Поганка

Если бы Юнхо попросили дать определение слову «сумбур», он определённо описал бы последние несколько дней своей жизни. И ведь не сказать, что ему это не нравилось! С тех пор, как Джунсу попросил его помочь с праздником и познакомил со своим (совершенно не от мира сего) шефом, жизнь стремительно начала обретать краски, прямо поверх заливая на чёрно-белое новые оттенки. Яркие. Всё это было так странно. Неожиданно заставило выйти за рамки их деятельности сперва, затем привело нового человека в жизнь, и человек этот не хотел почему-то так просто выметаться из мыслей, лишив Юнхо сна на целую ночь. А потом, будто мало было, возник у него под балконом именно тогда, когда он вышел покурить. Совпадение? Конечно, наверняка обычное совпадение, только почему-то в это до конца не верилось. И Джеджун ведь… до чего приятным в общении-то был, пусть и скрытным немного, замкнутым, только вот когда забывался — начинал открываться совсем с другой стороны, словно подменил кто. В любом случае Юнхо он казался интересным хоть так, хоть эдак. — Может, ему просто тяжело новые знакомства даются, — бормотал он себе под нос, пока наматывал шаги по квартире бессонной ночью. — Люди-то разные бывают… И в судьбу он вообще-то не особо верил, но когда увидел Джеджуна на улице — что-то внутри ёкнуло. Сначала замерло, конечно, растерявшись, пока дотлевала сигарета. Потом ёкнуло и позвало на чай — справедливости ради, на улице действительно было прохладно как для человека, вспотевшего после бега. Да и было бы это как-то совсем не к месту, если бы Юнхо просто попрощался и скрылся за дверью, оставив всё как есть. Закончились ли на этом странности? Отнюдь. Но были они почему-то такими уморительно-милыми, что он даже не возражал. В смысле… кто бы подскочил среди разговора проверять чужой холодильник на наличие нужных продуктов, а потом вознамерился приготовить суп, смутился этого до покрасневших щёк, но в итоге всё-таки приготовил? Юнхо даже в какой-то момент поймал умиротворение, наблюдая за суетой нового знакомого, устало расплывшись по кухонному столу. Так уютно он рассказывал что-то о качестве продуктов, критически оценивал то, что имелось под рукой, кивал сам себе, перекладывая ингредиенты из одного места в другое. Действовало как снотворное. Он бы так и уснул наверное, убаюканный тихим голосом, если бы Джеджун внезапно не вспомнил, что они едва знают друг друга, и не закрылся снова. А жаль. Чёрт знает, чем они оба руководствовались в это сумасшедшее утро, но сам Юнхо тоже с трудом отдавал себе отчёт в том, что говорил и делал. После приготовления супа его гость сказал, что ему, наверное, уже пора бы идти домой, ведь он свалился как снег на голову среди ночи — раннего утра, на самом деле, но суть от этого не менялась. А Юнхо почему-то не смог его так просто отпустить, предложив первое, что пришло в голову: фильм посмотреть. Конечно, ведь уже пять сорок утра — самое время! Скорее всего, Джеджуну просто захотелось уйти — из-за неловкости ли, скуки или ещё чего, но исходя из своей вежливости — а из чего ещё? — он неловко улыбнулся и согласился остаться ещё ненадолго. Суп, который они прикончили во время просмотра, заставил Юнхо захотеть пригласить его ещё раз. Ну или наведаться в кафе. Вскользь они обговорили и прошедший вечер, сойдясь на том, что их поспешное сотрудничество принесло плоды в равной степени и одним, и другим, поэтому новые проекты можно было бы тоже делить пополам. Джеджун предложил это едва слышно, скромно глядя в свою тарелку, и Юнхо подхватил мысль, без времени на раздумья бросив: — Конечно! Я тоже об этом думал, — кивнул, пытаясь собственной уверенностью поднять его дух. — Уверен, с нашей стороны проблем не возникнет, потому что вы с Хичолем тоже знакомы, судя по всему. Мир тесен, да? И как бы ни старался удержать его ещё немного, Джеджун ушёл сразу после фильма, как только финальные титры заскользили по чёрному экрану.

*

— Но раз уж такое дело, я предложил ему сотрудничество… — Да ладно, и даже в обморок не свалился?! — Ючон в притворном шоке схватился за сердце. — Почти. — Горжусь тобой, друг, — похлопав по плечу Дже, он оглянулся в сторону кухни, за дверью которой скрылся Джунсу уже минут как десять. — Даже если отбросить вашу сумасшедшую историю, мы справились, понимаешь? Или ты так увяз в своём Человеке, что ещё не осознал? — Не совсем, наверное, — Джеджун улыбнулся несмело. Ещё недавно всё уходило из-под контроля стремительно, да что там — ничего под контролем и не было! То, что они возились с кафе, то держась на плаву, то уходя под воду, давало возможность неплохо жить, но по-прежнему было слишком мало для исполнения главной его цели. И в один момент всё с ног на голову перевернулось. Верил ли Джеджун в судьбу? Верил! Как и в удачу, и в карму, и во всё остальное, что скептики считают вымыслом. Потому что не бывает… вот так. Это же просто счастливая случайность. Если бы Джунсу не был знаком с Юнхо, если бы Юнхо не рассказал ему о «поганке», если бы Джунсу не проболтался об этом Ючону, если бы на мероприятии они не пересеклись с Юнхо — у него не было в ближайшее время и шанса на исполнение цели, и далеко не в ближайшее — на нахождение своего Человека. — Уйдём на ремонт… Снесём эту стену, — Джеджун похлопал рукой по стене, за которой находилось внушительное пыльное пространство, никогда не используемое его матерью, — расширим зал вдвое, если не больше. Хочу потолок со звёздами, чтобы мягко освещали столы. Название сменим к чёртовой матери, не хочу всего этого… никакого напоминания. И чтобы название какое-то звёздное, знаешь… — Типа Сириус? Орион? Дже задумался, но после решительно покачал головой. — Нет, не то. У нас будет время подумать, в общем… Всё изменим. Меню пересмотрим, наймём больше людей на кухню. Ресторан, представляешь? — Представляю, — хохотнул Ючон. — Ты только не забудь, что мы в большей степени этим Джунсу обязаны.

*

Юнхо не знал, что с ним происходит. Раньше он ответственно мог заявить, что работа для него в приоритете, что он ни к чему так серьезно в своей жизни не подходил, но чем дальше шло время, тем больше мысли заполняла не организация праздников, а молодой владелец кафе напротив его офиса. Что-то — Юнхо чувствовал — было не так. Что-то неуловимое, но очень важное, но он продолжал убеждать себя, что просто надумывает. Он слышал об их планах расширения от Джунсу, недавно забежавшего на обед — было приятно понимать, что их агентство тоже приложило к этому руку. Особенно радовало, что в последующие несколько дней из-за рекомендаций тех самых влиятельных клиентов им поступило ещё два крупных заказа. Джеджун планировал закрыть кафе на месяц или около того, но кухня продолжала функционировать, позволяя без проблем эти заказы выполнить. И всё-таки… странно всё это как-то было. Юнхо обернулся, взглянув в окно. На улице напротив, если перевести взгляд немного правее, вывеска с названием знакомого кафе уже погасла. Вспомнив о времени, он чертыхнулся: почти полночь. — И есть охота, — пожаловался в пустоту, поднимаясь с кресла. Во времени он терялся легко, тем более окружённый работой. В первые дни Хэвон ещё пыталась задерживаться, исходя из этикета, но потом махнула рукой, устав сопротивляться выпроваживаниям шефа. Хичоль просто у виска крутил. А Юнхо пользовался любой возможностью не возвращаться домой как можно дольше. С тех пор как оттуда съехал его сослуживец, с которым они после дембеля вместе квартиру арендовали, там до тошноты пусто было, так дискомфортно, что лучше себя бумагами со всех сторон обложить в офисе. Жаль, что из-за сна за столом или на маленьком диванчике, где его метр восемьдесят с плюсом не умещались ну никак, начали болеть спина и шея. Безо всякого энтузиазма собрав вещи, Юнхо вдруг просиял: ночной марафон кино! — Точно! — сжав кулаки в победном жесте, он достал телефон из кармана, чтобы посмотреть, есть ли ещё билеты. — Конечно есть… Всегда есть. Там и кресла мягкие, и до работы недалеко утром будет… Так что, поскольку кинотеатр находился рядом, он бросил машину — одну из тех подаренных, что не нравились Хичолю и которой не жалко было временно поделиться с другом — на парковке, чтобы немного размять ноги. Старый парк давно увяз в ночной тишине, где-то вдалеке звеня отголосками проезжающего мимо транспорта. В этой части города Сеул никогда не спал, полный жизни, но в таких отдалённых местах, окружённых деревьями, было достаточно спокойно. Улыбнувшись, он вспомнил, что послезавтра им с Джеджуном предстояло встретиться впервые после того утра, когда он увидел его у своего балкона. Обсудить детали предстоящего праздника вечером, за ужином в ресторане и, может быть, попытаться снова расположить его к себе. Юнхо действительно не мог понять, из-за чего так загорелся этой идеей, хотя почему бы и нет, если они всё равно будут работать вместе в ближайшем будущем? Свет фонарей освещал дорожку, по которой он неспешно шёл, вдыхая свежий ночной воздух. Не зря всё-таки решил пройтись: сонливость немного развеялась, проясняя голову. Планируя, в каком ресторанчике заказать столик, он так отвлёкся от окружающей обстановки, что заметил странности только тогда, когда встретился с ними лицом к лицу. Когда увидел на лавочке мальчишку, обхватившего руками колени и уткнувшегося в них лицом, Юнхо испытал странное чувство дежавю. «Воробей» — почему-то пронеслось в голове в то мгновение, пока он ещё не успел всё осознать. Взъерошенный, одетый в серо-коричневые лохмотья юнец сидел на избитой жизнью скамье, будто статуя какая. — Эй, — негромко произнёс, присев на корточки напротив — как он мог пройти мимо? Что-то буквально притянуло его за руку и вынудило начать разговор. — Привет. Паренёк поднял голову, заставив в ярости сжать кулаки: на скуле красовался приличных размеров синяк, отлично видный даже при тусклом свете фонарей. И эти глаза… Юнхо готов был поклясться, что где-то уже видел такой же пустой взгляд — будто весь мир рухнул, оставив в одиночестве… но где? — Здрасьте, — пролепетал тот в ответ, напряжённо глядя на незнакомца. Он оказался настоящим симпатягой. Огромные тёмные глаза с хитрым изгибом, совершенно пронзительные, мягкий очерк ещё по-детски пухловатых щёк, волосы тёмные, растрёпанные ветром, отросшие чуть длиннее, чем следовало бы, и проглядывающие сквозь них уши, забавно торчащие. Словом, паренёк был очаровательным, если бы не так резко бросающееся в глаза увечье. — Меня зовут Юнхо, — решил наладить контакт он, но ухмыльнувшийся мальчишка своими словами едва не выбил весь воздух из лёгких: — Вы извращенец, что ли? — Извращенец?.. Ха-ха, — неловко засмеялся неудачливый спаситель, почёсывая затылок. — Н-нет, не замечал в себе раньше. Я только хотел спросить, не нужна ли тебе помощь? Не подумай, ты можешь просто отказаться и я уйду, но если вдруг… Мальчишка только махнул рукой, прервав его. — Просто меры предосторожности… Ну, раз так, тогда пойдёмте, тут недалеко есть круглосуточный магазин. Вы же купите мне чего-нибудь перекусить, правда? Иначе, чем вы ещё бы мне помогли? — рассуждал вслух парень, соскочив с места. — Ну, чего стоите? Идёте? Меня… Ан Ёнсок зовут, кстати. — Да… Иду, — на автомате закивал Юнхо, удивляясь такой неприкрытой наглости нового знакомого. Ситуация его даже развеселила немного — мальчишка в жизни своего не упустит. Но если закрыть на это глаза, Ёнсок выглядел очень истощённым и едва ли на ногах держался, пусть и пытался скрывать. Что-то неуловимое крутилось в голове, стоило только увидеть его глаза, но Юнхо никак не удавалось ухватиться за хвост этой мысли. Что-то такое знакомое…

*

— …сбежал из дома и приехал сюда. Хочу найти старшего брата, — вещал парень, пока лапша заваривалась. Магазинчик, как он и говорил, оказался совсем рядом с кинотеатром. Юнхо вспомнил о купленном билете на ночной сеанс слишком поздно, чтобы вернуть его, однако потраченных денег совсем не было жаль, учитывая ситуацию. — Я потерял с ним связь несколько лет назад. — Несколько лет?.. А его имя? Я мог бы помочь тебе, у меня много знакомых. — Ну уж нет, хённим, — решительно покачал головой. — Вы, может, в полиции работаете, отправите меня обратно… Сам как-нибудь обойдусь. — Но я уже знаю твоё имя, да и будь я полицейским, разве это помешало бы мне передать тебя родителям прямо сейчас? И потом, уже ночь, куда ты сейчас пойдешь? — Обратно в парк? Там много лавочек. Мне не впервой, — усмехнулся подросток, подпирая кулаком голову. — Нет, так не пойдёт… — не менее упрямо отрезал Юнхо, снимая крышку с лапши. — Давай я сниму тебе номер в гостинице на сегодня. Ты отдохнёшь, а завтра на свежую голову решим, что делать дальше. — Зачем вам тратить деньги, хённим? — Я хочу помочь. — Зачем? Вы меня впервые видите. Да и мне не пять лет, чтобы со мной так носиться. Зачем? И правда, зачем? «Потому что я не могу оставить тебя в беде? Потому что кто-то с тобой жестоко обращается? Потому что ты совсем один в огромном городе? Потому что ты всё равно ребёнок? Тебе нужна защита?» Глупость, все эти причины можно устранить одним звонком в полицию, после чего с чувством выполненного долга отправляться спокойно по своим делам. Но… — Я не смогу спать спокойно, если не буду уверен в твоей безопасности, — выдавил из себя единственное, что удалось сформулировать. Он просто знал, что не должен пустить всё на самотёк, что-то держало его на месте и не давало пойти лёгким путём. И чёрт возьми… ну зачем ему это? Ненужная ответственность. Любое неверно понятое слово можно будет обернуть против него и в самом худшем развитии событий Юнхо в два счёта загремит за решётку. — Я понимаю твоё недоверие, поэтому ты можешь сам выбрать любой отель. Ключ будет у тебя, я только оплачу счёт и уйду. Но мы встретимся утром, позавтракаем и решим, что будем делать. Идёт? — Не идёт, — Ёнсок снова покачал головой. — Вы уж извините, но если мы вдвоём в отель заявимся, то это может вызвать подозрения, а там и до полиции недалеко. В отцы вы мне явно ещё не годитесь… А у вас семья большая, кстати? — Нет, — ответил тот тихо, отставив еду. — У меня никого нет. — Оу, — мальчишка поднял взгляд, несколько секунд не зная, что сказать. — Извините… Но всё-таки… может, у вас есть диван какой-то дома? Или я вообще мог бы на полу поспать. Раз уж вы так помочь хотите… Снова улыбнувшись, Юнхо посмотрел на него — забавный. Ощущение, словно они давно знакомы, плескалось теплом внутри. — У меня даже пустующая комната с кроватью есть. Но ты уверен, что хочешь переночевать в доме незнакомого человека? — он приподнял брови вопросительно, однако Ёнсок только краешком губ улыбнулся. — Я вас не боюсь. Вы ведь из этих… благородных, да? — Вот уж не знаю, — тихо рассмеялся Юнхо, кивая в сторону еды. — Доедай тогда поскорее, время позднее. Я оставил машину возле работы, придётся пройтись к ней немного.

*

Юнхо правда, очень-очень, искренне старался приготовить что-то домашнее, ароматное и тёплое, чтобы накормить своего гостя, недоверчиво поглядывающего на него. Справедливости ради, доверять Юнхо причин пока не было, даже несмотря на то, что Ёнсок сам напросился к нему домой. А ещё он, видимо, совсем оголодал, пока по улицам скитался, потому что одного рамёна оказалось недостаточно, чтобы утолить потребность в пище. И он так хотел накормить его как следует, но… — Хённим, руки-то у вас из зад… знаете, ну, не для готовки, — стоя к нему спиной, Юнхо не удержался от смешка: маленький засранец за словом в карман не лез. Тем не менее он был чертовски прав, потому что в отношении еды руки у него росли прямиком из того самого едва не упомянутого места. — Сначала же бульон сварить нужно. Мясо там, знаете, водоросли… — Может, лучше доставку? — обернувшись, он с сомнением спросил. — Да нет… — тот подскочил, подходя ближе к столу. — Давайте вместе попробуем. Я не готовил раньше, просто помню, как брат это делал. Он всегда варил для меня суп из морских водорослей, когда я плохо себя чувствовал. — М-м… кажется, твой брат — хороший человек. — Он… добрый, — вздохнул мальчишка, опустив плечи. — Очень добрый. Большего о брате Ёнсок не рассказал, как не дал знать и ни о чём личном, зато выспрашивал с интересом о работе в праздничном агентстве, выглядя по-настоящему заинтересованным. Надеясь, что отвлечённые темы помогут ему расслабиться и, может, раскрыться в ближайшем будущем, Юнхо охотно объяснял, чем таким он занимается. — Завтра утром мне нужно будет уйти на работу. Но я попытаюсь освободиться раньше, чтобы мы всё-таки смогли позавтракать нормально. Ты можешь остаться здесь. У меня есть дубликат ключа, и, пожалуй, тебе всяко комфортнее будет, чем по городу скитаться. Там в гостиной приставка есть, если тебе такое нравится. — И даже не боитесь, что я её стащу и сбегу, пока вас не будет дома? — Можешь так и поступить, если ты в этом нуждаешься, — улыбнулся Юнхо, помешивая бульон. — Я ей всё равно почти не пользуюсь. — Странный вы, конечно. — Думаешь? — Да очевидно же… Хохотнув, мужчина вздохнул, откладывая ложку на подставку. Почему-то он никак не мог отпустить чувство тревоги, которое сопровождало его с момента встречи с Ёнсоком. С каждым словом, с каждым взглядом он всё больше убеждался, что за плечами этого ребёнка что-то гораздо большее, чем просто история потери связи с братом и побег из дома. В глазах его мелькала грусть, и Юнхо не мог не чувствовать ответственность за случайно встреченного подростка, попавшего в сложную ситуацию. — И всё-таки мне бы хотелось, чтобы ты дождался меня и назвал имя своего брата, когда будешь готов. Я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы его найти.

*

Часам к десяти утра Хэвон поражённо наблюдала за тем, как шеф собирает вещи, вызванивая попутно второго руководителя, чтобы тот — ради приличия хотя бы — соизволил выйти на работу второй раз за этот месяц, потому что ему самому нужно было срочно уйти. Юнхо спешно попрощался, хлопнув напоследок дверью, и быстрым шагом отправился на парковку, поглядывая на наручные часы. Доставка еды должна была приехать минут через сорок, а через двадцать он в идеале уже будет дома. — Пожалуйста, не уходи никуда, — шептал он, пока вёл машину. — Ты так сильно облегчишь жизнь и мне, и себе, если просто подождёшь меня дома… И он был чудом услышан. Мальчишка только выполз из соседней комнаты, сонно потерев глаза. В его мешковатой одежде, явно большей размера на три, он выглядел забавно, выдав: — О, хённим… — зевнул, пытаясь сфокусировать зрение. — Вы на работу? — Уже с неё. Ты хорошо отдохнул, Ёнсок-а? — с улыбкой спросил Юнхо, сбрасывая кроссовки у входа. — Ага, в кровати поудобнее, чем на лавочке. Только я не… я вас обманул, если честно, — он неловко замер, опустив взгляд. — Моё имя не Ан Ёнсок. Юнхо лишь кивнул, ожидая продолжения. Мальчишка взглянул на него мимолётно и, не встретив во взгляде ни осуждения, ни негодования, подошёл ближе и протянул неуверенно руку. — Меня зовут Шим Чанмин. — Приятно познакомиться, — Юнхо ответил на рукопожатие охотно, — Чон Юнхо. Кажется, я тоже своего имени не назвал. Чанмин нахмурился непонимающе. Он был уверен, что услышит что-то раздражённое от него, но мужчина совершенно серьёзно отнёсся к его признанию, ни словом, ни жестом не показав недовольства. — И вы даже никак не прокомментируете это? — спросил растерянно. — Я благодарен тебе за то, что ты решил мне довериться, Чанмин-а. Даже если причин для доверия пока нет. — Н-нет, я имею в виду… я думал, вы рассердитесь, что я скрывал своё имя, или… — Я благодарен. И обещаю, что помогу тебе. Всё это пустяки, ладно? Ты думал, что так будет лучше, ты всё сделал правильно, — Юнхо пришлось немного наклониться, чтобы смотреть на подростка не сверху вниз, а на равных. — У нас есть в запасе несколько дней. Завтра мне нужно закончить одно важное дело, а у тебя будет время собраться с мыслями перед моим выходным. Надеюсь, ты сможешь сказать мне и имя своего брата тоже, чтобы мы могли быстрее его найти. Чанмин кивнул, всё ещё смотря себе под ноги. Благо, совсем скоро атмосферу разрядил звонок курьера, и тогда они снова смогли вернуться к отвлечённым темам, болтая обо всём и ни о чём. И Юнхо снова поймал себя на мысли, будто они знакомы или просто похожи очень. Остаток дня его гость решил провести в доме, никуда не выбираясь — будто боялся, что за ним могут прийти, что в общем-то было логично, учитывая его явно далёкий от совершеннолетия возраст. И возвращаться домой Чанмин отказывался наотрез, даже мысли не допускал, всем телом сжимаясь от страха. Настаивать было бы слишком жестоко, поэтому этот вопрос Юнхо посчитал закрытым. После того, как нашёл в себе силы открыть настоящее имя, Чанмин заметно повеселел, пересказав, видимо, самые счастливые моменты в своей жизни, связанные почему-то исключительно с братом. Парк аттракционов, вкусная еда, подаренный на день рождения телефон — он до сих пор им пользовался. Потом захотел-таки включить приставку, научив Юнхо одной из игр — в итоге остаток дня они провели за джойстиками, громко комментируя действия друг друга. На следующий день — тот самый, на вечер которого была запланирована встреча с Джеджуном, о которой успел позабыть — Юнхо с удивлением понял, что совсем не горит желанием уходить из дома утром на работу, хотя совсем недавно не хотел уходить с неё. Искренне наслаждаясь компанией пусть и совсем юного, но уже немного друга, он с сожалением представлял, что совсем скоро тот из его жизни исчезнет, вернув в эти стены осточертевшую тишину, которую ни музыка, ни голоса из телевизора не скрашивали. Но сначала, конечно, нужно было постараться найти потерянного брата. Юнхо увлёкся новой проблемой так сильно, что с трудом вспомнил о резервировании столика, спешно перебирая варианты заведений поприличнее, чтобы Джеджуну с точки зрения будущего ресторатора было интереснее. К слову, в этот день он впервые пришёл в офис как настоящий директор — к обеду, когда работа кипела полным ходом, а Хичоль с подозрением поглядывал на него, не ожидая свалившихся в таком количестве на голову рабочих дней. — Это что же у тебя случилось такого, — протянул он, сощурив глаза, — что ты заставляешь меня разгребать бумажки? Юнхо отмахнулся с улыбкой на губах, поглядывая на часы. До ужина оставалось совсем немного. Они договорились встретиться где-нибудь возле их офиса или кафе Джеджуна — здания ведь находились рядом, так что особого значения это не имело. А ещё он подумал, что раз уж они неплохо знакомы, то сменить официальный костюм на более комфортную одежду, привычную ему, было бы просто прекрасной идеей. Заодно предложить и Чанмину присоединиться — этот ребёнок за еду, казалось, даже душу продать готов был. За пять минут до назначенного времени Юнхо вышел на улицу, заметив на противоположной стороне уже торопящегося навстречу Джеджуна, приветливо улыбающегося. — Рад тебя снова видеть, — выдал вместо приветствия, отмечая в который раз, как тот смущённо опускает взгляд, отвечая: — Я тоже… И только теперь, когда увидел его, Юнхо вспомнил, как сильно ждал этого вечера, пока появление нового человека в жизни не выбило из привычной колеи. Сомневаясь, что это будет уместно, он всё-таки задал вопрос: — Ты не против, если к нам присоединится мой гость? — Конечно нет, — ответил Джеджун на автомате без раздумий, но внутри сжался — какой ещё гость? Кто такой настолько важный появился в жизни Юнхо, чтобы оставаться в его квартире в одиночестве? И точно не семья ведь — Джунсу рассказывал о трагедии, из-за которой его Человек оказался совсем один. Всю дорогу к дому Юнхо он ломал над этим голову, успев накрутить себя до того, что мысленно вполне гармонично воображал его в роли отца семейства с умницей женой и маленькими детьми в придачу. И расстроиться успел, и разозлиться на самого себя за глупые мысли, и ещё кучу предположений придумать, пока, точно подслушав хаос в его голове, не раздалось вдруг объяснение: — Я встретил на днях одного парнишку. Ребёнок ещё совсем… видимо, в какие-то передряги попал, — Юнхо рассказывал, отпирая дверь. — Хотел его домой отвезти, а он побелел весь… Нельзя его туда возвращать, в общем. У меня завтра выходной, попытаюсь помочь ему найти старшего брата — друг армейский работает в полиции, говорит, это не так сложно сделать. Джеджун резко перевёл на него взгляд, чувствуя, как сердце подскочило к горлу. Пробирающееся тихо предчувствие заранее умножило на два количество его биений в минуту и дало предельно чётко понять, что произойдёт дальше. Как в замедленной съёмке дверь отворилась. Юнхо зашёл первым, сбрасывая обувь у порога. Топот раздался из глубин квартиры. А через несколько секунд сердце Джеджуна остановилось.