Cry of the Fallen

Торжественно размышляя, Грандмастер Лин-Куэй стоял на краю корабля, внимательно вглядываясь в бескрайние просторы, раскинувшиеся вдалеке. Прижав руку к сердцу, он тихо бормотал что-то на своём родном языке. Его тихий голос заглушался шумом Моря Крови, что беспощадно било по корпусу корабля алыми волнами. Молитва за мёртвых. Безопасный проход для их усопших душ… Вглядываясь в ярко-красные и мутные глубины моря, Куай Лиенг прищурил свои усталые ледяные глаза. На долю секунды ему показалось, что он тонет в них, умирая медленной и мучительной смертью, кровоточащей самыми негативными эмоциями. Капли крови, брызгающие с волн, бисеринками покрывали его холодную кожу. Потеря стольких близких людей тяжёлой ношей давила на душу Грандмастера. Куай Лиенг ненавидел себя за то, что не смог спасти их; ненавидел себя за то, что не смог как-то остановить это всепоглощающее безумие и вернуть всё на круги своя. Но ещё больше ненавидел себя за то, что не смог защитить его... Саб-Зиро потерял всё, что когда-либо имело серьёзную ценность в его никчёмной жизни: его клан, его заблудшая ученица Фрост. Но самое ужасное это то, что он потерял Ханзо: человека, которого тайно любил и продолжает любить больше всего на свете. Если бы криомант мог закричать от ярости и горя, он бы это сделал. Но вряд ли от этого будет какой-то толк... Преследуемый лицами мёртвых, которых он никогда в жизни не оплакивал, Саб-Зиро резко вдохнул, затем выпустил всю ту боль, что грызла и терзала его душу в тяжёлом, болезненном выдохе. Его ледяной взгляд переместился на роящихся на острове демонов, ожидающих удобного момента для нападения, Вырвавшись наконец из глубин своего разума, Куай смог различить мощный голос капитана Харона, предупреждающий воинов о скором столкновении с сушей. Теперь топот тяжёлых сапог и яростные крики его союзников эхом отдавались от всех кораблей, пока на борту шла усиленная подготовка к главной битве. Ледяные силы собирались в сингулярность, усиливаясь по всему его телу. Холодный туман голубоватыми струйками клубился вокруг Грандмастера. Куай Лиенг тоже готовился к финальной схватке. Колющая боль в его сердце временно отступила: он обещал себе, что будет бороться до последнего вздоха. Старый корабль скрипел и разбивался о песок, пока бурные волны моря продолжали нести его к берегу, сотрясая всё на борту. Но Саб-Зиро стоял и ждал, подобно замёрзшей ледяной скульптуре — он был фигурой благоговения в синей форме и стальных доспехах, готовой сражаться за своих павших товарищей. Когда корабли были пришвартованы, нечто слева привлекло внимание криоманта. Он мельком увидел боковой профиль молодого Скорпиона, пустыми глазами смотрящего вдаль. Его поза была непоколебимой и сосредоточенной на врагах. Сердце Саб-Зиро сжалось до размера атома, а все те слёзы, которые он ранее так старательно сдерживал, вдруг разом выступили на его глаза. Он был так знаком криоманту, но в то же время казался чужим. От накатившей тоски Куай не смог более смотреть на прошлую версию своего погибшего друга: напоминание о нём было слишком острым, и криомант быстро перевёл свой взгляд вперёд. Однако Саб-Зиро точно знал, что будет сражаться за своего Скорпиона: за старшего погибшего воина, которого он любил всем своим ледяным сердцем. За того, кому он никогда не мог признаться в своих истинных чувствах... и, вероятно, больше никогда не сможет. — Это для тебя, Ханзо! — внезапно воскликнул Куай с обжигающей печалью в голосе, прыгая и скользя вниз по пандусу. Одинокая слеза скатилась из уголка его обезображенного шрамом глаза и упала на ледяную дорожку, оставленную на приборной доске. Слеза затвердела, замёрзнув на мгновение, прежде чем изнуряющая жара преисподней быстро растворила все признаки её существования.