его голосе и вправду звучало безразличие. - Нужно понять, как их лечить, пока не стало хуже. Не думаю, что моя повязка поможет. Эта фраза заставила Кастиэля оторваться от окна и перевести взгляд на собеседника. Так это он перевязал ему руки? Наверняка он это делал через силу, не желая нянчиться, ведь, как тот сказал, ему за это не платят. От того, что тебя нехотя "спасает" тот, кто недавно изнасиловал, становится ещё больше не по себе. - Гордон прижал мои руки к раскалённой плите, - это прозвучало так, будто он говорил о погоде. Мужчина замолчал на подозрительно долгое время, будто о чём-то размышляя. Но, как бы Кас ни старался, вряд ли он поймёт его реакцию. - Болят? Адски. - Да. - Надо купить что-то подходящее в аптеке. Вряд ли у меня есть мазь от ожогов. Кастиэлю нечего было на это ответить, да и он в принципе не знал, в каком тоне общаться с человеком, с которым у него такие... отношения. Как-то до этого не доводилось с кем-то приобрести подобный опыт. Да и не хотелось бы его приобретать. Оставшуюся часть пути они молчали, и каждый думал о своём. Когда через окно стали мелькать дома, то Кастиэль не мог поверить, что он и вправду сейчас не в борделе. Его новый "знакомый" заехал на время в аптеку, строго приказав сидеть в машине, и Кас на удивление послушался. Но... Он бы не смог открыть дверь, даже если бы захотел. На самом деле он пока даже не знал, что ему делать и как поступать в той или иной ситуации. Он просто устал. Мужчина, имя которого он до сих пор не знал, вернулся спустя минут пять с небольшим белым пакетиком в руке и закинул его на заднее сидение, снова заводя машину. Без слов. И Кас был даже рад этому. Очень быстро они подъехали к незнакомой многоэтажке, и водитель заглушил мотор. - Выходи, - сказал тот, но вдруг опомнился и, на секунду замявшись, перегнулся через Кастиэля, открывая дверь. Кас тут же вжался в сидение и снова осознал свою бесполезность. Он даже дверь себе открыть не может. Да что тут говорить, он даже собственный нос почесать не в состоянии. Он аккуратно вылез из машины и за ним тут же закрылась дверь, а мужчина с маленьким пакетом в руке словно материализовался из ниоткуда. - Пошли. Кастиэль на мгновение замялся, оглядываясь вокруг, но всё-таки пошёл следом, заходя в просторный светлый подъезд. Как оказалось, тот жил на четырнадцатом этаже, что звучало очень круто, ведь Кас любил высоту. Как жаль, что в данный момент ему на это наплевать. Из него словно выжали все краски и умение мыслить позитивно. Ехать вдвоём в закрытом лифте было немного страшно, но вот он уже стоит возле квартиры 407 и наблюдает за тем, как мужчина перед ним открывает дверь. - Входи. По коротко брошенным словам собеседника можно было сразу понять, что у того тоже нет особого желания общаться. И Кас это поддерживал. Но он бы больше поддержал другую компанию. Всё-таки странно, что он доверился?.. - Можно позвонить Майклу? - сказал он, стоя в незнакомой прихожей, пока мужчина разувался. Тот нахмурился: - Зачем? - Чтобы убедиться, что ты не врёшь, - Кас хоть и не общался со своим братом два года, но сейчас это и вправду было бы правильным решением. Ну не мог он доверять этому незнакомцу после всего, что было. - Слушай, - вдруг посерьёзнел тот. - Сейчас два часа ночи, и я бы предпочёл спать на мягкой кровати, а не шарахаться по борделям и переживать, не засечёт ли меня кто с пленником на руках. Кастиэль сглотнул, вдруг чётко представив картину того, как этот молодой человек несёт его на своих руках. Он даже как-то не подумал о том, как именно его оттуда вызволили. Наверное это и вправду было не так-то просто. - Да и к тому же сейчас поздно, можем позвонить завтра, - с этими словами он направился куда-то из прихожей, словно потеряв интерес к разговору. Возможно, тот был прав, но Кастиэль всё равно прикрыл глаза на некоторое время, стараясь прийти в себя. Он сейчас находится в квартире у того, кто его изнасиловал. Кто называл истеричкой, оставлял ушибы и заставлял делать грязные вещи. Обращался как с шлюхой или даже ещё хуже, судя по "Но не думай, что я оставлю тебе чаевые". Кас облокотился о стену в прихожей, совершенно не желая проходить дальше. Очень хотелось есть, пить, в туалет... Какие там ещё нужды у человека? Но Кастиэль боялся говорить о них вслух, так как понимал, что со своими нынешними руками вряд ли сам о себе позаботится. А помощи от этого козла ему уже хватило. Кас бы даже предпочёл сейчас быть в доме у Майкла и отца, несмотря на многие прошлые разногласия. Но это лучше, чем здесь. Странно, что мужчина забил на то, что Кастиэль так и не вышел из прихожей. Ну и славно. Кас не заметил, как начал оглядывать помещение, оббегая взглядом бежевые оттенки стен, небольшой комод для обуви, вешалку для верхней одежды... - Ты так и будешь там стоять? - А, нет, не забил. Кастиэль обречённо выдохнул и вошёл в просторную гостиную, которая так же была оформлена в уютных бежевых тонах. Посередине стоял тёмно-коричневый диван, напротив него кофейный столик и телевизор, сзади него небольшой шкаф со всякой всячиной, слева от него большое окно с прозрачными занавесками, а справа арка, видимо, ведущая на кухню. Возле кухни была ещё какая-то закрытая дверь, возможно ванная. Мужчина стоял возле приоткрытой двери, которая находилась возле шкафа в гостиной, и выжидающе на него смотрел. - Я собираюсь заказать что-нибудь поесть, ты что будешь? - Ничего, - как-то резко ответил он, понимая, что не сможет сам справиться с едой и при этом игнорируя бурчание собственного бедного желудка. - Вот только не надо опять начинать. Я прекрасно знаю, что ты хочешь есть, - устало сказал тот. И если ты сейчас не скажешь, что именно ты хочешь, то я закажу на свой выбор или вообще уйду спать. - Раз тебе всё это так не нравится, то зачем ты вообще мучаешься, если тебе даже за это не платят? - не выдержал Кас. - Зачем ты помогаешь Майклу бесплатно? Я могу просто уйти домой и не мешать ни тебе, ни себе... - Ага, а ты как думаешь, куда наведуется Гордон в первую очередь, когда обнаружит твою пропажу? - начал заводиться тот. - А тебе то какая разница? - тоже повысил голос Кас. - Я должник Майкла и не хочу его подставлять, - неожиданно признался тот. - Поэтому сейчас ты спокойно сядешь на диван, а я закажу то, что ты бы хотел поесть, - тоном, не требующего возражений, произнёс мужчина. Грудь Кастиэля высоко вздымалась, и ещё какое-то время он сверлил взглядом мужчину напротив, гадая, за что ему всё это. Но потом всё-таки сделал шаг по направлению к дивану. Чёрт с ним. Кас сел на мягкую поверхность и отстранённо глянул на окно, в котором были немного видны блики огней ночного города и отражение лампы из гостиной. Надо успокоиться. Он выдержал пытки в борделе, а значит и здесь всё вытерпит. Надо... Кастиэль нервно сглотнул, чувствуя, как ускоряется сердцебиение. Надо успокоиться. Чёрт возьми, когда же жгучая боль в руках поутихнет? - Я буду роллы. Тебе что взять? Кас задумался на несколько секунд, но потом понял, что на ходу ничего придумать не сможет. Обычно легче что-то выбирать, когда ты видишь это перед собой. - Не знаю, - в итоге пожал плечами он. - Суп, пицца, салат, бутеры, роллы, - начал устало перечислять тот, поторапливая с выбором. - Что? - Наверное, какой-нибудь суп, - Кас вдруг отчётливо понял, что нуждается в чём-то горячем, согревающем, полезном, вкусном... Он сглотнул образовавшиеся слюни во рту. - Или тоже роллы, - на мгновение забывая о своей проблеме с руками, сказал тот. - Суп грибной, тыквенный, куриный, гаспачо... - Грибной. - Ещё что-то надо? - Нет. На этом их диалог закончился, а Кас всё так же отстранённо смотрел в окно, уходя в собственные мысли и не замечая ничего вокруг. Наверное, со стороны это выглядело жутко или даже жалко. Побитый, измученный, наверняка с синяками под глазами и с отросшей щетиной. Всего за несколько дней он превратился в самого настоящего бомжа. У него даже обуви нет, а кожа то и дело покрывалась мурашками от озноба. Вновь захотелось обнять себя, но, пошевелив руками, Кастиэль в очередной раз поморщился от боли. Ему было страшно смотреть на то, что там, под бинтами. На что сейчас похожи его ладони? Заживут ли? Сможет ли он теперь рисовать после такого? Как символично, что то, что его так успокаивало, теперь ему не по силам. - Кастиэль? Он рисует столько, сколько себя помнит. Он мог погрузиться в рисование с головой на несколько часов, прорабатывать персонажей очень тщательно и глубоко. Буквально прорисовывать им характер, чтобы герои были живые. - Кастиэль. Ему важно сделать так, чтобы, глянув на героя, сразу было видно, что тот живёт своей жизнью. Чтобы в голове вырисовывалось продолжение картинки, и человек понимал, сколько труда, сил, терпения и любви вложил в это творение художник. - Кас, чёрт возьми! Кастиэль подпрыгнул, тут же отворачиваясь от окна и смотря на мужчину. - Наконец-то, - сказал тот так, словно Кас и вправду надолго ушёл в отключку. - Надо обработать твои ладони, - продолжил мужчина, садясь рядом на диван, а парень инстинктивно отсел немного подальше. Тот приподнял бровь: - На таком расстоянии я их вряд ли обработаю. Грёбанная беспомощность. Кастиэль вновь пододвинулся ближе, а мужчина (как его там зовут вообще?) сократил расстояние ещё больше. - Давай руки. Кас послушно протянул больные ладони, хоть и всем сердцем не доверял этому человеку. Завтра он обязательно позвонит Майклу. Мужчина начал аккуратно развязывать бинт и, чтобы перестать, наконец, мысленно называть человека напротив "мужчиной", Кастиэль, хоть и не хотел идти на контакт, против своей воли спросил: - Как тебя зовут? Мужчина не перестал развязывать бинт на правой руке, но при этом всё равно не сразу ответил. - Дин. Отлично. Вернее, в этом нет чего-то отличного, но Кас теперь по крайней мере в курсе, как к нему обращаться. Дин... Он даже не думал о таком варианте, ожидая услышать что-то типа "Стив" или "Джон". Осталось только понять, сколько ему лет. Хотя, пофиг. Дин, наконец, освободил его правую руку от бинта, а Кастиэль ужаснулся, с замиранием сердца смотря на собственную ладонь. Она была ужасна и изуродована, других слов не подобрать. Красная, опухшая, с волдырями... Неудивительно, что ему больно двигать пальцами. Но он всё равно попытался шевельнуть указательным, отчего сразу же поплатился болью и, зашипев, сжал зубы. - Тебе лучше вообще не стоит какое-то время ими шевелить или сгибать ладонь. Нельзя, чтобы волдыри лопались. Кастиэль кивнул, хоть и сердце его вновь сжалось от грусти - вряд ли они скоро заживут, судя по виду. Дин тем временем начал разбинтовывать левую руку, что заняло у него куда меньше времени. После этого он открыл какую-то мазь и выдавил себе на пальцы. Когда мужчина потянулся к нему - Кас инстинктивно прижал руки ближе к себе. - Я постараюсь аккуратно, - заверил его Дин. Вряд ли ему было в кайф сейчас всем этим заниматься, но было видно, что мужчина тоже изрядно устал и не желает вести громкие переговоры, и долго засиживаться. Касу хоть и жутко было от его присутствия, но он бы тоже хотел поскорее со всем этим разобраться и в идеале лечь спать. Поэтому он вновь протянул свои пострадавшие ладони. Кастиэль зашипел от боли, когда Дин впервые прикоснулся к больному месту, но стойко терпел, понимая, что без этого никак. Он и не такое стерпел, так что... Дин не обманул, говоря, что будет соблюдать аккуратность. Видимо, тому тоже не особо хотелось как-то навредить, чтобы потом ещё дольше не возиться. Им двоим было выгоднее поскорее, так сказать, заживить руки Кастиэля. Когда с перевязкой было покончено, практически в тот же момент (как вовремя) раздался стук в дверь: наверное, принесли еду. Дин сразу же направился к двери, оставляя Кастиэля рассматривать свои перевязанные ладони. Послышались голоса в прихожей, после чего его новый сосед вернулся с небольшим пакетом в руках, который тут же начал распаковывать и выкладывать готовые блюда на кофейный столик. Видимо, есть они будут не на кухне. А как Кас вообще будет есть? Он не хотел об этом думать, хоть и понимал, что совсем скоро придётся. Дин тем временем уже всё разложил и достал нужные приборы, не замечая, как Кастиэль уже буквально глотает слюну. Сколько он не ел? Он уже собственного желудка не чувствовал, да ещё, к тому же, всё на столе выглядело до жути аппетитно. Неожиданно мужчина включил телевизор, и Кас был только рад этому факту, потому что в помещении, определённо, стояло напряжение, заставляющее время от времени кусать нижнюю губу и стараться принять более удобную позу на диване. - Я сначала покормлю тебя супом... - Может я сам как-нибудь попробую? - Перебил его Кас, который уже заранее боялся услышать эту фразу. - Я могу попробовать обхватить двумя руками тарелку... В этот раз перебил его Дин, открывая пластиковую крышку на тарелке: - Во-первых, тебе нельзя делать какую-либо нагрузку на ладони, чтобы случайно не лопнуть волдыри. А во-вторых, ты так себе ещё и рот обожжешь. Голоса в телевизоре говорили о чём-то неинтересном, а Дин тем временем пододвинулся ближе, уже окуная ложку в суп: - Давай просто уже разберёмся с этим и пойдём спать. Скрепя сердце, пришлось согласиться, поэтому, кинув неловкий взгляд на мужчину, Кастиэль обречённо обхватил губами ложку. Выглядело это до жути интимно, словно Дин так издевался над ним, время от времени пихая что-то в рот. Но при этом Кас понимал, что сам и вправду не смог бы поесть этот грёбанный (вкусный) суп. Как он вообще вляпался во всё это? Кастиэль проглотил содержимое, а Дин вновь поднёс ему ложку с супом. И как бы Кас ни старался не думать обо всём, что сейчас происходило, всё равно чувствовал себя чертовски бесполезным. Но суп был таким вкусным и согревающим, что Кас даже на мгновение прикрыл глаза, наслаждаясь. Да, ему, определённо, этого не хватало. Может, хотя бы после нормальной еды у него появятся силы, что было бы вполне логично. Во время всего этого Дин редко смотрел на самого Каса, лишь подносил ложку, удостоверялся, что ничего не пролил и бросал взгляд на телевизор, где определённо крутили какую-то неинтересную передачу, которую стоило бы переключить. Но хотя бы так. Никто из них не решался дотянуться до пульта, потому что хотелось поскорее покончить с едой для Каса и этой чёртовой неловкой ситуацией. Главное - не думать о том, как это выглядит со стороны. Кастиэль справится. Боже, как это низко... Наконец, он доел этот чёртов суп с помощью Дина, который, кажется, сам облегчённо выдохнул и, всё же переключив канал, принялся за свои роллы. Съев один, он вдруг снова обратил внимание на рядом сидящего Каса: - Будешь? - кивнул он на свою еду. - Нет, - это, конечно, выглядело аппетитно, и в любой другой ситуации Кастиэль бы не отказался от парочки, но... Не хочется в очередной раз чувствовать себя каким-то калекой. - Потому что не хочешь или потому что не можешь? С чего вообще взялась эта сверхзабота? Почему этот Дин постоянно его о чём-то спрашивает? Неужели Кас настолько дерьмово выглядит? Да буквально час назад Дин прекрасно выразился, говоря, что ему весь этот геморрой не нужен и ни за что он извиняться не собирается! Но при этом постоянно спрашивает, не хочет ли чего Кас, хоть и выглядит Дин в это время так, словно его заставляют это делать. Зачем заботиться о ком-то через силу? Кастиэлю не нужна такая забота. Особенно от этого Дина. - Не хочу. Я бы хотел побыть наедине, - сухо сказал он, смотря в экран. Дин ничего не ответил, и это напрягло Кастиэля, который начал выжидающе смотреть на мужчину в попытке дождаться ответа. Дин тем временем спокойно накладывал кусочек имбиря поверх ролла, обхватил его палочками, обмакнул его сначала в васаби, потом в соевый соус и, покрепче взяв его, направил его к лицу растерянно моргающего Кастиэля. - Попробуй. Видимо мужчина не понимает фразы "Я бы хотел побыть наедине" или ему в кайф сидеть в этом напряжении? Ах да, точно, он же до этого говорил что-то вроде того, что ему пофиг. Соевый соус капнул на стол, и именно это заставило Каса, наконец, сдаться и позволить Дину накормить его роллом. В этот раз мужчина не спешил смотреть в телевизор, что смутило Кастиэля, поэтому, быстро прожевав и проглотив кусочек, он вновь повторил: - Можно мне побыть наедине? - Конечно, - в этот раз быстро отозвался Дин, отрывая от Каса взгляд и подготавливая себе очередной кусочек ролла. - Я тебе постелил у себя в комнате, пока ты тусовался в прихожей, - в этот момент мужчина вновь замолчал и, оставив ролл в покое, рассмотрел Кастиэля сверху-вниз и обратно. Это заставило Каса поёжиться: уж больно странный был этот оценивающий взгляд. - Только тебе бы помыться для начала. На лице Кастиэля тут же возникло недоумение: - Не уверен, что я сейчас в хорошем состоянии для этого, - он красноречиво кивнул на свои руки. Дин дожевал очередной ролл и ответил, пожимая плечами: - Я думал, ты уже смирился с тем, что я вынужден тебе помогать. - В каком смысле помогать? - тут же насторожился Кас, а когда до него дошла суть сказанных Дином слов, то он чуть не поперхнулся слюной от возмущения. Извините-ка, он слаб, изнеможен, и, давайте будет честны, в откровенно ужасном состоянии. Но он ни за что не будет мыться с помощью этого человека и оголяться перед ним. Еда - это другое дело. Это очень важная часть для организма, которая способна снабдить его силой, энергией и нужными витаминами, но мытьё... Господи, конечно же, это тоже очень важно, и Кас буквально мечтал о хорошем душе или ванной, чтобы смыть с себя всю грязь (как физическую, так и моральную) после этого борделя, но... Как он мог смыть с себя всё это с помощью того, кто так же причастен к его нынешнему состоянию? - Я не буду мыться, - твёрдо продолжил он, отворачиваясь лицом к окну с таким видом, будто сейчас скрестит руки на груди. Вот только не скрестишь. - Я сейчас доем и помогу тебе помыться. Это издевательство какое-то. Дин вообще его слышал?! Кастиэль не выдержал и, поднявшись с дивана, направился прямиком, как он понял, в спальню. Кровать и вправду была расправлена, а синее постельное бельё, очевидно, было мягким, приятным на ощупь и чистым. Не повезёт этой ткани, если Кастиэль решит спать в таком виде. Но пофиг. Кас всегда бережно относился как к своим вещам, так и к чужим, но это Дин. Это тот человек, который поиздевался над ним, и внутри Каса разжигалась месть: хотелось, чтобы Дин тоже получил в ответ что-то не очень приятное. И раз уж Дин в это вляпался, то пусть и расхлёбывает. А не нужно было совать свой член куда не надо. Но в итоге Кас проклинал себя, когда подошёл к кровати, потому что... Ну не мог он. Несмотря на всё вышеперечисленное, ну не мог он так просто взять и испортить ни в чём неповинную постель. Чёртово вежливое воспитание. Кастиэль отодвинул подушку локтями на другую половину кровати. После чего задрал половину одеяла и простыни, и так же отодвинул их на другую половину, чтобы можно было прилечь не на чистое бельё, а просто на матрасе. Что он и сделал, устраиваясь калачиком на самом краю кровати как бедный родственник. Дверь он не прикрыл, а свет не выключил. Минут пять спустя Кастиэль, чувствуя усталость, уже начал проваливаться в сон, но еле слышные шаги заставили его вновь взбодриться. - Кастиэль. Строго. Ровно. Безэмоционально. Прям до мурашек по коже. Просто оставьте его в покое. - Не притворяйся, что спишь и не заставляй меня вести себя как злой родитель. - Отстань от меня, - пробурчал Кас, не открывая глаз и совершенно не желая вновь подчиняться этому... Дину. - Не отстану, потому что это глупо - спать вот так. Тебе всё равно рано или поздно придётся помыться, потому что руки не скоро заживут. - Пофиг, - да, он вёл себя как капризный ребёнок, но ему можно было. Нечего было доводить его до этого состояния. - Я тебе говорил не злить меня, - Кастиэль сглотнул. И вправду говорил. В этот момент он задумался: что будет, если он слишком далеко зайдёт? Если сильно разозлит Дина? Он вновь получит порцию изнасилования или Дин его просто вышвырнет? - Мне нельзя мочить бинты, - предпринял ещё одну попытку он, ещё сильнее сворачиваясь калачиком, словно эта поза убережёт его от всех бед. - Я могу надеть тебе на руки что-нибудь вроде целлофанового пакета или ещё что, но сейчас я прошу тебя встать, - судя по тону голоса, терпение Дина стало подводить его. - Хорошо, но тогда я помоюсь сам. - Да ты даже кран открыть не сможешь! - уже громче сказал тот. - Лучше не зли меня, Кастиэль. - А то что? - Кас вдруг открыл глаза и даже присел на кровати, впиваясь пристально хмурым взглядом в человека напротив. - Снова изнасилуешь? - поджал губы он. Холодный пот прошёлся по его телу, когда Кастиэль понял, что зря он провоцировал мужчину. Тот замолчал на время и подозрительно долго не отводил от него взгляд. Стало... Страшно. Возможно, Дин даже увидел со стороны, как лицо Кастиэля преображается от злого к беспомощному. В итоге мужчина произнёс ровным голосом: - Сейчас же вставай и раздевайся.