Когда мечты сбываются-2

Как и предсказывал Снейп, Малфой заявился в школу под вечер, в сопровождении двух авроров и с бутылкой отменного виски. — Думаю, тебе не помешает, — озвучил он с порога, вальяжно усаживаясь в кресло и призывая стаканы. — Как он? — Держится. Хотя я, черт возьми, не понимаю, как. То, через что он прошел, иначе, чем адом, не назовешь. И эту боль он вынужден будет терпеть еще как минимум неделю, потому что какому-то психу пришла в голову идея совместить химическое оружие с чарами! Снейп со всей силы ударил кулаком по столу. — Ему всего пятнадцать, Люциус! Пятнадцать! А он уже испытал на себе столько, что не каждый взрослый выдержит! Узнаю, что это за тварь, голыми руками удавлю! Давно не видевший его в таком бешенстве Малфой силой всунул ему в руку стакан и заставил выпить. — Зачем же голыми? Дементор нам в помощь. А вот развлечься, прежде чем засадить за решетку, никто не запретит. Позовешь старого друга присоединиться? Северус окинул его внимательным взглядом. Смеется? Нет, не похоже. — А кстати, где авроры? Люциус махнул рукой. — Где-то в Хогвартсе. У Дамблдора мы уже были, теперь бегают, свидетелей опрашивают, место преступления осматривают, протокол составляют. Заняты, короче. Ну, и мне не мешают с тобой общаться. Ты же не против? Снейп опустился в соседнее кресло. — Устал. День был довольно насыщенным, да и ночь, боюсь, будет не лучше. Обезболивающего на пару часов хватает, а потом хоть волком вой напару с Поттером. Этот тихонько скулит в подушку, а у меня все внутри переворачивается, только представлю, как его, бедного, сжигает изнутри. Примочки каждый час меняю, тоже ненадолго спасает. Подлезет ко мне под бок, обнимет и замрет, словно статуя. А самого трясет всего. Хорошо хоть глазищами своими материнскими не прожигает, иначе я бы уже давно сбежал. Так и сидим до следующего укола. Люциус невольно сжал кулаки. — Хочешь, я побуду с ним ночью? Или Нарси позову? А ты отдохнешь хоть немного. — А ты уколы делать умеешь? Не знал, — усмехнулся Северус. — С ним Поппи посидит. И, знаешь, было бы неплохо, если бы твой целитель осмотрел Гарри. Только предупреди заранее, чтобы никакой магии. А лучше вообще палочку заранее отбери, а то я его знаю. — Завтра позову. Тебе как лучше, с утра или ближе к вечеру? — Без разницы, уроки я все отменил. Если и отлучусь из апартаментов, то не более чем на полчаса, задание быстро выдам и вернусь. — Хорошо, — согласился Люциус. — Если передумаешь, зови. Кстати, а Поттерам сообщили? Лицо Снейпа предсказуемо скривилось, будто он только что откусил лимон. — Вот только их мне тут не хватало! Сам знаешь, от Джеймса больше шума, чем пользы. Придет, всех на уши поставит, до нервного тика доведет, а эффекта — ноль, только пыль в глаза пустил. А если он напару с псиной своей заявится, то я вообще за себя не ручаюсь. А Гарри покой нужен. Он, кстати, настоятельно просил посетителей к нему не пускать, подразумевая под ними своего папашу и его свору. Люциус нервно засмеялся. — Да уж, с этой семейкой скучать не приходится. Нарси на днях с нынешней миссис Поттер познакомилась. Совершенно случайно, в магазине столкнулись. Если б ты видел, какую она мантию себе выбрала! Амбридж отдыхает! Ярко-синяя, под цвет глаз, с воротником из рыжей лисы, рукава фонариком, и отделка кружевом. Ее тощую фигуру раза в два увеличила, Нарцисса еле смех сдерживала от такой красоты! И в своем стиле посоветовала ей рыжую сумочку подобрать, с крашеным синим мехом. Эта дура совет за чистую монету приняла, и сразу же в магазин сумок помчалась. Вот думаю, может, пригласить ее как-нибудь к нам на бал? Говорят, кроме вкуса у нее и манеры подкачали. Сам знаешь, обычно приемы такие скучные! А тут новые лица, да и такие интересные… Северус улыбнулся в ответ. — Ну, если тебе не жалко мэнора… А что, Поттер — человек горячий, к тому же бывший аврор, может и вспылить ненароком. Люциус задумался. — Нет, веселье я тебе гарантирую, — продолжил насмехаться Северус. — Вот только надо ли оно тебе в таком контексте? Если что, я предупредил. — Не думаю, что все так страшно, но подумать действительно стоит. Мой мэнор мне дорог, знаешь ли, и не только как память. — Я и не сомневался, — хмыкнул Северус. — Что бы ты без меня делал. Малфой скрипнул зубами, но промолчал. То, что старшего Поттера еще не было в Хогвартсе, говорило о многом. Впрочем, Северус много чего рассказывал об отношениях Гарри с отцом. Выводы, сделанные им на основе этого, были неутешительными: ребенок продолжал расти сиротой при живом родителе. Поэтому Малфой и предложил свою помощь по уходу за пострадавшим: Гарри подружился с его сыном, положительно влиял на Снейпа, понравился Нарси, да и, чего уж греха таить, ему самому. Гарри был живым, эмоциональным, неглупым и в меру шебутным. И обаятельным. Он так и не понял, почему тогда, в доме Снейпа, предложил ему свои услуги в качестве поверенного: очаровал он его, что ли? Бред, Люциус сам мог очаровать любого, вот только Гарри взглянул на него своими зелеными глазами — и он сразу же понял, что сделает все, чтобы боль, плещущаяся в них, исчезла. И делал, в отличие от родного отца. Невдалеке что-то разбилось, и Снейп тут же бросился в спальню. Поттер, весь в бинтах, метался по кровати, будучи во власти кошмара. — У него жар, — тут же констатировал Северус, лишь дотронувшись до лба. — Черт, только этого не хватало. Люц, там таблетки на столе, прочти инструкцию, которые из них жаропонижающие. Он схватил Гарри за локти — там, где не было бинтов, — и слегка потряс. — Гарри! Проснись, Гарри, это всего лишь кошмар. Гарри всхлипнул и резко дернулся: — Северус! — Северус, кто же еще, — проворчал тот, присаживаясь рядом и обнимая. — Тебе кошмар приснился. Гарри что-то пробормотал и снова провалился в сон. — И вот так целый день, — развел Снейп руками, уложив его обратно в постель. — Нашел? Дай сюда, да, вместе с упаковкой. Люциус подчинился. — Подходят. Накормлю, как проснется. — А укол ему когда делать? — поинтересовался Малфой. — Еще… — Его вытолкали за дверь и только после этого наколдовали Темпус. — Два часа семнадцать минут. — Иди, поспи. Таблетками напою, и разбужу через два часа. Ты уже с ног валишься. — Да знаю я! — Снейп грустно посмотрел в сторону своей спальни. — Ладно, уговорил. Но если что, буди. — Разберемся. — Люциус легонько подтолкнул его к двери. — Иди уж, не теряй времени. * * * Старший Поттер явился только на следующий день. К тому времени Снейп успел выспаться, Малфой — поработать сиделкой, а Помфри — попрактиковаться делать уколы. Холеный, с блестящими глазами, в новой серой мантии, прикрывающей немаленький животик, он несколько нелепо смотрелся на фоне дерганного Снейпа, сонного Малфоя и уставшей Помфри, меняющих повязки пострадавшему Поттеру. Альбус, приведший бывшего ученика, быстро ретировался, оставив того на растерзание спонтанно сложившейся троицы. Зыркнувший исподлобья Снейп демонстративно поджал губы, Малфой не удостоил даже взглядом, и только сердобольная Помфри, оторвавшись на секунду, заметила: — Мистер Поттер, выйдите и подождите в гостиной. Мы скоро закончим. Обернувшийся на голос Гарри встрепенулся. — Что вы сказали? — Я не тебе, милый. Твой папа пришел. Гарри, которому еще не сняли повязку с глаз, успев лишь удалить примочки с лица, в точности повторил мимику Снейпа. Люциус невольно улыбнулся, скосив глаза вбок: кажется, Северус тоже это отметил, только вот у него на лице отразилось удивление. Невольно вспомнилась избитая фраза: «Дети похожи на своих родителей». «Ну, или на кого хотят быть похожими», — добавил он про себя, искренне порадовавшись за обоих. — Люц, не спи. Держи вот это, — в руку всунули очередной бинт, пропитанный антисептиком. — Все, с бинтами закончили, остались лишь уколы, — наконец, услышал он вожделенную фразу. — Гарри, нормально, нигде не давит? — Все хорошо, профессор Снейп. — Милый, папу хочешь увидеть? Снять тебе повязку? В ответ на предложение медиковедьмы отрицательно покачали головой. В комнате повисло неловкое молчание. — Поппи, ты наверно, устала. Иди отдохни, мы тут сами закончим, — внес предложение Снейп, еще раз ощупав бинты. — Пять минут ничего не изменят, — отмахнулась она. — К тому же, как-то я побаиваюсь оставить вас с нашим гостем. — Не доверяешь? — Опасаюсь. Ладно Люциус, этот разве что официальные дуэли устраивал во время учебы, но ты, Северус? Я вообще не понимаю, как вы Хогвартс на мелкие кирпичики не разнесли! — Это как? — полюбопытствовал Гарри, подползая к Снейпу и приваливаясь к теплому боку. — Очень просто! — восторженно заявила Поппи. — Твой профессор и отец постоянно что-то делили и любили выяснять отношения на повышенных тонах. Сколько классов вы разрушили, а, Северус? — Не считал, — буркнул куда-то в сторону Снейп, радуясь, что Гарри не видит его лица. — Они дрались в классах, коридорах, на улице — везде, где могли ненароком пересечься и при этом не встретить профессоров. Но это еще не все: эти двое пакостили друг другу так, что близнецам Уизли еще учиться и учиться. Джеймс Поттер! — Громкий крик заставил вздрогнуть. В комнату уверенной походкой зашел недавний гость. — Напомни мне, как называлось то зелье, которое перекрасило твои волосы в рыжий цвет и вырастило оленьи рога? Гарри тихонько хихикнул, представив эту картинку у себя в голове. — Это лучше у Снейпа спросить, — неохотно ответил тот, слегка растеряв свою самоуверенность. — Но, я думаю, ему понравилась розовая мантия с надписью « Я люблю Хагрида», которую он носил, если не ошибаюсь, дней пять. — Четыре, — признался Снейп, отводя руку в сторону и слегка приобнимая Гарри. Глаза Джеймса вспыхнули, стоило ему лишь уловить наглый взгляд. — На второй день мне удалось слегка затемнить цвет, он стал ближе к коричневому, а имя Хагрида изменить на Мадрид. — А почему ты просто не сменил мантию? — удивился Люциус. — Это была последняя целая, все остальные годились разве что на тряпки. — И ты спустил это ему? — О нет! — прищурился Снейп. — Через два дня был день Святого Валентина, и Макгонагалл получила пылкое признание в любви от своего юного поклонника. — Пошлые стишки, озвученные моим голосом, — прокомментировал Джеймс. — Пришлось неделю помогать Филчу. Поппи громко расхохоталась. — До сих пор помню лицо Минервы, когда та их услышала. И это все произошло прямо в Большом зале во время завтрака, представляешь, Гарри? Гарри тоже рассмеялся. В это время Поппи слегка подмигнула Люциусу, скосив глаза в сторону двери. — Черт! У меня же сегодня встреча! Совсем забыл! Который час? — вскочил тот. Джеймс вытащил палочку. — Никакого колдовства в этой комнате, — гаркнул Снейп, осторожно освобождая Гарри из своих объятий. — Дай сюда! Получишь при выходе. Люц, пойдем, провожу. Хлопающий глазами Джеймс, вмиг лишившийся своего оружия, даже не успел возмутиться. — Ничего с ней не случится, — сочувственно похлопала его по плечу Поппи, тоже направляющаяся к двери. — Я, пожалуй, оставлю вас ненадолго. Гарри, если что-то будет нужно, зови Северуса. — Да, мадам Помфри, спасибо. — Гарри обернулся на голос и дождался, когда хлопнула дверь, после чего откинулся на подушку и отвернулся к стене. — Гарри? — Джеймс подошел к кровати и сел рядом. — Ты за что-то сердишься на меня? Тот отрицательно помотал головой. — Тогда… почему ты сбежал из дома? Грустно вздохнув, Гарри повернул голову. Было свое преимущество в том, чтобы не видеть собеседника. Это было как… разговор с самим собой, просто и сложно одновременно. Просто — потому что можно было не следить за словами. А сложно… Из недр души появлялось на свет все самое сокровенное, все твои мысли, эмоции, радости и страхи, сомнения и переживания. И это было… неприятно, а местами даже больно. Хотя эта боль была такой мелкой по сравнению с нынешней, что он даже забыл про нее, упрятав глубоко внутрь и погребя под более приятными воспоминаниями. И вытаскивать ее обратно не хотелось. А впрочем, зачем вообще это делать? Можно же просто рассказать… часть? — Тебе нравится твой новый дом? — поинтересовался Гарри. — Ну… да. Тяжелый вздох. — А вот мне — нет. Возможно, он комфортный и уютный — для тебя. А вот я чувствовал себя там, словно в склепе. Вроде и пространство для маневров есть, но атмосфера давит. Представлял себя мумией, запертой в гробу. Хотя сейчас действительно похож, — хохотнул Гарри, намекая на бинты. — Если помнишь, в тот день мы с тобой выпили, на кладбище. Когда я вернулся обратно в этот склеп, еще не до конца трезвый… В общем, я тогда плохо соображал, только ощущал, что больше не могу здесь находиться. Собрал рюкзак и сбежал. К другу. И ты знаешь, не жалею: твои родные не очень-то были мне рады. — К другу? — Он маггл, — озвучил придуманную давно версию Гарри. — Маггл, — повторил Джеймс. — Хорошо, я тебя понял. В следующий раз сниму какой-нибудь домик. Для нас двоих. Можешь даже сам его выбрать. Хорошо, что его лицо было скрыто бинтами: под ними не видно эмоций. Озвученное предложение выбило из колеи: он ожидал упреков, оскорблений, извинений, наконец, но точно не такого! Что, черт возьми, все это значит? — Я… подумаю, — ответил Гарри после долгой паузы. Голос, вроде бы, не дрожал. Хотя, наверно, это можно было бы списать на его нездоровое состояние. — Хорошо, — обрадовался Джеймс. — Тогда в следующий раз захвачу с собой проспекты. Я ведь могу навещать тебя? — Нет! — Наконец он правдиво ответил то, что решил уже давно. Никаких посещений! Хватит и того, что его позор, когда он катался по полу от боли, видела вся школа. А теперь еще и нянчатся, как с маленьким. Ладно, к Снейпу он привык, Помфри по должности положено, а вот Люциус и Джеймс… Да ему даже Гермионе стыдно на глаза показаться! Ни к чему не годный, бесполезный, жалкий нытик! Теперь ко всему еще и лысый — аргументы Снейпа были неоспоримы. — Но почему? От ответа на этот вопрос его спасла открывшаяся дверь. — Так, Гарри, укол и спать. Поттер, на выход. Твоя палочка лежит на столе. — Взгляд Снейпа и тон заявления не оставил сомнений, кто здесь главный. — Поправляйся, сын, — расстроенный Джеймс испарился, словно его и не было. — Гарри… — Все хорошо, профессор. Я в норме, правда. — Улыбка на перемотанном бинтами лице выглядела зловеще. Снейп подошел к кровати и погладил его по руке. — Все образуется. Ложись, будем тебя лечить. «А с Джеймсом я еще поговорю», — добавил он про себя.